К счастью, рассудком тронулся один лишь Алан. Серебряный Лист и остальные держались бодро. Если не считать Серебряного Листа, двое подмастерьев-рунологов пролежали без сознания всё это время и даже не поняли, что произошло. Очнулись они уже на съёмочной площадке.
— Очнулись наконец? — Заметив, что они открыли глаза, кто-то протянул им стакан воды. — Выпейте, сразу полегчает.
— Спасибо... — пробормотала Мира, растерянно принимая стакан. Разум всё ещё отказывался воспринимать происходящее.
Она ведь направилась в другое крыло башни магов, чтобы посмотреть, чем заняты тамошние ученики. Но по дороге наткнулась на сестру с сообщниками. Те вымогали коммерческие тайны господина Ангела, пытались заманить её на свою сторону, а потом и вовсе применили силу...
Мира задрожала. И тут до неё наконец дошло, кто именно подал ей воду.
— Ст-старший? Что вы здесь делаете?!
Неужели её всё-таки схватили? Или старший тоже заодно с сестрой?!
Рунолог, которого Мира назвала старшим, озадаченно посмотрел на неё:
— Как это что? Меня Ассоциация магов вызвала на подработку. А ты разве не за этим тут?
— Ассоциация... подработка? — хлопая глазами, переспросила Мира.
В этот миг небо озарилось вспышкой. Мира невпопад задрала голову и увидела парящую в воздухе хорошенькую девчушку. За её спиной, словно крылья, развернулся огромный алый бант.
— Майя... Майя обязательно всех защитит! — воскликнула девочка, вскидывая волшебную палочку.
Сцена отдавала безупречным сюрреализмом.
Мира окончательно пришла в себя.
— Мы что... на площадке? — прошептала она.
Она недоумённо взглянула на Геру, сидевшего в шезлонге неподалёку. Тот лишь растерянно покачал головой.
— Нас спас господин Ангел, — вмешался Серебряный Лист. Он как раз поправлял рунные камни, но, заметив, что очухались оба, подошёл ближе. — Всё кончено. Больше нам никто не угрожает.
— Правда? — Лицо Миры просияло.
Она не стала спрашивать о сестре. После всего пережитого знать о её судьбе не хотелось ни капли.
Сейчас Мира испытывала к Ангелу лишь жгучую благодарность и стыд:
— Господин Ангел... он не сердится?
— Нет, он ничего не сказал, — ответил Серебряный Лист.
— Вот как... Господин Ангел такой добрый, — притихла Мира.
Она чувствовала себя нашкодившим ребёнком, которому было бы куда легче, если бы взрослые на него как следует накричали.
Геру проявил больше решимости:
— Позже нужно пойти и поблагодарить господина Ангела. И... извиниться.
Под конец голос его угас.
Хотя тогда он твёрдо ответил вербовщикам отказом, сама мысль о том, что переманить его пытались лишь ради секретов «Волшебной Шестерёнки», а не из-за его собственных талантов, больно ударила по юношеским мечтам стать великим магом.
— Вот уж точно, извиниться вам не помешает! — подхватил старший.
Он понятия не имел о произошедшем и решил, будто подмастерья из любопытства забрели не туда и попались в защитную ловушку.
— Вас ведь наверняка предупреждали не шастать по башне! — принялся ворчать он. — Угодили в ловушку и отрубились. Скажите спасибо, что ваш хозяин такой добряк и забрал вас. Попадись вы моему нанимателю — оставил бы сохнуть мумиями прямо там!
Оправдываться никто не стал. Проступок-то за ними числился куда серьёзнее банального любопытства.
Разве что Серебряный Лист стоял особняком: он обо всём догадался заранее и пошёл на конфронтацию осознанно. Хотя его привычка действовать в одиночку и самостоятельно лезть в пасть льву выглядела едва ли не глупее.
Геру поспешил сменить тему:
— Старший, а твой мастер... он настолько суров? Ты ведь, кажется, попал в Серебряную башню?
Он с уважением посмотрел на собеседника.
Геру помнил, что этот парень был лучшим на факультете рунологии в прошлом выпуске. Хоть до Серебряного Листа он и не дотягивал, места первого ученика не получил, но лицензию мастера-рунолога сдал успешно и получил приглашение в Серебряную башню.
Для выпускника из Города Академий оказаться в Серебряной башне считалось вершиной мечты.
