Пусть Ангела и регулярно подозревали в том, что он и есть тот самый Великий маг Сесилия, сам он к этой легендарной личности относился с прохладцей. Или, вернее сказать, заставлял себя относиться именно так.
В магическом мире концепция «подобия» — штука смертельно опасная.
В реестрах Ассоциации магов числилось свыше сотни заклятий чёрной магии, способных через внешнее сходство, подражание голосу или привычкам украсть у человека любовь, положение в обществе, годы жизни и даже саму судьбу.
И это был удел далеко не одних лишь чернокнижников.
Излюбленный трюк мудрецов — подобрать где-нибудь в пыльном углу старый меч предыдущего Героя и на весь свет провозгласить пророчество: «Тот, кто сожмёт эту рукоять, есть реинкарнация спасителя мира». Действительно ли избранник являлся воплощением древней души, никому не было дела. Главное — когда человек начинает вести себя как герой, а окружающие осыпают его хвалой, людские «словесные чары» постепенно искажают его душу, насильно превращая в Перерождённого Героя и взваливая на него бремя спасения мира.
Ангелу вовсе не хотелось стать очередным несчастным в этой цепочке.
Да, великий маг Сесилия из преданий казался человеком достойным, но кто знает наверняка? В конце концов, судя по тому, как тот соорудил «Волшебную Шестерёнку» в качестве собственного «бассейна марионеток», праведником он точно не был.
Когда существуют сходства, двойники и марионетки, лучше всего руководствоваться правилом: «двум государям не бывать в одном замке». Пока настоящий хозяин заперт в башне и не может вылезти, к нему лучше не приближаться. Тогда и беды не случится… Наверное.
— Короче говоря, ты просто струсил, мяу? — съязвил Мифрил.
Подумав секунду, чёрный кот с подозрением посмотрел на хозяина:
— Ты — и вдруг боишься?
— Я всё ещё человек, так что мне не чужд страх, — ровным тоном отозвался Ангел. — К тому же лезть на рожон ради какого-то «раскрытия истины», отлично зная, что силы не равны, — это не храбрость. Это глупость.
Да и не горел он особым желанием выяснять правду. Ангел чётко осознавал своё «я», у него были собственные цели и стремления. По сравнению с ними его гипотетическая связь с древним магом не имела никакого значения.
Во всяком случае, она не стоила риска для жизни.
А вот то, что мир стремительно теряет магию и грозит улететь в сторону Голубой планеты, — совсем другое дело.
— Эта история затрагивает будущее всего мира, — серьёзно добавил Ангел. — Не время цепляться за мелочи. Чем раньше мы узнаем правду, тем лучше.
С этими словами он вышел из тени.
Перед ним предстала Башня магов Сесилии.
Она вздымалась на самой восточной окраине города Сесилия, подобно наконечнику исполинской стрелы, направленному в сторону Бездны.
За долгие века она утратила статус самой высокой башни и потеряла сильнейший защитный барьер, но продолжала оставаться оплотом духа для всего Восточного края.
Сколько бы раз демоны ни вторгались в эти земли, пока стояла башня, жители Востока не теряли надежды.
Поэтому охранялась она строже любого другого места. Стражи обустроили неподалёку блокпост, а защитные маги неустанно патрулировали окрестности. Даже правящие императоры и герцоги Юга не могли подступиться к ней без особых разрешений.
Вот только никто не подозревал, что возле самой городской стены, прямо в тени, образовалась крошечная разделительная полоса. И некто в чёрной мантии мог спокойно подойти к башне, словно к себе домой.
—…И это ты называешь «не цепляться за мелочи»? — Мифрил окончательно потерял дар речи.
— Это называется «предусмотрительность», — с невозмутимым видом возразил Ангел. — Если что-то пойдёт не так, я должен быть готов.
«К чему готов? — подумал кот. — Сбежать? Или убить Великого мага Сесилию?»
Мифрил понял, что был слишком наивен: действия Ангела всегда стоило трактовать с наибольшей долей цинизма!
