Ангел снова ушёл в затворничество почти на полмесяца, однако мастерская «Волшебная Шестерёнка» отнюдь не прекратила работу.
Будучи в прошлой жизни разработчиком мобильных игр, Ангел привык выпускать на рынок сырой полуфабрикат, а затем не спеша накатывать патчи с новым контентом от версии к версии. Поэтому посетители лавки чуть ли не каждый день натыкались на свежие «сюрпризы».
В один день мерцающие звёздочки ни с того ни с сего оборачивались снежинками. Если не приглядываться, разницу и не заметишь, но стоило на них наступить — срабатывали особые эффекты, изрядно усложнявшие игру.
Игроки наперебой галдели:
— Не наступай!
— А-а-а, рвануло!
— Я же только хотел предупредить: те звёзды, что становятся бледно-розовыми снежинками, взрываются!
— Гляди, эта тоже меняется! Синеет! Наступить — тоже бабахнет?
— Ого, мне такая ещё не попадалась! А ну-ка, наступи!
— Ха-ха-ха, заморозило!
— А теперь вон ту золотую попробуй!
В другой день по небу пролетала Святая фея и разбрасывала сладости, благодаря которым оленёнок на время обретал способность парить и больше не падал вниз — так что отстающим игрокам становилось куда проще догнать лидеров по очкам.
— Что это только что пролетело? Красота какая!
— Я видел магические узоры на её подоле, это наверняка Святая фея!
— Выходит, меня благословил сам Святой дух?!
— Где ты её поймал? Я тоже хочу!
— Да тут чистая удача... Эй, стой, не сливайся нарочно!
А ещё через день в зале появились игровые столы с новыми вариантами оформления.
— Наконец-то завезли новые игровые столы!
— Погодите-ка, игра-то вроде другая!
— Это что... дракон?
— Да ладно, какой дракон? Слишком уж толстый!
— Точно дракон! Смотри, какой грозный, куда внушительнее того оленя.
— Он прыгать не может, вниз падает!
— Ха-ха-ха, до чего же забавно!
Для первопроходцев в мире ~~видео-~~ магических рунических игр порог терпимости оказался невероятно высок. Они с восторгом принимали абсолютно любые нововведения и умудрялись находить удовольствие в самых безумных экспериментах (порой граничащих с игровым самоубийством).
Мифрил время от времени собирал отзывы и пересказывал их хозяину.
Ангел искренне умилялся:
— До чего же идеальные игроки!
Случись подобное в эпоху мобилок, комьюнити давно бы сожрало его с потрохами и довело до глубочайшей депрессии.
Однако злоупотреблять их доверием Ангел не собирался.
Он прекрасно помнил, насколько снисходительны геймеры на заре индустрии. На Голубой планете первый коммерческий аркадный автомат «Pong» представлял собой всего лишь две полоски и прыгающий между ними шарик — примитивнейший симулятор настольного тенниса. Тем не менее игра снискала бешеную популярность, а создавшая её компания Atari мгновенно превратилась в крупнейшего игрового гиганта Северной Америки. Но затем руководство, пользуясь жаждой новинок, стало штамповать халтурные поделки одну за другой, что привело к сокрушительному краху рынка. Спасать индустрию пришлось «Нинтендо» с их «Супербратьями Марио», и именно с тех пор японские разработчики захватили лидерство в истории видеоигр.
Повторять чужих ошибок Ангел не желал.
Его изначальный план как раз и заключался в том, чтобы взрастить у местной аудитории тонкий вкус и занять нишу электронных развлечений задолго до наступления третьей научно-технической революции.
Поэтому, получая положительный отклик, он лишь сильнее стремился к совершенству, стараясь наделить каждую игру с изменёнными скинами уникальными механиками.
В итоге, сменив бесчисленное количество версий, Ангел довёл проект до ума лишь к исходу месяца. К тому моменту столярная мастерская доставила все заказанные корпуса, и в торговом зале заработали все двенадцать игровых столов.
Он вырезал на кристалле последнюю руну.
— Вечером накачу финальный билд, и порядок!
Проверив контур магией и убедившись в полном отсутствии багов, он удовлетворённо кивнул и бросил взгляд на настенные часы.
Три часа пополудни.
Казалось бы, самое время завалиться спать и наверстать упущенное, однако рука Ангела уже по привычке потянулась к склянке с бодрящим зельем — и содержимое со свистом улетело в желудок.
«А ведь можно было и не пить...» — с запозданием подумал он, тупо уставившись на пустой флакон.
Потянувшись и размяв затёкшее тело, маг заметил, что тень у его ног приняла форму огромной кошачьей головы и пристально уставилась на него разномастными вертикальными зрачками — золотым и фиолетовым.
— Мифрил, ты меня до инфаркта доведёшь, — лениво протянул Ангел.
Тень сгустилась и обратилась чёрным котом.
— От испуга ты не помрёшь, — холодно отозвался Мифрил. — Души магов не настолько хрупкие.
