Разумеется, Ангел лишь пошутил.
Впрочем, его чувство юмора оказалось крайне некстати. По крайней мере, эльфийке было вовсе не до смеха.
Даже не считая Сесилию божеством, она воспринимала его как высшее существо, несокрушимого властителя этого мира. Принять то, что он погиб — да ещё так чудовищно, — было выше её сил.
— Почему... Господин Сесилия, за что?.. — сгибаясь от дрожи в ногах, она спотыкаясь бросилась в спальню.
К счастью, других ловушек в комнате не оказалось, и эльфийка благополучно добралась до прикроватной скамьи. Изнемогая от шока, она уставилась на отсечённую голову невероятной, неземной красоты и нерешительно протянула руку.
Но не успела она коснуться плоти, как кентавр заступил ей путь:
— Не трогай. Мы можем уничтожить улики.
— Улики? Какие ещё улики? — Эльфийка будто утратила способность мыслить.
Кентавр не ответил. Он перевёл взгляд на Ангела. Тот и сам пристально разглядывал останки — а точнее, серые извилины, раскинутые по полу.
— Похоже на магическую схему, — пробормотал Ангел. Повернувшись к Белому Барану, он распорядился: — Инье, отправляйся в Город Академий. Доставь сюда госпожу Яни и двух Мудрецов. — Затем он обратился к магам: — А вы позовите Овелию. И пусть приведёт того, кто возглавляет расследование Инцидента Великого Исчезновения. Срочно!
— Слушаемся! — отозвались Инье и один из чародеев, после чего поспешно покинули спальню.
— Господин Ангел... Вы полагаете, что гибель Сесилии связана с Великим Исчезновением? — полюбопытствовал кто-то из оставшихся магов.
— Не уверен. Это просто предчувствие, — отозвался Ангел.
* * *
Интуиция редко подводила Ангела.
Получив известие, маги, ведавшие расследованием Инцидента Великого Исчезновения, примчались на место преступления. Они провели тщательный осмотр и сняли следы магических излучений.
— Есть зацепка! Всё сходится! — спустя полдня возбуждённо воскликнул Зелёный Мудрец.
Все взгляды мгновенно устремились на него, но старик смотрел только на Ангела.
— Вы помните? Тот повреждённый дух иномирового происхождения, что вы передали нам!
«Дух земляка с Голубой планеты?»
Тот случай был слишком трагичным, чтобы Ангел мог его забыть.
Зелёный Мудрец торопливо продолжил:
— Когда вы вручили мне его, то упомянули, что в остаточном магическом фоне духа запечатлены пространственные координаты. Позже, с вашей помощью, мы восстановили Магический колодец и запитали дух, благодаря чему добыли больше сведений. Однако векторы тех координат оказались настолько сложны, что наша текущая магия телепортации просто не способна засечь нужную точку! Мы всё ломали голову, каким образом он попал сюда — ведь ни его душа, ни тело явно не обладали достаточной прочностью.
— Неужели...
— Именно! Эта «магическая схема» безусловно предназначалась для точного вычисления координат! — подытожил Зелёный Мудрец.
Значит, появление иномирца напрямую связано со структурой, вычерченной из тканей мозга Сесилии?
«Неужели и я попал в этот мир таким же образом?» — невольно подумал Ангел, снова бросив взгляд на останки.
Каким бы прекрасным ни был человек при жизни, его мозг выглядит совершенно так же, как у любого смертного. Разве что извилины кажутся чуть сложнее.
— К чёрту координаты! Где убийца?! — резкий возглас эльфийки нарушил тишину.
Как представительнице иного народа, ей не было дела до человеческого Инцидента Великого Исчезновения. Её волновала лишь причина смерти Сесилии.
Присутствующие маги переглянулись в замешательстве.
— Мы... мы не обнаружили на месте никаких следов чужой магии, кроме ауры самого господина Сесилии, — с трудом выговорил один из них.
— Как это — нет?! — Эльфийка опешила, а в следующий миг её охватила ярость. — Вы хотите сказать, он сам себя убил и растерзал?!
— Но ведь... — Маги беспомощно искали слова.
— Раз так, почему бы вам, эльфам, не взяться за расследование? — предложил Ангел. — Чутье на магию у вас несравнимо тоньше, чем у людей.
—... Что правда, то правда, — помедлив, произнесла эльфийка и бросила строгий взгляд на магов: — Тогда ничего здесь не трогайте. Я сейчас же приведу своих сородичей.
Она торопливо вышла из комнаты.
