Замыслы юных девиц Ангела ничуть не заботили. Будущее какой-то там графской дочки явно не стоило внимания Великого мудреца. Впрочем, коварный чародей в чёрной мантии, едва утвердив очередной план по выкачиванию денег, всё же выкроил время и наведался в Восточные земли.
Вернулся он вовсе не ради «Волшебной Шестерёнки». На самом деле, прибыв в Сесилию, Ангел не стал никого оповещать о своём приезде. Прихватив лишь Мифрила, он сразу направился к Башне магов Сесилии, припрятав в складках плаща единственную золотую монету.
Да-да, именно ту самую, которую подобрала Мидо.
Свидетельство союза между человеческим родом и подводным народом.
Осколок божественности Бога Коммерции.
Разумеется, Вьюн ни за что не отдал бы столь драгоценную вещь чародею добровольно. Однако, будучи лишь крошечным созданием глубин, запертым в людском городе и потерявшим всякую надежду вернуться в родной океан, выбирал ли он? В итоге Ангел предложил сделку: починить магический телепортационный круг и отправить Вьюна домой, а взамен — «взял на время» золотую монету.
Что до Мифрила, тот увязался исключительно ради зрелищ.
— И зачем ты притащил эту монету? — поинтересовался кот, устроившись у Ангела на голове и лениво помахивая двумя хвостами. — Неужто вознамерился воскресить Бога Коммерции?
— С какой стати? — фыркнул Ангел. — Чёрт его знает, от чего этот бог вообще сдох. На одном осколке далеко не уедешь. Чтобы вернуть его к жизни, придётся собрать все до единого.
— Разве не в этом твой главный талант, о Великий мудрец? — с ехидцем затянул Мифрил. — С твоей-то манерой вести дела и напрягаться не придётся. Залапошишь пару сотен эдаких «героев», и они сами всё принесут на блюдечке.
Сказано было так, будто Герои — это какие-нибудь тараканы.
Ангел не удержался и слегка потянул кота за кончик хвоста:
— Твоя бы воля, ты бы сам этот осколок сцапал. Раньше уверял, будто нутром чуешь божественную суть... Вы что, были знакомы?
— Мяу-мяу-мяу, кто это такое говорил, мяу? — наотрез открестился чёрный кот.
Ангел ухмыльнулся, покатал между пальцами пушистый хвост и, больше не расспрашивая, шагнул в прохладную глубину Башни магов.
По сравнению с его прошлым визитом, когда они снимали кино, в Башне магов Сесилии заметно прибавилось жизни.
Вообще-то большинство чародеев по натуре своей — заядлые домоседы. Погружённые в изыскания, они годами не покидают родных обителей. А после Инцидента Великого Исчезновения львиная доля башен и вовсе опустела. Уцелевшие же маги — кто от греха подальше, кто пытаясь скрыть масштабы катастрофы — приказали ученикам не высовывать носа. В итоге Башня казалась вымершим склепом, навевая страх на редких забредавших сюда чужаков.
Однако с началом Гоночных соревнований на летающих метлах всё изменилось.
Ангел установил в коридорах Башни несколько огромных магических экранов, транслировавших прямые включения с воздушных трасс. Одно это уже привлекло зевак. Вдобавок многих магов задействовали для начертания чародейских контуров, а пару великих магов и вовсе уломали стать приглашёнными комментаторами. В итоге азарт охватил всех. Молодые ученики, ещё не успевшие окончательно превратиться в отшельников, толпились у экранов как на празднике, с жаром споря о скоростях участников. А кое-кто из солидных чародеев, не выдержав, даже выбрался наружу — поглазеть на зрелище в толпе простых смертных.
Так что по пути Ангелу то и дело попадались навстречу чародеи.
Некоторые узнавали его и вылупляли глаза в тихом ужасе:
— Господин Ангел!..
— Ваше Превосходительство Ангел, вы... как вы здесь?..
— З-здравствуйте, господин Ангел!
Сам Ангел от подобного внимания был не в восторге. Былая безлюдная тишина импонировала ему куда больше.
— И чего им дома не сидится? — проворчал он. — Подумаешь, метлы... Высыпали, будто кролики весной.
— Эй, ты сам эти гонки устроил, мяу! — Мифрил отпечатал подушечку лапы прямо у него на лбу.