Смерть от переутомления ему, впрочем, тоже не грозила. Душа мага, закалённая бесчисленными потоками маны, отличалась куда большей прочностью, чем бренная плоть. По этой причине чародеи могли изо дня в день пахать по двадцать часов кряду, таская за собой измождённые тела, и при этом упорно оставаться в живых — идеальные кандидаты на роль офисных рабов.
Словом, в этой жизни Ангел был начисто лишён спасительной возможности скоропостижно скончаться от инфаркта на рабочем месте.
Только маленькая Энлис искренне переживала, как бы новый хозяин мастерской не свалился от усталости. Хладнокровный же кот-ассистент лишь с подозрением покосился на пустой флакон, радея исключительно о сроках выполнения задач:
— Ты же говорил, что сегодня всё закончишь? Зачем снова глушишь зелье бодрости?
— Рука дрогнула, — отмахнулся Ангел.
Кот тут же явил миру хищный оскал заправского капиталиста:
— То есть спать ты теперь всё равно не будешь, а срочных дел у тебя больше нет, мяу? Не желаешь ли разобрать накопившиеся заказы?
— Даже слышать об этом не хочу, — категорично отрезал Ангел.
При всей своей трудоголической натуре столь зверского темпа он выдержать не мог. К тому же работа с заказами не имела никакого отношения к инженерному искусству: сплошная нудная бухгалтерия и бесконечные торги — самое отвратительное занятие на свете.
Ангел всей душой стремился отложить эту тягомотину на потом:
— Разве я не велел передать клиентам, что столы проходят тестирование ради гарантии качества и на время тестов предзаказы и продажи закрыты?
— Но многие высказывают крайне настойчивое желание купить их прямо сейчас.
— Потом разберёмся.
Ангел стоял на своём. Однако Мифрил считал, что спускать дело на тормозах больше нельзя:
— Если уж ты твёрдо решил тянуть время, то хотя бы поговори с ними. А не то они там втихую уже сами поделили между собой квоты на покупку.
— Чего?! — Вот теперь он наконец насторожился.
* * *
Впрочем, даже после столь тревожной вести Ангел не бросился сломя голову навстречу потенциальным покупателям. Он даже не стал спускаться на первый этаж, а замер на привычной площадке лестницы второго яруса, откуда открывался отличный обзор на торговый зал.
Это был первый раз, когда он осматривал лавку после того, как все двенадцать игровых столов заняли свои места.
— А ведь выглядит вполне прилично! — заметил Ангел.
Запросы у него были скромными. Когда он только вступил во владение мастерской, всё мало-мальски ценное имущество отсюда уже успели распродать. Первый этаж зиял пугающей пустотой и при своих гигантских размерах производил гнетущее впечатление — неудивительно, что прохожие боялись переступать порог.
Теперь же дюжина игровых столов, заняв от силы треть зала, заполнила пространство у входа, придав заведению живой и вполне респектабельный вид.
За полмесяца работы поток посетителей стабилизировался. Даже в три часа пополудни, когда большинство горожан учились или трудились, ни один стол не пустовал — вокруг каждого толпилось по несколько человек.
Ангел озадаченно нахмурился:
— Вроде бы всё в полном порядке?
— Приглядись получше, — хмыкнул чёрный кот.
Он озадаченно таращился вниз ещё добрую минуту, но так ничего подозрительного и не приметил.
Пока Мифрил сокрушённо вздыхал, собираясь провести разъяснительную беседу, входная дверь распахнулась, впуская новую компанию.
Прибывшие были одеты в одинаковую униформу: нарядные короткие плащи поверх строгих коротких костюмов. Возглавляла процессию девочка примерно одного возраста с Энлис — её пышные золотистые волосы были завиты в вычурные спиральные локоны, что с первого взгляда выдавало благородное происхождение.
Гости явно наведывались сюда не впервые. Не колеблясь, они направились прямиком к столам у окон, и сидевшие там игроки тут же подобострастно вскочили, уступая места юным аристократам.
Только теперь Ангел сообразил, что предыдущие «игроки» за этими двумя столами были одеты как обычные слуги.
Мифрил пояснил:
— Эти детишки — из Государственной школы Сесилии. Почти каждый из них требовал продать ему игровой стол, а получив отказ, просто приставил слуг караулить места.
—... И не лень же людям, — покачал головой Ангел.
Кот, впрочем, ничуть не удивился:
— И они далеко не одни такие.
Окончательно разочаровавшись в наблюдательности хозяина, он лишний раз убедился: эмоциональная глухота и слепота к деталям всегда ходят рука об руку.
Мифрил принялся методично перечислять:
— Вон те два стола у окна оккупировали благородные господа. Четыре стола у входа днём занимают местные жители, а по вечерам туда набиваются ученики школы благотворительности. Столы в центре намертво застолбил Комитет уличных волонтёров. За дальними столами публика меняется чаще, но в разное время суток там тоже собираются свои закрытые группировки...
У Ангела от таких подробностей голова пошла кругом:
— Я понял, понял. Бизнес процветает, — пробормотал он.
По идее, следовало радоваться. Но пока кот вещал, в зал ввалилась ватага молодых людей отнюдь не ангельского вида и решительным шагом направилась к двум самым свободным столам в середине — явно заранее «забронированным» для них.