— Великий маг запечатал себя почти десять тысяч лет назад, верно? — нервно спросил Мифрил. — Никто не может войти в башню, да и сам он наружу не выходил. Поговаривают, будто он стал настолько могущественным, что просто не может больше существовать в нашем мире… И что ты собираешься делать?
— Я пришёл спросить совета. Значит, нужно просто вежливо постучать!
С этими словами Ангел окончательно покинул тень и нагло направился прямо к главным воротам.
— Эй! — пискнул Мифрил.
Отряд защитных магов мгновенно заметил его дерзкую прогулку. Однако, едва их взгляды коснулись фигуры Ангела, патрульные скользнули взором дальше, словно перед ними ничего не было.
Ангел, как самый обычный посетитель, подошёл к дверям башни.
Парадный вход самой знаменитой и могущественной башни магов этого плана выглядел до смешного просто. Обычная деревянная дверь была сплошь увита плющом и вьюнами, заплевшими всю стену. Одна из плетей с белыми бутонами свисала вниз, напоминая шнурок старинного дверного звонка.
По сути, эта лиана и выполняла роль звонка.
Это было магическое растение с цветами, похожими на ландыши. Стоило дёрнуть за один конец, как внутри башни распускался звон всех бутонов. В древности обедневшие бродячие маги часто использовали их вместо колокольчиков.
Для Великого мага Сесилии подобное решение было проявлением скромности. И одновременно — последним способом связи внешнего мира с легендой.
В обычные дни звонок молчал. Но во время вторжения демонов, в зависимости от угрозы, башня ниспосылала ту или иную защиту.
Самый известный случай произошёл во Втором Веке, во время жесточайшего прорыва. Владыки Бездны нахлынули неисчислимой волной, затопив весь город Сесилию и докатившись до самой равнины Кагафен в Городе Академий.
К счастью, принц, патрулировавший Восток, вовремя заметил опасность. Он успел эвакуировать горожан через герцога, а сам с армией сражался до последнего. Отступив к подножию Башни Сесилии, он дёрнул за лиану. В тот же миг с неба хлынул ливень из миллиона молний, испепеливший всю орду демонов. Принц выжил, вернулся в столицу и вошёл в историю Второго Века как великий государь-возродитель.
Подобных историй о Башне Сесилии бытовали сотни.
Но истории оставались лишь историями.
Все знали: после «Инцидента Великого Исчезновения» отчаявшиеся маги дёргали за шнурок, моля о наставлении, но простояли под дверью трое суток, так и не услышав ни звука.
Мифрил сомневался в успехе.
— Думаешь, Великий маг соизволит тебе ответить?
— Если не ответит — даже к лучшему. Значит, я для него не представляю интереса, — спокойно ответил Ангел, потянув за стебель. — Но вот если ответит…
Скрип-и-и…
Едва его пальцы коснулись растения, как массивные двери легендарной башни, не открывавшиеся десять тысяч лет, бесшумно распахнулись.
Тёмный проём уставился на Ангела, подобно бездонному зрачку.
Ангел нервно хмыкнул:
— А вот если он так торопится… у меня большие неприятности.
Впрочем, отступать было поздно. Посчитав происходящее жутким, Ангел всё же прижал к себе Мифрила и переступил порог.
— Извините за вторжение! — крикнул он в пустоту.
Голос эхом отозвался в гулком пространстве.
Башня была абсолютно пуста.
Ни мебели, ни убранства — лишь голые стены.
Ангел не собирался таиться и сразу сотворил «Технику Света», озарив весь главный зал.
При ярком свете стало видно: кроме толстого слоя пыли, здесь ничего не менялось с древнейших времён.
Однако на ступеньках, ведущих на верхние ярусы, стоял человек.
Мужчина, невероятно похожий на Ангела.
