Барон Делан вместе с юношей, таща за собой труп, вслед за чёрным псом вошли в тайную комнату.
Оживи этого мертвеца на миг и увидь то, что находилось внутри, его настигло бы жестокое разочарование. Вопреки его сладким грёзам, помещение вовсе не являлось сокровищницей — если порассуждать здраво, кому придёт в голову обустраивать казну сразу за входной плитой святилища? Это была лишь временная мастерская ремесленника.
Впрочем, ни барон, ни его спутник не питали иллюзий. Мастерская времён Первой Эпохи — более чем достаточно, чтобы утолить их любопытство и распалить жажду новых открытий.
Первым делом взгляд юноши зацепился за каменную панель у самого входа. Она состояла из нескольких десятков плиток, сложенных в мозаику, и воспроизводила тот самый замкнутый магический контур, который он только что постиг снаружи. Вся конструкция мягко сияла.
Из любопытства он коснулся одного из элементов, разрывая цепь. Проход в стене тут же сгладился и исчез. Перепугавшись, юноша поспешно задвинул плитку обратно — и проём открылся вновь.
— Это вроде дверного замка? — заметил барон Делан. — Может, лучше прикрыть «дверь»? Не хватало ещё, чтобы нас кто-то засек.
Юноша бросил взгляд на тело мага, успевшего перед смертью обратиться в нечисть, и молча согласился. Сдвинув плитку, он заставил вход исчезнуть.
Некоторое время они молча разглядывали друг друга, пока юноша не решился нарушить тишину:
— Я Оз. А вы...
— Делан. Стажёр-проводник душ... пожалуй, так, — барон попытался хоть как-то сформулировать суть своей ночной «подработки».
— Так вы и впрямь жнец! — Оз с трепетом воззрился на косу в его руках, а затем перевёл взгляд на крупного чёрного пса: — А это... ваш напарник?
— С чего вдруг напарник? — смутился Делан.
— Да так, интуиция, — почесал затылок Оз.
На самом деле он хотел сказать «питомец», но кобель вперил в него столь ледяной, угрожающий взгляд, что парень вовремя сообразил: ляпни он это слово — и с жизнью попрощается мгновенно. Мысль проскочила и тут же вырвалась наружу:
— Да и судя по вашей выправке, это вы больше похожи на его питомца.
— Эй! — возмутился барон Делан.
Пёс лишь снисходительно хмыкнул:
— А ты сообразительный. Разрешаю звать меня Боссом.
—... Боссом? — переспросил Оз, окончательно опешив.
Чёрный пёс важно кивнул.
— Босс, а вы-то как здесь оказались? — поинтересовался Оз.
— С инспекцией, — небрежно бросил пёс.
— А-а, теперь понятненько.
— Да ни черта тебе не понятно! — вспыхнул Делан. — Что ты себе там вообразил?
— Ну вы же жнецы, верно? Значит, проходили мимо, делая обход, — вполне убеждённо ответил Оз.
Звучало до того логично, что барон на секунду запнулся.
"Погодите-ка... Да этот пёс мне вообще не напарник!"
Впрочем, не успел он ничего возразить, как Оз отвесил им обоим глубокий поклон:
— Спасибо, что спасли меня... Кстати, а проводникам душ вообще дозволено убивать живых?
— Вообще-то нет... Да и обычного человека мы при всём желании прихлопнуть не сможем, — пояснил барон.
Без надлежащего проводника искатель душ не способен причинить вред живому. Стоит лишь допустить мысль об атаке, как тут же прилетит суровое предупреждение от Системы, а за злостные нарушения и вовсе могут «отчислить».
Делан опасливо скосил глаза на свой Детектор блуждающих душ, но экран молчал — никаких санкций.
— Эта тварь человеком уже не являлась, — пёс брезгливо ткнул лапой труп надсмотрщика. — Он процентов на девяносто переродился в демона. Если искатель душ изымет его скверну до того, как падение станет окончательным, ему за это только спасибо скажут.
Сделав паузу, пёс хмуро глянул на барона:
— Только не вздумай войти во вкус. Во-первых, хрен ты отличишь демона от обычного человека. Во-вторых, против нежити и демонической братии у искателей душ особых козырей нет. Тебе просто повезло, что попалась мелкая сошка — и та едва из тебя кишки не выпустила. О встрече с кем-то покрупнее даже не заикайся.
— Понял... — буркнул Делан.
Откуда это внезапное ощущение, будто перед ним строгий наставник? Барон поёжился: с него станется, если этот пёс и впрямь окажется преподом из Академии Проводников.
