Вернувшись в город Сесилия, Ангел направился не в мастерскую, а сразу взмыл вместе с кровным эльфом за облака.
Цзи Юэ впервые оказался внутри Небесного родника. Снизу тот казался исполинским перевёрнутым деревом, но вблизи выяснилось, что перед ними — настоящий небесный город, сотканный из множества изолированных комнат.
Белоснежные, подобно сложенным кубикам конструктора, эти помещения формировали стволовую основу и раскидистые ветви гигантского древа.
Поднявшись выше по главному стволу и миновав плотную пелену облаков, они оказались на обширной платформе. Переплетённые воздушные корни разрастались здесь словно густой лес, а в самом сердце этого переплетения возвышался огромный хрустальный шар, на поверхности которого пульсировали живые картины улиц Сесилии.
Под хрустальной сферой толпились рунисты.
За прошедшие полгода благодаря усилиям Ангела удалось переманить к себе полный выпуск факультета рунологии Города Академий, а привлекательные условия контрактов помогли заполучить и выпускников прошлых лет. Теперь штат магов-рунистов насчитывал двести пятьдесят восемь человек.
Рабочие трудились не покладая рук: наносили сложные вязи символов, а закончив очередную формулу, делали затяжку из мундштука кальяна, подключённого напрямую к хрустальному шару. Это не только пополняло вычислительные мощности Небесного родника, но и подпитывало ясным бодрствованием умы чародеев.
Многие из них в последнее время практически не покидали небесные чертоги. Ангел даже задумался о том, чтобы переоборудовать часть внутренних помещений родника под постоянные жилые комнаты.
Цзи Юэ, наблюдавший за этой картиной, сокрушённо покрутил головой:
— Это уже за гранью человеческого. Босс, тебя часом вампир не кусал?
— Даже если бы и укусил, — спокойно отозвался Ангел, — неужели ты думаешь, что какой-то вшивый кровосос способен повлиять на мой разум?
— И то правда. Ты куда беспощаднее любого вампира, — согласился Цзи Юэ и тут же получил от Ангела увесистый щелчок по лбу.
Не ставя в известность трудящихся рунистов, Ангел подошёл к хрустальному шару, волоча за собой отвратительный, колышущийся ком непонятной массы, и без лишних церемоний затолкнул его прямо внутрь кристалла.
Тварь, вопреки ожиданиям, оказалась живой. Она вновь принялась сдавленно бунтовать и вырываться, роняя на платформу град слизистых глазных яблок.
Цзи Юэ изо всех сил извернулся, глядя куда угодно, лишь бы не видеть этого кошмара.
Самое поразительное: пока их наниматель вытворял настолько жуткие вещи, подчинённые продолжали работать как ни в чём не бывало. Они попросту не замечали ни появления Ангела с Цзи Юэ, ни отвратительного монстра в руках хозяина.
«Не видеть и не знать — это же благо. Я бы и сам сейчас с радостью ослеп и оглох...»
Однако, приглядевшись к рунистам, Цзи Юэ понял, что абсолютной слепотой обладают далеко не все.
К примеру, у основания одного из корней сидел рогатый юноша. По неизвестной причине он не работал, а лишь безучастно уставился в сторону Ангела — впрочем, его взгляд был настолько пустым, что трудно было сказать, видит он что-то или пребывает в прострации.
Другой юноша, самый привлекательный из всей компании рунистов, несколько раз недоумённо оглядывался на хрустальную сферу. Похоже, он что-то смутно улавливал, хотя и не мог осознать суть происходящего.
Острее же всех отреагировала маленькая девочка, удочерённая Ангелом. С того самого момента, как тот ступил на платформу, её била мелкая дрожь.
«Что ж, увидеть печальный конец своего сородича — тут кто угодно перепугается».
* * *
Демон-бог Джели и впрямь дрожал от ужаса.
От дикого, первобытного страха.
Причём пугал его вовсе не факт того, что какую-то тварь приволокли в качестве жертвоприношения. Какой ещё «сородич»?! Когда великий Демон-бог Джели явится в этот мир во всём величии своей истинной формы, эта жижа в лучшем случае сподобится стать командиром какого-нибудь подразделения в его легионах.