У него были те же чёрные волосы, те же черты лица, тот же рост. Вот только смотрелся он взрослее — лет тридцати пяти или сорока, аккуратно зачёсанные волосы, вместо чёрной мантии — светло-коричневое одеяние мага стихии природы. Такие мантии носили обычные чародеи, не имеющие узкой специализации в стихиях. Выглядел он куда более мягким и воспитанным, чем сам Ангел.
Незнакомец явно старался появиться как можно менее пугающе.
Убедившись, что Ангел заметил его, он приложил правую руку к груди и тепло улыбнулся:
—…Вы наконец-то вернулись, господин.
Впрочем, для Ангела одно лишь его лицо уже было верхом кошмара. Нормальному человеку неприятно видеть собственную копию.
Ангел нахмурился:
— Господин? Не помню, чтобы заводил себе подобных слуг… К тому же я всего лишь маг средней ступени, а вовсе не Великий маг Сесилия.
Это требовалось подчеркнуть особо.
«Зрелый Ангел», казалось, ожидал такого ответа. Его улыбка стала шире.
— Всё верно. Вы — мой господин Ангел. А Великий маг Сесилия — это я.
— Ты — Великий маг Сесилия? — изумился Ангел.
— Именно. Держал оборону, защищал эти земли, вместо вас принимал людскую хвалу и веру — и тем самым обрёл смысл существования и душу. Я — Великий маг Сесилия, и это имя даровали мне вы, — произнёс тот, кто назвал себя великим магом.
— Я даровал?
Мужчина не стал вдаваться в подробности:
— Знаю, у вас множество вопросов. Но я, как вы и приказывали, собрал всё необходимое и оставил на верхнем этаже. Вы можете подняться и посмотреть сами.
Ангел бросил взгляд наверх:
— А сам ты рассказать не можешь?
Ни один разумный маг не станет разгуливать по чужой башне без хозяина — мало ли какие ловушки подстерегают внутри.
— Я бы с радостью лично отчитался перед вами, но моё тело больше не выдерживает, — проговорил «Сесилия» и сделал шаг навстречу Ангелу.
Но с каждым шагом его лицо и тело стремительно дряхлели.
От этой жуткой картины шерсть на спине Мифрила встала дыбом.
— Мяу! — кот изогнулся дугой и зашипел на странного «Великого мага».
Тот даже не посмотрел на кота. Пройдя ещё пару шагов, «Сесилия» очутился прямо перед Ангелом — и в этот миг превратился в глубокого седого старика.
— Творец мой… Я ждал здесь десять тысяч лет лишь ради того, чтобы увидеть вас напоследок…
— Я хотел узнать, каков человек, что создал меня, совершил моими руками великие деяния, а затем без сожаления бросил всю славу и почёт.
— Надеюсь, я не осквернил ваш образ…
Он посмотрел на Ангела сложным, полным чувств взглядом и дрожащей рукой потянулся вперёд:
— Моя задача… выполнена…
Едва прозвучали эти слова, плоть и кости не выдержали давления прошедших веков и рассыпались в прах. Лишь череп отделился от шеи и со стуком покатился по полу, остановившись у самых ног Ангела, словно припав к его сапогам.
Ангел хладнокровно наблюдал за происходящим. Когда останки развеялись, он нагнулся и поднял сухой череп.
— Не трогай эту дрянь! — всё ещё шипя, предостерёг Мифрил. — Это может быть ловушкой!
— Нет. Похоже, он и правда был моей марионеткой, — тихо произнёс Ангел.
Он смахнул пыль с черепа и показал коту знакомый росчерк:
— Здесь моя подпись. И остаточные следы моей магии.
— Да… Это совершенно точно моя магия.
— И эта башня…
Ангел пробормотал:
— Я чувствую связь с её магическим источником.
Он поднял голову, и в тот же миг под его ногами вспыхнула и развернулась гигантская золотая магическая печать.
* * *
В это же время в Башне без хозяина.
Группа старых магов всё ещё оставалась внутри конструкции.
Они находились примерно на высоте двух третей башни — традиционном пределе контроля для высокоранговых чародеев.