У Оза же голова была занята другим:
— Но почему маг из Башни оказался демоном? Неужели никто вокруг этого не замечал?
— Вот и мне бы хотелось знать! — пробормотал Делан, тоже уставившись на пса.
Отчего-то казалось, будто мохнатый проныра знает куда больше, чем говорит.
Однако пёс лишь ухмыльнулся и покачал головой:
— Даже если и замечали — что с того? Не станут же они карать сами себя.
* * *
Пока в подземелье шла оживлённая беседа, председатель Ассоциации королевских магов Биджи в ужасе замер перед зеркалом, разглядывая собственное тело.
Использовал он не обычное стекло, а Зеркало правды — артефакт, способный срывать личины с тёмных тварей и проявлять затаившиеся проклятия. Биджи заглядывал в него регулярно: грызня внутри Ассоциации шла нешуточная, и никогда нельзя было исключать, что какой-нибудь затаившийся чернокнижник подгадит исподтишка.
Вот и сегодня он привычно взглянул на своё отражение — и обомлел.
Проклятий артефакт не показал. Зато на собственном запястье Биджи с ужасом обнаружил пучки белоснежных перьев, пробивающихся прямо из кожи.
Для любого чародея — а тем паче для мага Короны — подобное зрелище выглядело страшнее смертельного проклятия.
"Демоническая скверна?! Откуда?! Где я успел подцепить эту дрянь?!"
Впрочем, занимая пост главенствующего мага, Биджи знал, как бороться с начальными проявлениями демонизации. Заметавшись по кабинету, он выгреб из тайника полдюжины очищающих свитков, начертанных лично господином Морреем, и активировал их прямо над собой. Следом в ход пошёл добрый десяток флаконов со святой водой, освящённой высшими епископами Света, — розоватая жидкость щедро пролилась на запястье.
Результат оказался нулевым.
Перья сидели в плоти словно влитые, даже не подумав раствориться.
Председателем овладело отчаяние. Стоит кому-то проведать об этой аномалии — и карьере, влиянию, всей его жизни придёт конец.
Сцепив зубы от ненависти к собственному телу, Биджи ухватился за стержень первого пера и с силой рванул.
Адская боль пронзила суставы, будто ему наживую выдирали сердце!
Однако страх лишиться власти заглушал любые физические муки. Скорчившись и стеная, он выкорчевывал перо за пером, после чего прижёг окровавленные фолликулы огнём, изничтожая малейшие следы пуха.
Достав заживляющую мазь, Биджи внезапно заколебался.
Подобная «депиляция» — лишь временная мера. Скверна никуда не делась, она продолжала разъедать его изнутри. Магический бальзам заживил бы ожоги за пару часов, но гарантировать, что на обновлённой коже тут же не проклюнутся новые перья, никто не мог. Если так — лучше уж ходить с обугленными культями.
Пока он пребывал в мучительных сомнениях, в дверь кабинета тихо постучали:
— Ваше Превосходительство, господин Биджи, к вам герцог Южных земель.
— Твою мать,шло же время! — сквозь зубы выругался председатель. Однако вслух чеканно отчеканил: — Пусть обождёт, сейчас выйду!
Пометавшись по комнате, он так и не решился нанести мазь. Вместо этого Биджи облачился в парадную мантию с пышными, широкими рукавами, надёжно упрятавшими покалеченные запястья, и поспешил к гостю.
В приёмной его поджидал поджарый, низкорослый человек. Габаритами тот едва ли походил на величавого вельможу.
Впрочем, герцог Южных земель и титулом-то обладал больше для галочки — в отличие от своего восточного «коллеги», Герцога Восточных земель, чей род веками держал границу. Титул Южного герцога некогда создавался лишь ради противовеса влиянию восточной знати, а первым его обладателем стал обычный королевский прислужник. Формально ему отрезали обширные южные территории, вот только большую их часть издавна занимали инородцы, не признававшие никакой власти.
Впрочем, южных герцогов это ничуть не заботило. Блеск столицы манил суровых феодалов куда сильнее диких пустошей, так что они предпочитали жить при дворе, сгрузив управление поместьями на управляющих. А когда нынешний правитель объявил курс на индустриализацию, предки нынешнего герцога первыми ухватились за идею: застроили свои земли фабриками и мануфактурами, сколотив на этом невероятное состояние.
