По всей столице происходило одно и то же.
Многие жители, подобно Сере и Дэйзи, годами копили в себе боль и обиду. Их терпение давно было на пределе, и едва на улицах показались дворянские солдаты и маги, явившие своё истинное чудовищное обличие, а с небес опустились Мечи Героя, горожане не выдержали. Они взялись за оружие, чтобы защитить себя и близких.
Восстав, люди с удивлением осознали: сопротивляться вовсе не так трудно, как казалось.
Серый туман стремительно расползался по улицам. Стоило лишь с помощью Меча Героя подавить силу монстра, как эта серая пелена тут же поглощала тварь.
Вскоре четверть столицы оказалась во власти серого тумана.
Первые успехи восстания заметил не только народ, но и маги. Впрочем, даже перед лицом надвигающейся катастрофы падшие чародеи из Фракции Избранников Бога ни о чём не догадались.
— Неужели этот мерзавец Моррей вознамерился единолично прибрать к рукам Божественное Царство?
Чародеи были свято уверены, что столкнулись с хитрым, но очевидным замыслом. Прикрываясь именем Всевышнего, они сами давно спутались с демонами. А Белая Мантия Моррей и вовсе отсёк от себя половину сущности, обратившись Королём демонов. Посему падшие маги посчитали, будто именно он совратил их, рассчитывая превратить Божественное Царство в личные владения, а их самих сделать своими покорными слугами. Они даже уверовали, что подмена короля чудовищем — тоже его рук дело.
И теперь всё происходящее в столице казалось им происками Короля демонов, прибирающего к рукам желаемое.
По этой причине члены Фракции Избранников Бога сквозь пальцы смотрели на растущий хаос и даже исподтишка подливали масла в огонь. Но это вовсе не означало, что они намерены безропотно покориться «Королю демонов». В своём высокомерии чародеи считали себя особыми избранниками богов. Даже обретя облик тварей Бездны, они верили, что это лишь временная мера, а их истинная цель — завоевание собственного Божественного Царства. И власти какого-то Короля демонов им было мало; они жаждали получить божественное могущество.
А именно — воскресить Бога.
— Мы-то думали, что если заставим Алую Луну взойти раньше срока, то сорвём ему контроль над магией!
— Он вообще ещё человек?! Как он способен удерживать власть над столицей в столь диких условиях?!
— Если так пойдёт и дальше, Моррей сделает нас своими рабами!
Обрядившиеся в шкуры монстров маги впали в настоящую панику. Самые изувеченные демонизацией с ужасом ощущали, как серый туман въедается в их плоть, вытесняя их из этого мира.
Увы, юная Энлис была слишком слаба, и даже владея Замком Короля Демонов, не могла полностью подчинить себе бывших высших чародеев.
Впрочем, сами маги об этом даже не догадывались. Охватывающий столицу хаос поверг их в дикий ужас.
— Медлить больше нельзя! — прорычал Биджи, председатель Ассоциации магов. — Начинайте заключительный ритуал призыва!
— Но у нас нет принца! Без его крови...
— К чёрту подробности! Используем «замену»!
С этими словами Биджи уставился на одного из молодых дворян в толпе.
Окажись здесь Мидо, она бы несказанно удивилась, узнав в нём того самого сбежавшего жениха, которого так опрометчиво бросила.
Юноша остолбенел, а затем, словно догадавшись о чём-то кошмарном, с ужасом уставился на стоящего рядом мага заклятий:
— Предки... Предки, вы чего?!
Но тот лишь равнодушно хлопнул своего далёкого правнука по спине:
— Ступай. Сам виноват, что упустил невесту.
Вот для чего существовал этот «запасной вариант». Кровь императора, безусловно, подходила лучше всего, однако правители часто бывали своенравны и упрямы. Чародеи не могли гарантировать абсолютную чистоту монаршей линии, а потому тайком взращивали боковые ветви рода на случай подобного форс-мажора.
А что станет с «заменителем» — никого не волновало.
Едва ладонь «великого предка» опустилась на спину юноши, из его глаз мгновенно исчезли остатки разума. Словно марионетка с подрезанными нитями, он слепо шаг за шагом побрёл к иссохшему исполинскому остову, покоящемуся в глубине магического колодца.
Стоило ему ступить в самый центр колодца, как вспыхнула сложная, ослепительно-величавая магическая пентаграмма. Чародеи, затаив дыхание, воздели руки в молитвенном жесте.
И словно в ответ на их стенания, в центре магического круга вспыхнула ослепительная точка — знак зарождения новой души.
Биджи в экстазе подался вперёд:
— Господин Мисриру!..
