Впрочем, «Конфеты сладких снов» считались забавой для простолюдинов. И хотя проверка подтвердила отсутствие яда, сиятельный граф Лантенит не намеревался рисковать. К тому же сладости явно содержали магическую природу. Лишь заручившись поддержкой надёжного телохранителя из Королевской башни магов, он согласился опробовать их.
Зато его дочь подобными предрассудками не страдала. В ту же ночь Мидо вновь погрузилась в сладкий сон, навеянный волшебным лакомством.
Следуя инструкциям из руководства, Мидо выбрала базовую модель марионетки. Завершив дневное тренировочное задание, она увидела, как на панели всплыла новая опция: [Ремонт подводного телепортационного круга (моделирование)].
«Моделирование? Что это значит?» — озадаченно подумала она.
Девушка сделала выбор.
Туман сновидения рассеялся. Мидо обнаружила, что стоит на ограниченной площадке, напоминающей песочницу. Перед ней простирался клочок земли, который можно было обойти буквально за пару минут. Впереди синел океан, однако его границы отчётливо просматривались, стоило лишь поднять голову. Да и сам строительный материал под ногами казался до боли знакомым.
«Так это же "Битва марионеток"! — мгновенно догадалась Мидо. — Вот оно что! Значит, когда говорили, будто из конфетных снов можно попасть в "Битву марионеток", имели в виду именно это!»
Как следовало из названия, в «Битве марионеток» тоже требовалось управлять механизмами. Однако если в «Конфетах сладких снов» игрок сам становился марионеткой, то в «Битве» на первых порах удалённо передвигали лишь пару кукол. Когда же объём работ возрастал, в магазине приходилось нанимать «автоматических марионеток».
Мало кто догадывался, что за этими «автоматическими слугами» на самом деле стояли живые пользователи «Конфет сладких снов».
Или, вернее сказать, бесплатная рабочая сила?
На миг у Мидо мелькнула именно эта мысль. Знай она с самого начала, какова подлинная суть вещей, гордая аристократка ни за что не прикоснулась бы к этим сладостям.
Но за плечами уже остались часы тренировок и первый трудовой опыт. Мидо быстро успокоилась: раз уж она получила редкий S-уровень духовной силы, глупо бросать начатое. К тому же работу она выбрала сама — никто её не принуждал. Право выбора оставалось за ней, а не за какими-то таинственными кукловодами.
Мидо и не подозревала, что почти все «игроки» её круга убеждали себя точно так же. В конце концов, до строительных проектов допускали лишь обладателей ранга C и выше — элиту среди операторов. Терять накопленный прогресс никому не хотелось.
К тому же для большинства людей монотонная физическая работа куда проще, чем созидание с нуля. Мало кто в песочницах с открытым миром действительно способен творить без подсказок; для большинства «творчество» сводится к выбору готовых элементов и их компоновке.
А с этим справлялись обе игры.
Разница заключалась лишь в подходе. В «Битве марионеток» давалась большая свобода: можно было обустраивать собственный уголок в свободном режиме или проходить уровни, выбирая постройки в магазине. В «Конфетах» же игрок непосредственно воплощался в марионетку, выбирал профессию по душе, строил, развивал куклу и добывал ресурсы. Свободы дизайна здесь было меньше, зато требования к мастерству управления — куда выше.
Судя по отзывам тех, кто пробовал оба развлечения, большинство отдавало предпочтение именно второму варианту. Видимо, укладывать кирпичи собственными руками казалось куда увлекательнее. В реальной жизни эти люди избегали тяжёлого труда, но управлять неутомимой марионеткой за игровым столом было одно удовольствие.
Чёрный кот Мифрил искренне недоумевал по поводу подобного человеческого поведения. А вот человек в чёрной мантии лишь удовлетворённо усмехался: всё шло строго по его плану.
Впрочем, скандала не происходило ещё и потому, что аудитории двух игр пока мало пересекались. Даже те, кто пробовал и то и другое, редко проявляли такую целеустремлённость, как Мидо: она искала конкретный материал, проштудировала руководства, взялась за специализированный проект и случайно вскрыла подлинную подоплёку системы.
