Стоило небесному маяку «Волшебной Шестерёнки» прийти в движение, как Сессе разом ожил.
Ещё неделю назад заброшенный порт казался никому не нужным и бесперспективным местом, а теперь каждый горожанин мечтал оказаться среди первых гостей парящего хрустального замка.
В ход шли любые каналы и ухищрения — всё ради того, чтобы выказать почтение руководителю проекта, госпоже Мидо. До этого её сдержанно именовали «мисс», теперь же уважительно величали «госпожой». Поток писем и приглашений захлестнул резиденцию графа и временную канцелярию на стройплощадке до такой степени, что они едва не погребли под собой весь рабочий процесс.
Поговаривали, будто некое существо в чёрной мантии, увидав этот хаос, вздохнуло с несказанным облегчением: какая радость, что эта участь пала на чужие плечи!
К счастью, графский титул «министра коммерции» наконец-то принёс хоть какую-то пользу.
«Выдающиеся умы» Департамента коммерции наконец явились перед очи Мидо.
Раньше они и пальцем не пошевелили, чтобы помочь девушке, — о чём теперь горько жалели, ведь такой блистательный пункт в послужном списке уплыл прямо из-под носа. В департаменте только и шептались: почему граф с самого начала не приказал им оказывать госпоже Мидо всяческое содействие? Понятное дело, старый лис просто хотел, чтобы вся слава досталась его дочери! Ходили даже слухи, будто Мидо прочат на пост следующего министра коммерции. Впрочем, это всё дела будущего, а сейчас, когда победа была одержана, чиновники без ропота поступили в её распоряжение.
Однако лёгкой эту работу назвать было нельзя.
Сессе — не королевская столица с её строгим этикетом, где список почётных гостей на торжествах выверен до мелочей. Вольный город Сессе кичился равенством и свободой, поэтому составление списка приглашённых превращалось в сущий ад. Нужно было соблюсти безупречный баланс: учесть происхождение, влияние фракций, уровень народной поддержки, пол, вероисповедание, расу — слово «политическая корректность» здесь было не пустым звуком.
При составлении списка на подобные мероприятия чиновники традиционно вырывали у себя клоками волосы. А уж на этот раз здание интриговало абсолютно всех. Без исключения!
Рабочие телефоны в Департаменте коммерции раскалились докрасна, а из кабинетов то и дело доносились отчаянные вопли:
— Опомнитесь! Кто вычеркнул господина Герилью?! Он же двоюродный дядя бывшего министра финансов!
— Да кому сдался бывший министр дипломатии? Человек в списке прямо сейчас — родной сын действующего министра финансов!
— Оставьте мне хоть одно местечко! Виконтесса Янас лично звонила, сказала, что непременно придёт!
— Да где я тебе возьму место?! Тут баронам места не хватает!
— Чем вы вообще думаете?! Заместитель министра транспорта Сессе отсутствует в списках!
— Закрой рот! Сам министр транспорта страны сейчас в Сессе и собирается посетить открытие, какой ещё заместитель?!
— Кто впихнул сюда простолюдина?!
— Этот «простолюдин» — почётный гражданин Сессе! Ему сто семь лет, и восемьдесят три из них он прослужил представителем горожан!
...
Шерри, пришедшая вместе с Мидо в Департамент коммерции, замерла на пороге от изумления.
— Вы можете так не нервничать, — проговорила Шерри. — Новое здание огромно, оно вместит до ста тысяч человек одновременно. Места хватит всем желающим.
Чиновники взглянули на улыбающуюся госпожу Мидо и спешно закивали:
— О-о, сто тысяч!
— Весь город станет свидетелем этого чуда!
— Госпожа Мидо просто невероятна!
Мидо ответила вежливой, безупречной улыбкой.
Однако стоило ей вместе с Шерри выйти за дверь, как за спиной с новой силой вспыхнули споры:
— Список всё равно надо пересмотреть!
— Я считаю, господин Хауэлл из финансового отдела должен сидеть ближе к госпоже Мидо!