В конце концов, не в каждую эпоху рождались гении вроде Ангела, способные разгадать абсолютно все загадки. А оставлять учеников без присмотра было опасно. Поэтому маги Фракции Равновесия на общественных началах проводили здесь занятия, разбирали задачи и поддерживали порядок.
Впрочем, даже для высокоранговых магов решение двух третей задач считалось выдающимся результатом. С этой высоты они могли контролировать ситуацию на всех нижних ярусах.
Пространство выше не поддавалось сжатию, и чтобы подняться туда, потребовались бы годы. Никто не хотел тратить столько времени.
Старики сидели в верхней галерее, попивая травяной чай, принесённый Овелией, и лениво ждали, когда Ангел закончит свои дела и спустится.
Они до сих пор свято верили, что Ангел вернулся, чтобы наконец стать полноценным хозяином Башни без хозяина.
Один из магов отпил чаю и от скуки спросил:
— Как думаете, этот парень действительно сможет подчинить себе Башню без хозяина?
— А кому ещё это под силу? — пожала плечами Овелия. — Разве он и так не является её фактическим владельцем?
Старый маг качнул головой:
— Это другое! Хотя он продвинулся дальше всех, в истории бывали подобные умельцы. Главный вопрос в том, признает ли его ядро башни.
— К слову… А эта башня хоть кого-нибудь признавала? — поинтересовался другой чародей.
— За всю письменную историю — никого. Иначе почему бы её назвали «Башней без хозяина»?
— Верно. Хотя свыше тридцати человек… Кажется, тридцати трёх? — разгадали все загадки и получили доступ в Зал Истины. Но увы, испытание башни не прошёл никто.
— Более того, все они погибли страшной смертью, — вздохнул старик.
— Погибли?! — Овелия от неожиданности хлопнула ладонью по столу и вскочила. — Почему вы молчали?!
Красный Дракон тоже тревожно вскинулся, уставившись на свод башни:
— Мой милый Ангел…
— Он в курсе, — старый маг привычно проигнорировал эту странную парочку. — Вообще-то, это он сам всё и раскопал.
— А?
— Когда он разгадал загадки башни, мы предложили ему шагнуть дальше и стать её хозяином. В конце концов, он был лишь магом средней ступени, и без особых заслуг мы не могли ввести его в Управляющий комитет. А вот владелец Башни Звёздного Сияния — совсем другое дело! Но Ангел на следующий же день принес нам целое исследование, где подробно расписал, как именно погибли все предыдущие претенденты, и приложил доказательства.
—…В его стиле, — пробормотала Овелия.
— М-да… Увидев такой отчёт, мы не могли заставлять его идти на верную смерть, — вздохнул маг.
— А ведь и правда! — погрузился в воспоминания другой старейшина. — Я тогда едва узнал про Ангела и, прочитав его работу, ещё посмеялся над его трусостью. А теперь понимаю: да ему плевать было на смертоносность испытаний! Он просто не хотел вступать в наш Управляющий комитет!
В комнате воцарилось неловкое молчание.
Лишь спустя пару минут Овелия тихо проворчала:
— Даже если догадались, зачем вслух-то говорить?..
— А почему нет?! Этот Ангел — настоящий паршивец! — возмущённо грохнул по столу другой старик. — Правами пользоваться любит, а обязанности исполнять — ни в какую! Относись он к делу серьёзнее, уже давно возглавил бы наши башни! Не пришлось бы возвращаться домой и наследова́ть какую-то мастерскую!
— Вообще-то, даже без комитета он чуть не стал преемником Овелии. Но сам же отказался!
— Точно! Ему просто нужны были защитные маги для экспериментов!
— И у этого типа ещё хватает наглости жаловаться, что мы не выделяем ему бюджет? Обычному магу средней ступени! Займись он делами как следует, мы бы завалили его золотом…
— Хотя, с другой стороны, может, и к лучшему, что он не возглавил комитет?
— Представляете, что бы он сделал, став лидером всех магов Фракции Равновесия?
