— Лейя, ты моешь руки уже седьмой раз за сегодня, — проговорил герцог Рой, с душевной болью разглядывая покрасневшие пальцы дочери. — Что с тобой происходит?
— Ничего, отец, всё в порядке, — ответила Рецифия, погружая ладони в тёплую воду, температуру которой прислуга подобрала с особой тщательностью.
В последние дни она и впрямь умывалась чересчур часто. Кожа на кончиках пальцев начала шелушиться, и от контакта с водой их омывала слабая, зудящая боль. Но девушка не могла с собой совладать. Стоило ей вспомнить, как к её руке прикоснулся губами тот кусок жира — ах, простите, принц, — как кожу снова начинало тошнотворно салить.
Именно эту картину Рецифия увидела сквозь «Очки идеального будущего».
Огромная, заплывшая туша. Хотя называть это жиром было бы оскорблением для самого жира: скорее, кусок сала, который бросили в грязь и хорошенько растоптали сапогом!
В тот день лишь невероятное усилие воли помешало ей закричать во весь голос.
А ведь прежде юная принцесса искренне верила, что готова к любому исходу. Она выходила замуж за наследного принца, а не за рядового дворянина; значение имел исключительно титул. Что до внешности, характера, достоинств и прочей ерунды — всё это не волновало её ни капли.
Включая лишний вес.
Располнотевший принц казался неизбежностью: в конце концов, родовое «проклятие» тучности изначально гнездилось именно в королевской крови, да и нынешний правитель выглядел весьма… «внушительно».
Но Рецифия переоценила собственную выдержку.
Оказалось, она способна смириться лишь с габаритами вроде тех, какими обладали её отец или сам император, — когда за складками всё же угадываются черты человеческого лица. Но никак не с созданием, у которого туша полностью поглотила глазницы, нос и губы.
И самое ужасное: это был * «идеальный принц»*.
Иными словами, взвесив все возможные сценарии, Рецифия пришла к выводу, что именно такой облик венценосного жениха сулит ей наибольшую выгоду.
Господи, да как вообще растоптанный кусок сала мог соответствовать её идеалу?! А если этот принц окажется * «неидеальным»*, во что же он превратится?!
Рецифию бросало в дрожь от одной мысли об этом.
На миг ей даже показалось, будто попала в ловушку Белой Мантии. Вдруг этот чёрный маг возражал против союза Восточных земель с правящей династией и намеренно преподнёс столь жуткий дар, рассчитывая расторгнуть их мелодраматичную помолвку?
Однако девушка тут же усомнилась, что чародей способен на такую наивность.
Как она сама не раз говорила Лусини, отменить помолвку не так-то просто. Это не зависело ни от желания самой Рецифии, ни от воли герцога Роя.
Семья Рой скопила слишком сказочные богатства. Королевский дом сгорал от зависти и подозрительности; в особенности тот суровый монарх, способный двинуть полки при малейшем поводе.
Правитель Восточных земель не мог сдать позиции без боя, но и развязывать войну не желал. Посему он решил пожертвовать старшей дочерью — политический брак давал роду выиграть время и выработать наилучшую стратегию.
Герцог не имел права разорвать договор по своей инициативе. Отказ от брака с монаршей семьёй означал бы прямое объявление войны.
Со стороны государя отменить помолвку было и вовсе немыслимо. Если бы властелин так легко отрёкся от своего слова, это означало бы лишь одно: он уже нащупал компромат на герцога и готов разнести дом Рой в пух и прах без всяких брачных узов — перебить мужчин, а женщин отправить в изгнание.
Рецифия понимала расклад до мельчайших деталей и ничуть не роптала.
С самого рождения она купалась в невиданной роскоши и тратила золото не считая, так что спасение родного дома оставалось её прямым дочерним долгом.
По правде говоря, если её наречённым оказался именно такой слизень, династический брак обретал куда большую ценность. Быть может, это решит проблему раз и навсегда.
