— Убийство? — сотрудница опешила, вылупившись на девчушку.
Она явно не понимала, с чего бы безобидному регламенту соревнований ассоциироваться с таким жутким понятием.
Лити ловила её озадаченный взгляд и опомнилась. Обывателям подобных терзаний не понять. Даже магам, пока они специально не погрузятся в медитацию и не сконцентрируют волю, дозваться до магических элементов не под силу — если только они не заядлые самоубийцы, перенасыщение магической энергией им не грозит.
С этим проклятием сталкиваются лишь гонимые ведьмы. Их сущность устроена совершенно иначе: они черпают магию из воздуха естественным образом, словно дышат. И если её концентрация зашкаливает, неизбежно наступает перегрузка — магический прилив, сжигающий изнутри.
Лити выдавила из себя натянутую улыбку, пытаясь замять оговорку:
— Я имела в виду... Разве это честно? Когда зрители напрямую вмешиваются в ход гонки?
— Вовсе не вмешиваются, — растерянно ответила девушка, хотя слово «убийство» всё ещё эхом отдавалось у неё в ушах. — Исход гонки зависит исключительно от технических характеристик метлы и мастерства пилота. Магический фон играет второстепенную роль. На самом деле, даже без этого нововведения базовая станция обеспечила бы участников сполна. Это сделали просто ради вовлечения публики, чтобы болельщики могли поддержать любимцев своей магией.
Лити и сама это понимала — недаром же пробилась в финал. Но между этими двумя способами подпитки кроется смертельная для ведьм разница.
Базовые станции, экономя ресурс, подают энергию строго дозированно: ровно столько, сколько расходует инструмент. А вот зрительская магия потоком хлынет в воздух прямо вокруг гонщиков, взвинчивая концентрацию до предела.
И это в самый пик магического прилива!
«Может... мне и впрямь лучше сняться с дистанции?»
Сдаваться не хотелось до слёз. На кон было положено столько сил, она вырвала этот заветный билет, обделив сотни других! И ладно бы только гонка... если так пойдёт и дальше, ей всю жизнь придётся отступать перед тем, что любишь или не любишь, ломая себя через колено.
Лити прикусила губу. В глазах защипало.
В этот момент кто-то мягко коснулся её плеча.
— Лити, иди сюда на пару слов, — тихо прошептала Энлис.
— А? — Лити судорожно моргнула, пытаясь вернуть лицу беззаботное выражение.
Хотя Энлис знала её тайну, Лити никогда не плакалась ей на муки во время магических приливов. Тем более сейчас, когда Энлис представляла «Волшебную Шестерёнку» — жаловаться ей выглядело бы как протест против новых правил турнира. Лити меньше всего хотела ставить подругу в неловкое положение.
Энлис пристально вгляделась в её лицо, затем взяла за руку и увлекла прочь от посторонних глаз — в небольшую кухню за залом ресторана.
Это место считалось личным владением Энлис. Хотя в ресторане «Волшебной Шестерёнки» стояли алхимические котлы, способные выдать любое изысканное блюдо, Энлис из чистого вдохновения любила стряпать сладости вручную.
— Я тут печенье испекла, — проговорила Энлис. — Собиралась вечером к тебе заскочить и занести.
— Опять печенье? Новый рецепт? — попыталась свести всё в шутку Лити, силясь говорить непринуждённо. — Если ты так занята, не стоило крюк делать. Принесла бы завтра в школу, да и всё.
С этими словами она потянулась к баночке, которую достала Энлис:
— Давай опробую!
— Погоди, — Энлис придержала её руку.
Лити озадаченно взглянула на подругу. Энлис слегка покрутила баночку, и только теперь Лити заметила, что у выпечки странный, слегка сероватый оттенок.
— Я добавила туда немного Крови увядания, — пояснила Энлис.
— Крови... увядания?!
— Ну да. Это вытяжка из крови запечатанных, ею раньше блокировали магов. Если принимать её в микродозах, она снижает разрушительный урон от магических приливов. На днях господин Ангел ездил в столицу, и я попросила его привезти немного...
На самом деле Энлис договорилась об этом с хозяином Великого Кладбища лично, но афишировать такие детали не стала.
Она тревожно всматривалась в лицо Лити:
— Может, я влезаю не в своё дело, но я помню, как тебе бывает тяжело каждые лето и зиму... Вот и решила попробовать...