Кот всерьёз опасался, как бы взбалмошный хозяин не ляпнул что-то вроде: «А ну их, отменю все состязания». Запустив когти в и без того взъерошенную шевелюру Ангела, Мифрил поинтересовался:
— Так зачем мы всё-таки припёрлись в Башню?
— Провести экспертизу осколка, разумеется, — ответил Ангел.
Желая придать своим словам эффекта, он вознамерился лихо щёлкнуть по монете, подбросить её в воздух и изящно поймать на лету. Увы, исполнение подкачало на первом же этапе.
Золотая пластинка выскользнула из пальцев и устремилась к полу.
— Ой, — глупо вымолвил Ангел.
Спасать ситуацию пришлось Мифрилу. С коротким «мяу!» кот сиганул у него с головы и на лету цапнул артефакт зубами.
— Мяу-у-у! Руки из одного места растут, а туда же — красоваться!
— Виноват, виноват...
Ангел нагнулся, чтобы забрать артефакт у кота, но в этот момент перед ним выросли изящные ножки в алых туфлях на высоком каблуке.
— Ваше Превосходительство Ангел, добро пожаловать обратно в Башню.
— Овелия? — Ангел подхватил чёрного кота и уставился на знакомую чародейку Заклятий. — Ты что здесь делаешь?
— Я бы хотела задать вам тот же вопрос, — вздохнула Овелия. — Разумеется, я бесконечно рада вас видеть, но ваше неторопливое шествие по коридорам вызвало настоящую панику. В пост охраны уже поступил десяток жалоб с просьбой принять меры против «опасного субъекта».
—... Вы меня кем вообще считаете?
Овелия непринуждённо подхватила Ангела под локоть:
— Ну что вы! Это лишь искреннее проявление почтения и любви!
— Не слыхал о такой «любви».
— И всё же, зачем вы вернулись? — ласково поинтересовалась она. — Если никаких особых дел нет, не заглянуть ли вам ко мне на чашечку чая? Как раз недавно один кентавр прислал мне новый сбор трав.
"Не сбор, а любовное зелье!"
Вкушать от щедрот Овелии он больше не намеревался ни при каких обстоятельствах.
— У меня дело. Серьёзное.
— Вот как?
— Я хочу воспользоваться штукой на вершине Башни без хозяина.
— Что?! — Овелия далась диву. — Но ведь механизм давно заблокирован! Никто не может его запустить.
— Думаю, у меня получится.
С этими словами Ангел высвободил руку и шагнул дальше к своей цели.
* * *
— Так вот ты какая изнутри, Башня без хозяина... — промурлыкал Мифрил.
Кот кротко прижимался к груди хозяина, притворяясь самым обычным питомцем, но его гетерохромные глаза так и вспыхивали любопытством. Как-никак перед ними возвышалась легендарная Башня Звёздного Сияния.
Впрочем, куда больше кота поразил приём, устроенный чародею.
Овелия, проведав о намерении Ангела посетить Башню без хозяина, немедленно куда-то испарилась. К моменту, когда они подошли к подножию, весь персонал уже стоял на ушах.
От самых ворот и вглубь холла тянулась алая ковровая дорожка. По обе стороны выстроились маги — точь-в-точь ливрейные слуги, встречающие господина. Едва Ангел ступил на ковёр, все как один склонили головы:
— С возвращением, господин Ангел!
Мифрил от неожиданности сжался в комок.
— Неужели тебя и впрямь тут так почитают, мяу? — шепнул он.
Коту даже стало немного стыдно перед хозяином. В «Волшебной Шестерёнке» его никто с такими почестями не встречал — единственный раз торжество устроила Сяо Энлис, да и то в честь годовщины его возвращения.
"Если эти старые хрычи переманят его обратно, дело дрянь! Хоть этот чёрный плащ и бессовестный тип, зато никто не умеет заколачивать деньги так, как он!"
От этой мысли Мифрил выпустил когти и покрепче вцепился в ткань мантии.
Сам Ангел вовсе не питал иллюзий на этот счёт:
— Почитают? Как же! Эти проныры явно обшарили мои покои, пока меня не было, или утворили ещё какую-нибудь пакость. Вот теперь и приседают от страха.
Он строго смерил взглядом ближайших магов:
— Я ведь прав?
Те побледнели от ужаса:
— Что вы, господин Ангел! Ни в коем разе!