Джели приводил в трепет равнодушный, будничный вид Ангела.
Во время своего прошлого пришествия Демон-бог уже встречал нечто подобное.
Тот давний человек выглядел куда более холодным и высокомерным, да и уровень его силы находился на совсем иной высоте — он мог крушить целые измерения. Однако та же ледяная отстранённость, с которой он распоряжался чужими жизнями... Разительное сходство!
«И всё же... как какой-то жалкий маг среднего ранга сумел поймать такую тварь и утилизировать её с настолько небрежным видом?»
Будучи частью воплощённого «Знания», Демон-бог помнил, что смертные подразделяют доступную им магию на низший, средний и высший уровни. Для высшего существа подобная градация выглядела так же нелепо, как если бы муравьи мерились силой: «Вот этот боец низшего класса поднимает десятиграммового таракана! А этот, среднего ранга, тащит пятидесятиграммовую конфету! Наш супервоин способен загрызть стограммовую птаху, а всё, что тяжелее — сила неисчислимая!»
Поэтому в глазах Джели между Ангелом и маленькой Энлис не было никакой разницы. Да и почти все люди казались ему одинаковыми копошащимися букашками.
Но когда одна из таких букашек с лёгкостью придушила твоего сторожевого пса — тут уж станет не до смеха.
«Откуда у него эта мощь? Неужели он и есть тот самый человек, что запечатал меня в прошлый раз?! Да нет, быть не может! Тот древний маг ещё тогда стоял на самом пороге человеческого предела. Если бы он пробыл в этом мире десятки тысяч лет, одна лишь масса его существования с лёгкостью разорвала бы ткань реальности...»
Именно по этой причине сам Демон-бог не мог воплотиться во плоти и был вынужден использовать проекции.
«Тогда кто же этот смертный?!»
Джели словно смотрел жуткий хоррор сквозь глаза Энлис: свирепый муравей запихал сторожевую собаку в печь инсинератора и теперь вальяжно направлялся прямо к нему!
«О боги! Да этот муравей даже рожей похож на того, прежнего!»
Муравей на расслабленном лице изобразил приветливую улыбку:
— Какое счастье, что ты всё ещё полезен Энлис. Значит, пока мне не придётся приносить тебя в жертву небесам.
«Хнык-хнык... Сжальтесь, как же страшно!»
Демон-бог мгновенно сжался в крошечную точку и забился в самые тёмные, непроглядные глубины сознания девочки.
Энлис же хлопнула ресницами. Хотя Ангел всё это время находился неподалёку, она словно лишь в эту секунду заметила его и с удивлением воскликнула:
— Господин Ангел! Как вы здесь оказались?
Слова девочки будто разбили невидимые чары: в тот же миг остальные рунисты тоже очнулись и обнаружили присутствие хозяина.
Все как один подтянулись и выпрямили спины.
Хотя Ангел славился своей щедростью и справедливостью, есть ли на свете что-то ужаснее, чем образ начальника, бесшумно вырастающего за твоей спиной во время работы? Разве что классный руководитель, внезапно заглянувший в заднее окно кабинета во время контрольной!
В прошлом Ангел сам вкусил всех радостей офисной кабалы, поэтому прекрасно понимал, как появление руководства бьёт по нервам подчинённых. Без крайней необходимости он старался лишний раз не мозолить им глаза.
— Всё в порядке, работайте спокойно, — успокаивающе улыбнулся он присутствующим. — Я лишь проводил плановое обновление производительности сервера.
— Обновление производительности?..
Серебряный Лист с недоумением пригляделся к хрустальному шару. Ещё минуту назад со стороны сферы исходило удушливое, непреодолимое давление, заставлявшее его плоть на инстинктивном уровне трепетать и подчиняться.
Но стоит только Ангелу вмешаться, как тяжёлое давящее чувство мгновенно рассеялось. Из-под основания кристалла вырвалась свежая зелёная плеть и обвила гладкую сферу. Благодаря этой новой лозе скорость передачи магической энергии выросла в несколько раз, да с такой силой, что прямо на стебле высыпали округлые бутоны.