Кентавр не стал её удерживать. Проведя взглядом тонкую фигуру, он со вздохом обратился к Ангелу:
— Господин Сесилия... Скажите, какая участь уготована нам?
О произошедшем с владыкой он не спросил ни слова.
— Не называть меня Сесилией в подобных местах. Звучит дико, — поморщился Ангел.
— Простите, я не хотел вас задеть...
— Что до вашего будущего... Кентавры ведь отлично читают по звёздам? — спросил Ангел. — В скором времени я планирую перевести Творца звёзд в местный сад. Если вашему народу интересно, не хотите присоединиться к наблюдениям за ночным небом? — Он указал наверх. — Отсюда открывается вид на гигантскую планету из совершенно иной вселенной. Нам жизненно необходимы эти сведения.
А что касается эльфов... Закончат осмотр — и пусть остаются поддерживать работу серверов. Пусть Священная Обитель пала, но Небесное Королевство идеально подойдёт на роль главного вычислительного узла!
Рассчитав всё про себя, Ангел пристально посмотрел на кентавра:
— Разумеется, если у вас есть иные устремления, вы вправе сделать иной выбор. Однако возможностей остаётся всё меньше. Не знаю, приходилось ли тебе бывать на человеческих мануфактурах... Но этот мир уподобился их механизмам. Едва жернова перемен пришли в движение, их уже не остановить — они сожрут и перемелют всё на своём пути. Единственное, что я могу сделать, — это найти вам применение с учётом ваших талантов.
Полная индустриализация человеческого общества не оставит инородцам шанса «сохранить самобытную культуру» в прежнем виде. Не став шестерёнкой в общем механизме, ты неизбежно превратишься в топливо для него. Впрочем, любая культура жива лишь до тех пор, пока проникает в другие и обогащается ими.
Кентавр, похоже, ничуть не удивился словам Ангела.
— Разве это не высшее проявление равенства? — Кентавр опустился перед ним на одно колено. — Как известно, наш народ никогда не спорит с судьбой.
С этими словами он трепетно коснулся губами края чёрной мантии Ангела.
* * *
Разобравшись с инородцами, Ангел повернулся к чародеям.
Те застыли в растерянности перед отрезанной головой. С одной стороны, они отыскали важнейшую зацепку в деле Великого Исчезновения. Но стоило эмоциям улечься, как ситуация показалась им до жути зловещей.
Почему столь ключевая улика оказалась именно здесь?
Почему Сесилия окончил дни в таком виде?
И как теперь поступать с этим делом?
Госпожа Яни, поймав взгляд Ангела, тревожно спросила:
— Господин Ангел, вы действительно намерены поручить расследование эльфам?
— Именно так. Оцепить помещение и передать им, — подтвердил Ангел.
Маги промолчали, но на их лицах читалось явное недовольство. И их можно было понять: пусть происхождение Чаровницы вызывало немало вопросов, для человечества она оставалась легендой. Отдать дело о её гибели на откуп инородцам казалось почти предательством.
Ангел прекрасно чувствовал их глухое сопротивление.
— Как бы то ни было, восприимчивость людей к магии уступает эльфийской. — Ведьмы, конечно, составляли исключение, но в подобном месте они рисковали увидеть лишнее и окончательно сойти с ума. Эльфы в плане душевного здоровья куда надёжнее: эти высокомерные чистюли хоть и капризны, зато устойчивы. — Вместо того чтобы тратить кучу сил на разгадку гибели Чаровницы, разумнее доверить это эльфам. К тому же мы не умываем руки: сама магическая схема куда важнее оставшихся на месте следов!
— Такое явное знамение оставлено здесь неспроста. Направление, указанное ритуалом, обладает первостепенной важностью.
— И в конце концов, исчезнувшие маги гораздо важнее уже погибшей Чаровницы!
— Они всё ещё могут быть живы!
Последняя фраза заставила чародеев встрепенуться.
— Поняли! Мы немедленно проверим действие этого телепортационного круга! — в один голос заявили они и уже собрались было действовать.
Однако Ангел оставил их простым жестом:
— Постойте. И как же вы намерены его проверять?
— Как? — Маги в изумлении уставились на него. — Раз есть координаты и схема, мы активируем её и поочерёдно исследуем каждую точку!
Один из магов осекся, словно осознав нечто ужасное, и с непреклонной решимостью произнёс:
— Не беспокойтесь, господин Ангел! Мы готовы пожертвовать собой, лишь бы докопаться до истины.
И это не были пустые слова. Если вынести за скобки вопрос о том, что ждёт на той стороне, сам ритуал, вычерченный из человеческих мозгов, таил смертельную опасность. Проверять его надежность чародеям пришлось бы ценой собственных жизней.