Энлис не успела договорить — Лити сжала её в объятиях с такой силой, что у той перехватило дыхание.
— Энлис, ты просто невероятная! — выдохнула Лити.
Энлис была из той редкой породы людей, которые, видя, что ты попал под ливень, обязательно принесут зонт. И за это Лити любила её больше всех на свете.
— Лити... задохнусь же...
Энлис беспомощно похлопала подругу по спине, но, поняв, что вырваться из мёртвой хватки не удастся, смирилась и просто обняла её в ответ.
Дождавшись, пока буря чувств немного утихнет, Энлис тихо спросила:
— Кстати, что не так с правилами гонки? Почему ты хочешь сняться?
— А?! — Лити замерла, выпрямляясь. — Откуда ты...
Она ведь даже самой себе боялась признаться в этом решении!
— Ты спросила про правила, и у тебя сразу изменилось лицо, — мягко ответила Энлис. — К тому же ты обмолвилась, что печенье можно принести в школу. Но ведь из-за тренировок к турниру тебе дали официальное освобождение от занятий! Все наши как раз собирались прийти на трибуны и болеть за тебя.
—... В своём репертуаре, Энлис, — вздохнула Лити.
Забота подруги трогала до глубины души, но подобная проницательность временами попросту пугала. Будущему мужу Энлис явно не поздоровится — стоит ему хотя бы мельком косо глянуть на другую женщину, как Энлис тут же всё раскусит.
«Впрочем, — фыркнула про себя Лити, улетая мыслями в степь, — если этот идиотина посмеет посмотреть на кого-то ещё, имея рядом Энлис, он вообще не достоин ходить по земле. Я лично перебью ему коленные чашечки и пущу на зелья!»
Энлис понятия не имела, какие кровожадные сценарии прокручивает в голове её лучшая подруга. Увидев, что Лити опять застыла с отрешённым видом, она позвала:
— Лити?
— А? Да нет, ничего! — опомнилась та.
Скрывать что-либо от Энлис стало бессмысленно.
— Если честно, всё одно к одному... — с горькой ухмылкой призналась Лити и выложила всё о том, какие муки причиняет ей тело во время магических приливов.
— К слову, Энлис, ты ведь тоже ведьма? Разве ты ничего подобного не чувствуешь? — вдруг удивлённо спросила Лити.
Из-за занятий в «Классе ведьм» во снах у неё сложилось слегка искажённое представление о природе Энлис.
— Я не совсем чистокровная ведьма... — смутилась Энлис. — Неужели абсолютно всем ведьмам так больно?
— Не всем, — с тоской качнула головой Лити. — Мне просто не повезло с днём рождения. Родись я посреди интервала между приливами, всё было бы куда проще.
«Хе-хе, от одного лишь рождения во время прилива так не корчатся! Девчонка явно умудрилась появиться на свет в какой-то особый час, раз у неё такая аномальная чувствительность. Да это же готовое семя Ведьмы Стихийного Бедствия!» — раздался в голове Энлис злорадный и глумливый гогот запечатанного Демона-бога Джели. — «Мой тебе совет: прикончи её прямо сейчас. Когда она вырастет, то станет ходячей катастрофой! Хотя... просто убивать жалко. Выпотроши её и брось в Небесный родник — твой черномантийный хозяин будет в восторге, лучшего сырья для магии и представить нельзя!»
Энлис, разумеется, и ухом не повела. Но гнусный шёпот раздражал, отчего она невольно нахмурилась.
Лити истолковала её мину иначе.
— Да ладно тебе, не хмурься, — попыталась она утешить подругу. — Новые правила только помогли мне определиться. Мама с самого начала была против моего участия во время прилива. Вот и отлично, послушаюсь её и буду отлёживаться дома.
— А сама ты чего хочешь? — тихо спросила Энлис.
— В смысле?
Энлис посмотрела ей прямо в глаза:
— Ты правда хочешь бросить всё и уйти?
— Я... — Лити растерялась, а затем снова уткнулась носом в плечо Энлис. — Какая разница, чего хочу я? Правила тут ни при чём. Мама права: в таком состоянии мне ни за что не победить.
— Но ты ведь хочешь участвовать, верно? — настойчиво прошептала Энлис.
Поглаживая подругу по спине, Энлис мысленно взывала к своему пленнику:
«Учитель Джели! Как с этим справиться? Есть ли способ навсегда избавить Лити от мучений во время магических приливов?»
