Первичные результаты рейтинга популярности вызвали у Энлис нескрываемое недоумение:
— Странно… Почему у Лити такая низкая поддержка?
В этот момент рядом с Лити её не было.
Сегодня открывался финальный этап состязаний по гонкам на летающих метлах. В город Сесилия съехались не только финалисты, пробившиеся из всех девяти отборочных округов Восточных земель, но и многочисленные зрители из самых разных уголков континента.
Грандиозная церемония открытия затмила даже празднование годовщины «Волшебной Шестерёнки», гремевшее пару месяцев назад. Помимо торжественных речей мэра и герцога Восточных земель, программу украсили выступления знаменитостей — включая Майю, исполнительницу главной роли в сиквеле «Магической девы».
Разумеется, подобное торжество не могло обойтись без владельца «Волшебной Шестерёнки».
Впрочем, мало кто догадывался, что настоящий человек в Чёрной Мантии вовсе не собирался показываться на публике. Куда запропастился его кот — тоже оставалось загадкой. Сейчас в гримёрке к выходу готовилась юная девушка, облачённая в роскошную мантию: именно ей предстояло сыграть роль хозяина мастерской на сцене.
Технический директор «Волшебной Шестерёнки», Певец, принадлежал к тем редким посвящённым, кто знал правду, и от этой картины не знал — то ли смеяться, то ли плакать.
Притащить босса за руку он не мог.
Да и смысла в этом не было — сам Певец нервничал ничуть не меньше.
Поэтому он с радостью цеплялся за любой разговор с Энлис, лишь бы хоть немного унять дрожь в коленях:
— Это ведь финал всех Восточных земель. В город Сесилия хлынула публика со всех концов края, так что для отдельных участников низкий рейтинг — вполне обычное дело.
— Но не в самом же конце списка! — насупилась Энлис. — Лити очень сильна, она одна из главных фавориток! В таблице лидеров «Волшебной Шестерёнки» она из года в год держится в первых рядах.
— Не забывай, где проходит состязание, — с горькой ухмылкой вздохнул Певец.
Энлис продолжала смотреть на него с озадаченным видом.
— Если совсем попросту — дело в высокомерии и предрассудках, — вмешалась Найтингейл, жена Певца. Подойдя к ним, она без лишних экивоков разъяснила: — Право голоса есть у всех зрителей. Наплыв случайной публики размыл голоса постоянных фанатов. Особенно это касается приезжих: видя, что в финал пробилась какая-то пигалица лет четырнадцати, они наверняка чувствуют себя уязвлёнными. Разумеется, за Лити они голосовать не станут, а то и вовсе заподозрят нечистую игру.
— Но ведь Сяо Поло ещё младше Лити! — всё ещё пыталась возразить Энлис.
Вообще, на этих соревнованиях постоянные посетители «Волшебной Шестерёнки» оказались в явном преимуществе.
Из сорока пяти финалистов — по пять человек от каждого из девяти отборочных округов — все участники от Столицы магии числились среди лидеров рейтинга мастерской. А Лити, Сяо Поло и Рецифия, занимавшие там высшие строчки, и вовсе получили статус сеяных фаворитов.
И всё же душой Энлис больше всего болела именно за Лити.
Найтингейл лишь улыбнулась:
— Но Лити — девчонка.
— И что с того? У Лити результаты куда лучше, чем у Поло!
Они уже сталкивались на отборочном этапе: тогда Поло с треском проиграл и выкарабкался в финал лишь через сетку проигравших.
Энлис насупилась ещё сильнее:
— К тому же госпожа Рецифия — тоже девушка!
Она бросила взгляд на табло.
Участниц в списке было немного, и большинство действительно плелись в хвосте голосования, однако Рецифия являлась исключением — её имя гордо красовалось на самой первой строчке.
— Рецифия — принцесса Восточных земель, к тому же выступает от имени наследного принца. Так что к спорту её популярность не имеет отношения: за неё голосуют из-за статуса, — пояснила Найтингейл.
— Понятно… — кивнула Энлис. — Преимущество положения.
В последнее время она активно постигала тонкости подковёрных игр и социальных связей.