Сегодняшний герцог Южных земель ни о чём не жалел. Единственное, чего ему хотелось, — прожить как можно дольше, дабы продолжать приумножать капиталы.
И именно в этот момент до него дошли слухи о грандиозном проекте Башни магов — «Возрождении Божественного Царства».
Строго говоря, о намерениях чародеев из Фракции Избранников Бога пробудить Великого Бога Магии герцог прознал давно, но особым интересом не горел. Ровно до тех пор, пока не прозвучало словосочетание «Небесное Царство».
Божественная обитель!
Как он, один из влиятельнейших пэров короны, может остаться без места в обетованном раю?
Взявшись за дело с присущей ему хваткой, герцог поднял все связи и не так давно даже сподобился лично выхлопотать экскурсию в Божественное Царство.
Увиденное потрясло его до глубины души. И пламенеющий Алый Лотос, распустившийся над Магическим колодцем, и величественный храм, затерянный в пространственном разломе, — подобные чудеса казались немыслимыми в нынешнюю эпоху. Герцог ни на секунду не усомнился: именно там таится секрет вечной жизни.
Впрочем, перед главой Ассоциации он и словом не обмолвился о пережитом восторге.
Лишь расплылся в слащавой улыбке:
— Ваше Превосходительство, размах нынешних работ Королевской башни просто поражает!
— Разве? — прохладно отозвался Биджи, глубже упрятав кисти рук в складки мантии.
— А то нет! Вы ведь под чистую выскребли все молодые таланты в окрестностях столицы, — хмыкнул герцог. — К чему эта внезапная и масштабная вербовка?
Биджи лишь прищурился, сохраняя угрюмое молчание.
Впрочем, гостю ответа и не требовалось, он продолжил сам:
— Уж не для противостояния ли Восточным землям? А то ведь они в последнее время совсем страх потеряли. То эти свои базовые станции строят, то гонки на мётлах устраивают... Будто именно там, на Востоке, зародилась истинная магия!
Задев больное место, герцог заставил Биджи хищно оскалиться:
— Истинная магия — здесь, в столице!
С ничтожествами из Сесилии они просто пока не успели разобраться. Вот заложит Башня основание Божественного Царства, призовёт творца — и тогда наступит день расплаты для всех этих смердящих недоучек!
— Вот именно! Сесилийцы — не более чем сброд диких самоучек, — угодливо поддакнул герцог Южных земель, после чего загадочно улыбнулся: — Желая поддержать святое дело Королевской башни, я готов пожертвовать весьма солидную сумму на обучение новых чародеев.
— С чего бы такая щедрость? Тебе-то какая выгода? — подозрительно выцедил Биджи.
— Послужить во благо магии — уже высшая награда, — с глубоким поклоном отчеканил вельможа.
Председатель смахнул с лица тень сомнения и совершил священное осенение:
— Благословен будь.
На лице вельможи расцвела довольная улыбка. Он уже собрался отсыпать ещё с десяток вежливых комплиментов, как вдруг его взгляд зацепился за отдёрнувшийся рукав председателя.
Разумеется, в оголённом предплечье старого мага эстетики было мало — особенно с учётом того, что запястье представляло собой сплошное кровавое месиво из рваных ран и обгоревшей кожи.
— Ваше Превосходительство! Что у вас с рукой?! — ахнул герцог.
Биджи дёрнулся, спешно пряча руку, и в его голове мгновенно вызрел кровавый план.
"Убрать его? Замочить герцога Южных земель — задачка непростая, но вполне выполнимая..."
Но прежде чем он успел сформировать заклинание, вельможа с придыханием воскликнул:
— Неужели... Неужели это те самые легендарные Святые метки?!
Святые метки? Какие ещё метки...
Биджи опешил. Это же бредни церковников из Храма Света! Их фанатики-истязатели вечно калечат себя до полусмерти, а потом вопят на каждом углу, будто это «божественные знаки».
Среди чародеев подобной ахинеей никто не страдал, но дилетанты вроде этого богача вечно путали одно с другим.
Замлев на мгновение, Биджи вдруг растянул губы в благоговейной улыбке:
— Именно так. Это Святые метки.
Выпростав покалеченную руку вперёд, он торжественно возвестил:
— Священное знамение того, что Бог пробуждается!
* * *
Даже сам Ангел и помыслить не мог, что оставленная им скверна не потребует никаких оправданий — ослеплённые фанатизмом маги сами придумали идеальное объяснение. В будущем эта аномалия и вовсе превратится среди них в диковинную моду.