«Выходит, это игровой стол отца Шерри и архитектора Ноя?» — размышляла Мидо, запрокинув голову.
Над песочным пространством клубился густой туман снов, так что разглядеть самих «дизайнеров» наверху было невозможно — и слава богу, иначе зрелище вышло бы жутковатым. Зато их голоса отчётливо доносились через системный интерфейс:
— Пожалуйста, замостите плиткой сектор C3 и установите опорные колонны в отмеченных точках.
Именно так: «пожалуйста, замостите». Проект был слишком масштабен для одного исполнителя, поэтому на площадке находилось сразу шесть марионеток. Модели у всех совпадали, но только кукла Мидо, обладательница S-ранга духовной силы, сияла ослепительным золотом. Остальные светились куда скромнее, в зависимости от способностей их операторов.
Мидо доставались самые ответственные задачи и щедрые очки, хотя сами очки её не волновали. Ей нужен был глубоководный коралл, а для этого требовалось как можно скорее закончить наземный этап и спуститься на дно.
Заметив, что соседи орудуют невпопад, Мидо подошла ближе и наглядно продемонстрировала правильную технику. Любой, у кого имелась хоть капля сообразительности, тут же начинал повторять за ней.
Один из операторов, судя по всему парень бойкий и общительный, весело поблагодарил:
— Ого, вот как надо? Спасибо, братуха!
«Братуха»...
Впрочем, Мидо облачилась в грузное, неуклюжее тело марионетки, говорившее низким басом. Удивляться ошибке не приходилось. Раскрывать инкогнито или поправлять его она не собиралась.
Собеседник тем временем продолжал непринуждённую болтовню:
— Кстати, ты ведь тут впервые? Я ещё не встречал таких умелых операторов. Выглядит чертовски круто!
— Вы и раньше работали на этом объекте? — поинтересовалась Мидо.
— А то! Тут же платят больше всего!
Оказалось, обычный охотник за очками. Не придавая значения его мотивам, Мидо решила уточнить:
— И как, вы уже спускались на дно? Видели там кораллы?
— Кораллы? Да сколько угодно! — охотно отозвался тот. — Здешнее море прямо как настоящее, от реального не отличишь.
«Значит, всё-таки фальшивка...» — с лёгким разочарованием подумала Мидо.
Выходит, игровой стол лишь имитирует реальность, и до настоящего океана ему далеко.
— Ну дык, само собой! — усмехнулся собеседник, но, уловив её огорчение, тут же добавил: — Зато хозяин объекта, похоже, собирается замахнуться на настоящий океан! Нескольким людям уже разослали приглашения на реальные работы. С твоим-то уровнем тебя точно загребут!
Мидо вспомнила: господин Ной действительно испрашивал разрешения у её отца на закупку настоящих марионеток из Восточных земель.
Неужели наём операторов идёт прямо через «игру»?
О подобном ходе она слышала впервые.
И точно: стоило Мидо завершить дневную «смену», как в системе всплыло именное приглашение. Операторы S-класса оставались редчайшей находкой — этаким суперредким ресурсом. А уж учитывая, что Мидо к тому же подтягивала производительность остальных, дизайнер Ной ни за что не хотел упускать такого ценного «работягу» и предложил в письме весьма привлекательные условия.
Это было как раз то, что нужно.
Мидо не упустила шанс и выдвинула архитектору встречные требования: ей нужен был не только коралл — любые интересные сокровища, найденные на морском дне, должны обмениваться по её запросу.
Ной спорить не стал.
Так Мидо закрепилась на объекте по восстановлению телепортационного круга. И не она одна: как выяснилось позже, приглашения получили все марионетки, долго проработавшие на этой стройке. Для дизайнера привычные, обученные на симуляторе кадры были куда предпочтительнее новичков со стороны.
Бойкий приятель Мидо тоже остался. Из разговоров она узнала, что его зовут Вьюн.
Вьюн постоянно держался рядом с другой марионеткой по имени Марк — похоже, они были знакомы и в реале. Впрочем, Мидо это мало волновало.
