— Вы намерены сотворить Царство Мёртвых? — с нескрываемым изумлением переспросил Ангел.
К подобным домыслам он уже успел привыкнуть. Люди вечно искали в его поступках какой-то тайный, зловещий смысл. Впрочем, такие фантазии всегда диктовались эгоизмом: срабатывали защитные механизмы психики. Человек на подсознательном уровне связывал происходящее с личными интересами, а затем, исходя из собственных надежд или страхов, строил либо радужные, либо мрачные прогнозы.
Владыка Великого Кладбища заговорил о Царстве Мёртвых не просто так — видать, сам давно лелеял подобную мысль.
Однако развивать тему некромант не пожелал.
— Это уже не касается Королевской башни магов, — прозвучал отстранённый, бесплотный голос. — Всё зависит от того, как поступит Сесилия. Но дам вам совет: захотите ли вы воскресить бога или сшить его из кусков — попридержите коней. Дождитесь, пока этот Сесилия уберётся восвояси. Иначе он разнесёт вашу Башню до основания, и поверьте, ему будет абсолютно плевать, учился он у вас чему-то или нет.
— Сомневаюсь, что он станет заниматься столь бессмысленной расточительностью, — отрезал «Белая Мантия».
— Что ж, время покажет, — глухо хмыкнул голос сверху. Некромант явно решил, будто Башня и Сесилия — заклятые враги.
Наступила тишина.
Вдовствующая императрица уже решила, что разговор окончен, и хотела было обратиться к Белой Мантии, как сверху вновь раздался тихий смешок, и на каменный пол что-то шлёпнулось.
Стеклянный флакон, внутри которого томился призрачный силуэт.
— Душа вашего подручного, забирайте обратно, — прогремел голос. — Избавляю вас от нужды тратить новый материал.
Подручного?.. Ах, наследный принц Хайд.
Только Великое Кладбище могло предоставить подобное «гарантийное обслуживание». Ангел бросил беглый взгляд на императрицу-мать. Женщина стояла, понурив голову. Знала ли она, что в склянке томится её родной внук по крови? Впрочем, какая разница.
Белая Мантия даже не прикоснулся к флакону, брезгливо оттолкнув его магическим импульсом:
— Ты его прикончил — ты и разбирайся.
— Тч! — донеслось сверху досадливое ворчание.
После этого наступило полное безмолвие. На сей раз Владыка Кладбища действительно ушёл.
Ангел с сожалением оглядел верхние ярусы башни и облизнул губы.
Словам некроманта он верил едва ли наполовину — без доказательств и свидетелей Ангел признавал силу только за теми, кого лично вбил в землю. Однако тот факт, что Владыка унаследовал Священную Обитель, сомнений не вызывал.
Ангел только что испробовал с десяток различных способов взломать пространство Великого Кладбища, и ни один не сработал.
Вот она, подлинная Священная Обитель. Местный «фаервол» оказался неприступной стеной.
Убивать или ловить Владыку в таких условиях не имело ни малейшего смысла. Даже не обладая божественной сущностью, тот оставался личом. Покуда шкатулка жизни спрятана в глубинах Священной Обители, он фактически бессмертен.
Впрочем, охота на древнего лича Ангела и не манила. А вот изучить саму Священную Обитель… идея выглядела весьма заманчиво. И вовсе не обязательно ограничиваться именно Великим Кладбищем.
С этой мыслью Ангел устремил взгляд за пределы разрушенной стены — в бездонную тьму.
После ухода некроманта разверзшаяся бездна никуда не исчезла. За проломом царил абсолютный, непроглядный мрак.
— Это пространственная трещина, выжженная столкновением вашей силы и мощи Владыки, — тихо проговорила Вдовствующая императрица, заметив направление взгляда Белой Мантии. — История столицы слишком глубока. За прошедшие века великие сущности оставили здесь неизгладимый след, отчего ткань реальности в этом городе рвётся с пугающей лёгкостью. Впрочем, этот благословенный город обладает поразительной регенерацией. Если ничего не делать, шрам затянется сам недели за две.
Пустая болтовня.
Императрица прекрасно понимала, что Королевский советник по магии знает это не хуже её. Она лишь искала повод завязать разговор. Однако Белая Мантия продолжал хранить молчание, всматриваясь во тьму.
«Похоже, я слишком долго прозибала в изоляции и совсем разучилась говорить с людьми», — мысленно вздохнула она с горькой ухмылкой.
Не став ходить вокруг да около, она спросила прямо:
— Господин Моррей… Тот Сесилия, о котором вы говорили… Это действительно тот самый Великий маг Сесилия, что некогда рассек мир и создал Бездонный Разлом? Он вырвался из Башни?
— Твой «хозяин» убеждён именно в этом, — ответил Ангел с позиции Белой Мантии. — Королевская же башня магов склоняется к версии, что это лишь искусственная марионетка.
