— Простите... Не могли бы вы дать мне ещё немного времени?
услышав своё имя из уст Уилла, Серебряный Лист с волнением в голосе попросил отсрочки.
На самом деле текущая позиция в очереди была для Серебряного Листа идеальной.
Слабые ученики уже практически закончили собеседование, а отличники ещё не начинали. Выйдя сейчас, он в любом случае произвёл бы фурор и затмил бы всех остальных.
И на этом ярком фоне последующие преуспевающие студенты показались бы столь же «заурядными», как и отстающие.
Поняв это, Серебряный Лист потерял всякий интерес к продолжению.
В конце концов, в его жилах текла кровь суккуба!
Он отлично знал: каким бы выдающимся он ни был, в глазах «людей» он останется лишь товаром.
Только слившись с толпой, став неотъемлемой частью сообщества, он мог рассчитывать на уважение — но лишь тогда, когда уважают само это сообщество.
Сейчас его «сообществом» была Академия магии Города Академий, а сам он являлся её лучшим учеником, признанным лидером.
Серебряный Лист не мог позволить кому-либо принижать своих однокурсников и использовать их как пешки.
Вот только из-за нехватки информации он не понимал истинных целей Уилла.
«Что ж, для начала стоит смешать противнику фигуры на доске», — решил он.
Серебряный Лист опустил глаза, спрятав хитрость за длинными ресницами, и изобразил на лице беспомощную растерянность преуспевающего ученика, столкнувшегося с неожиданной проблемой:
— Мне кажется, если я введу пару правок, работа станет куда лучше. Можно мне немного времени?
— Но у всех условия одинаковые... — попробовал было возразить Уилл.
— Пожалуйста, господин Ангел, — перебил его Серебряный Лист, обращаясь напрямую к магу.
Судя по наблюдениям Серебряного Листа, этот чародей в чёрной мантии казался неожиданно сговорчивым.
И Ангел действительно кивнул:
— Хорошо.
— Но Серебряный Лист — лучший ученик этого выпуска. Разве это справедливо по отношению к остальным? — словно бы невзначай бросил Уилл, навлекая на юношу неприязнь сокурсников, и тут же выкликнул следующее имя.
Он зачитал длинную, труднопроизносимую и крайне поэтичную цепочку титулов и имён.
Серебряный Лист опешил.
А затем увидел, как с места абсолютно безэмоционально поднимается Джек.
Точно, это ведь настоящее имя Джека. Как аристократ, тот обладал невероятно громоздким именем. В академии его упростили: когда лабораторный чёрный козёл испустил дух, все стали звать рогатого юношу именно этим прозвищем.
Впрочем, сейчас было не до этого.
Проблема заключалась в том, что, судя по списку, Уилл изначально всё спланировал!
Стоило первому ученику попросить отсрочку, как ассистент тут же выставил напоказ самого худшего, замыкающего список. Теперь, как бы ни выступили остальные, создастся впечатление, что весь выпуск — сплошная бездарность.
Серебряный Лист с досадой зажмурился.
На хороший результат Джека он не надеялся вовсе.
Ведь тот сдавал чистые листы три года подряд! Ни единого символа ни на одном экзамене!
Представив, какой позор сейчас произойдёт, Серебряный Лист сгорал от неловкости за сокурсника. Он искренне не понимал, как Джек с такой непробиваемой наглостью продолжал оставаться в академии.
Однако ожидания Серебряного Листа не оправдались. Допроса с пристрастием из-за пустого листа не последовало. Напротив, спустя полминуты по комнате пронёсся дружный вздох изумления — будто присутствующие увидели нечто абсолютно невообразимое.
— Это твоя работа? — услышал он вопрос Ангела.
—... Да, — с характерной заторможенностью отозвался Джек.
«Сделал? Что он мог сделать?»
Серебряный Лист не удержался и разомкнул веки. Увиденное заставило его лишиться дара речи.
Настоящее чудо! Этот недотёпа не сдал пустой лист!
Вот только то, что лежало перед ними, было куда хуже пустого листа!
Серебряный Лист в шоке уставился на игровой стол.
На нём возник ни магический волк, ни какое-либо другое существо, и даже не материальный объект. Это был сгусток тьмы. Впрочем, назвать его просто «чёрным» не поднимался язык: чернь отливала зеленью, отсвечивала краснотой, проглядывала желтизной, синевой и фиолетовыми сполохами... Описать этот кошмар не представлялось возможным. От одного взгляда на сгусток начинала кружиться голова, а разум отказывался мыслить.