Но зачем Чернотканому господину требовалось смущать её покой? Не ведай она истины, жилось бы куда спокойнее…
Едва эта мысль мелькнула в голове, Рецифия отчаянно затрясла головой.
Ах! Какое нечестие — думать так о глубокоуважаемом маге!
Напротив, ей следовало возносить ему благодарности! Если бы не страшное пророчество, их встреча с принцем не ограничилась бы невинным поцелуем руки. Были бы и объятия, и поцелуи, и даже…
— Кхм! — Рецифия прижала платком губы, но так и не смогла подавить тошнотворный позыв, словно заглотила целиком кусок сырого жира.
— Лейя!
— Сестра?!
Заметив её состояние, оба мужчины дома Рой занервничали.
— Со мной всё в порядке! — пересилив себя, бодро выпрямилась девушка.
Она — гордая дочь герцога, не пристало ей падать духом из-за подобного пустяка!
Как только Праздник Святого Духа завершится, она лично явится к таинственному магу и выведает, какой смысл он вкладывал в свой подарок.
Что же до текущих дел…
Рецифия перевела взгляд на отца:
— К слову, отец, насчёт бала в честь Праздника Святого Духа… Можем ли мы провести его в более традиционном ключе? На улицах сейчас такое веселье — будет обидно, если наше торжество затеряется на общем фоне.
— Что ты предлагаешь?..
— Зачем устраивать пышный бал, когда можно присоединиться к народу? Семья Рой всегда оставалась неотъемлемой частью этого шумного карнавала!
«И таким образом я смогу под благовидным предлогом держаться от принца на безопасном расстоянии», — с безупречной светской вежливостью рассчитала про себя Рецифия.
* * *
Алхимическая мастерская «Волшебная Шестерёнка».
— За успешный Праздник Святого Духа!
— Дно осушим!
Рунологи с маху стукнули кружками.
Каким-то образом в их компанию пролезла трёхцветная кошка. Сжав лапами сосуд с элем, она сделала внушительный глоток, после чего с прижмуренными глазами и подрагивающими усами спросила:
— А вам не рановато ли праздники устраивать, мяу? До торжества ещё пара дней, разве нет? Разве хозяин не велел отложить пирушку до полного завершения работ, мяу?
— Наш босс чересчур перестраховывается! — хохотнул молодой подмастерье.
Он успел приложиться к элю от души, и его не привыкшее к хмелю лицо пылало кумачом.
— Стресс-тесты прогнали несколько раз, репетицию шествия крутим уже который день — даже пегасов с драконами в небо подняли. Теперь-то уж точно ничего не случится.
— Похоже, и сам хозяин понимает, что всё пройдёт гладко, — подхватил второй рунолог. — Начиная с сегодняшнего дня, кроме дежурной смены, почти всем нам разрешили оставить Небесный родник и прогуляться по городу.
— Эй! Тебе же ясно сказано: в город — только для патруля! — осадил его кто-то из коллег, но большинство мастеров лишь беззаботно расхохотались.
После шести месяцев беспрерывного труда отгул и возможность поглазеть на парад казались мастерам высшей наградой. К тому же мастерская не только выделила щедрые премиальные за дежурства, но и сшила отличные мундиры для патрулирования.
Каждый помнил, как недавно Джек прошёлся по улицам в костюме «Прекрасного принца». Все эти дни к мастерской то и дело подбегали миленькие девушки, мечтая хоть мельком увидеть его или сфотографироваться на память. Остальные мастера изнывали от зависти.
А ведь и впрямь: кружащие в ночном небе лепестки цветов, переливающиеся огнями платформы — разве найдешь обстановку более романтичную?
А вдруг кому-то из них повезёт встретить свою судьбу?
Молодые рунологи предавались грезам. Они были юны, и сердца их жаждали чудес.