Сам же Ангел считал просто: «Я — это я». А кем он там был в прошлых воплощениях — дело десятое.
Даже если предположить, что Великий маг Сесилия и Чаровница Сесилия — это его предыдущие жизни, какая от того польза? Ангел помнил свою жизнь обычного офисного клерка из техногенного мира только потому, что те знания помогали ему создавать устройства и плести алхимические схемы сейчас. А что могли дать ему древние легенды? Невероятную магию или всепокоряющий шарм? Увы, ничего из этого по наследству не перешло. Так с какой стати ему приписывать себе чужие лавры?
Заявлять: «Три жизни назад я был Великим магом, расколовшим континент, а два воплощения назад — роковой красавицей, пленившей все расы»? Да от одной мысли о подобном синдроме восьмиклассника кровь стыла в жилах от стыда!
Вдовствующая императрица о таких тонкостях, разумеется, не подозревала. Заточенная в Северной башне больше века, она даже не слышала имени Сесилии. Лишь невероятный страх Владыки перед этим именем заставил её насторожиться.
— Значит… действительно существует тот, кого принимают за Великого мага? — настойчиво переспросила она.
— Именно так, — буркнул Ангел. — Ныне он владеет алхимической мастерской «Волшебная Шестерёнка». Будет время — посмотри его картину «Магическая дева☆Майя».
— Картину?.. — Императрица совсем сбилась с толку.
Её венценосный сын в своё время профинансировал «изобретение» кинематографа, но матери об этом, похоже, доложить забыл.
Впрочем, Ангел не собирался просвещать венценосную старуху, просидевшую в заточении сотню лет. Он развернулся и решительным шагом направился прямо в зияющую пространственную брешь.
— Господин Моррей?! — испуганно ахнула императрица.
— Я в отпуск. Этим путём быстрее, — отмахнулся Белая Мантия.
Императрица лишь руками развела, глядя, как фигура мага растворяется в первозданном ничто. Пытаться остановить чародея такого уровня было бессмысленно, да и симпатии к Королевской башне магов она не питала.
Впрочем, долго тосковать ей не пришлось.
Спустя полчаса императрица-мать вытребовала себе слугу и повелела разузнать всё о Сесилии и загадочной «картине». Выяснилось, что для жителей столицы это давно стало обыденностью.
Уже к вечеру императрица вовсю наслаждалась просмотром «Магической девы☆Майи».
Через день её покои были завалены тематическими сувенирами (за исключением волшебной палочки, которую продавали исключительно в самом Городе Сесилия).
Через полмесяца в её распоряжении оказались все товары «Волшебной Шестерёнки», включая летающую метлу.
А спустя месяц на онлайн-курсах Энлис для начинающих ведьм появилась новая ученица — весьма преклонного возраста.
Но всё это было потом.
* * *
Ангела судьба бывшей владычицы волновала мало. Он уверенно шагал сквозь пространственный разлом.
Для обычного мага подобная прогулка означала бы верную смерть. Пространственные трещины ведут в бесконечное ничто: потеряв координаты родного мира, можно навечно застрять в межмировом хаосе. Именно так и произошло во время «Инцидента Великого Исчезновения» — никто до сих пор не знал, куда унесло оторванный кусок реальности.
Даже Ангел не рискнул бы прыгать в пространственный разлом где-нибудь в районе Леса Туманов.
Однако разлом в столице кардинально отличался от диких аномалий.
Он был древним.
Святой Егин заслуженно звался Городом, Благословенным Богами. По легенде, именно здесь боги впервые ступили на землю и помогли смертным заложить первые камни. За сменявшими друг друга эпохами, династиями и владыками каждый пласт пространства здесь пропитался концентрированной историей.
Раньше Ангел не придавал этому значения. Сесилия тоже была древней столицей, и он полагал, что разницы нет. Но ступив в разлом, он поразился контрасту.
Пространственные бреши Сесилии пахли бездной и небытием. Прыгнешь туда — и окажешься в Преисподней или в иных дальних мирах, откуда вернуться можно разве что чудом.
А разлом Святого Егина дышал самой историей. Отпечатки божественной силы, следы древних Владык Демонов, отголоски битв легендарных драконов... Словно двигаешься внутри древнего каньона, где на стенках проступают ископаемые останки прошлых эпох.
Лицо Ангела озарилось торжествующей улыбкой.
— Ну конечно! Вот как нужно использовать Небесный родник столицы!
Подчинив себе магические потоки сразу четырёх городов, Ангел с треском разорвал ткань реальности и шагнул в образовавшийся проход.
* * *
В Королевской башне магов царил хаос.
Минуту назад земля содрогнулась, а прямо над самой величественной Башней Звёздного Сияния разверзлась огромная пространственная пасть.