— А это что за цветы?.. — удивился Серебряный Лист.
— Избыточные данные, — нахмурился Ангел, глядя на нежно-белые соцветия.
Вот в чём главный минус использования демонических сущностей для расширения системы: выходит не слишком чисто. Точнее говоря — хромает совместимость.
«М-да, не самый лучший знак...»
— Серебряный Лист, выдели... А, впрочем, отставить, — Ангел хотел было дать поручение своему самому умелому работнику, но, взглянув на плотный ворох рун перед ним, передумал.
Серебряный Лист уже дослужился до начальника рунического отдела и по-прежнему оставался самым продуктивным сотрудником. Направлять его на отладочные мелочи было бы преступной расточительностью.
Впрочем, как и остальных рунистов.
Оглядев платформу, Ангел наконец наткнулся взглядом на откровенного дармоеда.
Джека.
Этот господин Чёрный Баран отсиживался в «Волшебной Шестерёнке» уже больше полугода, обретаясь здесь на правах изнеженного домашнего питомца — при том, что даже коты честно отрабатывали свой хлеб! К счастью, Магическая ассоциация прекрасно осознавала реальные навыки Джека, а потому не требовала платить ему жалованье; Ангел брал на себя только расходы на его пропитание.
Однако под конец года, когда работы накопилось невпроворот, даже Ангелу надоело смотреть на его праздность.
Поманив Чёрного Барана пальцем, Ангел произнёс:
— Джек, есть для тебя одно крайне ответственное дело.
— А? — Чёрный Баран неторопливо подгрёб ближе.
* * *
Простые «игроки» и понятия не имели о заботах Ангела. Они восприняли перемены на сервере как очередное яркое зрелище.
— Папочка, смотри! На воздушных корнях Древа Небес распустились бутоны! — воскликнула Шерри, задрав голову к небесам.
Девочка проявляла трогательный интерес к Облачному серверу (хотя сама предпочитала именовать его Небесным Древом). Всякий раз, оказываясь в тех уголках города, откуда открывался вид на небесные конструкции, она не упускала случая взглянуть наверх — потому и заметила перемены первой.
Верхушка кроны терялась слишком высоко, зато гибкие тонкие побеги спускались вдоль воздушных корней почти к самым крышам, усыпанные такими же полупрозрачными белоснежными соцветиями. Они трепетали на ясном ветру, выглядя пленительно и трогательно.
— До чего же красиво! — восхитился господин Рейче и, вскинув фотоаппарат, сделал несколько снимков подряд.
— Ну сколько можно! Мы тут всего один день, а ты уже спустил целую плёнку, — нетерпеливо ворчала госпожа Рейче. — Неужели нельзя сфотографировать что-нибудь действительно стоящее?
Услышав упрёк супруги, господин Рейче тут же навёл объектив прямо на неё:
— Но ты ведь правда прекрасна, дорогая. Давай я сделаю парой кадров твой портрет?
— Фыркал бы меньше, честное слово, — проворчала госпожа Рейче, но тут же принялась оглядываться по сторонам в поисках удачного фона.
В глубине души ей приходилось признать: пейзажи города Сесилия завораживали.
Величественные постройки эпохи магии, дышащие седой стариной, в сочетании с мощёными улочками превращали любой уголок в произведение искусства.
Что уж говорить о малышке Шерри! Даже сама госпожа Рейче, прогуливаясь по этим переулкам, ловила себя на мысли, будто шагнула со страниц волшебной книги прямо в шкуру отважной искательницы приключений.
А если привезти подобные снимки домой да как бы невзначай показать за чашкой чая подругам из дамского клуба...
От этой мысли губы госпожи Рейче самовольно расплылись в довольной улыбке.
Она быстро приметила подходивший уголок на развилке трёх дорог: аккуратная лавка у тротуара будто вырастала из цельного гигантского кристалла, а вдалеке плавно опускался один из воздушных корней Облачного сервера с покачивающимися бутонами.