Однако амбициозный старшекурсник, каким его помнил Геру, лишь устало усмехнулся:
— Суров ли он? Да я без понятия. Я его и не вижу почти.
— Как так?
— Сами поработаете в башнях магов — поймёте. Большинство башен берут студентов из Города Академий только ради субсидий от Ассоциации магов. Главные маги там либо как мой хозяин — древние старики, давным-давно бросившие изыскания, которым нужна пара слуг для уборки; либо вообще унаследовали башню по выслуге лет, не имея за душой ни одного нормального открытия. Вот и промышляют выбиванием пособий.
Разговорившись, старший уже не мог остановиться. Казалось, ещё немного — и он повесит на грудь транспарант с надписью «Бегите!».
Геру слушал его с открытым ртом:
— Но... но ведь в башне магов должно быть полно ресурсов?
— Какое там! Если башня скатилась до вымогательства субсидий, откуда там ресурсам взяться? — с презрением фыркнул старший. — Они даже жалованье, установленное Ассоциацией, урезают на две трети под любыми предлогами.
— Но одна старшая говорила... — Геру всё ещё пытался цепляться за иллюзии и беглым взглядом задел Миру. — Она уверяла, что в башнях прекрасные условия.
Ведь сестра Миры при каждом удобном случае хвасталась своей жизнью.
— У девушек-учениц условия, конечно, получше. Особенно у хорошеньких. Они же для них — ценный товар! — Старший двусмысленно ухмыльнулся и подмигнул. — С забавами с ведьмами есть риск отгрести откат, а вот девчонки-маги совершенно «безопасны»!
Лицо Миры мгновенно залила мертвенная бледность.
Перед глазами встал нелепый кружевной наряд сестры.
Серебряный Лист, заметив реакцию девушки, сжал её ладонь и успокаивающе погладил.
— Послушать тебя, старший, так ты и сам не прочь перейти в нашу «Волшебную Шестерёнку», — с улыбкой заронил Серебряный Лист.
— «В нашу», надо же, как ты душой прикипел к мастерской, — расхохотался тот, с любопытством поглядывая на процесс съёмок. — Слышал, ваш хозяин вложился в это кино? Выглядит любопытно.
— Фильм — так, развлечение, мы просто приехали поглазеть, — небрежно отозвался Серебряный Лист. — Ты в последнее время выбрался из башни, старший? В Сесилии сейчас нарасхват магический игровой стол. Рунные сердечники для него делаем мы.
— Вы уже сами проектируете руны? — удивился тот.
— Нет, пока только переписываем. Работа объёмная, — улыбнулся Серебряный Лист. — Зато жалованье платят строго по норме Ассоциации, без срезки, так что жить можно.
— Строго по норме?! Целый золотой?! — Старший онемел, ошеломлённый.
— Именно! И сверх нормы за каждый готовый сердечник доплачивают по два серебряных. Мне нужны деньги, вот и приходится выкладываться, — сокрушённо вздохнул Серебряный Лист. — Жаль, я сменил специальность поздно, база у меня послабее твоей. Хозяин обмолвился: кто сможет сам проектировать игровые руны, получит процент с каждого проданного стола. А учитывая, что они стоят по всей Сесилии, суммы там...
— Серебряный Лист! — испуганно дёрнула его за рукав Мира. — Не стоит о таком распространяться...
Ведь совсем недавно их пытались выкрасть ради этих секретов!
Серебряный Лист бросил на неё короткий взгляд и притворно ахнул:
— Ох, и правда, не стоит болтать о жалованье при посторонних. Извини, старший, заболтал я тебя.
Однако тот уже погрузился в размышления:
— Эти столы продаются в «Волшебной Шестерёнке»?
— Не обязательно идти к нам. Загляни на любую оживлённую улицу — где самая длинная очередь, там и они, — Серебряный Лист подмигнул Мире. — Об этом-то можно говорить, всё равно весь город знает.
«...»
«Да я и не про столы!» — мысленно изумилась Мира, до которой только сейчас дошло: Серебряный Лист попросту заманивает старшего в сети.
Тот ничего не заподозрил и, задумчиво попрощавшись, ушёл:
— На досуге непременно взгляну на ваши штуковины.
— Пройдитесь по площадке, посмотрите, нет ли тут других знакомых старшекурсников, — ухмыльнулся Серебряный Лист приятелям. — Расскажите им о нашем жалованье. Отличный способ отблагодарить господина Ангела за спасение, вам не кажется?