— Мяу-мяу, везёт же вам, — завистливо вздохнула Трёхцветка. — А нам, официантам, отдохнуть не светит. Работаем до самого праздника, да ещё в день торжества надо готовить корпоратив… Мяу-а-а-а, как вспомню, так лапы опускаются!
— Кто бы говорил, только не ты! — тут же фыркнул один из мастеров.
За полгода рунологи и коты-официанты успели сплотиться: обедали в одной столовой, работали под одной крышей и знали друг друга как облупленных.
А эту кошку и вовсе знали все.
Работать она не любила, предпочитая забиваться по тёмным углам и откровенно бить баклуши. А если и появлялась в зале, то никакой пользы от неё не было — если только не считать полезным занятием свёртывание клубочком на коленях у симпатичных посетительниц. Многие клиенты и вовсе принимали Трёхцветку за обычную уличную кошку, случайно забредающую в мастерскую.
— Остальные-то коты сейчас на смене! А ты что тут делаешь?
— Эх, глупые вы, мяу. Одно дело — с замирающим сердцем сачковать в рабочие часы, и совсем другое — с чистой совестью лениться в отгуле. Это два абсолютно разных удовольствия! — отмахнулась кошка, отпив из кружки и почесав пушистый живот с видом бывалого чиновника на пенсии.
Этот зверь окончательно обленился.
Мастера с презрением оглядели Трёхцветку и перевели разговор на другую тему:
— Кстати, а что за «корпоратив» нас ждёт?
— Вроде как закрытая вечеринка для своих?
— Но мэр, кажется, одолжил нам самую большую площадь Сесилии. Значит, прохожие тоже смогут поглазеть?
— Говорят, там будут вручать награды лучшим сотрудникам года. Прямо на глазах у всего города?!
— Ха-ха, чего струсил-то? Тебе-то награда точно не светит!
— На сцену наверняка поднимется Серебряный Лист?
— А? Но разве Серебряный Лист не дежурит в этот день? — Все взгляды устремились на Серебряного Листа.
Каждый знал, что парень вызвался добровольцем совершенно сознательно.
Праздник Святого Духа считался главным событием года. По преданию, в этот день Святая фея сходила с небес, даруя благословение всему живому, а потому все расы собирались вместе на грандиозный карнавал. Увы, шумное веселье привлекало и демонов, из-за чего на второй и третий день люди обычно отсиживались по домам, обмениваясь подарками и дожидаясь, пока нечисть уберется восвояси.
И хотя из-за специфики мастерской каникулы рунологов сдвинулись на неопределенный срок, Ангел поступил великодушно: он раздал сотрудникам пригласительные билеты, чтобы те могли позвать родню в Сесилию. А поскольку сидеть безделушкой у Небесного родника больше не требовалось и разрешалось «патрулировать» улицы, большинство мастеров предпочитали встретить праздник в кругу близких.
Лишь Серебряный Лист сам напросился на дежурство, уступив свою очередь другим.
— Ничего страшного. На торжестве нам с другом просто вручат награду за мини-игру. Это не займет много времени, я успею сбегать на площадь и вернуться, — пожал плечами Серебряный Лист.
Как кандидат на награждение, он уже получил расписание мероприятий.
Однако Мира считала, что парень слишком усложняет себе жизнь:
— Но ведь твои «родные» тоже приехали в Сесилию! Давай лучше я подменю тебя на смене. Всё равно мне делать нечего.
Недавно Мира окончательно порвала отношения с семьей. Поводом послужила её старшая сестра Бейлин.
Эта кроткая девушка, всегда помыкаемая родственниками, внезапно перестала выходить на связь. Но вместо того чтобы забить тревогу, родня лишь сыпала проклятиями, бубня, что Бейлин перестала присылать деньги. И хотя Мира вместе с Ангелом съездила в Башню магов и убедилась, что с сестрой всё в порядке — та просто участвовала в секретном исследовании и не имела права контактировать с внешним миром, — в душе девушки что-то оборвалось. С тех пор она лишь высылала родителям строго фиксированное пособие, игнорируя любые дальнейшие капризы.