— В общем, снимай! — госпожа Рейче горделиво вскинула подбородок.
Господин Рейче с улыбкой уже готовился спустить затвор, когда его супруга недовольно повернулась к дочери:
— Шерри, иди сюда!
— Не хочу, мамочка! Снимайся одна! — буркнула девочка.
У неё хватало собственных забот:
— Я всё ещё не нашла улику!
Девочка высоко подняла лупу.
Один из семи артефактов Магической девы — Зеркало правды!
Шла всего лишь вторая дата их пребывания в Сесилии, однако смышлёная Шерри успела постичь секрет того, как унаследовать силу этого города и, выдержав испытание, стать настоящей Магической девой.
Секрет заключался в накоплении опыта... то бишь «Признания Сесилии»!
Она выяснила, что эти очки признания даются почти за всё: сыграешь на Магическом игровом столе на шумной торговой улице — получишь признание; отправишься на арену в алхимическую мастерскую «Волшебная Шестерёнка» на поединок — снова признание; купишь местную газировку — «Воду счастья» — или другие деликатесы — и тут есть шанс урвать заветные баллы; да даже если просто сидеть в номере гостиницы и предаваться медитации — признание всё равно будет капать!
Одним словом, путей получения «Признания Сесилии» существовало великое множество, и каждый турист мог исследовать их на свой вкус.
Даже господин и госпожа Рейче, у которых не было официального приглашения, при желании могли поднакопить немного «признания», чтобы открыть доступ к особым услугам.
Впрочем, Шерри заметила, что объём награды везде разнился. Медитация приносила меньше всего. Больше всего очков давали за истребление чудовищ на арене в мастерской, но там требовались серьёзные навыки. При текущем уровне магии Шерри могла лишь разинуть рот в зрительном зале и подбирать случайные осколки признания.
А чтобы поднять магический уровень, медитировать пришлось бы слишком долго. Игровой стол ускорял дело, но со временем отдача снижалась, да и матушка быстро заблокировала бы эти траты из-за улетающих в трубу денег.
Поэтому Шерри избрала куда более эффективный маршрут: выполнение поручений Сесилии.
Всякий постоялец по прибытии в гостиницу находил у себя в номере карту «Паломничества по святым местам “Магической девы: Майя”». Обычным туристам вроде родителей Шерри хватало и щёлканья фотоаппаратом, но девочка быстро сообразила: если шаг за шагом воспроизводить сюжет фильма с помощью артефактов, на каждой культовой локации можно разыскать «Сундуки поручений Сесилии». За выполнение этих заданий отсыпали щедрую порцию очков признания — куда быстрее, чем при бессмысленном сидении за игровыми столами.
Сейчас Шерри стояла точь-в-точь на том месте, где к команде примкнула синяя чародейка — Магическая дева Лиза.
В фильме Лиза с помощью «Зеркала правды» разгадала уловку монстра и повергла его наземь.
Однако девочка раз за разом рассматривала улицу через купленный сувенир и никак не находила нужную зацепку. Ей уже хотелось плюнуть на манеры приличной леди и с головой залезть в кусты.
Разумеется, матушка ни за что не позволила бы ей подобного непотребства и вовсю пыталась затащить дочь в кадр:
— Шерри! Шерри! — досадовала госпожа Рейче. — Прекрати носиться как мальчишка!
Видя, что супруга готова сама ринуться в погоню, господин Рейче поспешил её притормозить:
— Да ладно тебе! Мы же на отдыхе, дай ребёнку порезвиться! И к чему тебе обязательно нужен кто-то в кадре? Разве ты не прекрасна сама по себе?
— Фыр! Потакай ей больше! — буркнула госпожа Рейче, но доводы мужа всё-таки подействовали.
Впрочем, лишившись дочери в качестве реквизита, госпожа Рейче никак не могла найти удачную позу. Каждая попытка казалась ей топорной — особенно когда она замечала своё отражение в витрине напротив.
Не ведая об этих терзаниях, господин Рейче щёлкнул затвором и со спокойной совестью завершил съёмку.