Как можно было составить руны, чтобы получить такое?!
Ангел и сам выглядел поражённым:
— А у парня талант. Из него выйдет отличный специалист по спецэффектам.
— Что? — Уилл опешил и с нескрываемым изумлением уставился на мага. — Вы и такое возьмёте?
— Что значит «такое»? — Ангел нахмурился.
Он взял Джека за руку и поднял её вверх:
— Именно такие кадры мне и нужны!
Уилл и Оуэн обменялись сложными, исполненными глубокого скепсиса взглядами.
— Хозяин, думаю, присутствующие просто хотят понять ваши критерии отбора, — подал голос Мифрил, выступая от лица всех (хотя на самом деле кот просто удовлетворял собственное любопытство, не понимая, зачем Ангелу подобная дрянь). — Разве вы не говорили, что примете только тех, кто правильно перепишет руны?
— О, тут есть исключение, — Ангел глянул на исписанную рунами доску. — На самом деле в первый блок рун я встроил заклинание оценки. Иллюзорный образ, созданный каждым учеником, слегка различается и отражает его индивидуальные черты. Те, у кого эти черты оказываются любопытными, тоже входят в круг моих интересов.
«Любопытные магические черты? Вы что, игрушки коллекционируете?» — читалось на лицах присутствующих.
Впрочем, благодаря объяснению Ангела висевшее в воздухе напряжение спало. Подростки немного повеселели: они вовсе не считали свои руны скучными. И даже если в техническом плане произошёл сбой, вдруг господину Ангелу что-то приглянется?
В конце концов, он ведь выбрал даже Джека!
Сам же рогатый юноша ошеломлённо смотрел на руку мага, сжимавшую его ладонь. Лишь сейчас до его заторможенного разума дошёл смысл сказанного.
—... Вы будете меня кормить?.. — заторможенно спросил он.
— Будешь есть досыта, — ответил Ангел.
Казалось, Джек снова завис. Лишь через три минуты на его лице проступила едва заметная, слабая улыбка. Но из-за столь затяжной реакции этого никто не заметил.
Собеседование продолжилось в установленном порядке.
Следом за Джеком шли отличники, которых председатель Хьюм оценил классом «А». Однако, как и опасался Серебряный Лист, на фоне неизреченного сгустка тьмы их успехи смотрелись довольно блёкло и мало чем отличались от работ предыдущих учеников.
В конце концов, полноценное усвоение курса рун как раз и предполагало точное воспроизведение третьего блока. Четвёртый же блок — сложение собственной «поэмы» — требовал накопленного опыта. Поэтому хотя работы последующих студентов и превосходили первые попытки — их иллюзорные волки не хромали и четко выполняли команды, — особой оригинальностью они не отличались.
Никакой экспрессии.
Наконец очередь дошла до Серебряного Листа, придержавшего себя напоследок.
И он действительно оправдал статус лучшего.
Едва юноша вставил свою руническую дощечку в игровой стол, на нем возникла не неуклюжая туша, а величественный исполинский волк, чья шерсть отливала серебром и походила на стальные иглы.
Появившись, зверь запрокинул голову и издал такой оглушительный рык, что стоящие вокруг невольно отшатнулись.
— Почему он выглядит как настоящий?! — испуганно воскликнул кто-то.
— Потому что в пятом блоке рун было допущено три ошибки, — спокойно и уверенно, словно отвечая на уроке, пояснил Серебряный Лист. — Стоило их исправить, как размер и облик фантома приняли верную форму.
С этими словами он бросил взгляд на Ангела.
Однако чародей не разразился похвалами, подобно академическим преподавателям, а лишь безучастно кивнул:
— Продолжай.
— Хорошо, — Серебряный Лист коснулся клавиш.
Разумеется, проблем с нехваткой маны, как у Энлис, у него не возникло.
— Вперёд.
Серебряный волк величественно шагнул навстречу.
— Назад.
Зверь осторожно отступил.
— Прыжок.
Хищник стремительно рванулся в атаке.
— Уклонение.
Волк ловко кувыркнулся, уходя в сторону.
— Абсолютный навык.
Зверь изрыгнул яростный рык, его тело воссияло ослепительным белым светом. Он распахнул пасть, и поток сияния поглотил всё вокруг.
