На следующий день поезд из Сесилии прибыл точно по расписанию.
Однако сам Маг в чёрной мантии на нём не приехал — прибыла лишь группа рабочих и специалистов.
— Господин Певец! Ваша супруга, госпожа Найтингейл, и остальные алхимики вернулись в мастерскую, — передала девушка Мусю. — Господин Ангел сказал, что ему нужно распределить производственные задачи и заодно провести инвентаризацию на складе. Он задержится, поэтому велел нам начинать строительство небесной платформы без него.
— Вот как… — Певец выдавил из себя невероятно натянутую улыбку.
Гном решил, что тот расстроился из-за вчерашнего обещания, и с размаху хлопнул его по плечу своей широкой, мозолистой ладонью:
— Не бери в голову! Я ждал столько лет, подожду и ещё пару часов.
— Господин Ангел скоро приедет, — добавила Мусю. — Они с госпожой Найтингейл прекрасно поладили.
Певец лишь молча сглотнул.
«Это-то как раз и пугает больше всего!»
Помянув манеры и прошлые выходки Мага в чёрной мантии, Певец, конечно, не верил, что тот причинит вред собственным работникам, но всё равно опасался, как бы не стать очередным трофеем в коллекции «Черномантийника».
* * *
Как бы то ни было, из-за подобных тревог Певец не собирался бросать дела и возвращаться в Сесилию — тем более что путь на поезде теперь занимал от силы четыре-пять часов. Он проявил стойкость и принялся размещать прибывших.
Городок Голугелу хотя и был захолустным приграничным поселением, в прошлом, во времена расцвета шахт, знал лучшие дни. Здесь сохранилось немало пустующих рабочих бараков и домов, так что места хватило всем.
Из Сесилии прибыло пятьдесят человек: помимо двенадцати растениеводов, специализирующихся на земляном мхе, среди них были один рунист, один архитектор и тридцать шесть строителей.
Архитектора и строителей недавно наняла городская ратуша с учётом потребностей проекта небесной платформы. Это были лучшие мастера Сесилии. Впрочем, их черёд ещё не настал: прежде чем возводить конструкции, растениеводы должны были высадить парящий остров, и лишь затем архитектор мог приступить к проектированию.
Кроме того, Ангел посчитал, что строить небесную платформу сразу на трёхкилометровой высоте — перебор. Он предложил для начала тренировки соорудить в воздухе над шахтой метеорологическую обсерваторию.
Едва ступив на землю, растениеводы принимались за дело, и жители городка с изумлением наблюдали за чудом, которое прежде видели лишь обитатели Столицы магии.
За пределами городка вдруг возникла ледяная гора. На её вершине зеленела небольшая шапка, напоминавшая зелёную шляпу. На глазах у всех эта «шляпа» сменила цвет с зелёного на жёлтый, а затем на золотой. И когда она вспыхнула ярким, снопом золотистого света, ледяная гора с оглушительным треском рассыпалась в пыль. В воздухе, в пятистах метрах над городком, остался лишь золотой травяной ковёр, парящий подобно ангельскому нимбу.
Всё это время Манфу носился вслед за растениеводами, засыпая их бесконечными вопросами.
— Почему этот мох летает?
— Он не летает, а пустил корни прямо в воздух.
— А ветром его не унесёт?
— Нет. Как и деревья, укоренённые в земле, золотой земляной мох крепко держится за воздух под собой. Не то что ветер — даже вес мчащегося поезда не сдвинет его с места.
— Значит, сдвинуть его нельзя?
— Нельзя.
— Досадно! Я-то думал, если приделать снизу толкатель, его можно будет перемещать! А деревья на нём сажать можно?
— Нет, деревьям не за что зацепиться корнями.
— А если насыпать на мох толстый слой почвы?
— Всё равно не выйдет. Земляной мох — растение. Хотя он выносливее прочих и способен выдерживать временные нагрузки, без достаточного количества солнечного света и циркуляции воздуха он просто завянет и погибнет.
— Значит, если построить на нём капитальное здание, он тоже погибнет?
Мусю от последнего вопроса опешила. Она неуверенно взглянула на архитектора:
— Господин архитектор ведь сможет решить эту проблему… наверное?
В этот момент господин Оз в душе произнёс пару непечатных выражений. Ему впервые попался такой заказчик. Никакого фундамента, нельзя давить на поверхность долгое время, нужно обеспечить постоянный доступ воздуха и света к покрытию… Да чем это отличается от строительства замка на воздухе?!
Хотя, по сути, он именно этим и занимался.