«Ты же сама испекла ей печенье!»
«Это лишь временное облегчение. На ваших уроках вы тоже учили только сглаживать симптомы. Неужели нет кардинального решения?»
«Увы и ах, нету! — хмыкнул Демон-бог. — Ведьмы — полумагические существа, их природа способна вмещать колоссальные объёмы энергии. Но человеческая тушка — паршивый сосуд. Особенно у мелких девчонок. Ткани слишком хрупкие, вот их и корчит от переизбытка силы».
«И что, Лити теперь вообще нельзя участвовать в гонках?» — упрямилась Энлис.
Она уже подумывала пойти к господину Ангелу.
Не для того, чтобы просить об изменении правил: если господин Ангел лично проложил трассу и ввёл купоны благословений, значит, у него есть великая цель, и ставить его решения под сомнение Энлис не смела. К тому же, как сказала Лити, даже если переписать регламент, сам магический прилив никуда не исчезнет.
Она хотела спросить Ангела, можно ли раз и навсегда исцелить ведьм от этой напасти. У господина Ангела точно найдётся решение!
«Эй-эй-эй! Постой!» — чуя ход её мыслей, панически заверещал Джели.
Эта девка совсем забила на его авторитет! Имея в подчинении всемогущего Демона-бога, она считает какого-то черномантийного лавочника выше и мудрее! Если это не исправить, он никогда не завоюет её уважения и не вырвется на свободу.
Пытаясь спасти лицо, Джели поспешно выкрикнул:
«Если тебе нужно всего лишь сделать так, чтобы эта девчонка-бедствие откатала гонку без мучений, всё проще пареной репы!»
«Как?» — уцепилась Энлис.
«Сосуд трещит, когда в нём слишком много жидкости. Так пусть она просто выплеснет магию наружу!»
— Да слей ты эту магию, делов-то! — одновременно с Демоном-богом произнёс чей-то голос.
Только звук раздался не в голове Энлис, а наяву.
Подняв глаза, Энлис увидела Майю, которая свесилась через стойку, отделявшую кухню от зала, и с любопытством зевала вниз.
— Майя? Ты откуда...
— Ой! Печеньки! — глаза Майи вспыхнули. — Вы тут без меня вкусняшки точите?!
Не долго думая, она не стала обходить через дверь, а перемахнула через стойку и сиганула вниз.
Энлис и Лити, сидевшие прямо на полу под стойкой, приняли основной удар на себя.
— Майя, чёрт тебя дери! — взвыла Лити, пытаясь выкарабкаться. — Слезь с меня! И вообще, не смей давить на меня мужским туловищем! Мерзость какая!
Энлис тем временем судорожно прикрыла банку с выпечкой:
— Постой! В этих печеньях специальная добавка для Лити, я тебе другие сделаю!
После краткого сумбура и возни Майя наконец уселась на пол, с довольным урчанием уплетая печенье.
Опомнившись, Энлис удивлённо спросила:
— Майя, а ты-то откуда знаешь, что магию нужно просто стравить?
— Так в сценарии к фильму было написано, — беззаботно отозвалась Майя, дожёвывая хрустящий край. — Там волшебная дева не могла сражаться из-за магического прилива, но тут напали враги... Правда, потом решили, что для маленьких девочек это слишком жестоко, и Алан забрал сценарий на переработку. Пока ещё не переписал.
«Господин Алан?.. — задумалась Энлис. — Господин Ангел говорил, что он тоже "ведьма". Значит, это основано на личном опыте?»
История Алана была ей немного известна: парням-ведьмам выжить куда сложнее, чем девушкам, и раз он сумел уцелеть, значит, обладает реальным опытом.
Выходит, учитель Джели не соврал.
«Да я когда-нибудь враньём замарался?!» — возмущённо возопил в уме Демон-бог. Впрочем, он упустил из виду, что его авторитет это всё равно не подняло — ведь точно такой же совет дала дурёха Майя.
Лити, естественно, относилась к этой идее с изрядной долей скепсиса.
— Это же вымысел, выдумка кинематографистов! — насупилась она.
— А вы что, с Энлис не в ведьм играете? — Майя озадаченно хлопнула глазами. — Вы чего, настоящие ведьмы, что ли?
... Когда собеседник дурачится с такой естественностью, никогда не угадаешь, идиот он или гениальный притворяшка. Лити на всю жизнь смирилась с тем, что никогда не поймёт, троллит её Майя или говорит всерьёз.