Когда свет угас, юноши не удержались от аплодисментов:
— Потрясающе!
— Недаром лучший на курсе!
— Даже не верится, что мы переписывали один и тот же текст!
Колоссальная разница в мастерстве заставила студентов забыть о том, что Серебряный Лист намеренно тянул время. Каждый понимал: даже получи они отсрочку, подобного результата им не добиться.
Серебряный Лист, привыкший к дифирамбам сокурсников, вновь перевёл взгляд на будущего работодателя.
Лицо Ангела оставалось бесстрастной маской:
— Что ж, весьма неплохо.
«И это всё? На реакцию после той неописуемой дряни Джека это совершенно не похоже!» — в душе юноши всколыхнулась досада.
Впрочем, он не подал виду. Подарив магу безупречную улыбку, Серебряный Лист кивнул и повернулся, намереваясь вернуться к сокурсникам.
И тут до его слуха донёсся голос Ангела, обращённый к коту:
— Пометь у себя: базовый оклад этого сотрудника — три золотых в месяц.
Серебряный Лист замер как вкопанный.
— Пояснишь? — попросил Мифрил.
— Результаты испытания, — Ангел снова посмотрел на доску. — Те, кто безупречно разобрал задание и справился со всеми четырьмя блоками и выше, зачисляются в отдел разработки. Базовый оклад — от трёх золотых монет, плюс премии и дополнительные льготы. Справившиеся с тремя блоками тоже идут в разработку, но со стартовой ставкой в одну золотую монету; через три месяца оценим их успехи. Справившиеся с двумя блоками становятся рядовыми сотрудниками, с перспективой перевода в разработку при отличной работе. И, наконец, те, кто осилил лишь первый блок, получают трёхмесячную стажировку без премий. Если по её окончании они смогут освоить второй блок — станут штатными работниками... Что же до тех, кто не справился даже с первым блоком... Что ж, простите, нам не нужны тунеядцы.
Слова Ангела вызвали среди выпускников бурное оживление.
— Значит, меня приняли?!
— Я сделал третий блок, так я в этом... как его... отделе разработки?!
— А у меня только второй... Проклятье, совсем чуть-чуть не хватило!
— Выходит, больше четырёх блоков закрыл только Серебряный Лист?
Они восторженно наперебой обсуждали новости, совершенно забыв, что изначально не хотели идти в эту мастерскую. Захлестнувшая их радость от успешного испытания вытеснила прежние сомнения.
На губах Ангела наконец появилась легкая полуулыбка:
— А в Городе Академий неплохой уровень образования. Ни одного человека, не осилившего даже первый блок!
«Вообще-то один есть! И он стоит прямо рядом с тобой!» — подумали все, уставившись на стоящего подле мага Джека.
Впрочем, вслух язвить никто не стал. Условия, предложенные Ангелом, были более чем справедливыми. Даже те, кому досталась лишь стажировка, думали только о том, как проявить себя и получить штатное место.
Даже Серебряный Лист искренне улыбнулся.
Его больше не волновало, что Ангел уделил столько внимания Джеку и проигнорировал его собственный триумф.
В конце концов, существует ли на свете похвала более убедительная, чем внушительный оклад?!
Если и существует, то только ещё более высокий оклад!
* * *
Разумеется, Ангел вовсе не бросал слов на ветер.
В душе он стремился оформить сотрудников даже сильнее, чем сами юноши.
Поэтому сразу после окончания собеседования с каждым из них заключили магический контракт в трёх экземплярах: один оставался в мастерской, второй забирал сотрудник, а третий Уилл должен был передать на регистрацию в Ассоциацию магов.
Выпускникам, ставшим полноправными сотрудниками, больше не требовалось уходить вместе с ассистентом. Счастливые, они отправились вслед за котом-официантом в общежитие.
Ангел же проводил Уилла и Оуэна до дверей.
К этому времени мастерская «Волшебная Шестерёнка» уже готовилась к закрытию. Посетители неторопливо покидали заведение. Мягкий, естественный свет древней магии, окутывавший помещение, резко контрастировал с тусклым, желтоватым сиянием газовых фонарей на улице.
Вглядываясь в эту грань, Уилл со сложным чувством произнёс:
— И всё-таки магический свет куда ярче...
— Это ненадолго, — отозвался Ангел. — Рано или поздно технология догонит магию.