— Ты ушёл сам. Зачем же с порога возводить напраслину? — раздался чей-то величественный голос.
Ангел повернул голову. На дальнем конце дорожки чинно восседала стайка старейшин. Седобородые старцы выглядели именно так, как в представлении обывателей должны выглядеть всемогущие чародеи. Впрочем, среди этой почтенной братии затесались и знакомые физиономии — Овелия и Красный Дракон.
— Это ещё кто? — поинтересовался кот.
— Да так, местное верховное начальство, — отмахнулся Ангел. — Не забивай голову их именами, всё равно в моей жизни они сыграют роли не больше, чем массовка.
— Ну и замашки у тебя! — прижал уши Мифрил.
Старцы не подозревали о столь «высокой» оценке их персон. Выступивший вперёд главарь грозно произнёс:
— Башня без хозяина — не постоялый двор! Нельзя уходить и возвращаться, когда вздумается!
— А смысл мне было тут торчать? — парировал Ангел. — Бюджет на исследования урезали, материалов не выделили, проект заблокировали.
Впрочем, изгонять его никто и не собирался.
Старик при одном воспоминании об этом деле закипал волной праведного гнева:
— Ты за кого нас держишь?! За личную сокровищницу?! Твоя так называемая «магическая сеть» — сбережение и вызов магии по щелчку пальцев — это же чистейший бред! Такой безумный замысел просто не мог...
Старец поперхнулся собственным словом.
Он хотел выкрикнуть «не мог реализоваться», но факты говорили сами за себя: Ангел всё-таки сделал это.
Обвинительная речь застряла в горле, отчего вельможный маг багровел на глазах.
— Так ты припёрся сюда хвастаться?! — в сердцах рявкнул он.
— Я не страдаю подобной ерундой, — ровным тоном ответил Ангел. — В своей заявке я прямо указывал: как только магическая сеть будет завершена, появится доступ к колоссальным объёмам энергии. А значит, мы сможем активировать «ту штуку» на вершине. За этим я и пришёл.
— Но это же испытание для магов Заклятий! — на лице старца отобразилась сложная гамма эмоций. — Ты... ты это всерьёз?!
— Я никогда не шучу, — с абсолютным спокойствием произнёс Ангел.
— Вот это-то и пугает больше всего, — буркнул кто-то из толпы.
Маги переглянулись. Хотя на лицах многих читалось явное недовольство, возражать никто не решился. Главный старец тяжело вздохнул:
— Что ж... Права на эту попытку у тебя не отнять. Проходи.
Верховные чародеи расступились, освобождая дорогу. Не теряя ни секунды, Ангел ступил на лестницу, ведущую к вершине.
По правде говоря, Башня без хозяина внешне не производила впечатления. Обычное двадцатиметровое сооружение из потемневшего от времени камня — ветхое и приземистое. Совершенно не вяжется с громким титулом Башни Звёздного Сияния.
Однако внутри всё было иначе: пространство подчинялось законам высшей магии.
Стоило ступить на марш, как лестница, уходящая ввысь, терялась в безграничной вышине.
Ангел сделал всего пару шагов, а старейшины, стоявшие у основания, уже оказались далеко внизу, словно их разделяло несколько пролётов.
— Ты применил заклинание? — удивлённо спросил Мифрил.
Кот знал: хозяин обычно перемещается через теневые сдвиги и межпространственные изломы, а не видоизменяет координаты прямого пространства.
— Нет, это чары самой Башни, — пояснил Ангел. — Пространство здесь сжато особой магией. Кто-то проводил расчёты: если подниматься своими силами, даже шустрому магу воздуха потребуется года три, чтобы дойти до вершины. И есть лишь один способ сократить путь.
— Какой?
— Сдать экзамен.
Кот лишился дара речи.
— Видишь узоры на стенах? Это испытания, оставленные первым владыкой Башни. Каждая решённая задача даёт ученику право переселиться на соответствующий ярус. Чем выше, тем просторнее и роскошнее покои. А тому, кто расколет все загадки до единой, достаются не только апартаменты и лаборатории на самом верху, но и доступ к свёрнутому пространству — возможность мгновенно подниматься на вершину.
Иными словами, не решил задачи — топай пешком.