Спустя полторы недели упорного труда, когда она досконально изучила все тонкости здешнего строительства, марионетки из Сесилии наконец прибыли в Сессе.
В списке её задач тут же появился новый пункт: [Ремонт подводного телепортационного круга в Сессе (Принято)].
Долгожданный шанс добыть редкие материалы наконец настал.
* * *
Чего Мидо не знала, так это того, что ровно в тот же час в Сессе прибыл и королевский маг, нанятый её отцом. Впрочем, терпение графа к тому моменту уже окончательно лопнуло.
— Заговор! Самый настоящий заговор! — распалялся граф Лантенит. — Если бы они не подготовились заранее, разве «Волшебная Шестерёнка» доставила бы марионеток так быстро? Да они с самого начала просчитали, что они нам понадобятся!
— Вы абсолютно правы, господин, — угодливо поддакнул управляющий. — «Волшебная Шестерёнка» давненько метит на рынок Сессе. Ещё месяц назад они ввезли кучу магических товаров, пытаясь вытеснить нас.
Подтвердив догадку хозяина, управляющий посчитал нужным его успокоить:
— Но это временно. Стоит отремонтировать телепорт, и важнейший торговый канал окажется под вашим полным контролем. Мы перекроем артерии Восточных земель и без единого выстрела подломим под себя их экономику!
— Именно! Именно так! — воодушевился граф.
Словно увидав родного отца, он с чрезмерным пылом схватил за руку мага высшего ранга, прибывшего из Королевской башни:
— Господин Миче, успех этой великой стратегии теперь полностью в ваших руках!
Белый маг Миче со скрытым презрением оглядел графа. Едва его ладонь оказалась в чужих пальцах, он брезгливо поморщился, выдернул руку и принялся неторопливо вытирать её платком.
— Разумеется, господин граф, — процедил он сквозь зубы. — Я обеспечу вашу безопасность в мире снов.
Графа ничуть не задела холодность чародея. Он прекрасно знал отношение императора к распространению магии среди народа: высшие маги и заклинатели табу всегда стояли над простыми смертными. Будь он хоть трижды графом, попросить такого человека о службе напрямую он бы не смог. Связь удалось наладить лишь благодаря жениху Мидо — наследнику древнего магического рода.
«И всё-таки я выбрал для Мидо отличную партию!» — мысленно похвалил себя граф. В конце концов, бьют магию только магией.
— Полагаюсь на вас, — с угодливой улыбкой поклонился он Миче.
* * *
Старый порт трансляции Сессе
Мидо с шоком вглядывалась в новое задание.
«Очи... очистить дно от мусора?!»
Если с обычной стройкой дочь графа ещё кое-как смирилась, то уборка отбросов переходила все границы.
Однако интерфейс системы тут же отозвался всплывающим пояснением:
[Промышленные стоки, сливаемые в море без очистки, и горы токсичного мусора представляют смертельную угрозу. Контакт людей с этими отходами приводит к тяжёлым заболеваниям или скорой гибели.]
[Хотите ли вы, чтобы город, где вы живёте, омывали такие ядовитые воды?]
[Без использования магии на данном этапе развития технологии очистку придётся оплачивать человеческими жизнями.]
[Именно поэтому к работе привлекаются марионетки.]
[Разумеется, этот сон должен приносить радость. Если задание вам отвратительно, вы можете от него отказаться.]
«Если уж предлагаете отказаться, зачем разводить всю эту философию?!» — мысленно фыркнула Мидо.
На столь дешёвую уловку она попадаться не собиралась. Коралл наверняка можно добыть в других квестах, с чего бы ей ковыряться в грязи? Разве этим занимаются не самые нищие слуги?
И всё же взгляд аристократки снова и снова возвращался к строчке: * «оплачивать человеческими жизнями»*.
Отец пойдёт на это не задумываясь. Мидо знала это наверняка.