Уилл с изумлением уставился на мага, не ожидая услышать от него похвалу в адрес прогресса.
—... Господин Ангел тоже считает, что технологии превосходят магию? — взгляд мэра Оуэна мгновенно стал острым.
— Мир не делится на чёрное и белое, — отрезал Ангел.
Да, технологии породили весьма увлекательные электронные игры, но магия без труда создавала полнообъемные голограммы.
Ангел не был настолько глуп, чтобы выбирать что-то одно. Взрослый и разумный человек всегда скажет: «Я беру всё!»
Однако ни Оуэн, ни Уилл не могли прочесть его мыслей. Они озадаченно переглянулись, даже не понимая смысловых оттенков сказанного.
Взирая на фонарные столбы, Ангел лишь тихо вздохнул:
— Но если всё продолжит развиваться в том же духе, какими бы яркими ни были магические светильники, они станут никому не по карману.
Ведь магический свет — это прежде всего магия. Для его работы требуется мана.
По сравнению с электрической лампочкой, для включения которой не нужно знать принципов её работы — достаточно просто щелкнуть выключателем, — магия оставалась слишком громоздкой.
Пройдёт совсем немного времени, и когда появится лампа накаливания, аристократы без сожаления выбросят последние магические светильники и перейдут на электричество.
Доступность неизменно побеждает функциональность.
Именно так магия в этом мире шаг за шагом уступала свои позиции.
— И это вовсе не так уж плохо, — тихо пробормотал Уилл — настолько тихо, что ни Оуэн, ни Ангел его не услышали.
* * *
Покинув мастерскую «Волшебная Шестерёнка», ассистент Уилл в одиночестве отправился к себе.
Хотя при нём оставались контракты, подписанные студентами, с их регистрацией вполне можно было подождать.
В конце концов, Ассоциация магов являлась государственной организацией, а её служащие — получиновниками. И хотя ассистент периодически перерабатывал по поручению руководства, бешеным ритмом эта служба не отличалась.
Выполнив поручение председателя Хьюма, Уилл имел полное право принять горячую ванну, выспаться и отдохнуть пару дней перед отчётом.
А торопил Ангела он лишь потому, что кое-кто другой проявлял крайнее нетерпение.
Уилл отпер дверь своей квартиры. Внутри царил непроглядный мрак.
Он потянулся к выключателю.
Уилл не знал, когда наступит предсказанная Ангелом эпоха «превосходства технологий», но на данный момент магия действительно казалась куда удобнее — вот только ему она была не по карману.
Однажды Уилл подсчитал: коммунальные расходы обычной семьи — водоснабжение, освещение, приготовление пищи на газе — обходятся примерно в пять серебряных монет в месяц, что вполне под силу человеку с постоянным доходом. А вот магические аналоги, даже без учёта стоимости самих артефактов, требовали затрат маны на уровне начинающего мага.
Уилл же, хоть и окончил Академию магии, оставался всего лишь подмастерьем. Позволить себе дорогостоящий «магический быт» он не мог, а потому честно снимал квартиру в таунхаусе, подключённом к газовой и паровой сетям.
Аренда обходилась в двадцать шесть серебряных монет в неделю за пять комнат и три гостиные. С учётом приходящей прислуги это выглядело весьма достойно.
Впрочем, подобное жильё он смог позволить себе только после поступления на службу в Ассоциацию. Пойди он в Башню магов...
Уилл замер.
Он так и не зажёг свет. Из темноты донеслось чьё-то дыхание. Присмотревшись, ассистент разглядел силуэт человека, восседавшего на диване возле журнального столика. Незнакомец молча наблюдал за ним.
Обычный человек на месте Уилла если бы не поддался панике, то уж точно перепугался бы насмерть.
Однако ассистент, похоже, привык к подобному.
Замешкавшись лишь на мгновение, он изобразил свою привычную, мягкую и доброжелательную улыбку:
—... Пришёл?
— Вернулся из Города Академий? — раздался из мрака глухой, зловещий голос.
— Да, — кивнул Уилл. — Как ты и предсказывал, вступив в права наследования, новый хозяин «Волшебной Шестерёнки» первым делом обратился в Ассоциацию магов.
Всё верно: действия Ангела просчитывались заранее.
И для ассистента Уилла это был далеко не первый случай взаимодействия с делами мастерской.