— Ну ты и хитрец, Серебряный Лист! — качнул головой Геру. От его недавней хандры не осталось и следа.
Мира тоже мягко улыбнулась.
Она почувствовала: напиши ей сестра или родня снова — она больше не уступит ни шагу.
* * *
По-настоящему поколебалась уверенность другой сестры — Бейлин.
Она всё ещё была жива.
Однако, стоя в мрачной башне мага в полубессознательном состоянии, она постоянно ощущала, будто из её памяти вырезали важнейший кусок.
В этот момент раздался голос её господина:
— Профессор Ларл и остальные уже отбыли?
Она подняла глаза на хозяина.
Перед ней стоял старик лет восьмидесяти. Несмотря на жуткие старческие пятна по всему лицу, зелья поддерживали в нём высокую статуру и неиссякаемый запас сил — измываться над рабами он мог часами без устали.
Раньше Бейлин слепо боялась его, как боялась собственного отца.
В руках у обоих всегда находилась волшебная палочка, которую они заносили над ней при малейшем недовольстве.
Бейлин считала себя умнее глупой сестрёнки Миры, которая, сколько её ни бий, упрямо гнула своё. Бейлин предпочла покорность — в хорошие дни это спасало от пары лишних ударов.
К тому же разве они не правы?
Они её вырастили — она обязана платить до конца дней.
Забирают все сбережения? Так это ради её же будущего! Только имея за спиной башню магов и родню, она сможет гордо смотреть в глаза будущему мужу.
Принуждают прислуживать противным мужчинам? Тоже для её же блага! Женщине суждено выйти замуж. Будет привередничать — останется старой девой, кому она тогда нужна?
«А ты сама? Чего хочешь ты?» — прошептал чужой голос в её голове.
«Чего хочу я?»
«Их желания — это и есть мои желания!»
«Зачем же тебе тогда голова?» — раздался тихий смех.
И Бейлин увидела, как её собственная голова с глухим стуком свалилась с плеч и покатилась по полу.
«Нет! Без головы нельзя! Стоит проявить уродство — и от меня все отвернутся!»
В панике она подхватила отрубленную голову и приладила её обратно к шее.
Хозяин, казалось, даже не заметил этой жуткой чертовщины. Он лишь недовольно уставился на невольницу:
— Я тебя спрашиваю! Где профессор Ларл?
— Они выполнили задачу и отбыли, — услышала Бейлин ответ собственной головы.
Слова произносила будто совсем другая женщина.
— Тьфу! Хоть бы попрощались для приличия, неотесанные чурбаны! — выплеснул досаду старик и со злости пнул Бейлин. — А ты почему вовремя не доложила?!
— Извините... — пробормотала она, корчась от боли.
Она изо всех сил сжимала руками шею, боясь, что голова снова отвалится.
Хозяину этого показалось мало. Он злобно оскалился:
— За мной!
И направился к своей спальне.
Тело Бейлин судорожно содрогнулось — эти слова всегда ввергали её в ужас.
Но к её изумлению, собственная голова не испытывала страха. Напротив, в ней вспыхнуло дикое предвкушение.
Спальня хозяина?
Замечательное место!
На комнату наложены чары тишины. Запри дверь — и криков никто не услышит.
Дверь запечатана магией — снаружи никто не войдёт, изнутри не сбежать.
А главное, хозяин обожает варить пыточные зелья прямо на глазах у жертвы и заставляет приносить ингредиенты.
Но этот тупой, слепой старик даже не догадывается: стоит чуть изменить пропорцию — и снадобье превратится в смертельный яд.
Даже без подготовки сделать это проще простого.
И тогда...
«Нет, нет! О чём я... о чём я думаю?!»
«Я что, хочу убить хозяина?!»
«Откуда у меня эти познания в алхимии?!»
Но тело оставалось лишь послушным манекеном, не способным исторгнуть ни звука. Подчиняясь воле своей головы, она покорно поплелась за стариком.
Проходя мимо узкого окна на третьем ярусе башни, Бейлин ощутила, как её голова на мгновение повернулась и посмотрела вниз.
Там, в густых тенях во дворе, стояли «друзья» хозяина. Безголовые туловища держали собственные отрубленные головы в руках и заглядывали ей в глаза. И на каждом мёртвом лице застыла абсолютно одинаковая усмешка.
И Бейлин почувствовала, как её собственное лицо расплывается точно в такой же улыбке.