Ему отчаянно повезло: эпоха цифровых технологий ещё не наступила. Каким бы никудышным фотографом он ни был, до проявки снимков результат пребывал в благословенной неопределённости Шрёдингера, защищая его от гнева супруги...
«Ха, если бы!»
— Мне кажется, фон вылез не с той стороны. Давай переснимем с другого ракурса! — потребовала госпожа Рейче.
Бедный муж лишь вздохнул и продолжил переводить драгоценную плёнку.
Благо, хоть Столица магии и хранила дух древности, фототовары тут продавались на каждом углу, так что дефицит им не грозил.
Где-то на седьмом или восьмом кадре господин Рейче вдруг замер.
— Шерри, кажется, я нашёл то, что ты искала! — окликнул он дочь.
— Правда?! — изумилась девочка.
— Ага. Направь свою лупу вон на ту вывеску кондитерской, — подсказал отец.
Обычное стекло не предназначено для разглядывания удалённых предметов. Но магические артефакты подчиняются совсем иным законам!
Шерри вскинула лупу и действительно увидела там метку поручения. От радости она чуть не подпрыгнула, но тут же озадаченно нахмурилась:
— Но ведь в фильме Лиза сражалась, глядя в сторону кустов! Почему метка на вывеске?
«Да потому что тем монстром на самом деле был учитель Лизы...» — безэмоционально подумал господин Рейче, которому пришлось пересматривать этот фильм с дочерью добрый десяток раз.
Тот с виду добродушный джентльмен часто покупал детям сладости в лавке и вызвался обучать малышку Лизу физике. Казалось бы, милейший человек, но на деле множественные намёки недвусмысленно указывали на его нездоровый, извращённый интерес к маленьким девочкам.
Это был единственный монстр в сюжете, чьё истинное обличье так и не было разоблачено открыто — хотя для взрослого зрителя атак с помощью указки и законов физики было более чем достаточно.
Естественно, господин Рейче не хотел, чтобы дочь вникала в подобные мрачные подтексты.
Он наобум ляпнул первое, что пришло в голову:
— Наверное, госпожа Сесилия посчитала, что маленькие девочки должны быть сладкими, прямо как конфетки?
— Ну-ну... — Шерри с большим скепсисом отнеслась к этой версии.
Впрочем, гадать попусту было бессмысленно — девочке не терпелось шагнуть дальше.
Она вновь прильнула к лупе, разглядывая знак задания на вывеске. Это оказалась руна.
В отличие от простейших символов, выдаваемых при заселении в отель, эта формула выглядела куда мудренее. Человек без минимальных познаний в магии не смог бы начертить её без ошибки.
Но для нашей будущей Магической девы это не представляло проблемы!
— Сесилия убывающей луны, даруй мне силу мудрости! — выкрикнула Шерри заклинание Лизы и, собрав волю в кулак, начертала в воздухе затейливую руну.
Золотистый символ вспыхнул и рассыпался снопом искр.
Оседающая пыльца соткалась в сияющий силуэт самой Шерри в детективной униформе. Правда, наряд выглядел неполным — имелась лишь клетчатая накидка-пелерина.
Перед глазами девочки возникли светящиеся строки:
[Поздравляем! Вы разгадали загадку Лизы и получаете предмет: Детективная униформа Магической девы — Пелерина (х1)]
[Пожалуйста, заберите награду в ателье на торговой улице Красного Оленя.]
— Я получила элемент костюма! — восторженно закричала Шерри и тут же уставилась на родителей. — Пойдёмте скорее на торговую улицу Красного Оленя!
— Так-так, дай-ка поглядеть... Улица Красного Оленя... Ого, да это же на другом конце города! — господин Рейче сверился с картой и с тревогой взглянул на жену.
Самому-то ему расстояние было нипочём, но супруга весь день жаловалась на гудящие ноги да неудобные каблуки. Если заставить её тащиться в такую даль, она гарантированно устроит скандал.
Однако, вопреки ожиданиям мужа, госпожа Рейче вовсе не стала возражать.
Напротив — её глаза вспыхнули азартом.
— Ателье? Что ж, туда определённо стоит заглянуть!