Серебряный Лист находил поступок Миры единственно верным. Но именно поэтому оставлять её в одиночестве у Небесного родника казалось ему жестоким — ей стоило развеяться и повеселиться со всеми.
Тем более что Геру сидел рядом, поглядывая на девушку с немым преклонением, как преданный пес. Если Мира пойдет патрулировать улицы, они окажутся в одной паре — считай, готовое свидание, под которое Геру даже успел припрятать подарок.
Как тут было не помочь товарищу?
— Я всё-таки останусь у родника, — возразил Серебряный Лист. — Меня кое-что беспокоит. Подготовка проходит слишком гладко, но господин Ангел всё равно выглядит хмурым. А предчувствия сильных магов редко обманывают. Боюсь, как бы не случилось накладки…
— Мяу-мяу-мяу! Заткнись, язык без костей! — Трёхцветка сходу затолкнула в рот Инье курьиную ножку. — Накаркаешь беду, мяу! Всё будет хорошо!
— Точно-точно! Ничего не случится! — закивали остальные мастера.
Никому не хотелось вкалывать в праздничную ночь.
— Небесный родник сейчас работает как часы, да ещё и с запасом мощности! Да пребудет с нами Святая фея, облачный сервер выдержит любую нагрузку!
Смешивая молитвы с добрыми пожеланиями, мастера снова дружно сомкнули кружки.
* * *
Чего рунологи «Волшебной Шестерёнки» даже не подозревали, так это того, что пока они весело пировали, в одной из неприметных построек Сесилии собиралась весьма подозрительная компания.
Во главе сборища стоял человек в сером плаще.
Скрыв фигуру за тяжелой тканью, а лицо — за непроницаемой маской, он обратился к собравшимся, говорившим исключительно измененными, глухими голосами:
— Все в сборе?
В ответ царила тишина, нарушаемая лишь шорохом плотной ткани. Каждый присутствующий носил маску, тщательно пряча личину и настороженно разглядывая соседей в надежде распознать знакомые черты.
Помощник председателя Ассоциации магов Уилл тоже находился среди них.
Забившись в самый темный угол, он нервно поправил капюшон.
Впрочем, этот наряд не давал ему ни малейшего чувства безопасности.
Ведь тайная сходка проходила прямо в его собственном доме.
Уилл до последнего бунтовал против такого решения, но связной не желал слушать возражений:
— В Сесилии сейчас забиты абсолютно все гостиницы и постоялые дворы. Этот параноик Оуэн нагнал столько стражи, что патрули заглядывают в каждый переулок по три раза на дню. Любое сборище вроде нашего сразу привлечет внимание. Так что с какой стороны ни глянь, квартира сотрудника Ассоциации магов — самое безопасное место.
— Но… — Уилл осекся.
Кто бы мог подумать, что стремительный взлет местного туризма ударит по конспирации тайного общества?
Связной тем временем продолжал желчно брюзжать:
— Или ты не готов пойти даже на такую малую жертву? Ну конечно, вы, служащие Ассоциации, все одинаковы! За эти полгода магия разрослась до немыслимых масштабов, а ты, небось, и рад в глубине души?
— Как ты мог такое подумать?! Я ведь сливаю вам всю информацию! — возмутился Уилл.
«Это вы беспросветно бездарны, вот в чём беда!» — мысленно добавил он.
Поначалу они бахвалились, будто скопируют игровой стол и пустят по ветру бизнес «Волшебной Шестерёнки». На деле же выяснилось, что взломать защиту слишком дорого, проще брать в аренду. Внутри организации тут же вспыхнули междуусобицы. Пока они спорили, мастерская развернулась во всю мощь: за какие-то полгода игровые столы заполонили весь Восток, а кинематографический дебют обернулся колоссальным успехом, пригнав в город толпы туристов и дав местным кучу рабочих мест.
Кто бы мог подумать, что магия способна на подобное!