Юная госпожа Лантенит не была наивной наивкой. Отец берёг её словно драгоценную розу под стеклянным колпаком, намереваясь подарить нужному человеку, едва она расцвётет. Но Мидо не была ни глухой, ни слепой. В те времена, когда она ещё верила в величие своего рода, она тайком бывала на семейных фабриках и даже искала внебрачную дочь отца, про которую шептались слуги.
Тогда-то холёная роза впервые увидела изнанку мира.
Напуганная, она сбежала обратно в оранжерею, накрылась стеклянным куполом и сделала вид, будто ничего не заметила. Роза верила: снаружи ей не выжить. По крайней мере, её нежные ручки уж точно не созданы для грязи.
«Но ведь сейчас это всего лишь сон, — тихо пробормотала она. — А я в нём — просто марионетка».
Лишь бы не пачкать руки в реальности, позволить людям умирать, пока ты спишь в теплой постели... Это ли не подлость? Разве долг аристократа — не защита подданных и этой земли?
Мидо вздохнула и приняла задание.
Туман сновидения вновь растаял. Мидо очутилась в знакомом порту.
В глухую ночь заброшенная пристань казалась жуткой; если бы не рокот волн, море можно было принять за бездонную пропасть. Лишь светящиеся магические руны на корпусах марионеток пробивали эту тьму. Кукла Мидо сияла ярче остальных.
Завидев её, Вьюн энергично размахался руками:
— Братуха, ты пришёл! Сегодня ты поздновато!
График смен у марионеток был свободным: архитектор вывешивал задачи, а игроки сами выбирали работу. За выполнение платили очками (золотом), а за сорванный квест штрафовали, так что кроме совсем ленивых студентов все старались соблюдать дисциплину.
— Были дела, — отозвалась Мидо, оглядывая присутствующих. — Вы уже в сборе?
— Ну дык! — хмыкнул Вьюн. — За прогулы же не платят.
«Счастливые люди эти охотники за очками... ни о чём лишнем не думают», — вздохнула Мидо, почувствовав, как глупо выглядели её недавние сомнения.
— Ладно, за работу!
Она сделала жест, словно засучивает рукава, и направила марионетку в тёмную пучину.
Оказавшись под водой, Мидо онемела от отвращения:
«Какая же гигантская... и какая грязища!»
Во время недавнего осмотра порт показался ей просто запущенным, но теперь стало ясно: к приезду графа и мэра видимую часть хоть немного прибрали. Под водой же открылся настоящий ад.
Мутная вода едва просматривалась: даже сквозь защищённые линзы марионетки видимость не превышала полуметра. А дно превратилось в сплошную свалку. Вокруг затопленного телепортационного круга нагромоздились тонны мусора, обросшего водорослями и походящего в темноте на жутких чудовищ.
«Ну, по крайней мере, я могу утешать себя тем, что расчищаю завалы, а не просто роюсь в помойке», — подбодрила себя Мидо.
Ухватив самый здоровый обломок, она потянула его на себя. В этот момент рядом соткался вход в её личное пространство снов. Замявшись на секунду, Мидо швырнула мусор туда.
Из глубины смутно донеслись чьи-то голоса:
— Надо изучить, как это утилизировать!
— А может, просто выкинуть в пространственную трещину за пределами Бездны, мяу?
— И не боишься тварей оттуда приманить?
Мидо испуганно оглянулась, но никого не увидела.
Впрочем, когда психологический барьер был сломан, дело пошло ничуть не сложнее обычной стройки. Марионетка не чувствовала вони, усталости или боли. Лишь при чрезмерном расходе духовной силы накатывала сонливость, после которой наступал глубокий, освежающий сон.
Но самое удручающее и одновременно затягивающее началось потом: каждый убранный предмет сопровождался системной плашкой [Мусор -1]. А когда целый сектор очищался от токсичной взвеси, Мидо получала редкий артефакт — [Предсказательную жемчужину русалок].
Установив её в указанной точке, Мидо наблюдала, как вокруг вспыхивает мягкий свет, открывая вид на чистейшую лазурную воду и стайки сказочных рыб — картины «будущего во сне».