А вот Энлис подобные тонкости не волновали.
— И всё же Майя подала отличную мысль, — повернулась она к Лити. — Если сбросить излишки магии, боли действительно не будет.
— Но тогда я раскроюсь! — испуганно шепнула Лити, опасливо косясь на Майю. — Все поймут, что я ведьма!
Майя с готовностью кивнула, хрустя печеньем:
— Ага-ага, раскроешься! Стоит раскрыть тайну — и всё, пиши пропало: будешь, как я, всю жизнь ходить с хреном между ног!
— Смотрю, ты от этого сильно страдаешь! — язвительно поддела её Лити. Ей до сих пор казалось немыслимым, как она вообще умудрилась подружиться с этим недоразумением.
Энлис же приняла серьёзный вид:
— Лити... А быть ведьмой — это правда так страшно?
— Ну разумеется! — Лити всплеснула руками. — Пусть времена охоты на ведьм остались в прошлом, стоит людям узнать правду, и на тебя начнут смотреть как на чудовище!
Она удивлённо воззрилась на Энлис. Лити поразило не само любопытство подруги, а тон, каким был задан вопрос. От взбалмошной Майи такого ожидать можно было в любой момент, но чуткая и рассудительная Энлис прекрасно знала, с какими косыми взглядами сталкиваются изгои.
Но Энлис не отступала:
— А быть изгоем... это действительно так невыносимо?
— Э-э?..
— В сегодняшней Сесилии тебя точно никто не отправит на костёр, — мягко, но уверенно произнесла Энлис. — Так что все «ужасы» сведутся к сплетням за спиной. Лити... Ты когда-нибудь задумывалась, какую жизнь ты хочешь прожить? Ради этой жизни ты готова терпеть чужие разговоры? Или тебе важнее быть «как все» и соответствовать чужим ожиданиям?
Эти вопросы волновали саму Энлис.
В самом начале всё казалось простым: как она и говорила Демону-богу, у неё не было ни амбиций, ни отваги распоряжаться чужими судьбами, поэтому она лишь хотела быть полезной господину Ангелу. Но бездумно послушная служанка — вовсе не то, в чём нуждался Ангел. Подобное слепое подчинение делало её обычным паразитом.
Желая принести реальную пользу, Энлис добровольно возглавила Школу Жнецов, взяла на себя переговоры с владыкой Великого Кладбища и очистку столицы от неупокоенных душ. И в этом процессе она неизбежно меняла жизни людей.
Впрочем, менять чужие судьбы она начала ещё раньше — взглянуть хотя бы на учениц из её «Класса ведьм». Но в столице всё выглядело куда нагляднее.
Бедняки в трущобах влачили жалкое существование, застряв в бесконечном аду. Помогает ли им Энлис, делая их искателями душ? Если их тайна всплывёт, на них обрушится гнев Магических Башен. Многие отказывались от этой силы, боясь карателей, и стремились вернуться к «обычной» жизни.
Будучи умной девушкой, Энлис не могла не задаваться вопросом: какая же жизнь является истинно правильной?
Ответа у неё не было. Но сейчас решение предстояло принять не ей.
— Так какую жизнь ты выберешь, Лити? — с глубокой искренностью спросила Энлис.
В ответ воцарилась звонкая тишина.
Лити и Майя уставились на неё с раскрытыми ртами. Майя даже забыла прожевать кусок печенья.
— Я... что-то не то сказала? — смутилась Энлис.
— Да нет... просто это так не похоже на тебя, — криво ухмыльнулась Лити.
— Ага, аж жуть берет! — Майя наконец сглотнула и потрогала лоб Энлис. — Горячки вроде нет... Но ты сейчас говорила точь-в-точь как строгий директор на линейке! Жизненный путь, предназначение... Не рановато ли для таких высокопарных речей?
— Вот как... — растерялась Энлис. — Разве вы об этом не думаете?
— Ни капельки! — отрезала Майя.
— То есть ты вообще не размышляла о своём будущем? — уточнила Энлис.
— Почему же? Размышляла! И давно всё решила! — без секунды колебаний выдала Майя. — Снимусь ещё в трёх фильмах про волшебных дев, скоплю кучу денег и остаток дней буду жить в своё удовольствие: жрать, пить и развлекаться!
Предельно незамысловатый жизненный план.
Лити изо всех сил сдержалась, чтобы не закатить глаза.