Старейшины во главе с Овелией, хоть и обладали колоссальной силой, имели собственные башни и не тратили время на местную головоломку. А потому и не могли пользоваться быстрым подъёмом. Во всяком случае, такова была официальная версия.
— С момента основания Башни решить все задачи удалось лишь тридцати четырём магам, — не без гордости прибавил Ангел. — И в нынешней эпохе этот рубеж покорился мне одному.
Неудивительно, что старики при виде него скрежетали зубами.
По сути, Ангел являлся полноправным преемником Башни без хозяина. И пусть сама обитель официально не признала владыку, в магических кругах Сесилии он обладал наивысшим уровнем допуска.
Временный хозяин Башни Звёздного Сияния! Будь ты хоть трижды маг средней ступени, с таким статусом ты заседаешь наравне с магистрами Заклятий!
А этот безумец просто собрал вещички и сбежал, потому что ему урезали содержание!
Мифрил проникся искренним сочувствием к несчастным старикашкам. Рассыпаться в комплиментах хозяину кот отнюдь не собирался.
— И что, для решения задач не требуется уйма магии? — усомнился он. — Как маг средней ступени смог разгадать всё?
— Вот это и странно. Запасы магии роли не играют, да и глубоких познаний на старте не требуется. Главное — нащупать нужную логику. Решая задачи шаг за шагом, ты постигаешь тонны заклинаний. Многие полагают, будто создатель Башни таким способом решил передать наследие потомкам.
— А сам ты как думаешь? — спросил Мифрил.
Кот допрашивал его так, будто рядовой маг точно знал разгадку великой тайны.
И не прогадал. Мифрил прекрасно знал своего «чёрного плаща»: если тот взялся за дело, то докопался до самой сути. А раз Ангел без колебаний бросил Башню и удрал в «Волшебную Шестерёнку», значит, местный секрет давно потерял для него всякую прелесть.
— Я думаю, это ловушка, — отозвался Ангел.
— Ловушка?
— Да. Знаний там заложено много, но подача... невероятно специфическая. Эдакий экспресс-курс: тебе подсовывают именно те формулы, которые проще всего воплощают твои текущие хотелки. Не успеваешь за темпом — вылетаешь. Слишком уж всё прагматично.
— Но ты-то сожрал эту приманку с потрохами! — фыркнул кот. — То-то я гляжу, твоя магия с косяком. Совсем не похожа на то, чем орудуют нормальные чёрные мантии.
Ангел виновато отвёл взгляд.
Он ведь не просто заглотил «наживку» Башни — он до кучи нахватал кучу совершенно «лишних» разделов: массовое гипнотическое внушение Белых мантий, пространственные скачки злых духов... То, что с таким диким винегретом в голове он до сих пор не сошёл с ума, само по себе граничило с чудом.
Впрочем, Мифрил давно махнул рукой на странности хозяина.
— Ну и что дальше? — полюбопытствовал кот. — Раз это ловушка, что ждёт на самой вершине тех, кто прошёл курс до конца?
— Магический механизм, — туманно откликнулся Ангел.
Пока они беседовали, подъём завершился. Хотя лестница внизу казалась бесконечной, Ангел преодолел расстояние за считаные минуты, сделав всего несколько шагов.
Вершину Башни занимал исполинский зал, внутри которого располагался тот самый механизм.
Увидев конструкцию своими глазами, Мифрил понял, отчего хозяин выражался столь неопределённо.
Зал раскалывался на несколько изолированных сфер.
Одна утопала в абсолютной тьме, не пропускавшей ни единого луча света. Другая представляла собой миниатюрное звёздное небо, где вокруг светил вращались планеты. Третья являла собой незримый небосвод с парящими в вышине обломками островов. Четвёртая и вовсе напоминала нутро исполинской твари: сотканная из живой, пульсирующей плоти, она судорожно содрогалась с каждым мгновением.
Некоторые из этих зон существовали сами по себе, рассечённые огромными расстояниями. Другие соприкасались или вовсе накладывались друг на друга, но процессы внутри них протекали параллельно, будто они не замечали соседства.
И лишь один объект нарушал эту гармонию.
Планета.
Живой, наполненный жизнью мир.
Одна её половина покоилась в звёздном секторе: там синели океаны, зеленели материки с буйной растительностью и сновали живые существа. Другая же часть погружалась в непроглядный мрак — мёртвая и бесплодная.