* * *
Ангела мало заботило то, что происходило в тёмных углах, скрытых от его взора.
Он знал лишь одно: со съёмками в башне магов основной этап работы над фильмом подошёл к концу.
Поскольку в Сесилии отсутствовало необходимое оборудование, монтажные работы и постпродакшн пришлось перенести в Сессе.
И Ангел в сотый раз повторил про себя: он ненавидит плёночное кино!
Ощущение, когда до самого финального показа не ведаешь, что получилось на плёнке, — настоящая пытка!
— Ха-ха-ха! Я сразу же сообщу вам о результатах! — пообещал председатель Хьюм.
Этот предприимчивый глава филиала Ассоциации магов ловко прикрылся приглашением на магический съезд, чтобы рвануть в Сессе вместе с лордом Манделой и первыми увидеть готовый материал.
Чрезмерное рвение Ассоциации было ещё одной причиной, заставлявшей Ангела нервничать.
— Если господин Ангел не против, вы могли бы поехать с нами в Сессе! — с добродушной улыбкой предложил лорд Мандела. Он говорил искренне. — Если вы почтите Город Свободы своим визитом, я лично окажу вам самый пышный приём!
— Спасибо, воздержусь. Не люблю дальние поездки, — без особого энтузиазма отрезал Ангел.
Будь у них высокоскоростные поезда — он бы ещё подумал. Но трястись две недели в душном вагоне до соседнего города, да ещё и в обществе чудаковатых старикашек... Для интроверта вроде него такое путешествие равнялось погребению заживо.
— Эх, кабы работал телепортационный круг до Вольного города... — сокрушённо вздохнул мэр Оуэн.
Оуэн как раз не прочь был прокатиться и посмотреть на мир, да только совсем забыл, что градоначальнику, даже работай телепорты, не положено разгуливать где попало.
Председатель Хьюм самодовольно усмехнулся:
— Был бы у тебя запас маны оплатить работу круга — поехал бы с нами!
— Телепортационные круги ещё функционируют? — удивился Ангел. — Я думал, их отключили повсеместно ещё до того, как я ушёл в башню.
Отмена телепортов не была связана с промышленной революцией — дело упиралось в банальную нехватку энергии.
Чтобы поддерживать круг активным, требовались гигантские магические кристаллы размером более метра. Их природные запасы иссякали, а восполнить ресурсы было нечем. Поэтому даже в эпохи процветания магии межгородские порталы запускали лишь во время вторжений демонов или крайних бедствий.
— Перевозки прекратили, но сами артефакты целы... Хотя насчёт Сессе не поручусь, там ремонтом сто лет никто не занимался. А вот в Городе Академий круг вполне рабочий — я проверял в прошлый визит, — охотно разъяснил Хьюм, как глава филиала досконально знавший вопрос. — Тамошние студенты с кафедры пространственной магии постоянно тренируются на обслуживании портала.
— Что, старший Ангел, не прочь опробовать? — с живостью прищурился Хьюм.
— Нет. Не хочу. Не по карману, — моментально сбил с него спесь Ангел.
Он так и знал! Этот старый лис только и норовит выудить у него побольше денег. И вообще, с какого перепугу ему мчаться в чужой город?
Хьюм лишь разочарованно хмыкнул:
— Жаль, очень жаль.
А он-то надеялся своими глазами увидеть запуск легендарного портала. Впрочем, видать, время ещё не пришло.
Не став настаивать, председатель переключил мысли на завершённую ленту.
Простившись с Ангелом и его спутниками, они с лордом Манделой довольные поднялись на подножку поезда, отбывающего в Торговый город Сессе.
* * *
С отъездом лорда Манделы Город Сесилия вернулся к мирному течению... казалось бы.
Режиссёру Питеру требовалось отснять ещё несколько дополнительных сцен, и его съёмочная группа продолжала носиться по улицам. Жители Столицы магии вовсю шумели, обсуждая нетерпеливое ожидание премьеры.
Ажиотаж вокруг кино перекинулся на магические игровые столы. Горожане ринулись оформлять клубные карты, обеспечив мастерской новый приток прибыли.
Так получилось, что доход от фильма был ещё далеко впереди, а вот финансовый урожай от игровых столов уже подоспел.
Причём узнал об этом Ангел не от Цзи Юэ при сверке счетов, а от самого мэра Оуэна, примчавшегося с этой новостью лично.