Будь на его месте архитектор из Сессе, он, вероятно, сбежал бы в бешенстве, но мастера из Столицы магии видали всякое. После того как линия волос господина Оза сместилась назад ещё на пять сантиметров, он всё же создал проект настоящего «воздушного замка».
Поэтому, когда спустя неделю из Сесилии наконец прибыл Ангел, он увидел несколько металлических каркасов, подвешенных снизу к золотому земляному мху.
— Это что такое? Птичьи клетки? — спросил Ангел.
— Нет, это наша небесная платформа, — с гордостью ответил архитектор. — Ей можно придать любую форму, она надежно висит в воздухе и совершенно не мешает росту парящего мха над ней. Идеальное решение.
— Вы действительно… — Ангел с уважением посмотрел на поредевшую шевелюру собеседника, — настоящий мастер архитектуры.
Потенциал земляного мха явно этим не ограничивался. Когда появится небесная базовая станция, в городе наверняка найдётся немало желающих обзавестись парящими домами. Ангел уже предвкушал будущее, когда всё небо будет увешано подобными «птичьими клетками».
* * *
Впрочем, всё это дела будущего.
Убедившись, что проект небесной платформы продвигается гладко, Ангел вместе с Манфу отправился в шахтёрский район.
Певец опасался, что взбалмошный гном снова станет навязчиво предлагать магу свой Меч Героя. Однако грубоватый вождь, действительно встретив Мага в чёрной мантии, неожиданно оробел.
Если присмотреться, его пышная борода, обычно выглядевшая так, будто в ней взорвалась бомба, была аккуратно расчёсана и заплетена в три аккуратные косички, как у молодых гномов, а кожаный доспех оказался абсолютно новым. Гном сжал губы и с небывало серьёзным видом шагал рядом с Ангелом с самого момента его прибытия. Он не проронил ни единого лишнего слова, лишь изредка нервно вращал глазами.
Незнакомый человек наверняка принял бы его за молчаливого добряка-гнома.
Певец даже поднял взгляд к небу, проверяя, не взошло ли солнце на западе. Все остальные, кто хорошо знал вождя, тоже смотрели на него с нескрываемым изумлением.
Не обращая внимания на чужие взгляды, Манфу, войдя в шахтёрскую зону, заговорил строго и сдержанно:
— Эта шахта богаче всего отходами магических кристаллов. Их даже добывать толком не надо — валяются прямо под ногами в штольнях. Правда, за годы разработки запасы поубавились по сравнению с тем временем, когда с вами заключили договор. Не знаю, помните ли вы, но говорят, в те времена здесь возвышались горные пики, а теперь остались лишь редкие гряды. Однако потенциал этой пустоши далеко не исчерпан, глубоко под землёй таятся куда более ценные сокровища.
Гном держался подчёркнуто почтительно, обращаясь к Ангелу так, словно перед ним был сам Великий маг Сесилия. Ангел несколько раз пытался его поправить, но Манфу упорствовал, и в конце концов маг махнул рукой.
У Певца и представителей местной общественности от этой сцены мурашки бежали по коже. Дело было не в том, что они сомневались в личности Ангела, просто чопорный и важный тон Манфу казался им настолько неестественным, что все с нетерпением ждали, когда же тот сорвётся.
Но вождь гномов твердо намеревался играть роль до конца.
Указывая в глубокий провал шахты, он продолжал:
— К примеру, ещё глубже мы некогда разведдали месторождение мифрила. К сожалению, из-за высокой опасности и нехватки средств глубокую разработку вести не удалось. Кроме того, встречались жилы редких попутных руд — например, магматической кроваво-лазурной руды. Кстати, камень душ для Меча Героя в своё время тоже…
БАМ!
Едва Манфу дошёл до самого интересного, снизу донёсся отчетливый гул.
Для обычных людей этот звук ничего бы не значил, но чуткое ухо гнома мгновенно распознало удары кирки. Однако сегодня по случаю приезда Ангела Манфу лично приказал прекратить любые работы!
Значит, там, внизу…
— Проклятые гоблины! Опять вы! Опять воруете руду! — взревел Манфу.
Гномы всегда оставались гномами: вспыльчивый нрав берёт своё. Активно изображавшееся благородство, продержавшись три часа, сорок семь минут и пятьдесят две секунды, рухнуло в один миг.
Едва услышав шум, вождь с занесённым топором наперевес сиганул в шахту. Остальные гномы с боевыми кличами посыпались вслед за ним, точно горох из мешка, оставив группу людей в полном недоумении.