По правилам, Ассоциация должна была защищать магические лавки и предприятия в своём регионе. Однако многие внутри организации поддались чужому влиянию, списав разорение магических заведений на «естественные рыночные процессы», и постепенно сводили эту защиту на нет.
«Волшебная Шестерёнка», крупнейшая алхимическая мастерская Столицы магии, давно привлекала внимание дельцов.
Чтобы окончательно лишить её покровительства Ассоциации, кое-кто потратил больше десяти лет (хотя прежний владелец и сам приложил руку к упадку). В результате даже мэр Оуэн и председатель Хьюм махнули на мастерскую рукой и смирились с её неизбежным крахом.
Замысел заговорщиков был в шаге от успеха: в этом году мастерская должна была окончательно перейти в их руки.
Никто не ожидал, что буквально с неба упадет какой-то Ангел.
Кукловоды, положившие на этот проект годы жизни, не собирались отступать и уже готовили новый план поглощения.
Впрочем, никто из них не верил, что Ангел способен вернуть мастерскую к жизни. А вот его статус «магического мастера среднего ранга» создавал серьёзные помехи. Ассоциация не могла игнорировать даже проблемы подмастерьев, не говоря уже о полноценном маге. Потребуй Ангел помощи, сославшись на славное прошлое «Волшебной Шестерёнки», и магическое сообщество просто не смогло бы умыть руки.
Именно поэтому сидевший в темноте человек вышел на связь с Уиллом, велев тому «действовать по обстановке».
Вот только Ангел спутал им все карты.
— Этот маг в чёрной мантии не стал просить Ассоциацию о помощи. Вместо этого он потребовал направить к нему учеников-рунологов. Председатель Хьюм как раз ломал голову над трудоустройством выпускников и спешно отправил меня в Город Академий. Я успел оставить тебе сообщение, — отчитался Уилл, пытаясь разглядеть выражение лица собеседника. — Но никаких указаний от тебя так и не поступило.
— Ха-ха-ха! Каких ещё указаний?! — Незнакомец разразился хриплым, каркающим смехом. — А этот чернокнижник не промах! Понял, что прямая просьба не сработает, и решил прикрыться студентами, чтобы выбить субсидии? Да ещё и старику услугу оказал!
Подобно тому, как плата за обучение магическим специальностям частично субсидировалась, Башни магов получали дотации за приём учеников. Поэтому нуждающиеся в средствах Башни охотно брали подмастерьев — именно туда изначально планировали отправить Серебряного Листа.
— Вот только алхимическая мастерская — это не Башня магов. Получение субсидий здесь — вопрос крайне скользкий. И как бы Хьюм ни пытался его выгородить, выбить эти деньги будет непросто! — злорадно усмехнулся теневой визитёр.
«А мне не кажется, что он пытается выбить субсидии... Условия, которые он предложил студентам, слишком хороши — они перекрывают любые выплаты», — подумал Уилл, слегка нахмурившись.
Он помешкал и произнёс:
— Ты уверен, что всё под контролем?.. Я видел мастерскую, у них полно клиентов.
— Торгуют себе в убыток ради шумихи, — пренебрежительно отмахнулся визитёр. Судя по всему, он и сам успел побывать в «Волшебной Шестерёнке». — Сейчас идет тестирование, играть можно почти бесплатно, вот народ и валит. Но сколько из них реально способны купить этот стол? А из тех, кто способен — сколько захочет потратиться? Разве что маленькая невеста из дома Рой согласится быть такой дурой!
Прежде Уилл думал так же.
Игровой стол — штука любопытная, но затратная.
Даже не говоря об окладах учеников: такое огромное помещение требует колоссальных расходов на освещение и магию. Экран с рейтингом, сами столы — ежедневно уходит уйма маны! На одних напитках такие расходы не отбить. Будь этот маг хоть трижды мастером среднего ранга, он не сможет снабжать всё заведение маной в одиночку.
Даже председатель Хьюм сомневался в успехе мастерской.
Однако после вчерашних испытаний у Уилла появилось дурное предчувствие. Ему казалось, что «Волшебная Шестерёнка» на этот раз так просто не закроется.
— А что, если... Что, если эти игровые столы станут продаваться нарасхват? — не удержался Уилл. — Помимо барышни из дома Рой, я видел там старшего сына семьи Фридрих. Его имя возглавляет рейтинг.