— Нельзя сажать рядом одних стариков, госпоже Мидо будет неуютно! Посадите туда пару знатных дам.
— Да ты просто протаскиваешь своих людей!
Гам и крики пробивались даже сквозь дубовые двери. Шерри невольно оглянулась.
— Не обращай внимания, их работа — спорить по пустякам, — спокойно проговорила Мидо.
Шерри с тревогой посмотрела на неё:
— Я не о них беспокоюсь, а о тебе.
— Обо мне?
— Госпожа Мидо, кажется, ты совсем не рада... А ведь всё получилось!
— Ах, пустяки, — Мидо подсознательно хотела отмахнуться, но запнулась и с горечью улыбнулась. — Ты слышала их тон? Они гордятся так, словно этот проект — целиком моя заслуга, и ни словом не обмолвились о технологиях Восточных земель.
Прежние сомнения и насмешки сменились настолько приторным елеем, что от него тошнило. Сначала Мидо от похвалы слегка вскружило голову, но вскоре наступило отвращение.
С самого детства она твёрдо усвоила: когда люди рассыпаются в чрезмерных дифирамбах, они вовсе не восхищаются тобой. Они либо исподтишка насмехаются, либо пытаются затянуть в свои сети.
Как тогда, в столице, когда на приёме оказалась принцесса Восточных земель Рецифия. На Мидо случайно было похожее платье, и светские львицы тут же выставили её напоказ, расточая нелепые комплименты. Или как на том балу, где все проявляли к ней ненормальную пылкость, выспрашивая о настроении, пока не выяснилось, что в зале присутствует её так называемая внебрачная «сестра».
И вот история повторилась.
«Хвалить нужно вовсе не меня! А магические технологии жителей Восточных земель! Почему они делают вид, будто их вовсе не существует?»
Шерри нахмурилась:
— Если подумать... и правда.
В этот момент со стороны раздался мягкий голос:
— Всё потому, что не восхвали они ваше провидение, им пришлось бы признать, что они уступают «деревенщинам» из Восточных земель. А высокомерные жители Сессе скорее умрут, чем признают своё поражение.
Мидо обернулась:
— Госпожа Рейф.
Госпожа Рейф слегка наклонила своё плотное тело, отдавая поклон:
— Госпожа Мидо. Простите мою нескромность.
— Что вы, не стоит, — ответила Мидо с горькой улыбкой. Разумеется, обсуждать подобные вещи здесь было не совсем уместно.
Однако госпожа Рейф смотрела на неё с теплотой и пониманием. Она знала: девушка младше двадцати лет не просто заступалась за мастеров Восточных земель — на её плечи лёг слишком тяжёлый груз.
Сейчас весь поток елея и похвалы обрушился на Мидо, но это означало и другое: тысячи глаз пристально следили за каждым её шагом. Стоит ей оступиться на предстоящем торжестве — и она мгновенно превратится в посмешище, а то и в козла отпущения.
На самом деле для подобных представительских функций куда лучше подошёл бы сам граф. Единственным его достоинством была редкая толстокожесть. Удивительно даже, что на этот раз он не выскочил на передний план, чтобы присвоить себе заслуги дочери. Неужели слёг всерьёз?
Догадка госпожи Рейф оказалась весьма точна. Граф действительно намеревался блистать на церемонии, однако, перечитав газеты, сменившие гнев на милость и наперебой восхвалявшие Мидо и сам проект, не выдержал приступа ярости и грохнулся в обморок прямо на глазах у челяди. Разумеется, после такого о его участии в торжествах не могло быть и речи.
Но ещё больше госпожу Рейф поражало здравомыслие Мидо.
Ей казалось, что любая молодая девушка захлебнулась бы от гордости от такой лести, а Мидо, осознав происходящее, первым делом подумала об ответственности.
Если судить объективно, мисс Мидо подходила на роль министра коммерции куда больше своего папаши.
Увы, этот мир принадлежал мужчинам.