— Ха-ха, Манфу всегда такой, — попытался разрядить обстановку мэр городка Голугелу. Он тут же обратился к Ангелу: — Гоблины шустрые, так что Манфу с сородичами вернутся нескоро. Давайте лучше сойдём в город и подождём их там! Вы с самого приезда даже чаю не выпили, экая нагрузка.
На самом деле мэр считал, что это он неимоверно устал. Кабы не известия о том, что «Волшебная Шестерёнка» снова на коне да ещё и пользуется поддержкой Герцога Восточных земель и мэра Сесилии, градоначальник ни за что не стал бы снисходить до встречи с хозяином алхимической мастерской. Даже если тот носит чёрную мантию — вернее, из-за этой мантии связываться с ним хотелось ещё меньше!
Ангел смерил мэра внимательным взглядом. Эмпатией он не обладал, но прекрасно понимал: пить чай с незнакомцем в незнакомом месте — наихудший и самый бесполезный способ потратить время.
— Я тоже спущусь посмотреть, — произнёс Ангел.
— Э-э? — мэр опешил.
Ему казалось, что находиться в грязном шахтёрском районе — уже наказание, а уж лезть в тёмный и пыльный штрек и вовсе за гранью разума.
Ангел тем временем повернулся к Певцу:
— Тебе с твоими ногами ходить тяжело, подожди снаружи.
— Но… — Певец замялся. Где это видано, чтобы хозяин лез в шахту, а слуга ждал снаружи?
Заметив его замешательство, Мусю предложила:
— Я пойду с господином Ангелом!
—…Я тоже, — подал голос архитектор Оз.
Остальные с удивлением посмотрели на Оза: строго говоря, он не был сотрудником «Волшебной Шестерёнки».
— Нам предстоит строить небесную платформу, а значит, придётся погружать и разгружать товары. Я хочу посмотреть, как устроена работа внутри шахты, — пояснил он.
Ангел наградил его одобряющим взглядом.
Они без колебаний шагнули в тёмный зев штольни. Несколько представителей городка переглянулись и уставились на мэра.
Мэр разгневанно всплеснул руками:
— Чего застыли? А если с господином магом там что-нибудь случится?!
Лишь после этого горожане поспешили вслед за магом. Сам мэр идти под землю явно не собирался. Он лишь бросил Певцу:
— Господин Певец, пойдемте проветримся на свежем воздухе.
— Мне и здесь хорошо, — холодно отрезал Певец.
Мэр скривился от досады. Он хотел выслужиться перед Ангелом, но перед каким-то калекой распинаться не намеревался. На самом деле за всё время пребывания Певца в Голугелу они толком не общались. Видя, что разговора не выйдет, мэр раздражённо покинул шахту.
— Господа всегда такие, — вполголоса пробормотал старый Йозеф, оставленный присматривать за Певцом. Трудно было понять, говорит он сам с собой или пытается утешить собеседника.
Впрочем, Певец в утешениях не нуждался: он отлично знал, что из себя представляет мэр Голугелу. Шахтёрские городки отличались от обычных приграничных селений куда более резким расслоением общества. Мэр и его окружение обычно были связаны с владельцами рудников, а простые жители припадали к положению семей рабочих. И хотя городок давно упал в упадке, здешнее начальство всё ещё мнило себя «дворянским родом» и не желало марать руки о потомков грязных горняков.
Певец вздохнул:
— Господин Ангел — редкое исключение.
— Это уж точно, — согласился старый Йозеф.
Оба молча уставились в тёмный провал штольни.
* * *
Ангел вовсе не находил спуск в шахту тяжёлым испытанием. Став магом, он быстро понял: то, что обычным людям даётся с трудом, для чародея — пара пустяков.
Вот и сейчас он сотворил самое простое заклинание Света, и подземелье мгновенно озарилось мягким сиянием.
— А тут просторно! — удивился Оз. — Я-то думал, штреки гномов и гоблинов окажутся совсем низкими.
— Это расовые предрассудки, — отозвался Ангел. В подобных вопросах общих знаний он не прочь был просветить окружающих: — Гномы хоть и невысоки, но любят простор — главным образом из-за кузнечного дела, требующего хорошей вентиляции и отвода тепла. Поэтому в жилые зоны гномов человек проходит спокойно, не нагибаясь. Ну а про гоблинов и говорить нечего: они почти не строят собственного жилья, предпочитая занимать подземные руины, которые изначально возводились не под их рост.
— Вот как, — протянул Оз, чувствуя, что запас бесполезных сведений пополнился.
— А я думал, тут так просторно, потому что раньше работали рабочие-люди, — подал голос один из горожан. Они, тяжело дыша, едва поспевали за магом.