* * *
— Великий Бог Света, — произнёс Ангел, наблюдая за происходящим сверху, и в его голосе прозвучала откровенная насмешка. — Это же чистой воды богохульство. И ты спокойно на это взираешь?
— Я отрёкся от божественного престола, — с лёгкой улыбкой отозвался Бог Света. — Но если ты попросишь, я с радостью всё исправлю.
Ангел пристально посмотрел на него:
— И какова цена?
— Ты.
— Ха, — сухо отрезал Ангел, не желая продолжать бессмысленный торг, и огляделся по сторонам. — Где мой кот?
Бог Света тоже не стал настаивать и осмотрелся вокруг.
— Я его только что видел... А! — Он вдруг осёкся, словно озарённый внезапной догадкой, и посмотрел вниз: — Постой, эта тварь... Неужели она...
* * *
— Мяу~
Едва свет в центре магического круга померк, перед изумлёнными магами явился двухвостый чёрный кот. Он восседал прямо на гигантском остове и смотрел на чародеев разноцветными глазами — золотым и пурпурным.
— Ч-что?! Почему кот?! — в панике закричали маги.
Узнай они, что перед ними питомец самого Сесилии, безумие охватило бы их ещё быстрее.
Однако Биджи, цепляясь за последнюю надежду, всё же возопил:
— Господин... Господин Мисриру, неужели вы переродились в кошачьем обличье?!
— Кто здесь этот ваш тиран?! — огрызнулся чёрный кот.
Наверху Ангел тихо пробормотал про себя:
"Вообще-то, ты сам тот ещё тиран..."
А Мифрил тем временем оскалился в истинно тиранической ухмылке:
— Хоть я и плохо помню те времена — всё-таки я только-только стал злым духом, — но душу вашего «Сына Бога» я сожрал до последнего ошмётка ещё тогда, мяу!
— Так что ваши призывы — чушь собачья!
С этим коротким рыком кот вонзил когти в истлевшие кости под лапами. Только тут маги с ужасом осознали: пусть ритуал и провалился, древний остов ожил! В его пустой грудной клетке забилось гигантское золотое сердце. Густые, оглушительные удары заставили исполинский скелет превратиться в послушную марионетку чёрного кота.
Мифрил выпустил когти и рявкнул скелету:
— Сожрать их!
— Пусть эти ничтожества станут частью тьмы!
Громадный скелет поднялся во весь рост и загребущими костяными лапами рванулся к врассыпную бросившимся магам.
* * *
— Так вот, оказывается, откуда взялся Мифрил, — задумчиво протянул Ангел.
— Ты не знал? — искренне удивился Бог Света. — А зачем тогда подобрал его?
— Моя привязанность к Мифрилу никак не связана с его прошлым... — Ангел запнулся, и лицо его приняло странное выражение. — Погоди. Ты сказал, я его подобрал? Но ведь когда я родился в «Волшебной Шестерёнке», он уже жил в мастерской!
— А... — Бог Света на мгновение растерялся, а затем на его губах заиграла загадочная ухмылка: — Вот как? Неужели?
Ангел хотел было выпытать у него правду, но его отвлёк внезапный возглас:
— Нашёл! Нашёл! Господин Сесилия и Бог Света здесь!
Оставив расспросы, Ангел обернулся на звук.
В залитом светом дворе парил огромный сияющий шар — древний канал связи. В те времена, когда Бог Света ещё исполнял свои обязанности, молитвы верных последователей сходились именно сюда, в его святилище.
Вот только сейчас из сияющей сферы доносились голоса существ, бесконечно далёких от праведных молящихся.
С той стороны на них смотрели обладатели щупалец и когтей, куда больше похожие на исчадий Бездны.
— Синий Мудрец? — Ангел не скрывал изумления. — Как вы вообще смогли достучаться сюда?!
Тёмная сторона Бездны оставалась единственным слепым пятном для святилища Бога Света. Чисто теоретически лаборатории на тёмной стороне не могли связаться с этим местом — будь молитвы действенны, Синий Мудрец с соратниками не пали бы жертвой скверны, а стали бы набожными последователями Бога Света.
Синий Мудрец и остальные бывшие мудрецы захлёбывались от восторга:
— Мы и сами не поняли, что произошло! Но наша базовая станция внезапно соединилась с остальной сетью!
— С базовой станционной сетью в Сенсенате, если точнее, — поправил другой голос, и рядом вспыхнул ещё один сияющий шар.
В нём отразилось размашистое лицо герцога Роя:
— Господин Сесилия, смею доложить: поручение выполнено! Базовая станция в Сенсенате... успешно посажена и проросла!
С этими словами герцог попытался отодвинуть свои могучие плечи, чтобы показать результат.
Впрочем, Ангел и так всё прекрасно видел.
