Дэйзи в ужасе очнулась от кошмара.
Ей снова приснился тот роковой день: ей четырнадцать, отец мёртв, а на пороге стоят свирепые кредиторы, требуя долги.
До той катастрофы жизнь Дэйзи казалась почти беззаботной. Семья держала небольшое, но прибыльное заведение, и даже ранняя смерть матери не омрачала её детство. Всё рухнуло в одно мгновение, когда отца насмерть сбила карета какого-то вельможи. Четырнадцатилетняя девочка оказалась в полном отчаянии: она искренне не понимала, почему после гибели отца именно её семья обязана выплачивать знатному господину астрономическую сумму за «ремонт экипажа» и «моральный ущерб», откуда у их скромной трактирной лавки взялись неподъёмные долги и как жить дальше.
К счастью, сбивший отца аристократ проявил «милосердие». Он великодушно погасил её задолженности и забрал Дэйзи к себе в поместье кухаркой, разрешив отрабатывать оставшийся долг понемногу.
Но именно это «благодеяние» стало началом ада, превосходящего любой кошмар.
Хозяин регулярно насиловал Дэйзи. Она пережила несколько выкидышей, прежде чем её насильно выдали замуж за уродливого слугу. Родив ребёнка, она терпимо волокла это существование ещё шесть лет. Лишь месяц назад «благодетель» наконец испустил дух, и долг Дэйзи посчитали полностью уплаченным. Ей казалось, что она обрела долгожданную свободу, но реальность готовила новый удар...
Пребывая в тяжелых воспоминаниях, Дэйзи тяжело, прерывисто вздохнула.
Словно испугавшись этого звука, её шестилетняя дочь, лежавшая рядом, слабо зашевелилась и издала тихий стон.
Дэйзи в тревоге повернулась к малышке и приложила ладонь к её лбу.
Слава богу, жар спал.
Ощупав мокрую от пота одежду дочери, Дэйзи аккуратно обтёрла её хрупкое тело и переодела в сухое. Затем, подхватив таз с использованной водой, она тихо вышла из комнаты.
В коридоре царила непроглядная тьма — ни свечей, ни ламп. Впрочем, лишние траты им были не по карману. В этом доме Дэйзи выросла и могла пройти по узким проходам даже с закрытыми глазами.
Ступая по тёмному коридору, она проходила мимо хозяйской спальни — бывшей комнаты её отца — и уловила доносившиеся из-за дверей голоса.
Говорил её муж и какая-то женщина.
— Ну и когда ты наконец оформишь развод? — капризно протянула девица.
— Завтра же. Завтра вышвырну эту дрянь на улицу, — буркнул мужчина.
— А если она упрётся? Дом-то всё-таки её!
— Попробует только! На хозяина она больше не работает. Загнётся от какой-нибудь «внезапной болячки» — никто и ухом не поведёт.
— А девчонка? Зачем она тебе? — недовольно фыркнула любовница. — Я чужого выродка кормить не собираюсь!
— Ну и дура же ты, баба! Девка-то может быть от покойного хозяина. Подрастёт — с господского дома можно будет куш сорвать!
— А если они открестятся?
— Мордашка у неё ничего, так что потом... — Голос мужа понизился до сального шёпота.
— Хи-хи-хи, какой же ты мерзавец...
Из спальни донеслись отвратительные, чавкающие звуки.
Дэйзи даже не затормозила. С абсолютно каменным лицом она прошла мимо приоткрытой двери.
Ей было всё равно, случайно ли эти твари заговорили так громко или намеренно хотели её запугать.
Какая ирония! Человек, разрушивший её жизнь, был единственной защитой. С его смертью на Дэйзи обрушились новые беды.
Если задуматься, тот прежний кошмар о четырнадцатилетии казался почти милосердным. В том воспоминании отец уже умер, но худшее ещё не успело случиться. Если бы она тогда проявила твёрдость, если бы оказалась сильнее... Нет, ничего нельзя было изменить.
Если четырнадцатилетняя девочка была беспомощна, то что может сделать двадцатидвухлетняя сломленная женщина?
Жуткая реальность всегда оказывалась беспросветнее любых снов.
Дэйзи намеревалась вылить воду из таза, как вдруг из темноты раздался надсадный, старческий скрип.
— Водички... не поделишься? — просипела соседская старуха.
Улица, где жила Дэйзи, была старой. Единственную водопроводную колонку установили ещё полвека назад, в эпоху градостроительных реформ императора, прямо на стыке двух фасадов. Непонятно, почему соседка, дойдя до самой двери, не набрала воды сама, а просила из таза.
Впрочем, Дэйзи это не удивило. Она вылила грязную воду в слив и набрала в таз чистой.