Возглавлял их головастый молодой человек по прозвищу Датоу. Он беспокойно оглядывался по сторонам:
— Странно, а куда делся господин Манфу?
— Сюда, — уверенно произнёс Ангел и пошагал вглубь коридора.
Его тон звучал настолько уверенно, что спутники решили, будто у мага есть какой-то особый способ поиска людей. Однако после того как Черномантийник провёл их через три поворота, четыре развилки и пять тупиковых штреков, у всех возникли сомнения.
— Неужели господин Манфу забрался так далеко? — пробормотал Датоу.
Ангел ничего не ответил.
Архитектор Оз поначалу с интересом рассматривал укрепления шахты, но постепенно его лицо становилось всё более озадаченным.
— Своды становятся всё выше… — укрепляющих балок становилось всё меньше, но с точки зрения архитектора эта пещера не казалась естественной. Некоторые конструкции образовали идеальные естественные опоры в ключевых точках, но следов обработки камня видно не было.
Они шли уже долго, когда маг наконец остановился.
— Пришли, — произнёс он.
Исчезнувших гномов нигде не было видно. Но спутникам Ангела было уже не до них: все застыли, потрясённо глядя на открывшийся перед ними вид.
Это был… подземный город.
Да, прямо под шахтой, за узким разломом в скале, располагался величественный зал. На полу лежал красный ковёр, помещение заливал яркий свет. Всё выглядело так, словно они очутились в парадном зале роскошного замка, вот только вокруг не было ни души — лишь старинные портреты на стенах безмолвно следили за непрошеными гостями, придавая происходящему сходство со сказкой о призраках.
Впрочем, жители магического мира, даже если и не видели подобного своими глазами, не раз слышали о таких местах.
Подземный город!
— Откуда здесь взялось такое?! — раздался изумлённый голос у них за спинами.
Все вздрогнули от неожиданности и обернулись.
Позади стояли Манфу с сородичами, держа за длинное ухо визжащего гоблина.
— Господин Манфу! Наконец-то мы вас нашли, — выдохнул Датоу.
Вождь гномов ничего не ответил, его взгляд был прикован к Ангелу. На самом деле гномы находились неподалёку от входа, когда маг уверенно заявил «нам сюда» и повёл людей совершенно в другую сторону. Увидев, что Ангел уверенно шагает в «неправильном» направлении, Манфу хотел было окликнуть его, но пойманный гоблин прошептал:
— А этот Черномантийник слишком уж хорошо тут ориентируется! Тебе не интересно, что он задумал?
— Заткнись, не пытайся нас рассорить! — пригрозил Манфу, но всё же переглянулся с сородичами и осторожно последовал за магом.
И вот теперь они оказались здесь.
Глядя на величественный зал подземного города, Манфу испытывал глубочайшее унижение. Он-то считал, что знает шахту как свои пять пальцев, и даже не подозревал, что буквально под ногами таится такое!
— Как… как в нашей шахте мог оказаться подземный город?! — потрясённо вымолвил гномий вождь.
— Я сам хотел бы это знать, — отозвался Ангел. Его взгляд скользнул по гномам и остановился на гоблине. — Такая плотная демоническая аура… Ладно гномы не чуют, но неужели даже гоблины ничего не заметили?
Гномы тут же разъярённо уставились на пленника. Действительно, гоблины всегда отличались особым чутьём на подобные вещи!
— Ой да ладно вам! Сколько я себя помню, тут всегда так воняло! — заверещал гоблин. — Я думал, вы, люди и гномы, давно в курсе! К тому же в городке всегда водилась нечисть, разве нет?
— Не мели чуши! Какая ещё нечисть в нашем городке! — возмущённо запротестовал Датоу. Сговор с демонами считался тягчайшим преступлением.
— Хи-хи, а как же слухи про сиротский приют? — оскалился гоблин.
— Наше человеческое восприятие времени отличается от вашего! — Датоу сделал шаг вперёд. — Приют сгорел четыре или пять лет назад! А что до басен про суккубов, эльфов и русалок — любой разумный человек понимает, зачем выдумывают подобные сказки в таких заведениях!
— Зачем? — с любопытством спросил Манфу.
Люди заметно замялись. Впрочем, для них собственные людские грехи были куда предпочтительнее присутствия настоящих демонов: подтвердись подобное, и император пришлёт армию, которая сровняет городок с землёй. На окраинах столицы именно так исчезли несколько непокорных графств.
Ангел, не обращая внимания на их переживания, переспросил:
— Значит, всё это ложь?
— Да!
— В городке никогда не было тварей из Бездны?
— Никогда!
— И никто не чувствовал этой ауры?