— Этот никчёмный разгильдяй? — Тень фыркнула, но вместо ответа спросила с подозрением: — Что-то ты печёшься о крахе мастерской сильнее нашего.
—... Я просто считаю, что отжившее свое должно уступить место новому, — ответил Уилл.
Он действительно так думал. Уилл искренне желал угасания магии.
У него не было к ней ненависти — напротив, своим нынешним положением он был обязан именно магии. Кабы не магический дар, не учёба в Городе Академий и не покровительство председателя Хьюма, у него никогда не было бы столь стабильной работы и достойной жизни.
Но именно благодаря этому он осознал, насколько жесток мир, построенный на магии.
Магический дар определяет всё!
Маги заклятий возвышаются над всеми, официальные маги пользуются дворянскими привилегиями, а лишённые дара простые смертные вынуждены влачить жалкое существование.
И даже теперь, когда времена изменились, Ассоциация магов продолжает тратить колоссальные средства, пытаясь искусственно поддержать престиж магии. Они плодят бесполезных колдунов, даже не задумываясь, стоят ли колоссальные затраты маны достигнутых результатов.
Промышленность же, напротив, снизила стоимость жизни и изменила быт обычных людей к лучшему.
И пусть это смахивало на неблагодарность, Уилл искренне хотел, чтобы магия сгинула.
А уж заведение вроде «Волшебной Шестерёнки», создающее лишь игрушки, и подавно не заслуживало возрождения!
Зачем магу среднего ранга тратить силы на такую ерунду, вместо того чтобы заняться чем-то действительно полезным?! Он смог разглядеть истинные таланты среди серой массы, но в итоге просто бросил их на бессмысленную работу.
Так казалось Уиллу.
Однако гость не принял его слова всерьёз и не намеревался делиться планами.
— Ты прав в одном: «Волшебная Шестерёнка» обречена, и никакое возрождение ей не грозит! — с этими словами незнакомец решил окончить разговор. — Твоя задача — следить за Хьюмом. Если он задумает что-то лишнее, помешай ему и доложи нам. Пачкать руки тебе пока не придётся.
«Пока?..» — мысленно зацепился за слово Уилл.
— Подожди, я не закончил! — поспешно окликнул он гостя.
— М?
— На обратном пути на поезде я встретил мэра Оуэна, возвращавшегося из Королевской столицы. Изначально он был взбешён всей этой ситуацией, но посетив «Волшебную Шестерёнку», резко сменил гнев на милость, — выложил ассистент.
— Оуэн?.. — Тень на мгновение замешкалась, но затем небрежно отмахнулась: — Даже если он не против, это ничего не меняет.
— Но... — Уилл всё ещё испытывал тревогу.
Видя его сомнения, гость всё же решил обронить крупицу информации:
— Пока мэр не сошёл с ума настолько, чтобы лично ручаться за мастерскую, состоятельные покупатели не станут брать эти столы. Ведь вместо забавной игрушки их куда больше интересуют патенты и доли в предприятии!
— Ты имеешь в виду...
— Эта игрушка ведь скоро выходит в продажу? — оскалился незнакомец. — Боюсь, объем продаж в первый день станет и финальным показателем.
«Подделки? Или полная блокировка? А может, и то и другое?» — Уилл нахмурился. Подобные грязные методы ведения бизнеса вызывали у него отвращение.
Впрочем, гостя его мнение не волновало. Он поднялся, отпер дверь и обычным шагом вышел наружу.
Злодеи, лишённые магии, уходят без всякого пафоса.
* * *
Уилл так и не смог успокоиться.
Любой, кто хоть раз видел Ангела, потерял бы покой.
Служители чёрной мантии всегда обладали этим скверным свойством: даже созидая игрушку, они умудрялись веять недобрым знамением.
Хотя Уилл и понятия не имел, какая беда может исходить от какого-то игрового стола.
Поэтому на следующее утро он отказался от отдыха. Собрав документы по вчерашним контрактам студентов с «Волшебной Шестерёнкой», ассистент отправился с отчётом в Ассоциацию магов.
Пошёл пешком.
От его дома до Ассоциации было минут пятнадцать езды на паровом дилижансе или полчаса ходьбы. Но Уилл предпочитал прогулки шумному транспорту.
К тому же на полпути можно было завернуть в переулок и купить свежевыпеченного, пышущего жаром хлеба.
С этой мыслью Уилл бросил взгляд на противоположную сторону улицы.