Мифрил вгляделся в эту невероятную модель и на самой границе тьмы приметил знакомые очертания.
Город Сесилия.
— Это... модель нашего мира, мяу? — удивлённо выдохнул кот. — Так земля и впрямь круглая?!
— Была ли она круглая изначально — вопрос спорный, но пару десятков лет назад точно округлость обрела, — с опаской проговорил Ангел. — Раньше я не мог взять в толк, как это вышло. Но присмотрелся к истории... Похоже, всё началось в период внедрения обязательного образования. Аккурат тогда, когда в детских учебниках отпечатали: «Земля имеет форму шара».
Император со своими вершками знаний явно натворил лишнего. А Ангел-то, дурак, годы подряд твердил себе не судить чужой мир по мерилам прежней жизни!
— То есть мир изменился под давлением коллективного разума?
— Именно, — кивнул Ангел. — И самое жуткое — я не могу утверждать наверняка, не прогибается ли твердь у нас под ногами прямо сейчас, меняя форму от того, что взбредёт людям в голову.
Слишком уж отдавало чертовщиной. Аж мороз по коже.
— И неужто жалкие мыслишки смертных способны на такое, мяу?
Кот отнёсся к теории с откровенным скепсисом. Будучи котом, Мифрил свято веровал, что пупом вселенной являются котики, а заскоки двуногих слуг не стоят и выеденного яйца.
Тем не менее он вытаращил глаза и принялся изучать шарообразную модель, едва сдерживая соблазн полоснуть по ней когтем.
— И что теперь? — спросил чёрный кот. — Неужто заставишь всех переучиваться, чтобы сплющить планету обратно?
— Смысл? — отмахнулся Ангел. — Хоть кубической пусть станет. Эта штука создана не для уроков географии.
— А для чего?
— Она позволяет запеленговать пространственные координаты, — ответил Ангел. — В Башне верят, будто здесь зашифровано последнее испытание. Тот, кто по этим координатам отыщет следы создателя Башни, станет её законным хозяином.
С этими словами Ангел начертил в воздухе магический символ. В тот же миг с небесного свода зала опустился сияющий золотой якорь.
Кот безразлично смерил взглядом артефакт:
— Так вот к чему приседали те старые хрычи! Они решили, будто ты вернулся забрать права на Башню... А тебе на этот титул плевать, да?
— Естественно, — хмыкнул Ангел. — Но скажи я им прямым текстом, что припёрся ради одного-единственного опыта, они бы меня живьём закопали.
"Ага, значит, соображаешь!"
Мифрил вновь проникся сочувствием к несчастным ветеранам магии.
— И зачем ты всё-таки пришёл?
Ангел опять извлёк золотую монету — осколок божественности Бога Коммерции.
— К чему устраивать пляски с воскрешением богов? Имея на руках частицу божественной сути, мы можем напрямую выследить Священную Обитель!
— Пусть сами боги погибли, их небесный домен всё ещё парит в вышине. Если верить преданиям, он покоится аккурат над Небесным родником. Местные боги отзывались на молитвы из любого уголка света — а значит, Священная Обитель не привязана к наземным ориентирам!
— Идеальное место для центрального сервера моей магической сети!
— Теперь-то я смогу объединить все региональные узлы в единую систему!
Ангел аж задрожал от восторга.
— О-о-о, как невероятно-о-о... — с наигранным восхищением затянул Мифрил.
Ему следовало догадаться: этот безумец живёт только своей магической сетью.
— Тебе Башни Снов мало, мяу? — вздохнул кот.
— У неё радиус курам на смех, едва перекрывает людские королевства! — горячился Ангел. — А вот зацепись я за Священную Обитель — и смогу тыкать базовые станции хоть эльфам, хоть подводному народу, хоть на самом краю континента!
С этими словами вокруг чародея вспыхнуло ослепительное сияние.
Это была не его личная сила. Через него бурным потоком хлынула энергия сразу четырёх мощнейших магических баз: Сесилии, Города Академий, Сессе и королевской столицы — Святого Егина. Лишь Ангел, единоличный архитектор сети, мог безгранично черпать из них силу.
И всё же даже этого океана магии едва хватало, чтобы заставить золотой якорь среагировать на божественный осколок.