Среди высших чиновников женщин почти не водилось; дворянские титулы передавались по мужской линии; женщин-магов было мало, да и ценили в них не талант, а способность дать потомство; ведьмы вечно страдали от магов и приливов магии; Чаровница Сесилия заключила соглашение о мире между расами, но люди до сих пор обсуждали лишь её любовные похождения, наградив прозвищем «Чаровница». Даже если вернуться к Первому веку, к двум печально известным тиранам: Кровавая тиранша Инна вместе со своим Небесным Королевством была повержена богами и по сей день служила для общества доказательством того, что женщина не способна править, в то время как потомки Тирана Мисриру благополучно правили королевством (госпожа Рейф и не подозревала, что кое-кто даже мечтал воскресить этого тирана, чтобы вернуть эпоху богов).
Даже самой госпоже Рейф пришлось выйти замуж, чтобы сохранить семейное дело. И самое ироничное: пусть её муж был никчёмным человеком, одно его наличие отпугивало стервятников куда лучше, чем она сама.
Мидо придётся изрядно постараться, чтобы унаследовать хотя бы графский титул, не говоря уже о кресле министра коммерции — Император отродясь не назначал женщин на высшие государственные посты.
При этой мысли госпожа Рейф тихо вздохнула. Она с нежностью посмотрела на Мидо, словно видя в ней себя — ту молодую девушку, что когда-то сжав зубы боролась за собственную компанию.
— И всё же, — мягко произнесла госпожа Рейф, — я считаю, что вы сполна заслужили их похвалу. И подбор торговцев, и организация открытия — всё сделано безупречно. Вы не посрамили это рукотворное чудо.
Мидо ответила сдержанной улыбкой:
— Благодарю за добрые слова.
Её тон звучал подчеркнуто формально — она приняла похвалу за обычную вежливость. Госпожа Рейф, конечно же, это уловила.
— Я не пытаюсь вам льстить, — сказала она. — Я лишь пытаюсь обрести уверенность.
— Уверенность? — Шерри с любопытством склонила голову.
Госпожа Рейф улыбнулась и спросила прямо:
— Ведь господин граф с самого начала не верил в этот проект, верно? Он поручил его вам, возможно, даже с тайным умыслом всё провалить.
— Как такое возможно?! — ахнула Шерри.
Мидо широко раскрыла глаза, уставившись на госпожу Рейф. Об этом она не рассказывала даже Шерри!
— Мухи первыми чуют гниль, — с горькой иронией над собой проговорила госпожа Рейф. — Вы ведь и сами заметили, верно? Вокруг вашего отца вечно вьётся толпа: подчинённые, партнёры, просто прихлебатели вроде меня. Если бы проектом заправлял лично граф, мы бы давным-давно прибежали выслуживаться. Но когда назначили вас — наступила гробовая тишина. Это совсем не в стиле вашего отца: он привык действовать через колено, отдавая приказы с высоты своего положения. Пожелай он передать вам дела или придай проекту значение — нас бы уже построили в шеренгу.
— И всё-таки вы пришли, — Мидо внимательно всматривалась в лицо собеседницы.
В отличие от остальных, госпожа Рейф оказалась единственным торговцем, пришедшим по собственной воле.
За свою смелость она получила самые выгодные условия сотрудничества и лучшее торговое место в здании.
А вот те, кто выжидал, пока хрустальный замок замаячит в небесах, явились лишь тогда, когда у Мидо появились козыри для торга. Им пришлось не только платить втридорога за аренду и обслуживание, но и проходить строгий отбор — в комплекс допускались только заведения, соответствующие «высокому облику площади».
Были и те, кто до последнего сомневался и предпочёл остаться в стороне. После церемонии открытия им не приходилось рассчитывать ни на какие льготы.
Теперь все хвалили проницательность госпожи Рейф точно так же, как восхваляли Мидо.
— Потому что я побывала в Восточных землях, видела Город Сесилия и поверила в их силы, — откровенно призналась госпожа Рейф. — На этом фоне капризы графа отошли на второй план... По крайней мере, мне хотелось бы так думать. На деле мой муж устроил дикий скандал, заявив, что я наживу себе врага в лице графа, и мы до сих пор не разговариваем.