— Это в последний раз, — тихо произнесла Дэйзи, подавая таз.
Старуха, будто прочитав невысказанное, издала жуткий смешок, похожий на вопль истощённой кошки:
— Что ж... Это тоже своего рода освобождение.
Дэйзи не стала отвечать. Вернувшись в комнату, она застала дочь проснувшейся. Девочка мутными глазами посмотрела на мать.
— Ма... мама?
— Как ты себя чувствуешь, милая? — мягко спросила Дэйзи.
— Всё ещё болит, — с трудом прошептала малышка, поднимая ручонку. — Но кровь больше не идёт.
— Не вытаскивай руку из-под одеяла! — испуганно воскликнула Дэйзи, бережно спрятав ручку дочери и подоткнув край.
Но девочка с детским любопытством посмотрела на прикроватный столик:
— Мамочка... а почему у меня внутри ручки лежал такой большой камень?
На столике покоился окровавленный носовой платок, на котором белел полупрозрачный кристалл размером с коренной зуб.
Это был Камень границ.
В древнюю эпоху магии такие артефакты использовали ведьмы, чтобы скрывать свои чары. Нынче же ему нашли иное применение.
— Потому что тебя поцеловал бог, милая, — тихо ответила Дэйзи. — Поэтому ты особенная.
У её дочери обнаружились задатки мага. Но в Королевской столице для простолюдинов это означало смертный приговор.
«Избранники бога» не имели права рождаться в бедных семьях — считалось, что грязная кровь черни оскверняет божественный дар. Если у простолюдинов рождался одарённый ребёнок, его немедленно отнимали, а семья была обязана выплатить огромный штраф — «золото очищения», чтобы смыть грех. Эта сумма способна была разорить даже богатого горожанина.
Более того, право откупиться ещё нужно было заслужить. Если маги из Башни сочли бы семью слишком низкородной, бедняков вместе с домом сжигали живьём во имя «очищения крови».
Учитывая происхождение дочери Дэйзи, их семья подлежала безусловному сожжению до седьмого колена.
Поэтому большинство жителей столицы, едва заподозрив у ребёнка магический дар, убивали собственных детей до того, как о них узнает Башня Магов.
Но Дэйзи не смогла поднять руку на дочь. Обнаружив у малышки магические жилы, она вшила ей под кожу Камень границ, надежно запечатавший магию.
Дэйзи знала, как это сделать, потому что сама носила такой же кристалл.
В столице операция по вживлению Камней границ стала самым ходовым промыслом среди бедноты, спасавшей своих детей от инквизиции Башни.
И вот теперь Дэйзи извлекла камень.
Она сдалась. Окончательно и бесповоротно.
Чем обрекать дочь на повторение собственной судьбы, пусть лучше маги Башни сожгут этот проклятый дом вместе со всеми обитателями, а девочку заберут с собой. Дэйзи не знала, ждёт ли дочь хорошее будущее в Королевской башне магов, но это был единственный шанс.
Погладив мягкие волосы дочери, Дэйзи прошептала:
— Ты дитя, отмеченное небом. Без этого камня ты больше не будешь так тяжело болеть.
— Правда? — просияла девочка. — Тогда я научусь у тебя готовить много-много вкусного...
— Конечно, милая, — с нежной улыбкой отозвалась Дэйзи. — А теперь спи. Когда ты проснешься, всё будет хорошо.
Послушный ребёнок смежил веки и вскоре погрузился в глубокий сон.
Дэйзи прислонилась к изголовью кровати, не отводя глаз от детского лица.
Интересно, когда явится инквизиция из Башни?..
«Хоть бы её сжгли прямо во сне... Чтобы она ничего не успела почувствовать...» — молилась Дэйзи, чувствуя, как сознание медленно уплывает в пелену забытья.
* * *
Дэйзи снова увидела сон.
Она отчётливо сознавала, что это лишь грёза. Со дня её рождения небо над Святым Егином всегда оставалось грязно-серым, будто затянутым вечной пыльной дымкой.
Но сейчас над её головой простирался лазурно-голубой, невероятно чистый купол, напоминающий гладь лесного озера.
Воздух был свеж и наполнен еле уловимым цветочным ароматом. Дэйзи никогда в жизни не дышала так легко — казалось, сам этот воздух промывал её измученные лёгкие.
Втридевятом царстве сна, взглянув на витрину швейной лавки, Дэйзи увидела своё отражение: ей было лет четырнадцать-пятнадцать, на ней сидела аккуратная форма благотворительной школы, поверху которой был накинут чёрный плащ, а на макушке крепилась загадочная маска.