Снова возникла пауза. О такой перспективе никому думать не хотелось.
Лишь спустя некоторое время один из магов ухмыльнулся:
— А помните, в самом начале мы подозревали, что Сесилия — это тот самый Сесилия?
— Да-да, было дело! — подхватили остальные. — Ангел ведь был слишком молод, когда разгадал башню. К тому же его «Волшебная Шестерёнка» тесно связана с Великим магом Сесилией… Мы всерьёз думали, что он его воплощение или двойник.
— Вот-вот! Я тогда из кожи вон лез, чтобы затащить его в комитет!
— Боги, какая глупость! Если бы спасителем мира оказался Ангел, этому миру пришёл бы полный конец!
— Ха-ха-ха, это точно!
Маги дружно расхохотались. Тяжёлая атмосфера мгновенно рассеялась, уступив место веселью.
И именно в этот момент у старшего мага зазвенел артефакт связи.
Он пошарил в складках мантии, вытащил хрустальный шар и положил его на стол.
В глубине кристалла возникло перепуганное лицо молодого мага.
Забыв про всякие приличия, тот закричал:
— Бе-беда! Сесилия признал хозяина!
— Сесилия? — переспросил старый маг.
Раньше при этом имени маги представляли город или Великого мага. Но после многих лет общения с Ангелом слово «Сесилия» ассоциировалось у них исключительно с ним.
Поэтому старец опустил путаные объяснения и ухватился за суть:
— Ангел признал хозяина?.. Нет, постой. Башня признала Ангела своим хозяином?
Представить Ангела, склоняющегося перед кем-то, он попросту не мог.
Молодой маг на том конце провода панически закивал:
— Да! Ангел стал хозяином башни!
— Ему удалось?!
— Ты уверен, что он стал владыкой Башни Звёздного Сияния?! — наперебой заговорили старики.
Юноша, явно пребывавший в глубоком шоке, беспорядочно кивал:
— Да, Башни Звёздного Сияния!
Маги недоуменно переглянулись:
— Странно… Почему же здесь нет никаких колебаний?
Обычно, чем выше ранг башни, тем грандиознее сцена передачи власти. Дело было не в пышности, а в колоссальном объёме магии, перетекающем новому владельцу, что неизбежно вызывало в пространстве мощный резонанс.
Впрочем, бывали и исключения.
Кто-то заметил:
— Вдруг у Башни без хозяина свой особый ритуал?
— Тоже верно.
Старый маг, справившись с изумлением, наконец напустил на себя строгий вид и гаркнул на подчинённого:
— Башня столько веков простояла без хозяина и наконец обрела владельца! Что в этом плохого?! Чего ты панику разводишь?!
— Б-башня без хозяина? — молодой маг понял, что они говорят о разных вещах. — Да нет же! Я про Башню магов Сесилии!
— Чего-о?!
— Я говорю, Башня Сесилии признала хозяина! — чеканя каждое слово, повторил юноша.
Старый маг застыл, точно поражённый громом.
Его мозг отказывался обрабатывать информацию.
Хозяин Башни Сесилии — это ведь Великий маг Сесилия! С какой стати башне признавать хозяином Ангела? Хотя Ангел, конечно, тоже Сесилия… Э-э-э… Что?!
Тем временем Овелия и Красный Дракон без лишних слов кинулись к ближайшему окну. Дракон выскочил наружу прямо на лету, его человеческий облик сменился исполинским ящером с багровыми крыльями. Овелия мгновенно спрыгнула ему на спину. Несколько сообразительных магов тоже успели запрыгнуть на ящера.
Дракон не стал спорить с непрошеными пассажирами. Взмахнув крыльями, он стремительно помчался в сторону Башни Сесилии.
Впрочем, приближаться даже не требовалось — всё было видно издалека.
Исполинский, безупречно прямой столб золотого света окутал древнейшую башню. Он пронзал землю до самой Бездны и уходил высоко в небеса, водрузившись на восточной окраине города, словно сияющая опора мироздания.