— В этом нет ни малейшей нужды, — вздохнул Ангел. — Прежде для работы заклинаний требовался сам маг, но теперь у нас есть базовые станции, подающие магическую силу.
— Вы хотите сказать... провести испытания на обычных людях?! — ужаснулся маг.
Ангел с немым изумлением посмотрел на чародеев:
— Почему мысли господ чародеев бывают куда мрачнее и бесчеловечнее, чем у меня, некроманта в чёрной мантии?
* * *
Пока Ангел вместе с магами блуждал в загадках «трагедии Небесного Королевства» и Инцидента Великого Исчезновения, поезд из города Сессе стремительно мчался в сторону Города Академий.
Ночной сон в вагоне трудно было назвать спокойным. К тому же в «Классе ведьм» объявили редкие каникулы, и погрузиться в глубокие грёзы без магической помощи никак не удавалось.
«И с чего вдруг мне захотелось на уроки?» — пробормотала Шерри.
Потерев взлохмаченные волосы, она села на постели и растерянно оглядела огромную кровать королевского размера.
Это ложе превосходило всё, что Шерри видела у себя дома. Сверху ниспадал роскошный полог из кружева и шелка, словно в покоях принцессы. Да и сама комната вполне соответствовала стилю: если бы не мерный стук колёс да легкая вибрация пола, девушка ни за что не поверила бы, что находится внутри поезда.
Шерри нельзя было назвать некудышной провинциалкой. Во время прошлой поездки в Сесилию она провела в поезде целую неделю и ехала, как считалось, в купе высшего класса. Но на этот раз категория сменилась на первый класс — и уровень комфорта оказался просто ошеломляющим.
Шерри ума не могла приложить, как в обычный вагон удалось втиснуть апартаменты размером с королевские покои.
Впрочем, оставаться одной в такой роскоши было даже как-то неуютно.
С вздохом сползя с огромной кровати, Шерри нащупала тапочки и направилась к выходу.
Роскошью дышала не только спальня. Вагон первого класса представлял собой грандиозный комплект комнат, занимавший целый вагон: там имелись отдельная ванная, умывальня, гостиная и даже салон для приёма гостей.
Очутившись посреди этого великолепия, Шерри чувствовала себя не в своей тарелке — точно так же, как и у себя в комнате.
Особенно когда, поднявшись среди ночи по нужде, она вдруг увидела, что дверь в гостиную приоткрыта.
В этот вагон без особого разрешения не мог войти даже проводник. Значит, за дверью...
Набравшись храбрости, Шерри заглянула в гостиную. У окна сидела девушка в белом пеньюаре и задумчиво смотрела в непроглядную тьму за стеклом. Иссиня-чёрные волосы падали на плечи густым водопадом — без привычной строгой укладки она слегка походила на привидение.
Однако при виде этого «призрака» Шерри облегчённо перевела дух.
— Госпожа Мидо, — окликнула она. — Вы почему не спите? До станции ещё несколько часов! Самое время отдохнуть.
— Я, кажется, слишком взволнована, вот и не спится, — с мягкой улыбкой отозвалась Мидо. — А ты?
— Да я, пожалуй, тоже... — неопределённо пробормотала Шерри.
Не признаваться же, что она не может уснуть из-за чересчур роскошной обстановки! В конце концов, возможность наслаждаться подобным комфортом выпала ей исключительно благодаря сидевшей напротив девушке.
Вспоминая, с каким скандалом Мидо покидала Сессе, Шерри до сих пор казалось, будто она стала свидетельницей фарсовой пьесы.
В тот день, когда Мидо впервые произнесла слово «побег», Шерри решила, будто графиня просит помочь ей тайком ускользнуть из города.
Но оказалось, она сильно недооценивала подругу. Даже банальный «побег» Мидо сумела превратить в грандиозное шоу.
Объявив об отставке с поста исполняющей обязанности министра под предлогом «желания сопровождать жениха на учёбе в Городе Академий», она вовсе не исчезла из поля зрения публики.
Строительство Стеклянного замка в порту трансляций привлекало всеобщее внимание, да ещё и «Волшебная Шестерёнка» анонсировала возведение хрустальных особняков для целого ряда влиятельных лиц. В результате пресса буквально не спускала с Мидо глаз.
Семьи графа и жениха активно подогревали эти слухи: они явно рассчитывали дождаться объявления результатов экзаменов, чтобы с помпой разгласить дату пышной свадьбы.
Однако произошло немыслимое: Мидо заняла первое место.
И не просто первое место среди воспитанниц женской школы.