— Никто…
— Я чувствовала.
Кто-то боязливо поднял руку. Ангел обернулся и с удивлением увидал Мусю.
Ощутив на себе всеобщие взгляды, девушка нервно сглотнула:
— Е-если вы о здешней магической структуре… В моей деревне в последние годы ощущалось то же самое.
Ангел помрачнел:
— Но твоя деревня, насколько я помню, находится совершенно в другой стороне!
Мусю кивнула.
— Выходит, скверна проникает сразу в нескольких местах… — пробормотал Ангел и не удержался от ругательства: — Проклятье, неужели следующим обновлением будет «Вторжение Преисподней»?
Ну почему в играх про градостроительство всегда происходит одно и то же?! Только наладишь нормальную стройку, как обязательно откуда-то вылезают враги! Неужели нельзя дать спокойно построить город?!
К тому же император и придворный маг погибли слишком рано. Ангел даже опасался, что если следующее обновление запустится раньше времени, они окажутся совершенно не готовы.
Однако, услышав его слова, Манфу внезапно воодушевился:
— Вторжение Преисподней? Начинается?! Господин Сесилия, не нужно ли нам выковать ещё один Меч Героя? А то когда явится Избранный, а у вас для него ничего нет — выйдет неловко!
— Нет, ничего ещё не решено, — ответил Ангел, разглядывая вход в подземный город.
Хотя демоническая аура здесь была плотной, до настоящего прорыва оставалось ещё далеко — на полное разрушение барьера уйдёт не меньше семи-восьми лет.
Семь-восемь лет.
Ангел мгновенно успокоился. Восемь лет — более чем достаточно, чтобы протянуть Небесный путь до самого Сессе.
Окончательно расслабившись, он вдруг переспросил:
— Вы умеете ковать Мечи Героев?
— Разумеется! Клинок первого Героя выковали именно мы! — с гордостью задрал подбородок гном.
* * *
Столица магии Сесилия. Герцогская усадьба
—…И тогда Герой Рой прошёл испытание и получил Меч Героя из рук мудреца Сесилии…
Рецифия читала исторический роман.
С тех пор как выяснилось, что её жених в будущем неизбежно превратится в лакомый кусок для охотников за властью, девушка всё чаще перечитывала предания о предках. К сожалению, кроме семейных заветных правил, к которым доступ имел лишь отец, предк Рой не оставил ни дневников, ни подробных записей, так что Рецифии приходилось довольствоваться ходившими по рынку жизнеописаниями.
Отпив отвара из чашки, только что поданной управляющим, Рецифия поинтересовалась у отца:
— Отец, а тот Меч Героя всё ещё жив?
— Меч Героя?
— Тот самый, принадлежавший предку Рою, — уточнила Рецифия. — Он утерян или сломан?
—…Нет, он всё время был рядом с тобой, — с довольно странным выражением лица отозвался герцог Рой.
— А? Но в легендах о нём больше не упоминается!
— Потому что легенды не всегда правдивы. К примеру, Меч Героя предку Рою вручил вовсе не господин Сесилия, — пояснил герцог. — Когда предок продал свою первую шахту, гоблины посчитали, что сделка вышла слишком выгодной для них, и в знак благодарности заказали у гномов этот клинок.
«Интересно, какую такую шахту продал предок Рой, что даже гоблинов замучила совесть?!» — с изумлением подумала Рецифия.
Впрочем, сейчас её занимало другое:
— Значит, клинок до сих пор хранится в нашем доме?!
— Да, но с тех пор никто не смог обнажить его, — ответил герцог. — Никто не сумел пройти его испытание.
— Даже те, в ком течёт кровь Роев?
Герцог качнул головой:
— Одной лишь крови недостаточно. — Он сделал паузу и посмотрел на дочь: — Хочешь попробовать?
— Ну уж нет, таскаться со старой рухлядью — только руки пачкать, — с отвращением скривилась Рецифия. — К тому же я даже не знаю, какого Короля Демонов мне полагается сразить.
Ей, конечно, до смерти хотелось разорвать на части Наследного принца Хайда, но марать благородный клинок о подобную тушу казалось мерзким. Да и толку-то? Проблем станет только больше. С императором та же история.
Кому же на самом деле нужно противостоять, чтобы окончательно решить все беды?
Рецифия вздохнула и опустила взгляд на страницу книги.
Глядя на озабоченную дочь, герцог и управляющий переглянулись и сдержанно улыбнулись.
— Госпожа, — мягко произнёс управляющий, — в тот самый миг, когда вы задались этим вопросом, вы сделали первый шаг на пути Героя.