Чародеи метались по двору, в панике перекрикиваясь:
— Что происходит?! Вторжение демонов?!
— Прорыв прямо над Башней Звёздного Сияния! Точно демоны!
— Но зачем им нападать на нас? Принцесс-то у нас нет!
— Может, потому и напали, что у Его Величества до сих пор нет дочери, которую можно украсть?!
Логика местных магов была железной: если Владыка Демонов пробивает дыру в небе столицы, значит, пришёл за принцессой или на крайний случай за императрицей. Обычное дело.
Лишь председатель Ассоциации королевских магов Биджи рвал и метал:
— Что за ахинею вы несёте?! Нам что теперь, заставить императора срочно родить принцессу?! Боевая готовность! Барьеры к бою! А… господин Моррей?!
Из пространственного провала с поистине демонической грандиозностью ступил не кто иной, как Королевский советник по магии — Атлан Моррей.
Свои. Можно отбой.
Биджи тут же отмахнулся от застывших магов и с подобострастной ухмылкой подбежал ближе:
— Господин Моррей! Какими судьбами? Да ещё… таким впечатляющим способом?
— Решил проверить, как там наш Небесный родник, — как ни в чём не бывало отозвался Белая Мантия. — Из дворца пешком идти долго, вот и срезал путь.
Ну разумеется. В стиле великого магистра. Ему даже переодеться из домашнего халата было лень, какая уж тут пешая прогулка.
Оглядев домашнее одеяние «Моррея», Биджи ни на секунду не усомнился в подлинности мэтра. Он мгновенно предложил проводить советника к Магическому колодцу.
За ними немедленно увязалась вся верхушка Ассоциации.
— Можете не сомневаться, господин Моррей! Родник прижился великолепно, пустил корни и набрал силу. Небесное Царство уже не за горами!
Биджи не преувеличивал.
За три месяца Небесный родник в глубине Магического колодца дал пышные побеги. На самом дне колодца распустились пылающие алые лотосы — величественные, прекрасные и опасные.
— Что ж, выглядит убедительно. Спустимся, взглянем поближе, — произнёс Ангел.
— Спустимся?.. Э-э?..
Не успели они опомниться, как Белая Мантия взмахнул широким рукавом, затягивая Биджи и всю его свиту прямо в зев Магического колодца.
Маги заверещали от ужаса. Находиться рядом с колодцем — благодать, но погрузиться в неразбавленный концентрат магии означает мгновенную смерть от перенасыщения!
За что, господин Моррей?!
Не успели они мысленно попрощаться с жизнью и составить завещания, как обнаружили, что никакой ледяной воды и смертоносных потоков нет. Они стояли на твёрдой земле.
Чародеи изумлённо огляделись.
Они находились на островке багровой суши, парящем посреди бесконечной звёздной бездны. Земля под ногами была алой, бесплодной, и лишь огромные, выше человеческого роста алые лотосы уходили корнями глубоко в почву. А вверху, вместо неба, колыхалась водная гладь, сквозь которую, словно сквозь толщу прозрачной воды, угадывались очертания перевёрнутого города.
Их собственного города. Святого Егина.
Биджи ошарашенно выдохнул:
— Мы… мы на Багровой Луне?!
— Ну, можно сказать и так, — кивнул Ангел. — Небесный родник переработал магию колодца и проложил стабильный канал. Теперь сюда можно проходить напрямую.
— Невероятно… Чудо магии! — запричитали маги.
Багровая Луна в небе всегда была лишь призрачным отражением, истинная Луна покоилась на дне Магического колодца. До сих пор ни один смертный не ступал на её поверхность.
Впрочем, рассматривать тут было особо нечего. «Луна» являлась лишь гигантским сгустком спрессованной магии. Для практики — идеальное место, но для жизни — бесплодная пустыня.
После каскада льстивых дифирамбов маги всё же осмелились вытолкнуть вперёд самого молодого и незадачливого коллегу. Тот, заикаясь, спросил:
— Г-господин Моррей… А зачем вы привели нас сюда?
— Разумеется, для реконструкции, — спокойно ответил Ангел.
Не давая им опомниться, он извлёк волшебную палочку и направил потоки лунной магии прямо в алые лотосы.
Цветы мгновенно отозвались, буйно устремляясь в рост. Толстые стебли и мощные корневища на дне разрослись до таких размеров, что начали рвать само пространство.
Раздался треск, и в тени Багровой Луны образовался пространственный разлом, похожий на сквозное отверстие в гигантском стебле лотоса.
От продемонстрированной мощи у чародеев подкосились колени.
А Биджи, помимо страха, ощутил лёгкое замешательство: насколько он помнил, господин Моррей ни разу лично не прикасался к рассаде родника после возвращения из Сесилии. Откуда такая филигранная точность в управлении?