— Брат Ангел, да ты мне вроде родного брата! — с нескрываемым благоговением выпалил Цзи Юэ, сжимая ладонь Ангела.
Казалось, этот кровожадный эльф начисто забыл о многолетнем страхе перед Ангелом:
— Пока ты жив, я готов следовать за тобой до скончания веков!
—... Смотри не прогори, — окинул беспринципного эльфа холодным взглядом Ангел и перевёл взор на комнату.
Честно говоря, восторг Цзи Юэ был более чем понятен. Глядя на гору собственных сокровищ, Ангел и сам был готов продать душу... чтобы в следующей жизни больше никогда не работать.
Деньгами было забито целое здание!
Казалось, сюда сгребли все монеты Сесилии.
Прежде триста тысяч золотых казались Ангелу внушительным состоянием, но то были лишь цифры на счетах. Потратил — и нет их. А вот созерцание настоящего океана из звонкой монеты производило колоссальный эффект!
— Так вот почему казначейство обрывает мне телефоны и жалуется на дефицит наличности! — удручённо схватился за голову мэр Оуэн. — Вы хоть понимаете, что в столице уже всерьёз обсуждают дополнительную эмиссию монет?!
— Мы стараемся сдавать мелочь в банки, — виноватым тоном, едва сдерживая торжествующую ухмылку, оправдывался Цзи Юэ. — Но в банках твердят, что не справляются с объёмами! Пересчёт нашей дневной выручки парализует работу клерков.
— Да вы и сами задолбались её считать! — фыркнул Оуэн.
Эльф расплылся в глуповатой блаженной улыбке. От таких «проблем» он не отказался бы и до конца дней.
— Членские карты могли бы частично решить проблему, — предложил Оуэн. — Нельзя нарастить их выпуск?
— Карты изготавливаются из магических кристаллов, — с сожалением качнул головой Ангел. — Объём сырья ограничен.
Оуэн вздохнул:
— Ладно, я выделю вам в помощь сотрудников из финансового департамента.
Вот что значит иметь прикрытие на самом верху.
Займись подобным пылесосом наличности любая другая компания, мэрия быстро перекрыла бы ей кислород. Но коль скоро за делом стоял Его Превосходительство Ангел — маг, вознамерившийся возродить величие магии, — Оуэн с радостью закрывал глаза на любые нарушения.
А что до министров в королевской столице, ломающих головы над дефицитом монеты... Пусть ломают! Не зря же им за это жалованье платят.
Впрочем, труды мэра не остались незамеченными.
Ангел взглянул на раздобревшую фигуру градоначальника и, повинуясь редчайшему порыву совести, проговорил:
— Извини за созданные хлопоты.
— Что вы, что вы! Это вам приходится нелегко! — Оуэн аж вздрогнул от неожиданности, польщённый до глубины души.
— Вот что, — предложил Ангел, — я слышал, мэрия пытается поддержать сесилийские мануфактуры, но дела у них идут из рук вон плохо. Как насчёт того, чтобы я разместил у них пару заказов?
— А? — Оуэн застыл, не веря собственным ушам.
Мануфактуры в городе действительно имелись.
Волна индустриализации диктовала свои правила, и ради экономики Сесилии власти пытались стимулировать местное производство.
Увы, сырьевая база региона оставляла желать лучшего. Фабрики штамповали ширпотреб, не способный конкурировать на рынке, и еле сводили концы с концами.
Одно время Оуэн пытался им помочь, но вскоре махнул рукой.
И уж точно он не ожидал, что эту тему поднимет великий маг.
Растроганный мэр покачал головой:
— Не стоит, господин Ангел. Эти предприятия не способны производить магические артефакты.
— Магические свойства не требуются. Хватит и обычного сопутствующего мерча, — усмехнулся Ангел.
Смешно сказать! Неужели после выхода фильма можно ограничиться продажей одних лишь волшебных палочек?!
Купив палочку, разве бросишь её абы где на столе? Конечно же нет — потребуется подставка! Разве позволишь ей пылиться в углу? Потребуется специальный футляр! А как же средства для ухода? Сменные самоцветы? Наборы для апгрейда?
Мерчендайзинга много не бывает!
Не задействовать в таком деле преимущества массового конвейерного производства было бы преступлением.
В конце концов, жизнь юной поклонницы можно считать полноценной лишь тогда, когда у неё есть полный комплект аксессуаров для волшебного превращения!