— Звучит как очень счастливая жизнь, — тепло улыбнулась Энлис. — Только для этого нужны солидные сбережения.
— Само собой! Гонорары за первые две картины я отдала семье, а с последующих буду откладывать четверть. Ещё четверть — на текущие расходы, а оставшуюся половину... Энлис, ты ведь к тому времени наверняка будешь заправлять большинством мастерских? Вот и инвестируешь мои денежки! С здешними темпами развития я точно буду в плюсе!
«А финансовый план-то проработан до мелочей! — мысленно поразилась Лити. — И почему у меня ощущение, что у этой идиотки реально получится пробалдеть всю жизнь?!»
— С удовольствием! Если тебе понадобится моя помощь, — легко согласилась Энлис.
Её ничуть не смутила беспечность Майи.
Лити с облегчением перевела дух — напряжённая атмосфера рассеялась.
— А у тебя какой план, Энлис? — поинтересовалась она.
— Мне достаточно просто быть полезной господину Ангелу, — с той же кроткой улыбкой ответила Энлис.
Её цель оставалась неизменной. И по сравнению с планом Майи выглядела даже более сумбурной.
— Вот поэтому я и говорю, что наш главный соперник — этот черномантийник, — шепнула Майя на ухо Лити.
Лити лишь фыркнула.
Она перевела взгляд на баночку с печеньем, затем посмотрела сквозь арку кухни на зал, где вокруг Белого и Чёрного Баранов шумела толпа.
— Своё предназначение... я пока не нашла, — тихо произнесла Лити.
За её короткую жизнь почти все воспоминания были отравлены болью магических приливов. Ей было не до грандиозных планов.
Но слова Энлис задели нужную струну.
Стоит ли вся жизнь того, чтобы смиренно корчиться от боли, притворяясь послушной девочкой? Или лучше дать волю своей природе, сбросить маски и рвануть навстречу тому, чего действительно хочешь?
В её глазах читалось замешательство.
— Извини, Лити, я задала слишком сложный вопрос, — мягко сказала Энлис. — На такое ответа за минуту не найдёшь. Не обязательно решать всё прямо сейчас, можно пробовать и ошибаться шаг за шагом.
— Шаг за шагом?
— Ну да! К чему сразу раскрывать всем, что ты ведьма? Можно начать с малого: применить магию прямо на глазах у всех, но под благовидным предлогом!
Лити удивлённо взглянула на неё.
— Например, гонка на метлах! — воодушевлённо подхватила Энлис. — Все остальные используют электрические метлы для экономии магии. А ты можешь взять традиционную метлу, замаскированную под электрическую! Раз тебе не нужны механические блоки, ты сможешь встроить туда парочку дополнительных заклинаний и магических артефактов. Это же колоссальный прирост эффективности!
— Энлис... — у Лити защемило в груди от нежности.
Вот за это она и любила Энлис больше всего: пока есть хоть один шанс, Энлис никогда не опустит руки и будет бороться до конца.
Лити уже хотела снова сжать подругу в объятиях, но тут влезла Майя:
— О! Или нарядись в костюм волшебной девы! Хочешь, я дам тебе полный комплект своего реквизита? Я в нём уже снималась! На чёрном рынке за такой наряд отвалили бы целую кучу золотых!
— Да кто на это согласится?! — отмахнулась Лити.
— А по-моему, отличная идея! — подала голос Энлис.
— Энлис?! Ты-то куда?!
* * *
Вот так, благодаря «гениальным» стратегиям Энлис и Майи, Лити всё-таки не стала сниматься с турнира.
«Всё будет хорошо, — убеждала она себя. — У меня есть печенье Энлис и защитные заклинания. К тому же сейчас лето, прилив не такой лютый. А во время полёта я сброшу часть магии. Если станет совсем невмоготу, просто сойду с дистанции! Главное... надеюсь, у меня будет не слишком много "фанатов"».
С такими мыслями — сдобренными долей здорового пофигизма — Лити стояла в строю участников на торжественном открытии турнира.
И вдруг её лицо перекосилось.
Она сделалась бледнее полотна.
Её «поклонников» оказалось не просто не много. Их не было вообще.
Как назло, среди всех финалистов у Лити оказался самый ничтожный рейтинг зрительской поддержки!
«Да вы издеваетесь?!»
В ту же секунду страх испарился. Боевой дух Лити взлетел до небывалых высот.