Тем временем в недрах древнего святилища двое мужчин и чёрный пёс продолжали обыскивать тайную комнату.
Хотя помещение являлось всего лишь мастерской ремесленника, назвать их поиски бесплодными было нельзя. В углу Оз наткнулся на каменную плиту с чертежами. Он не разумел письменности Первой Эпохи, но схема недвусмысленно наставляла в искусстве нанесения магических гербов — как раз то, о чём он так долго мечтал. Забыв обо всём, юноша погрузился в изучение рисунков.
Барона Делана больше привлёк верстак.
Он въедливо рассматривал разложенные инструменты, пытаясь угадать их назначение, и зарисовывал древние знаки, чтобы позже сверить их со справочниками. Обшарив всю столешницу, барон выдвинул второй ящик и обнаружил там прозрачный кристалл.
— Это звуковой кристалл, — подал голос пёс, заглянув через плечо. — Напитаешь его маной — и услышишь запись. Считай, маговский граммофон.
— До чего же удобная штука, — с уважением протянул Делан.
Если ещё в Первую Эпоху чародеи обладали подобными игрушками, немудрено, что технический прогресс их нисколько не интересовал.
Барон осторожно пустил струйку магии. Кристалл отозвался мягким свечением, и из него полился приглушённый голос, донёсшийся сквозь толщу веков:
«День Алой Луны. Прилив магии — хх градусов. Ясно.
Говорят, приличные люди дневников не ведут. Но у меня нет выбора. Строительство святилища принимает совсем уж скверный оборот. Нас, ремесленников, никто не собирается выпускать отсюда живыми.
Если кто-то найдёт эту комнату и этот кристалл... что ж, значит, меня уже давно нет в живых.
Я лишь хочу, чтобы потомки узнали правду.
Бог... Похоже, Бога больше нет!»
Оз отложил чертежи и подошёл ближе.
— А разве Бог не сгинул ещё в незапамятные времена? — нахмурился юноша.
— Когда именно и при каких обстоятельствах пали высшие сущности — загадка, над которой веками бьются историки, — ответил Делан. — Одни грешат на проклятие Кровавой тиранши Инны: мол, когда Бог испепелил её Небесное Королевство, то сам угас от её предсмертной скверны. Другие обвиняют в предательстве Великого мага Сесилию, похитившего божественную власть и прорывшего Бездонную Бездну, дабы искупить свой грех... А третьи и вовсе уверяют, будто Боги сгинули задолго до этого, оттого и пробились демоны, просто владыки долго скрывали правду. Последней версии мало кто верил...
Барон сделал паузу, и лицо его приняло странное выражение:
— Но если эта запись действительно сделана в Первую Эпоху... Значит, еретики правы. На момент постройки храма Бога Коммерции его уже не было в живых.
— Тогда что же пытаются возродить нынешние маги?! — поражённо прошептал Оз. — Храм без Бога?
— Выходит, что так.
Делан качнул головой и снова напитал кристалл маной.
Древний мастер продолжил свой рассказ. В деталях описывая устройство тайных механизмов святилища, он наглядно доказывал свой вывод: жрецы конструировали фальшивые артефакты, чтобы имитировать присутствие Всевышнего и скрывать от паствы гибель Бога Коммерции.
Оз тщательно конспектировал расположение спрятанных ловушек и потайных рычагов. По мере того как сухой голос из кристаллического шара разоблачал жреческий обман, юноша испытывал странное чувство дежавю:
— Почему мне кажется, будто он описывает не события тысячелетней давности, а то, что происходит прямо сейчас?
— Нет ничего нового под солнцем, — потянувшись, зевнул пёс.
— Разница всё же есть! — возразил барон. — В Первую Эпоху люди слепо уповали на высшие силы и просто не мыслили жизни без богов. Но времена изменились! Нам больше не нужны идолы. Можно менять мир и без магии, а всю эту грандиозную ложь мы обязаны вывести на чистую воду!
"Ассоциация магов во все века оставалась шайкой прожжённых мошенников! — мысленно кипел Делан. — Стоит правде всплыть наружу, и сам император швырнёт под хвост их хвалёное Божественное Царство!"
Пёс лишь одарил его долгим, читающим насквозь взглядом, воздержавшись от комментариев.
А Оз с грустной ухмылкой вздохнул:
— Ну и оптимист же вы, господин проводник...
Тем временем аудиодневник подходил к концу. Голос ремесленника звучал глухо, но в нём ещё теплилась надежда:
«Безлунная ночь. Прилив магии — хх градусов. Проливной дождь.