Она обошла абсолютно всех абитуриентов в Сессе и во всём королевстве!
В день оглашения результатов Ювелирный дом «Рейф», «Волшебная Шестерёнка», Клуб «Тюльпан» и Кинокомпания «Жестяная Кукла» прислали огромные корзины цветов, готовилось грандиозное торжество в Стеклянном замке, а Телевидение Сесилии передало эту новость в выпуске новостей, разнеся её по всему городу.
На этом фоне родня жениха почему-то предпочла хранить гробовое молчание.
Шерри и по сей день не ведала, сдал ли вообще тот ухажёр экзамены. Впрочем, до этого никому не было дела.
Подхватив инициативу «Волшебной Шестерёнки», городская мэрия, финансовый департамент и прочие ведомства Сессе наперебой завалили Мидо поздравлениями, а сам мэр трогательно преподнёс билет первого класса до Города Академий.
Воспользовавшись моментом прямо на праздничной церемонии, Мидо заявила о намерении пораньше отправиться к месту учёбы, подхватила под руку Шерри, наряженную в мужской костюм и скрытую маской иллюзии, и они вместе взошли на подножку поезда.
Перед самым отправлением Шерри слышала, как граф издал исполненный отчаяния вопль и «в глубоких чувствах» хлопнулся в обморок.
Но перечить Мидо никто не дерзнул.
Так они благополучно покинули Сессе и на рассвете должны были прибыть в Город Академий.
При мысли об этом Шерри на мгновение задумалась.
— Что с тобой? — заметила её задумчивость Мидо.
— Просто до сих пор не верится, что нас никто не попытался остановить!
«Да потому что чинуши из мэрии и казначейства спали и видели, как бы выпроводить меня с поста!» — без удивления подумала Мидо.
Стеклянный замок достроен, «Волшебная Шестерёнка» заключила кучу прибыльных контрактов — кругом куча денег, которые так и просятся в карман. Что ещё удобнее, граф регулярно валится в обмороки, открывая отличные возможности для дележа заслуг. Вот только его чересчур хваткая дочь путала всем карты. Стоило той самой юной госпоже заявить об отъезде, как чиновники с радостью выпихнули её подальше.
Впрочем, граф сам виноват, что недооценил собственную дочь. Объяви они о свадьбе сразу — всё могло бы сложиться иначе. Но желая сбить с Мидо спесь, они решили дождаться итогов экзаменов, не предполагая, что жених окажется раздавлен в пух и прах.
Вспоминая об этом, Шерри еле сдерживала смех:
— А я-то переживала! Думала, при отъезде ваш жених выскочит и закричит, что я самозванка.
— Для начала им потребовалась бы изрядная доля бесстыдства, чтобы вообще показаться на моем празднике, — усмехнулась Мидо.
«Интересно, сколько же баллов набрал этот бедолага, раз не посмел показаться на людях? Какая удручающая участь».
Мидо не хотелось говорить о нём — одно воспоминание о помолвке вызывало у неё отвращение.
— Мне жаль, что пришлось вовлечь тебя в столь рискованную затею, — сменила тему графиня. — Ведь ты могла бы спокойно отправиться в Город Академий вместе с родителями.
— Ну что вы! Вовсе нет. Папа уехал с господином Ноем восстанавливать порталы и совершенно загружен работой, а мамуля не могла бросить его одного. Так что когда они узнали, что госпожа Мидо берет меня с собой, то даже обрадовались, — ответила Шерри.
Это была лишь половина правды.
Госпожа Рейче, хоть и радовалась знакомству дочери с графской дочкой, ни за что не отпустила бы её одну. Шерри целых две недели уламывала мать, прежде чем та дала согласие.
Впрочем, посвящать Мидо в эти детали не имело смысла.
Мидо и сама прекрасно всё понимала.
— Спасибо тебе, — искренне произнесла она.
— Да что вы, не за что! — смутилась Шерри, слегка покраснев.
«Ах, госпожа Мидо до того хороша! Даже со спутанными волосами выглядит невероятно красиво».
Будучи неисправимой ценительницей красоты, Шерри искренне полагала: будь Мидо хоть трижды лишена талантов, ради одного её лица можно пойти на всё.
Впрочем, если уж зашла речь о лицах...
— Кстати, мы ведь уже подбираемся к Лесу Туманов? — спросила Шерри, всматриваясь в непроглядную тьму за окном. — Помнится, когда я в прошлый раз проезжала эти места, мне встретился такой красавец! Золотоволосый, просто неотразимый!
— Серьёзно? — Мидо с интересом приподняла бровки.