Со временем эта уборка стала казаться ей куда интереснее банальной укладки кирпичей. Мидо искренне захотелось, чтобы однажды это море стало таким же прозрачным и в реальности.
Впрочем, одна лишь утилизация отходов в её обязанности не входила. Спустя пять или шесть часов непрерывной работы прямо под водой оглушительно взвыла сирена.
Голос сновидения возвестил:
[Ваша работа по очистке привлекла незваных гостей.]
[Сильнейший воин среди присутствующих, защити сородичей и разгроми врага!]
[Награда за задание: 7000 очков, Фрагмент чертежа марионетки x1.]
«Ничего себе награда!» — изумилась Мидо.
Чертежи считались самым ценным ресурсом в игре. Собрав полный комплект, можно было обменять его на уникальную марионетку, созданную по индивидуальному проекту. Для пользователей «Конфет» это была заветная мечта.
Не раздумывая ни секунды, Мидо ринулась к алой точке, вспыхнувшей на карте.
* * *
— Каков мастер! Вот что значит маг высшего ранга — с такой лёгкостью проникнуть в чужой сон! — угодливо тараторил управляющий графа.
Сам граф тем временем растерянно разглядывал собственное тело. Как и предупреждал слуга, он оказался заперт внутри каменного истукана. Не умея управлять этой тушей, аристократ застыл немой статуей. Управляющий же, набивший руку на разведке, использовал крошечную куклу, не требовавшую больших затрат духовной силы, а потому чувствовал себя куда свободнее.
— Господин Миче, — обратился слуга к чародею в белой мантии, — может, подскажете, как хозяину быстрее освоиться? Из-за здешних козней он даже шага сделать не может.
— Это вполне естественно, — холодно отозвался Миче. — Далеко не каждому дано повелевать марионетками. Управление искусственным телом требует долгих тренировок.
— То есть вы тоже не можете помочь? — с досадой проворчал граф.
Маг нахмурился ещё сильнее, но отвечать не стал. За него высказались сопровождавшие его подмастерья:
— Мы вообще-то прибыли сюда не для того, чтобы учить вас ходить!
— Вы сами напросились с нами!
— Простым смертным не место в чужих снах!
— Не создавайте нам лишних проблем!
— Господа, мой господин вовсе не это имел в виду... — попытался загладить неловкость управляющий.
Окончить фразу он не успел. Пространство вспыхнуло зловещим алым светом, и над водой раздался оглушительный вой сирены:
[ВНИМАНИЕ! Вы вторглись в неавторизованную зону и обнаружены защитными марионетками!]
[АКТИВИРОВАН БОЕВОЙ РЕЖИМ! НЕМЕДЛЕННО ПРИНЯТЬ МЕРЫ К УКЛОНЕНИЮ!]
— Боевой режим?! — оторопел слуга. — Я о таком впервые слышу!
— Назад! Нам нужно уходить! — в панике закричал граф.
Хоть он и не разбирался в механике снов, но в «Легенду» играл регулярно (пусть и с помощью нанятых прокачников) и прекрасно знал, чем грозит «красный статус».
Оказаться в бою без экипировки и навыков? Избавьте! Граф рванулся прочь, но заскорузлое тело марионетки даже не шелохнулось. А раз не мог двигаться хозяин, то и свита оставалась на месте.
В следующую секунду сквозь мутную толщу воды проступил исполинский силуэт. Его глаза полыхали свирепым багровым огнём.
— Господин маг! Атакуйте! — визгливо отдал команду граф.
Но гигантская марионетка уже стремительно сократила дистанцию. Проигнорировав чародеев, она обрушила пудовый кулак прямо в физиономию каменного туловища графа.
— Так это вы тут вторглись?! — загудел её глухой, раскатистый бас.
Удар был такой силы, что графскую марионетку отбросило назад. Физической боли граф не ощутил, но повреждение искусственного тела вызвало дикий, неуправляемый всплеск: система безопасности отсутствовала, и марионетка принялась сокрушительно высасывать саму душу графа.
В то же мгновение сиятельный аристократ почувствовал, как его сознание погружается в леденящую бездну.