Святилище почти закончено, но стража лютует с каждым днём. Нам запретили даже ненадолго отлучаться. Вчера ** просто вышел купить дыню у входа — и его забили плетьми до полусмерти. Они точно намерены вырезать нас всех!
Но мы не намерены смиренно ждать смерти. Мы запускаем проект... [неразборчивый, странный звук].
Да пребудет с нами удача».
Запись оборвалась. Удалось ли мастеру вырваться на свободу или его кости давно истлели в этих стенах — оставалось загадкой.
В мастерской воцарилась тяжёлая тишина.
Не выдержав давления гнетущего молчания, Делан кашлянул:
— И что за бред он произнёс в конце? Какой ещё проект?
— Это созвучно со словом из древнемагического рунического строя Первой Эпохи, — задумавшись, проговорил Оз. Он подхватил каменную плиту с чертежом и поднёс её к Делану: — Взгляните, не похоже?
— Да это же обычная схема... А, чёрт! — Делан присмотрелся и осёкся.
Принцип был тот же, что и у замка на двери. Узор на плите представлял собой циркуляцию маны. Но если проговорить наименование каждой руны в цепочке слитно, то получалось то самое странное сочетание звуков.
Барон перевёл взгляд на плиточную мозаику у входа. Оз проследил за его взором.
— Не кажется ли тебе, — протянул Делан, — что для простого замка тут слишком много составных элементов?
— Совершенно верно, — кивнул юноша. — Из такого количества деталей можно выложить совсем другой рисунок.
Оба немедля поднялись и принялись переставлять плитки замка, выстраивая руническую формулу.
Стоило последнему фрагменту встать на место, как противоположная стена вспыхнула золотистым сиянием, образуя новый проход.
Делан и Оз обменялись азартными взглядами. Шагнув к проёму, они увидели не очередную комнату, а бесконечный тёмный коридор, уходящий в неизведанные глубины.
— Настоящий потайной ход! — восхитился барон.
Из-за пазухи он извлёк фонарь — обязательный атрибут искателя душ, ведь неупокоенные духи любят ютиться во тьме, а стажёры к подобным условиям пока не привыкли.
— Похоже, древние строители намеревались бежать именно отсюда, — всматриваясь во мрак, предположил Оз.
— И куда он ведёт? — Делан поднял фонарь повыше.
Обернувшись, он обнаружил, что Оз вернулся в мастерскую и за ноги волочит мёртвого надсмотрщика.
— Ты чего творишь? — вытаращился барон.
— Оставлять его в мастерской опасно, — абсолютно серьёзно пояснил парень. — Пройдёмся по туннелю — вдруг найдём подходящий овраг или завал, чтобы скинуть тушу?
"А парень-то на лету схватывает..." — мысленно ухмыльнулся Делан, косясь на пса, буквально растворившегося в ночной тени.
Прихватив труп, троица двинулась в глубь потайного хода.
Впрочем, пройти они успели совсем немного. Едва они миновали первый развилок, как прямо в лица им ударил сноп ослепительного света.
— Кто здесь?! — гаркнул суровый голос.
Оз и Делан замерли как вкопанные.
Барону-то чё: он присутствовал здесь в виде бестелесного духа искателя душ и в случае опасности мог попросту принудительно «проснуться». А вот Озу грозил полный агурец — выплыви наружу убийство надсмотрщика, его подвергнут таким пыткам, что и от души ничего не останется.
Тем временем яркий луч опустился ниже, выхватив из тьмы растерзанное тело чародея.
— Ваша работа? — потребовал ответа незнакомец.
— Допустим, наша, и что?! — Делан вскинул косу, готовясь дорого продать свою жизнь в узком лазе.
Однако неизвестный вдруг облегчённо выдохнул и сочувственно протянул:
— Эх, соратники!
Он сместил фонарь в сторону, перестав слепить барона.
— Чего?.. — опешил Делан.
И лишь теперь разглядел собеседника. Перед ними стоял молодой мужчина в куцем балдахине ученика мага — ровно в таком же, как у Оза. И был он не один: за его спиной в туннеле маячило ещё с десяток теневых фигур.
"Чёрт, да их тут целая толпа! С такими не сладить..."
Заметив его испуг, незнакомец добродушно ухмыльнулся:
— Без паники, парняги! Каждый, кто валит этих сучьих магов, нам лучший друг!
Он сделал шаг вперёд и гордо закончил:
— Мы — из Организации против Башни Магов!