Шерри поражённо охнула. Мидо молча слушала.
— Скажу честно, меня смущало лишь одно: то, что права управления не принадлежат мастерам из Восточных земель, — продолжала госпожа Рейф. — Хотя, если подумать, окажись управление в их руках, было бы ещё хуже. Жители Сессе не желают признавать чужих заслуг, и если бы площадку вели чужаки, это отпугнуло бы клиентов. Но когда я увидела вас, у меня отлегло от сердца. Благодаря вам у жителей Сессе появится предлог и терпение принять то, от чего они раньше воротили нос.
Госпожа Рейф приложила руку к груди и склонила голову в благородном жесте:
— Поверьте в себя, госпожа Мидо! Как бы то ни было, я на вашей стороне.
На лице Мидо промелькнуло странное выражение:
— Значит, вы уверены, что ваши товары будут иметь успех?
— Разумеется.
— Даже те, что заявлены как главная новинка?
— Да, — ответила госпожа Рейф, хотя в её голосе проскользнула растерянность. Она не ожидала, что Мидо проявит такой интерес к её ассортименту. — Я лично отбирала каждую вещь и уверена, что они найдут своего покупателя.
— Что ж... будем надеяться, — двусмысленно произнесла Мидо.
Она так и не призналась, что товары в лавке госпожи Рейф были ещё одним источником её головной боли, едва ли не превосходившим сам комплекс. Но если они действительно будут продаваться...
Мидо закусила губу.
* * *
После недели жарких споров возымели результат: Площадь Трансляции (название оставалось временным) наконец открыла свои двери.
В первый же день число посетителей превысило семьдесят тысяч человек. И это при том, что организаторам пришлось искусственно ограничивать поток ради безопасности! Для эпохи, когда Сессе считался самым процветающим мегаполисом человечества, подобный размах казался немыслимым.
Люди наперегонки устремились на площадь, поднимались по прозрачным ступеням, прохаживались по парящим галереям, словно преодолев земное притяжение.
Впрочем, на столь официальном мероприятии Шерри уже не могла сопровождать Мидо. Пользуясь отцовскими «привилегиями», она вместе с родителями осмотрела комплекс ещё накануне, а сегодня вернулась сюда в компании одноклассников.
— Невероятно! Какой огромный! — выдыхал каждый, кто впервые ступал на площадь.
Площадь располагалась аккурат под прозрачным стеклянным замком. Вымощенная белоснежными мраморными плитами, подогнанными так идеально, что стыки едва угадывались, она казалась не рукотворным сооружением, а монолитным творением природы — лаконичным, но величественным. Один лишь этот плац мог легко вместить до шестисот тысяч человек.
Ощущая под ногами монолитные каменные плиты, кто-то из учеников не удержался от вопроса:
— Неужели это действительно построили всего за один день?
— Ну конечно! — не без гордости пояснила Шерри. — Вы бы видели тех марионеток! Они укладывали площадь словно детские кубики — раз, и готово!
— Да видел я их, — нахмурился парень, тоже успевший опробовать «Конфеты сладких снов». — Только разве марионетки способны выложить всё настолько ровно? Я сам пару плит с трудом сдвинул!
— Так то ты! Не сравнивай себя с ними, бездарь! — подскочил другой ученик.
Впрочем, пришли они сюда не для того, чтобы обсуждать навыки стройки. Ступив на площадь, ребята первым делом обратили внимание на окрестные здания. В этом, пожалуй, заключался единственный изъян места: из-за запущенности района вокруг пока находился лишь ремонтируемый подводный телепорт да филиал «Волшебной Шестерёнки».
Здание мастерской почти один в один копировало главный магазин в Сесилии — традиционный стиль, разве что по периметру добавили несколько гигантских магических экранов. В честь первого дня работы на экранах не транслировали ничего экзотического — лишь крутились золотые шестерёнки, перекликаясь с парящим в небесах световым маяком.