Терновый вьюнок, подобно тяжёлым цепям, обвивал содрогающиеся подземные ярусы, удерживая готовые рухнуть своды. На колючих стеблях пышно распускались ослепительные лазурные розы, сиявшие во тьме дивным светом.
Источником магии для этих терний служила покоящаяся в самых недрах Алая Луна — истинный лик ночного светила, чьей бледной тенью являлся диск на небесах. Похоже, столичные аристократы вложили в Сенсенату колоссальные силы: они ухитрились перенаправить часть энергии столичного магического колодца под землю, что и питало этот извращённый город.
"Вот смотришь на такое и думаешь, — тихо пробормотал Ангел, — даже если бы я не вмешивался, этот мир рано или поздно сам создал бы технологическое древо, приспособленное к магии..."
Сколько бы маги ни пытались скрыть чары от простолюдинов, сколько бы император ни лишал подданных контроля над магическими потоками, жажда наживы всё равно заставила бы их скрестить магию с инженерной мыслью.
И быть может, настала бы пора, когда даже без участия Ангела Сесилии жители этого мира сами изобрели бы магические базовые станции.
Герцог Рой, услышав его тихое бубнение, пылко возразил:
— Ну что вы такое говорите, Ваше Превосходительство?! Не будь вас, здесь сегодня гибли бы тысячи людей!
— Для Вселенной это лишь песчинка, — подал голос Бог Света. — Верно. Даже воля самого мира обладает лишь ограниченным влиянием. Рано или поздно гибель настигнет всё сущее.
— Но даже мошка, не ведающая смены времён года, счастлива прожить лишний день! — резко отрезал Синий Мудрец. А затем с глубоким почтением обратился к магу: — Мы бесконечно благодарны вам за то, что вы есть, господин Сесилия.
— Да ну вас, раздули... Я же просто так к слову сказал, — смутился Ангел и тут же перевёл тему: — Меня сейчас волнует кое-что другое. Алая Луна у вас там уже взошла?
Пока Мифрил и Энлис сковывали столичных чародеев, Ангел полностью подчинил себе Алую Луну. Теперь она вознеслась в самый зенит, заставив даже солнце померкнуть перед своим багровым сиянием.
Но в небесах парил лишь её призрачный двойник.
Настоящая же Алая Луна находилась в подземной тьме Бездны.
— Да, Алая Луна взошла! — доложил Синий Мудрец. — Плотность магического поля достигла пика!
— Прекрасно. Я подключаю все базовые станции, — отчеканил Ангел. — Начинаем коррекцию пространственных координат суши!
Однако Бог Света вновь решил вставить своё замечание:
— Твои магические резервы сейчас на пределе. Управление такой колоссальной мощью даст страшную нагрузку на тело. Ты уверен, что не хочешь сменить оболочку?
— Обойдусь, — Ангел предостерегающе смерил его тяжёлым взглядом.
Он всерьёз опасался, что этот тип выкинет какую-нибудь глупость.
Но Бог Света лишь кротко сидел на месте, не предпринимая никаких дурных шагов.
И всё же, пока Ангел направлял потоки магии, его движения вдруг резко застопорились.
Он медленно повернулся к собеседнику и бросил обвинение:
— Ты мне соврал.
— М-м?
— Я вернулся в этот мир вовсе не младенцем! Это случилось, когда я был Чаровницей... Вы ведь создали то тело специально, чтобы встретить возвращающееся сознание мира, вернее, его дух!
—... Вот как? Ну, я не то чтобы соврал, скорее просто утаил, — невозмутимо открестился Бог Света. — Ты сам всё неправильно понял... Ладно, признаю: я намеренно сбил тебя с толку.
Бог Света чуть склонил голову, разглядывая лицо чародея:
— Почему-то ты считал то время постыдным пятном в своей жизни и сам запечатал те воспоминания. Было бы глупо не воспользоваться такой случайностью... О, так печать спала? Ну да, сквозь такой колоссальный поток магии старая оболочка не удержала замок. Неужели тебе настолько ненавистна та память?
Бог Света со смешанным чувством изумления наблюдал, как лицо Ангела вспыхивает густым, жгучим румянцем от глубочайшего раскаяния и стыда.
— А как, по-твоему?! — взорвался Ангел. — Выходит, та грёбаная сьюшная Чаровница — это я сам?!
Да, едва шагнув из Земли в этот мир, он очутился в теле, сотворённом богами, и обратился в местную легендарную Чаровницу.
Теперь, когда память хлынула в разум во всех подробностях, Ангела охватила такая лютая волна стыда, что ему захотелось прямо сейчас сигануть вниз с этого грёбаного солнца.
Чёртова жизнь! Уж лучше бы она и правда была заколдованным замкнутым кругом!