— Неудивительно, что госпожа Рецифия, узнав правила, обронила, будто высокая поддержка аудитории для неё куда важнее победы в гонке, — тихо пробормотала Энлис.
Вновь взглянув на список рейтингов, она вздохнула:
— Ну и ладно. Так Лити достанется меньше мучений.
Энлис утешала себя мыслью, что подруга и сама не желала публичной славы. Ей и в голову не приходило, что Лити ещё до старта турнира готова была взлететь на воздух от ярости из-за этого самого рейтинга.
— Мучений? — с удивлением переспросила Найтингейл.
— Ничего, — Энлис покачала головой, не намереваясь выдавать секрет подруги.
Переводя тему, Энлис бросила взгляд на настенные часы:
— Кстати, господину Певцу ведь скоро выходить?
— Через девять минут и тридцать две секунды. Пора, — Найтингейл повернулась к мужу.
Тот ответил смущённой, горьковатой улыбкой.
— В самом деле надо выходить? — Певец с невольным мандражом сжал подлокотники инвалидного кресла. — Я ведь инвалид…
— Но летающая метла — ваше изобретение, — твердо произнесла Энлис.
В отличие от годовщины «Волшебной Шестерёнки», сегодня она, хоть и выступала в роли заместителя Господина Ангела, не планировала произносить долгих речей.
— Это слава, которая принадлежит вам по праву, — добавила она.
Певец смущённо смешался.
Найтингейл благодарно улыбнулась Энлис и, наклонившись к мужу, поправила ему галстук:
— Перестань ломаться. Разве не об этом ты грезил последние сто лет?
* * *
— А теперь поприветствуем изобретателя летающей метлы и технического директора мастерской «Волшебная Шестерёнка» — господина Певца!
Голос ведущего потонул в буре оглушительных оваций. Тот взрыв восторга, что содрогнул трибуны, наглядно доказывал, какое место метла заняла в сердцах людей.
Старый Йозеф, затерявшийся в беснующейся толпе, орал вместе с молодёжью так, что едва не сорвал голос.
Ибо на душе у него было неописуемо радостно.
Нынешняя его жизнь казалась сказочным сном.
Всего год — нет, какие полгода! — назад он вкалывал на строительстве железной дороги до Сенсенаты. По двенадцать-четырнадцать часов адского физического труда изо дня в день. От истощения спина не разгибалась, в любой момент можно было сорваться и костями лечь прямо на рельсы. И всё ради жалких грошей. Даже в Праздник Святого Духа он не мог позволить себе подорожавший билет на поезд — ждал, пока спадёт праздничный наплыв, чтобы кое-как уплотниться в дырявом багажном вагоне и съездить проведать родных.
Однако полгода назад, вернувшись домой, Йозеф с изумлением обнаружил, что родной край изменился до неузнаваемости.
Город Сесилия не просто встал на ноги: город отыскал уникальный путь соединения магии и промышленности. Разнообразные маготехнические новшества хлынули в обиход, возвращая Сесилии былую славу Столицы магии.
Старый Йозеф устроился на новую работу у себя на родине — всё так же строил железную дорогу, но теперь, благодаря магии, путь прокладывали прямо в небесах, да и нагрузки на рабочих стали несоизмеримо ниже. А с недавним появлением марионеток даже простые трудяги получили полноценные выходные. Йозеф смог выкроить время, чтобы вернуться в город Сесилия и вживую посмотреть гоночные соревнования на летающих метлах. Городской муниципалитет даже пустил несколько специальных составов, чтобы с комфортом доставить рабочих на праздник.
О подобном обращении Йозеф раньше и помыслить не смел.
За пределами Восточных земель персональные поезда полагались разве что августейшим особам вроде принцев.
Старик не разбирался в тонкостях политики, но всей душой понимал: этим счастьем они обязаны «Волшебной Шестерёнке». И потому кричал до хрипоты, отдавая дань уважения.
Так чувствовало большинство жителей Восточных земель.
Далеко не каждый из них страстно увлекался полётами, но сегодняшний день стал истинным карнавалом для всего края.
Приезжим вряд ли дано понять этот всеобщий ликующий порыв.
Когда овации немного утихли, стоявший неподалёку человек в характерном наряде путевого странника с любопытством спросил Йозефа:
— Вы так обожаете эти метлы? Аплодисменты сейчас гремели громче, чем при выходе герцога Роя.