Большинство жителей Сессе не обратили на алхимическую лавку никакого внимания, спеша к ближайшим панорамным подъёмникам, чтобы поскорее подняться в прозрачный замок. Лишь Шерри повела свою компанию прямо в филиал «Волшебной Шестерёнки».
Многие ученики с интересом разглядывали магические артефакты на первом этаже, но когда выяснилось, что летающие мётлы здесь не продаются, парней постигло глубокое разочарование, и они потеряли всякий интерес к верхним ярусам.
— А мы-то зачем сюда пришли? — поинтересовался кто-то у Шерри.
Как дочь архитектора, наблюдающая за стройкой из первого ряда, она сегодня исполняла роль гида.
— Будьте добры, мне одну безмагическую магическую трость, — обратилась Шерри к продавцу с кошачьими ушками, после чего повернулась к друзьям: — Главный подъёмник идёт по строго заданному маршруту вместе с толпой. А с тростью мы сможем прогуляться там, куда обычных туристов не пускают.
— Вот оно что! Тогда и мне одну! — тут же подхватил одноклассник.
Некоторые сочли покупку бесполезной тратой денег, решив просто держаться рядом с Шерри. Продавцы лишь загадочно улыбались — их обучением занимались настоящие коты-зазывалы. Извлечённая из-под стойки трость выглядела весьма эффектно: изогнутое дерево, инкрустация из шестерёночных магических кристаллов и переливающиеся рунические узоры.
Глядя на такую красоту, даже самые экономные подростки не удержались и потянулись за кошельками.
Вместе с тростью каждый покупатель получил изящный браслет. Стоило повернуть драгоценный камень на застёжке, как в воздухе разворачивалась парящая книга-коллектор.
— В верхней Башне Трансляции спрятаны магические шестерёнки, — мягко пояснил продавец. — Они разбиты на комплекты. Собрав всю коллекцию, вы получите ценный алхимический призовой артефакт.
После этих слов деньги выложили ещё две трети компании — кто ради приза, кто из азарта. Лишь пара убеждённых скряг процедили сквозь зубы:
— Из нас вы не вытянете ни ли!
Служащие «Волшебной Шестерёнки» лишь улыбнулись в усы.
Выйдя из лавки, Шерри оперлась на трость:
— Куда направимся в первую очередь? — спросила она у друзей, перечисляя варианты. — К марионеткам? За закусками? К базам магической силы? В игровой центр? Или сразу на самую верхнюю смотровую площадку?
— К марионеткам! Хочу посмотреть на марионеток!
— А что за игровой центр?
— Давайте к марионеткам!
— Я тоже за марионеток!
— А я хочу наверх...
— Наверх потом успеем, сначала марионетки!
Недавние споры о строительстве сделали своё дело: роботы интриговали всех без исключения. Даже те, кто пробовал «Конфеты сладких снов», лишь примеряли на себя роль операторов, но живьём гигантских механизмов ещё не видели.
— В таком случае, доведи нас до марионеток, — произнесла Шерри, обращаясь к трости.
Кристалл на вершине набалдашника вспыхнул золотом, и на каменных плитах проступила цепочка светящихся следов, указывающих путь. Шерри повела отряд в обход забитых туристами подъёмников, к самой глубине под хрустальным замком.
— Да тут же ничего нет! — удивлённо протянул один из парней.
— Ого, а отсюда видно тех, кто наверху! — крикнул другой. — Правда, обзор так себе, нижних юбок не разглядеть!
— Ты чьи юбки там собрался разглядывать?!
— Зато подошвы видно идеально!
— Да кому нужны мужицкие подмётки... О, смотрите, там леди проплывает! Нижняя юбка шлейфом по полу стелется, прямо как бутон цветка!
— Постойте! Вон там, в углу — шестерёнка!
— Где?! Где?!
Ученики азартно задрали головы. К счастью, стекло замка прошло магическую обработку — свет преломлялся таким образом, что разглядеть можно было только то, что плотно прилегало к полу, так что за нормы приличия можно было не опасаться.