Пеленг Священной Обители оказался куда сложнее, чем уверял Ангел. Для этого требовался колоссальный ресурс, недоступный рядовым магам. Немудрено, что старейшины считали запуск механизма невозможным для мага средней ступени.
Да с таким запасом энергии, который выплеснул Ангел, не сравнился бы и чародей Заклятий!
Якорь медленно сдвинулся с места.
Цепь натянулась, указывая на координаты, где некогда обитал пантеон.
Мифрил невольно затаил дыхание.
Золотое остриё устремилось прочь от модели планеты. Звенья цепи вытягивались всё дальше и дальше, пока не вонзились в самую гущу тёмного сектора, выхватив из мрака груду величественных руин.
— Это и есть Священная Обитель? — прошептал кот. — Что-то она уж больно далеко от нашей тверди...
— Не может быть... — заворожённо пробормотал Ангел. — Расстояние слишком велико. Дело не в Обители. Наша планета... она дрейфует. Уходит прочь, в сторону звёздной бездны.
— Ну, как бы там ни было, с такой дистанции зацепиться за домен богов не выйдет, мяу? — Кот взглянул на хозяина и обомлел: лицо Ангела стало мрачнее тучи.
— Ты чего? Неужто так расстроился? — забеспокоился Мифрил.
— У меня возникла одна догадка, — угрюмо произнёс Ангел. — Что, если древние боги вымерли именно потому, что наш мир начал уплывать из зоны действия Священной Обители? И если планета несётся в глубины космоса... эта часть пространства вполне может оказаться зоной полного отсутствия магии.
Судя по расположению светил в звёздном секторе, местная астрономия один в один совпадала с представлениями из его прошлой жизни.
Император не раз твердил, что мечтает завладеть Голубой планетой. Тот полагал, будто туда ведёт межпространственная разломина, и пытался вычислить координаты с помощью древних формул. Ангел и сам склонялся к этой гипотезе... пока мир не превратился в круглый шар. Теперь же зарождалось страшное подозрение: под воздействием людских фантазий эта планета не просто меняла форму, а на всех парах летела прямиком к Земле!
"Ха-ха, зашибись! Домой на халяву... Да чёрта с два! Это же чистый конец света!"
Мифрил тоже осознал весь ужас положения:
— И что с нами будет, если мы влетим в безмагическую зону, мяу?
— Скорее всего, вся магия просто испарится, — отрезал Ангел.
— Да как такое возможно?! Магия — основа нашего мира! Каким станет мир без магии?!
— Беспросветно скучным, — ледяным тоном отозвался чародей.
По правде говоря, Ангел вовсе не рвался «домой».
Ни капли.
Чего ради скучать по беспросветной пахоте офисного планктона?
Быть может, он был чёрствым чурбаном, но, хоть он и любил по-своему родных, друзей, коллег и даже прежнего босса, среди них не было никого, без кого он не смог бы жить. В этой жизни, впрочем, ситуация складывалась примерно так же.
Единственное, по чему он порой тосковал — это интернет и бытовой комфорт.
Да, жить без сети казалось пыткой. Но лишаться магии?! В прошлой жизни он днём и ночью мечтал о волшебстве. И вот, едва переродившись в сказочном мире, он должен сложа руки смотреть, как тот превращается в унылое подобие прежней Земли? Ради чего тогда были все эти труды?!
Он вырос — и желал всё и сразу!
Ангел хотел, чтобы этот мир сохранил чудеса магии, но при этом обрёл удобство цивилизации.
Именно ради этой цели он шаг за шагом перекраивал действительность под свой идеал.
Подобная ненасытность переходила все разумные грани — её можно было назвать чистейшей глупостью.
Ангел качнул головой:
— Впрочем, это лишь мои догадки. Не факт, что всё именно так.
Мифрил молча смотрел на него.
Кот знал: хозяин не из тех, кто успокоится от пары утешительных фраз и спустит дело на тормозах.
И точно — Ангел развернулся и устремился вниз по лестнице.
— Ты куда, мяу? — крикнул Мифрил.
— В Башню магов Сесилии! — откликнулся Ангел. — Тот человек некогда сотворил «Бездонную пропасть». Но ведь она представляет собой целый отдельный план! Как он это сделал?! Никто не понимает природу этого мира лучше него!
— Я должен с ним встретиться!
— С Великим магом Сесилией, которым, по слухам, могу являться я сам!