Вообще говоря, к красивым мужчинам она относилась положительно — в отличие от отца и жениха, которые её раздражали. В её представлении красавцы находились вне категории «обычных мужчин». Они скорее напоминали эльфов из «Вальса Второго Века», способных питаться одной лишь росой. В этом они с Шерри находили общий язык.
— Встретить кого-то у Леса Туманов... Неужто то был эльф или дух леса? — предположила Мидо.
— Мне показалось, он вообще не из смертных, — задумчиво протянула Шерри. — Скорее кто-то вроде ангела или божества, такое от него веяло благочестие. Кстати, он, кажется, о чём-то меня просил...
— О чём же?
— Забыла! Я только на его лицо и смотрела, — не моргнув глазом созналась Шерри.
— Пф-ф! — Мидо не удержалась от смешка и снова бросила взгляд в тёмное окно. — Между прочим, станция Города Академий расположена прямо посередине Леса Туманов, верно? Интересно, увидим ли мы там что-нибудь эдакое?
— Ну, когда я проезжала мимо в прошлый раз, была ночь, и я проспала всё на свете, так что ничего сказать не могу... — виновато разводя руками, ответила Шерри. Но видя мечтательный настрой подруги, всё же сочла нужным умерить её ожидания: — Но я бы на вашем месте особо не обольщалась.
— Это ещё почему?
— Ну, мы ведь в Восточных землях! — напомнила Шерри.
Она хорошо помнила собственное разочарование при прибытии в Сесилию. Хотя позже её представление о столице магии изменилось до неузнаваемости, подстраховать Мидо от возможных иллюзий казалось не лишним.
— Места тут глухие, народу немного, да и занятия в Городе Академий ещё не начались. Мы ведь едем досрочно! Скорее всего, нас встретит пустой, тихий городок. После пышного Сессе всё покажется весьма скромным...
Не успела она договорить, как вагон ощутимо качнуло.
— Что происходит?! — испуганно воскликнула Шерри.
Мидо сохраняла относительное спокойствие, хотя и удивилась:
— Такое чувство, будто мы поднимаемся в гору...
В следующий миг из динамиков зазвучал голос кондуктора, подтвердивший догадку Мидо:
«Уважаемые пассажиры! Наш поезд приближается к зоне Леса Туманов. Как известно, пространственный фон в этой области нестабилен, возможны прорывы и искажения магии. Во избежание задержек, начиная с июня этого года, состав переходит на парящую воздушную магистраль. Просим сохранять спокойствие и не открывать окна и двери...»
Голос продолжал зачитывать длинный перечень правил, но Шерри и Мидо уже поражённо переглянулись.
— Воздушная магистраль?!
Обе разом бросились к окну.
Поначалу за стеклом царила тьма, но по мере того как поезд набирал высоту, перед ними распоролось ночное небо, усыпанное звёздами, а под колесами поплыли седые облака.
— Ах! Мы и вправду в небе! — ахнула Шерри.
Забыв о приличиях, она едва ли не прилипла лицом к стеклу. Не будь окно наглухо закрыто, она бы точно попыталась высунуть руку и зачерпнуть горсть облаков — впрочем, именно невозможность сделать это и распаляла воображение.
Мидо держалась сдержаннее — ей уже приходилось летать на марионетках.
Она лишь с сожалением вздохнула:
— Досадно, что мы прибываем ночью, а не днём.
Ей уже второй раз выпадало видеть эту сверкающую золотом небесную колею в темноте. Ночью она выглядела волшебно, но Мидо так хотелось взглянуть на бескрайние просторы с высоты птичьего полёта! Это наверняка зрелище не менее грандиозное, чем вид на океан.
Пока она предавалась мечтам, облачный покров под поездом расступился, и внизу вспыхнули тысячи россыпей света.
— Огни? — удивилась Мидо.
В этот миг прямо перед окном проплыл пушистый шарик одуванчика, мягко излучавший свет. На нём восседала крошечная пыльцевая фея и махала им рукой.
Подхваченный ветерком, одуванчик плавно устремился вниз, к одному из светящихся узлов.
А вслед за первым потянулись второй, третий... В высоком небе то и дело мелькали крошечные духи воздуха, путешествующие на мягких светящихся шариках среди ночной синевы.
— И это ты называешь «скромным»?! — поражённо перевела взгляд на подругу Мидо.
Шерри отчаянно замотала головой:
— Нет-нет! Когда я ехала тут в прошлый раз, ничего подобного не было!
Она заворожённо подалась к стеклу:
— Неужели мы перепутали станцию? Это же настоящий мир из сказки!