В этот момент мимо пробегала орава мальчишек-газетчиков, звонко выкрикивавших:
— Свежий номер! «Ежедневник Восточных земель»! Новое изобретение мастерской «Волшебная Шестерёнка»! Личные рекомендации мэра Оуэна!
«Новое изобретение?..» — Уилл сладко зевнул, без особого интереса перемалывая эту новость в сонном мозгу.
Всё равно все эти «изобретения» — обычная реклама. Впрочем, Сесилии ещё повезло: говорят, в промышленной Сенсенате каждый день регистрируют сотни подобных «новинок»...
«Постойте, про чьё изобретение они кричали?!»
Уилл поперхнулся зевком и мгновенно очнулся.
Он замёрз на месте с открытым ртом, точно у него вывихнуло челюсть, а затем поспешил к газетчикам.
— О чьём изобретении речь? — переспросил он.
— «Волшебной Шестерёнки»! Крупнейшей алхимической мастерской нашей Столицы магии, что на Пути Героев!
— Да-да! Их новый игровой стол — просто загляденье! — подхватил другой мальчишка, ловко суя газету Уиллу в руки. — Купите номерок, сударь! Нынче не сыграть в это — всё равно что отстать от жизни!
— Точно! К тому же сейчас последние дни тестирования! Потом так дешево уже не будет!
— Да и просто посмотреть сходить — одно удовольствие!
— А ещё там дают бесплатную газировку!
Остальные мальчишки наперебой защебетали о мастерской. Было видно, что они сами успели побывать там в качестве клиентов. Нахваливая игровой стол, они казались не столько продавцами газет, сколько преданными зазывалами «Волшебной Шестерёнки».
Окружённый со всех сторон детворой, Уилл понял, что так просто не выпутается, и смиренно купил номер.
Впрочем, он и так собирался его приобрести.
Откуда, чёрт возьми, взялись «личные рекомендации мэра Оуэна»?!
Уилл прекрасно помнил, что вчера, прощаясь с мэром, тот не выражал ни малейшего энтузиазма!
Встревоженный ассистент судорожно развернул газетный лист.
Искомое обнаружилось быстро.
Третья полоса «Ежедневника Восточных земель» целиком отводилась под пышную рекламу мастерской «Волшебная Шестерёнка». В центре полосы красовался огромный снимок.
Главным героем фотографии выступал милый кот породы золотой шиншилла, однако на заднем плане чья-то рука жирными чернилами обвела две фигуры. Одной из них был тучный мэр Оуэн, а вот от вида второго — высокого и сухощавого юноши — у Уилла потемнело в глазах!
Это же он сам!
Разглядев за их спинами размытые силуэты подростков в форме Академии магии, Уилл мгновенно понял: их сфотографировали вчера, когда он привёл учеников на собеседование!
Подпись под снимком гласила: «Мэр Оуэн и его ассистент Уилл инспектируют мастерскую "Волшебная Шестерёнка"».
Мать вашу, что за ахинея?!
Мэр действительно пришёл с ассистентом, но Уилл был ассистентом председателя Ассоциации магов, а не мэра! Где это видано, чтобы чиновники инспектировали объекты с помощниками из других ведомств?!
«Ежедневник Восточных земель» вроде бы солидное издание, а скатился до сочинительства по картинкам?!
Уиллу страшно захотелось разорвать газету в клочья.
Впрочем, уничтожение бумаги проблемы не решало. Сжав волю в кулак, ассистент устремился к зданию Ассоциации магов. Он намеревался немедленно встретиться с председателем Хьюмом и потребовать официального протеста, чтобы редакция публично извинилась за эту дезинформацию!
Охваченный праведным гневом, Уилл даже не заметил знакомую карету, припарковавшуюся у главного входа.
Ту самую карету, что вчера подвозила его со студентами.
Влетев в приёмную Хьюма, Уилл коротко стукнул в дверь и, не дожидаясь ответа, ворвался внутрь:
— Господин Данлоп, у меня срочное сообщ... М-мэр?!
Ассистент ошеломлённо застыл перед тучным мужчиной, восседавшим на диване в кабинете председателя. Уилл никак не ожидал встретить его в столь ранний час.
Председатель Хьюм сидел напротив и увлечённо загружал зефир в свою чашку с кофе.