Даже Уилл на мгновение усомнился в своих убеждениях.
Впрочем, раз уж он ступил на эту тропу, отступать поздно.
К тому же все эти фильмы и прочая мишура не имели к истинному чародейству никакого отношения — обычные плоды индустриализации, случайно выстрелившие в прессе. А вот их пагубное влияние на неокрепшие умы детей могло оказаться весьма опасным.
Сжав зубы, Уилл вздохнул:
— Ладно! Пусть будет мой дом! Но на этот раз вы предоставите внятный план развития?!
— Не разочаруешься!
Связной похлопал Уилла по плечу и хрипло расхохотался:
— Выше нос! Тебе впервые выпала честь присутствовать на заседании верхушки! Сегодня мы не просто наметим курс на будущий год, но и обнародуем грандиозный замысел, способный перевернуть весь расклад сил!
Замысел, способный перевернуть… расклад сил?
Уилл снова нервно потянул за воротник.
Его не слишком манило «изменение расклада». Ему хотелось, чтобы эти люди действовали более приземленно: строили фабрики, создавали рабочие места, превращая город в подобие индустриального гиганта Сенсенаты, а не оставляли его в полуживом состоянии…
«Хотя, если подумать, "Волшебная Шестерёнка" делает именно это».
Едва мысль мелькнула в голове, Уилл тут же отмахнулся от неё.
Магия слишком зависима от конкретных личностей. А если этого мага в черной мантии не станет? Нет, Уилл связывал надежды именно с индустриалами.
Хочется верить, их проект сумеет посрамить чародейство и поднять промышленность!
С надеждой уставившись на закутанного вождя, Уилл услышал, как тот произнёс сочным, глухим голосом:
— Братья мои, рад приветствовать вас здесь!
— Каждый из вас наверняка заметил, что наше движение столкнулось с невиданным сопротивлением!
— Эта фальшивая магия снова подняла голову и охватила весь Восток! По некоторой достоверной информации, хозяин «Волшебной Шестерёнки» — не кто иной, как воплощение древнего демона! Он мечтает погрузить мир в хаос!
Древний демон?!
Уилл опешил.
Погодите-ка, этот разговор сворачивал совсем не туда! Он-то рассчитывал на экономическое планирование, а слышал какую-то бредятину про вторжение нечисти!
Уилл порывался задать вопрос, но не имел права.
Он не входил в высший совет и присутствовал тут лишь на правах хозяина квартиры. Голоса ему никто не давал.
Впрочем, остальные участники встречи явно были в курсе дел: по рядам прокатился глухой, шуршащий ропот.
Предводитель же продолжал, не обращая внимания на реакцию аудитории:
— Но у нас ещё есть шанс! Мы можем сорвать гнусный замысел этого исчадия!
— Дьявол ещё не набрал полную силу, он не контролирует Восток до конца. Лишь поддержка некоторых недальновидных покровителей позволяет ему творить этот произвол. И наша задача — подрубить его замыслы на корне!
— Именно так. Я говорю о ликвидации…
— О священной ликвидации!
Убить господина Ангела?
Уилл насупился и крепче впился пальцами в ткань плаща. Ему не нравились подобные методы, но пришлось признать: решение кардинальное.
Стоит убрать ключевого мага — и вся магия снова превратится в пшик.
Мир вернётся на накатанную колею…
— О ликвидации герцогской дочери!
Уилл: «???»
— Погодите, но я думал, главный злодей — этот маг в черном?! — не сдержался Уилл, вскрикнув на весь зал. — На худший конец — мэр Оуэн! С какого перепугу вы собрались убивать девчонку?!
Пара человек тут же двинулась к нему, чтобы заставить замолчать, но главарь остановил их жестом.
— Брат задал правильный вопрос, наверняка этот узел волнует многих, — невозмутимо отозвался предводитель. — Однако наши агенты собрали исчерпывающие улики: семья Рой — главный покровитель «Волшебной Шестерёнки»! Крупнейшие заказы алхимической мастерской оплачены из личных средств этой девицы!