Ангел не обратил внимания на сомнения председателя и увлёк магов за собой в свежую брешь.
Указав пальцем на случайного мага, он строго спросил:
— Определи эпохальную принадлежность этого разлома.
— А?.. — опешил чародей.
Ангел недовольно нахмурился:
— Внимательнее! Посмотри на структуру магического фона и остаточные излучения. Ты же маг высокого ранга, неужели элементарных вещей не видишь?
— Концентрация стихии огня превышает нормы… Судя по циклам угасания огненного фона… это конец Первой эпохи? — заикаясь, вымолвил маг.
— С натяжкой зачтено, — кивнул Ангел. — Но будь ты лучше подкован в истории, то вспомнил бы, что на закате Первой эпохи, в период Падения Богов, осколок сущности Бога Огня рухнул прямо на столицу. Пожар был настолько лютым, что прожёг пространство насквозь. По этому маркеру можно установить даже конкретную династию.
— Да-да, точно… — виновато опустил голову маг.
Другой, более сообразительный чародей тут же ввернул:
— Не всем же обладать столь безграничной эрудицией, как вы, господин Моррей!
— Это базовые знания, — отрезал Ангел.
Маг мгновенно принуждённо умолк.
Но Ангел не намеревался оставлять их в покое:
— Итак, эпоха установлена. Кто знает, как спроецировать визионирование того времени?
Маги воровато переглянулись.
К счастью, здесь собралась элита Ассоциации. Маг хрономантии нерешительно поднял руку:
— Я… я могу попробовать заклинание отслеживания времени… Но мне нужны ориентиры из Королевской библиотеки для точной калибровки…
Ангел с одобрением поглядел на него:
— Идеальная точность не требуется. Сделай хотя бы общие очертания.
— Слушаюсь!
Маг вскинул руки, заплетая чары.
Тьма разлома подёрнулась дымкой, и возникла полупрозрачная проекция: древний базар, паникующие толпы людей, пылающее на горизонте святилище и алое от копоти небо.
Взмахом палочки Ангел отсёк лишних людей и пламя, зафиксировав лишь детальный, трёхмерный каркас древнего рынка Первой эпохи.
Странно… Господин Моррей ведь терпеть не мог любые чары, кроме ментальных? Почему он так легко орудует структурной магией?
Некоторые маги почувствовали неладное.
Но Ангел уже огласил следующий вопрос:
— Сколько потребуется магов, чтобы полностью воссоздать этот сегмент — с рынком, храмом и инфраструктурой?
Маги облегчённо перевели взгляды на Биджи. На такие вопросы мог ответить только председатель.
Покрывшись холодным потом, Биджи выпалил:
— Это колоссальная работа! Потребуется минимум трое высших магов, семеро средних и с тридцатку подмастерьев. И учтите огненный фон — все они должны иметь склонность к стихии огня… Постойте, господин Моррей… Вы хотите сказать, что «реконструкция» означает полное восстановление Священной Обители?!
В Королевской башне Первую эпоху звали «Эпохой Богов» и считали идеалом. Их главной целью всегда было возвращение к истокам. Но до сих пор все планы сводились к попыткам сотворить бога, а вот как строить сам мир — никто не задумывался.
А Белая Мантия предлагал начать с фундамента! С воссоздания самой истории!
Какой глубокий, грандиозный замысел! Невероятно!
В глазах магов вспыхнул фанатичный огонь.
Все мелкие неувязки — почему Моррей так легко управляет родником, почему ведает чужой магией и ведёт себя не как обычно — мгновенно улетучились из их голов.
Что значат эти мелочи перед лицом Возрождения Священного Царства?!
Перед ними стоял их истинный лидер!
Ангел (в облике Белой Мантии) изобразил на лице точно такой же фанатичный восторг и вдохновенно взмахнул рукой:
— Разумеется! Рынок — лишь первый уровень. Мы воссоздадим всю столицу Первой эпохи! Не только здания, но и жителей, установим чёткие правила поведения для каждого, кто ступит в это царство!
А про себя Ангел ликовал:
«До чего же хороша столица! Какие ресурсы!»
Готовые пространственные разломы;
Неисчерпаемый Магический колодец;
Бесконечно разрастающийся Небесный родник;
Орда халявных магов-исполнителей;
И, главное, разжиревшие аристократы со своими набитыми золотом сокровищницами!
Обладая такими ресурсами, грех ограничиться казуальными инди-игрушками, как в Сесилии.
Здесь пахнет настоящим ААА-шедевром!
А вот чем этот проект станет на выходе — Assassin’s Creed или Dark Souls — зависит исключительно от усердия и совести этих чародеев.
Впрочем, Ангелу было плевать. Главное — его дорогие, любимые игроки-первопроходцы обязательно разнесут этот хардкорный мир в щепки.
Рано или поздно.