Ангел подытожил:
— Выходит, эти клиенты самовольно занимают места и мешают нормальной торговле? Разве нельзя просто запретить им подобные фокусы? У нас ведь в лавке работает защитный магический круг.
По слухам, этот защитный барьер наложил сам Великий маг Сесилии — основатель города, в своё время разбивший стотысячную армию демонов. Говорили, будто чары способны выдержать натиск любого архимага Запретных заклинаний. Он не знал, насколько правдива легенда, но сам взломать контур точно не мог. А если пасовал маг среднего ранга, то простым смертным и подавно ничего не светило.
Именно поэтому Ангел со спокойной душой внедрил систему самообслуживания, оставив лавку на попечение кота и маленькой девочки.
Откуда же тогда взялись смутьяны?
— Ну, выгонять их в шею пока нет причин, — неожиданно заступился за захватчиков Мифрил. — За исключением этой привычки занимать места, ведут они себя вполне прилично. Во время ожидания исправно платят за партии, а иногда и вовсе кидают в монетоприёмник монеты номиналом от ста ли и выше в качестве чаевых. В итоге они приносят куда больше прибыли, чем обычные посетители.
— Раз они платят, то и проблемы нет? — он моментально потерял к теме всякий интерес.
В конце концов, донатеры всегда правы.
Мифрил покосился на него с нескрываемым сарказмом:
— А ты не боишься, что они наиграются до тошноты и отменят заказы? К тому же такие захваты отпугивают новичков. Если все столы забиты под завязку, новые люди просто не смогут сыграть. Клиентская база замкнётся на нынешней кучке завсегдатаев, а это ударит по будущим продажам.
—... — Ангел отвёл взгляд.
— Или ты вообще не собираешься их продавать? — прищурился кот.
Зная хозяина, Мифрил подозревал, что тот не горит желанием выставлять столы на рынок. Особенно теперь, когда выяснилось, что простые люди способны накапливать с их помощью ману. Ни один уважающий себя чародей не захочет, чтобы подобная технология бесконтрольно разошлась по рукам.
— Продавать-то я буду, — возразил он. — Но сперва нужно провести исследование рынка и разработать грамотную модель сбыта.
Главная загвоздка заключалась в мощностях: пока мастерская не могла наладить массовое производство, формат аркадного зала приносил куда больше выгоды, чем прямые продажи штучного товара.
У Ангела уже крутилась в голове одна идея дистрибуции, однако для её воплощения требовались надёжные люди, так что пока стоило выждать и присмотреться.
Чёрный кот лишь пожал плечами — его дело предупредить. Убедившись, что хозяин держит ситуацию на контроле, он не стал давить, но напомнил о другой детали:
— Но если всё так и продолжится, это ведь повлияет на твой рейтинг игроков?
— Рейтинг?
— Ты же сам объявил, что победители таблицы лидеров на каждом столе получат членские карты. Если за каждым аппаратом сидят одни и те же лица, то и карты достанутся строго определённому кругу.
Ангел лишь отмахнулся:
— Пустяки. Хотят донатить — пусть...
Он осёкся на полуслове.
При мысли о донате Ангела словно обухом по голове ударило: правила текущего ивента были составлены из рук вон плохо!
Крупные донатеры тратили возмутительно мало денег!
Количество партий на одном столе в сутки строго ограничено, а значит, и дневная выручка имела свой потолок. К тому же Ангел намеренно сделал цены предельно низкими, чтобы играть могли даже дети бедняков. В итоге сумма за день набегала приличная, но при чудовищном социальном расслоении этого мира для настоящих богачей такие траты были сущими грошами, за которыми лень нагнуться на улице. И при этом они умудрялись за гроши выкупать лимитированные карты Почётных участников!
Получалось, что «киты» за копейки забирали награды, предназначенные для хардкорщиков и усердных задротов, проводящих за игрой дни и ночи.
Богатый опыт подсказывал Ангелу: если игровое событие не разделяет аудиторию на тяжёлых донатеров, умеренных плательщиков, пряморуких про-геймеров, безумных гриндеров и криворуких казуалов — проекту конец!
В такой ситуации и платящие, и бесплатные игроки дружно объединятся с одной-единственной целью: четвертовать проклятого геймдизайнера.
Оказаться на виселице Ангел категорически не желал.
— Нужно срочно подогреть их азарт! — решительно провозгласил он. — Пусть те, кому положено гриндить — гриндят, а те, кому положено платить — раскошеливаются на полную катушку! Только так мы выстроим здоровую экосистему.
К счастью (или к несчастью для игроков), по части изощрённых способов выкачивания денег у него за плечами был колоссальный опыт.
На размышления ушло ровно две секунды.
Он хищно воззрился на чёрного кота:
— Помнится, на складе среди неликвида пылилась партия магических проекторов?
— Что? Ну да, лежит... Но они же жрут прорву маны!
— Неужели нас сейчас волнует расход маны? — Двенадцать столов непрерывно качали чистую энергию с утра до вечера!
Ангел коварно улыбнулся, словно истинный тёмный чародей:
— К тому же я вовсе не собираюсь крутить на них кино. Мне нужна от них одна простейшая функция.