— Но что ещё важнее — эта девчонка метит в жёны к нашему наследному принцу! Фанатку магии — да на императорский престол?! Может ли произойти что-то более ужасное?!
— Мы обязаны это пресечь!
Главарь орал с фанатичным пылом, а Уилл в своём углу сжал кулаки до хруста.
Маленькая принцесса не имела к мастерской никакого отношения!
Да, председатель Хьюм поначалу тоже думал, будто за «Шестерёнкой» стоит дом Рой, но быстро понял, что вода здесь куда глубже, а дочка герцога просто увлеклась магическими игрушками.
И даже если бы дом Рой действительно спонсировал Ангела, ликвидировать следовало самого герцога!
Убийство беззащитной девушки выходило за любые рамки, которые Уилл готов был принять.
Но план, похоже, обсуждался далеко не впервые. Собравшиеся принялись вполголоса шептаться, накидывая детали.
— К тому же достать девчонку куда проще.
— Она не обладает мощью мага или своего отца, не принадлежит к долгожителям, как мэр Оуэн. Это обычный ребёнок, пусть и с кучей охраны.
— Впрочем, у этой охраны есть бреши. К примеру — её день рождения.
— Каждый год на именины эта юная особа даёт сольный концерт на органе. В такие минуты служанки не смеют подходить к ней близко. Это наш идеальный шанс…
Слушая этот холодный расчет, Уилл начал медленно и бесшумно отступать к выходу.
Он легко смешался с толпой, выскользнул за дверь и очутился в коридоре. Вниз он не пошёл — там явно дежурила охрана, — а направился прямо на крышу.
Слава Святой фее, крыша его дома стояла почти вплотную к соседской — полметра расстояния перепрыгнет даже ребёнок.
Уилл твердо решил убраться отсюда и слить всё Ассоциации магов.
А то, что его раскрытая деятельность вылезет наружу — дело десятое.
Он хотел поднимать промышленность, а не вступать в сектантскую шайку убийц!
Но до крыши он дойти не успел. Из темноты вынырнули несколько фигур.
— Уилл, ты всё-таки решил нас предать! — прошипел один из нападавших.
— Нет, я просто… — попытался оправдаться Уилл, но тут же застыл.
Откуда они узнали его имя?! На нём же маска, да и голос изменён магией! Значит, за ним следили с самого начала! Но зачем? Разве не предполагалась полная анонимность? И почему такое важное сборище устроили именно в его квартире? Они ведь изначально не доверяли ему, так к чему вся эта инсценировка?!
В эту секунду Уилла озарило.
— Ах вы твари! Вы всё спланировали! Вы решили сделать меня козлом отпущения!
Догадка словно обухом ударила по голове.
— И девчонку вы режете вовсе не из-за поддержки «Волшебной Шестерёнки»! Ваша цель — Ассоциация магов! Если помощник председателя окажется замешан в убийстве… под удар попадут и Ассоциация, и мэр Оуэн, и мастерская! Вы решили одним ударом снести всех?!
— Хм, надо же, сообразил, — усмехнулся один из заговорщиков.
— Надо же, какой догадливый, — поддержал второй с ледяным смешком. — Раз ты такой умный, отпускать тебя тем более нельзя.
— Хотя ты ошибся в одном: мы убираем не троих, а сразу пятерых.
Нападавшие начали обступать Уилла. Тот беспомощно замер, проклиная свою глупость и тот день, когда связался с этой темной шайкой.
Ближайший из заговорщиков уже протянул руку, но не успел он коснуться Уилла, как его собственная голова с тихим влажным звуком отделилась от плеч и покатилась по полу.
Люди оцепенели.
Отрубленная голова сделала два оборота по доскам, остановилась и, уставившись на говорившего, совершенно спокойно спросила:
— Пятерых за раз? А нельзя ли об этом поподробнее?