— А? — господин Рейче недоумённо уставился на жену.
Ему и в голову не могло прийти, что в тот самый миг, когда дочь демонстрировала сияющий виртуальный образ, госпожа Рейче наконец осознала причину своих неудач на фотографиях.
Всё дело в одежде!
Нынешнее платье госпожи Рейче, как и фотоаппарат её супруга, покупались специально к поездке и считались пиком моды в вольном городе Сессе. Однако среди древних, дышащих магией улиц этот ультрасовременный фасон смотрелся инородным телом.
Госпожа Рейче поняла это лишь тогда, когда увидела волшебное преображение дочери.
«Ну конечно! Атмосфере Столицы магии подобает винтажный, классический наряд!»
И с решительным видом она увлекла дочь в сторону торговой улицы Красного Оленя. Бедный господин Рейче, пока не догадывавшийся о грядущем опустошении своего кошелька, преданно поплёлся вслед за супругой.
* * *
Улица Красного Оленя. Ателье «Ножницы и напёрсток»
Сидя за стойкой прилавка, Хана печально вздыхала, глядя на пустующую улицу.
Вообще-то сегодня она планировала свидание со своим парнем Ренсом. Увы, утром девушка потеряла бдительность и попалась на глаза матери — владелице этого самого ателье, — после чего её безжалостно приставили к торговле.
Вот только клиентов не было и в помине!
Кому нужен этот доисторический захудалый заводик? Разве что соседские старики заглянут заказать очередную ночную пижаму или нижнее бельё. Да и те в последнее время предпочитают моднинки из Сессе, обращаясь к портнихам разве что ушить да подогнать готовую вещь. При этом каждый норовит прожужжать все уши: «Осторожнее с ножницами, милочка! Это же последний фасон из Сессе, дочка прислала!»
Тьфу, тошно слушать!
Хана давным-давно поставила крест на традиционных пошивочных мастерских. Она честно признавала: когда-то, идя наперекор родителям и начиная встречаться с Ренсом, приехавшим в Сесилию на стажировку, она тайком надеялась, что он увезёт её из этого застрявшего в прошлом города. Кто же мог знать, что этот простофиля не просто никуда не поедет, но и добровольно останется в Сесилии, устроившись зелёным репортёром в «Ежедневник Восточных земель»!
Впрочем, его поступок, похоже, тронул её родню. Месяц назад Хана с удивлением заметила, что мать больше не противится их браку и даже не возражает против потенциального переезда.
Однако после премьеры фильма «Магическая дева: Майя» всё переменилось.
Мать начала вести себя странно. Впрочем, как и все соседи по улице.
Старики наперебой суетились, доставали из сундуков давно заброшенные ремёсла и заново открывали лавки, словно ожидали чего-то невероятного.
Лишь сама Хана так и не сходила на «Магическую деву».
Раньше она не пропускала ни единого кинопоказа, но на сей раз наотрез отказалась брать билет.
Девушку не покидало смутное чувство: если она посмотрит эту картину, в её душе рухнет что-то очень важное.
Особенно после того, как до неё дошли слухи, будто главная героиня фильма — тоже дочь портнихи.
Тогда Хана впервые прониклась глухой неприязнью к «Волшебной Шестерёнке». Она догадывалась, что недавние бурные перемены в Городе магии произошли по воле хозяина той алхимической мастерской.
И эти перемены докатились даже до их семейного ателье.
Взять хоть витрину: мать выставила на самый вид пышные наряды эпохи магии — ветошь прошлого века! Хане и в голову не могло прийти, что подобное старьё способен кто-то купить. Однако мать, слепо поверив наставлениям того алхимика, вопреки всему выставила платья под свет солнца, уверяя, будто с минуты на минуту хлынут покупатели.
«Да откуда им взяться-то?» — с горьким скепсисом подумала Хана.
И в тот же миг, словно в ответ на её сомнения, над дверью звонко пропел колокольчик.
Вздрогнув, Хана вскинула глаза и увидела, как в ателье входит семейная пара в ультрамодных костюмах из Сессе вместе со своей маленькой дочкой.