Заметив вошедшего, он добродушно усмехнулся:
— Ты по поводу выпускников? Оуэн уже рассказал мне, что «Волшебная Шестерёнка» приняла их всех до единого. Отличная работа! Но к чему такая спешка? После столь долгой командировки ты мог спокойно отдохнуть день-другой и отчитаться завтра.
— А... Нет... — Уилл окончательно смешался, потребовалось несколько секунд, чтобы вернуть дар речи: — Я не про мастерскую... То есть про мастерскую, но не про это!
Пусть визит мэра и стал неожиданностью, это играло Уиллу на руку.
Мэр ведь тоже должен быть разъярён такой фальшивкой!
Воодушевившись, Уилл выложил газету на журнальный столик:
— Утром я купил «Ежедневник Восточных земель» и обомлел: они напечатали вот это...
— Ха-ха-ха! Уж напечатали? Ну и скорость! — весело расхохотался мэр Оуэн.
Уилл неверующим взглядом уставился на чиновника, а тот с гордостью пояснил:
— Вчера в мастерской крутился репортёр. Снимал кота и случайно захватил нас. Потом подошёл спросить, можно ли пустить кадр в забавную хронику. Я подумал: с какой стати мэр должен быть приложением к коту? И велел развернуть полноценный материал! Вот они и постарались.
«Да при чём тут кот?! И это, по-вашему, повод оплачивать целую полосу под рекламу мастерской?!» — у Уилла не было слов.
На мгновение у него возникло подозрение, не опоил ли Ангел мэра каким-нибудь чернокнижным зельем.
Однако мысль Оуэна звучала вполне здраво:
— Благодаря этой статье, когда их игровые столы поступят в продажу, мы сможем заказать «Ежедневнику» эксклюзивное интервью с нашими выпускниками! Пусть все видят: наши рунологи востребованы на рынке! А то вечно шипят, будто мы раздуваем показатели трудоустройства за счёт казны, а выученные маги ни на что не годны!
Хьюм удивлённо приподнял бровь.
Хотя он сам направил учеников к Ангелу, о новинках мастерской ничего не знал. Старейшина рассчитывал лишь дать студентам практику, а со временем перевести их в Башню магов.
С любопытством он спросил:
— Ты, похоже, в восторге от этого артефакта? Я слышал, там какая-то игрушка?
— Не просто игрушка, — качнул головой Оуэн.
Игрушка ли, нет ли, но процесс её создания производил неизгладимое впечатление.
Оуэн до сих пор помнил, как горели глаза учеников, когда они смотрели на вычерченные собственными руками руны.
Сколько лет он не видел в людях такой искренней страсти к магии?
Вчера, покидая «Волшебную Шестерёнку», мэр был лишь тронут, но по дороге домой восторженные мысли захлестнули его с новой силой. Он всё больше убеждался: Ангел создал эту «забаву» не случайно. Разве мог маг в чёрной мантии заниматься пустяками? Поэтому когда из редакции позвонили уточнить детали снимка, Оуэн без колебаний дал зелёный свет.
Впрочем, объяснить всё на словах было непросто, а потому Оуэн подытожил:
— Тебе стоит самому взглянуть на этот стол. Тогда всё поймёшь.
— Хм-м, ну раз так, может, составишь мне компанию? — Хьюм достал из стола несколько конвертов.
Они были угольно-чёрными, смахивающими на траурные извещения, но на лицевой стороне золотыми магическими чернилами вырисовывалась сложная вязь шестерёнок. Эти шестерёнки непрерывно вращались, придавая приглашениям изысканный и роскошный вид.
— Это пригласительные от «Волшебной Шестерёнки». Через два дня у них заканчивается тестовый период, и мастерская официально открывает двери. Вот, прислали целую стопку.
По правде говоря, приглашение Ангела выглядело скорее формальностью: он просто отправил их обычным письмом через почтальона (судя по отсутствию марок, применив магию для безбилетной доставки), небрежно бросив конверты в общем холле Ассоциации. Магу будто было всё равно, придёт ли сам председатель.
«Вы же не мои целевые клиенты. Просто выполнил вежливый жест по просьбе Мифрила».
Изначально Хьюм не планировал идти, но, увидав настрой Оуэна, заинтригованно хмыкнул.
Он протянул один из конвертов мэру:
— Тут сказано: «Приглашаются вчерашние посетители мастерской». Пойдёшь?
— Пойду! Конечно же пойду! — ни секунды не сомневаясь, выкликнул мэр Оуэн.