Студенты и не подозревали, что подобный вид заворожит не только их. Совсем скоро среди знатных дам Сессе вспыхнет бум на длинные шлейфы в стиле Второго века, многослойные юбки станут окрашивать в яркие цвета, расцветающие на прозрачном полу дивными садами, а щеголи-кавалеры начнут соревноваться в изысканности узоров на подмётках сапог.
Впрочем, всё это случится позже.
Шерри не участвовала в глупых перепалках. Наведя порядок в мыслях, она нашла в полу небольшое углубление и вставила туда набалдашник трости. Плита под их ногами вздрогнула и плавно пошла вверх.
— Эй, что происходит?! — испугались ребята.
— На площади есть особые магические плиты, — пояснила Шерри. — Если вставить туда артефакт, они работают как подъёмники.
Плита поднялась неподалёку от висячих залов, вставая ровно между двумя стеклянными секциями. Поскольку эта зона изначально задумывалась парящей, дверей сюда не вело, зато за прозрачной стеной находился холл второго этажа, где толпились обычные экскурсанты.
Заметив движущийся помост, люди за стеной завалили ребят вопросами:
— Как вы это сделали?!
— Там же только что ничего не было!
— Плита движется?!
Ученики лишь состряпали забавные рожицы и соскочили с остановившегося помоста на галерею, где золотые следы возобновили свой бег.
Шерри уверенно повела друзей вперёд:
— Сюда. Отсюда отлично виден ход строительства подводного телепорта, да и марионетки работают прямо там.
Словно в подтверждение её слов, в лицо дунул свежий морской бриз. Ребята прибавили ход. Под их ногами простиралась морская гладь — казалось, они шагают прямо по воде.
Вода у берега была мутноватой и с желтизной, что слегка портило пейзаж, но подростки пришли сюда не за эстетикой. Внимание приковали гигантские марионетки, вылавливающие мусор и таскающие тяжеленные балки прямо в волнах.
— Так вот как «мы» работали! — восхищённо воскликнул один из бывших операторов.
— Не фантазируй! Тебе до такой ловкости как до луны!
— Это точно. На строительство телепорта отбирали только марионеток класса «А» с трёхмесячной стажировкой. Зато и баллов там давали немерено!
— Смотрите, они за пару секунд собрали целые леса!
Зрелище захватывало. Благодаря огромным размерам и сноровке марионеток стройка кипела на бешеной скорости. И хотя подводный телепорт требовал куда больше времени, чем Хрустальный замок, наблюдать за тем, как работа, занимавшая у людей недели, щёлкается за считаные минуты, доставляло ни с чем не сравнимое удовольствие.
— Я бы мог смотреть на это вечно, — вздохнул кто-то.
— В другой раз, — усмехнулась Шерри. — Вот окончишь академию — сиди хоть сутками. А сегодня у нас ещё куча дел!
— Ну ещё пять минуточек! Пожалуйста! — умолял одноклассник.
Шерри лишь качнула головой. Она-то думала, что ребята удовлетворят любопытство за пару минут. Галерею не включили в основной маршрут только потому, что телепорт ещё не достроили, и место считалось «незавершённым объектом». Кто бы мог подумать, что стройка вызовет такой ажиотаж!
Шерри и в страшном сне не могло присниться, что вскоре в городских газетах появится подробный гид «Как пробраться на стройку телепорта», и сотни жителей Сессе ежедневно будут толпиться здесь, а журналисты станут вести круглосуточные репортажи, превратив объект в главную достопримечательность города. В результате даже те, кто раньше сомневался в проекте, с замиранием сердца следили за рождением нового чуда, перечеркнув любые планы вредителей.
Впрочем, нашли себе занятие и те, кто был равнодушен к стройке:
— Глядите, тут ещё одна шестерёнка!
Обшарив угол, азартные искатели с чувством выполненного долга двинулись дальше.
Шерри поняла: так дело не пойдёт. С такой страстью к коллекционированию они и за три дня не обойдут комплекс.
— Предлагаю подняться на самый верхний ярус на подъёмнике, а потом постепенно спускаться вниз, осматривая всё по порядку!
Это предложение встретили единодушным одобрением.