— Ещё бы! Полёты — мечта каждого человека! — с готовностью отозвался Йозеф. — Мы ведь приветствуем не только господина Певца, но и саму «Волшебную Шестерёнку», подарившую нам всё это.
— Вот как… — Странник кивнул, словно пытаясь осмыслить услышанное, и поинтересовался: — И за кого из гонщиков ты болеешь?
Этот вопрос в последние дни звучал на каждом углу.
И он же был самым опасным.
За прошедшие двое суток немало друзей и родичей успели переругаться в пух и прах из-за спортивных симпатий. Лавки вокруг арены вовсю торговали значками, повязками, нарядами и купонами благословения всех цветов радуги, позволяя каждому с первого взгляда заявить о принадлежности к той или иной фракции болельщиков.
Старый Йозеф усмехнулся:
— Я болею за своего парня.
— Твой сын — среди участников? — Путешественник окинул старика цепким взглядом, однако не заметил на его одежде ни единого символа поддержки.
— Нет, он не гонщик. Он воздушный патрульный города Сесилия! — гордо выпятил грудь Йозеф. — На этот турнир оборудовали десятки тысяч парящих трибун, и мой сорванец отвечает за порядок и движение в небе!
— Достойно уважения, — отозвался странник.
Искренне это было сказано или из вежливости, но Йозеф расплылся в довольной улыбке от уха до уха.
— Если тебе интересны состязания, непременно раздобудь билет на парящую трибуну, — с энтузиазмом принялся агитировать старик. — Магические экраны дают отличный обзор, но с эффектом личного присутствия ничего не сравнится. Особенно на первом этапе: гонка пройдёт над руинами лагеря, где когда-то подписывали Договор Тысячи Народов. Местность там — вылитый лабиринт, сверху всё видно как на ладони.
Услышав этот разговор, к беседе тут же подключились соседи по трибуне:
— Слова-то правильные, да только билетов на небесные трибуны давно днём с огнём не сыщешь!
— Да ну, прямо-таки! На отборочные заезды аутсайдеров точно ещё можно достать, — возразил другой.
— А какой смысл смотреть на мелкую сошку?
— Сам ты мелкая сошка! Попробовал бы сам пробиться в финал!
Слово за слово — и между зрителями завязался жаркий спор.
Путешественник же, напротив, явно заинтересовался:
— Похоже, зрелище и впрямь стоящее. Не подскажешь, на чьи заезды проще взять билет?
— Ну… может, это прозвучит не слишком вежливо, — Йозеф указал на возвышающийся огромный стенд с рейтингом популярности, — но если у тебя нет любимчиков, лучше выбирай заезды с участием тех, кто плетётся внизу списка.
— В самом конце?..
Странник вскинул голову к экрану с рейтингами. В этот момент арена взорвалась каскадом столь неистовых криков, что они напрочь заглушили речи ведущего.
Сквозь этот невообразимый шквал восторга на сцену, верхом на летающей метле, выпорхнула юная девчушка.
— Всем привет! Я — Магическая дева Майя!☆
— Чтобы исполнить желание Сесилии, в этот раз я тоже участвую в гонках!☆
Трибуны зашлись в совсем уж безумном экстазе.
Впрочем, для странника, не видевшего кинокартины, происходящее казалось полной бессмыслицей — и даже вызывало неловкость.
"Что это за ребёнок?" — вертелся у него на языке вопрос, но, глядя на исступлённые лица окружающих, он отчётливо понимал: спросишь такое — и тебя разорвут на месте.
Но ведь эта девчушка — вовсе не ведьма! В ней нет ни единого дыхания магической силы.
К тому же разве ведьмы не объявлены табу?
Или он слишком долго отсутствовал в людских землях, раз весь мир успел так бесповоротно измениться?
Странник озадаченно пригляделся к девочке на сцене.
Впрочем… разглядев её получше, он невольно понял, за что её так любят.
Чудесная, невероятно милая малышка.
Припомнилось вдруг: когда он в последний раз навещал дом, его собственной дочери было примерно столько же лет…
При этой мысли взгляд странника мрачно померк.