Неужели память снова сыграла с ней злую шутку?
Но нет. После смерти отца Дэйзи бросила учёбу. Четырнадцатилетняя Дэйзи никогда не носила школьной формы. К тому же у воспитанниц бесплатной школы не было ни плащей, ни масок.
Однако во сне Дэйзи чётко знала: ей необходимо спешить на школьный плац. «Учитель» должен сделать важное объявление.
«Если это мой последний сон... пусть он будет таким», — подумала она. Сон о школьных годах, которых у неё никогда не было.
Одарив своё отражение горькой улыбкой, Дэйзи направилась к зданию школы. Какое-то внутреннее чутьё подсказывало, что лучше не показывать своё лицо окружающим, и она опустила маску.
Похоже, остальные думали так же.
Когда Дэйзи ступила на плац, там уже собралась внушительная толпа. Все люди были в масках и выстраивались в ровные шеренги. Беззвучный импульс указал Дэйзи её место, и она встала в середину третьего ряда.
Спустя пару минут, когда все собрались, на трибуну поднялась «директор».
Это была пленительно красивая, совсем молодая девушка лет двадцати на вид, выглядевшая немного растерянной.
— Здравствуйте, дорогие ученики! Я ваш директор, Энлис.
Она смущённо улыбнулась и продолжила:
— Сегодня наш первый общий сбор Искателей душ. Простите, если моя речь покажется вам слишком долгой...
Госпожа директор произнесла внушительную речь. В представлении Дэйзи именно так и надлежало вести себя директорам школ, так что это её не удивило.
Однако по мере того как говорила Энлис, в голове у Дэйзи само собой складывалось понимание происходящего.
В этом странном сне она являлась Искателем душ.
Её обязанность напоминала ремесло жнеца смерти: собирать осколки усопших душ, отлавливать заблудших духов, сражаться с беснующимися злыми сущностями и провожать их в Мрачную обитель.
—... Наша святая обязанность — хранить мир и порядок в земной жизни, принося счастье живым! — вдохновенно вещала Энлис. — Впрочем... если вам просто нравится коллекционировать злых духов — это тоже здорово! Желаю всем успехов! А теперь попробуйте выследить своего первого блуждающего духа...
Едва директор произнесла эти слова, как на запястье Дэйзи вибрировал прибор, похожий на наручные часы. Из объяснений Энлис Дэйзи уже знала: это Детектор блуждающих душ.
Стрелка на циферблате дернулась и указала направление.
«Неужели я делаю это потому, что наяву уже умираю?» — подумала Дэйзи.
Помявшись, она всё же подчинилась указателю и пошла в указанную сторону.
* * *
Когда последний из Искателей душ покинул плац, пространство над зданием школы исказилось, и сквозь иллюзорные стены проглянула мрачная готическая башня Замка Короля Демонов.
Из пространственной трещины шагнула фигура в чёрной мантии и крупный чёрный кот.
— Отличная работа, Энлис, — одобрительно мурлыкнул Мифрил.
Девушка с тревогой взглянула на человека в чёрном:
— Господин Ангел, я не уверена, правильно ли отобрала кандидатов и верно ли распределила задачи...
— Ты внимательно изучила их сны? — спокойным голосом ответил Ангел Сесилия. — Значит, всё сделано правильно.
Энлис хотела спросить о чём-то ещё, но в воздухе раздался оглушительный телефонный звонок. Старинный аппарат возник прямо посреди пустого плаца, зависнув в воздухе, что придавало ему мистический вид.
Впрочем, все присутствующие знали, кто звонит.
Партнёр по текущей операции — древний лич с Великого Кладбища.
Мифрил недовольно прижал уши и почесал за лапой:
— Как же хочется вытащить этого трусливого костяка из его норы и задать ему хорошую трепку...
Ангел был полностью согласен с котом.
Сняв трубку, он услышал подобострастный голос лича:
— Ваше Превосходительство Ангел! Вы просто гений! Объединить сны всей Королевской столицы, чтобы живые души отлавливали мёртвые — это потрясающе!
— Обычное применение уже имеющихся технологий, — отмахнулся Ангел.
Он давно разрабатывал магическое приложение, похожее на ловлю карманных монстров, рассчитывая запустить его в Городе Академий. Местная молодежь с удовольствием бы зачищала Лес Туманов или исследовала Безделушки Бездны. Но раз у лича возникла срочная потребность, симуляцию переоборудовали под «охотников за привидениями».
Впрочем, лича терзали смутные сомнения:
— Господин Ангел, а это не привлечёт внимание магов из Королевской башни?
— У них сейчас хватает забот, — с холодной ухмылкой ответил Ангел. — Думаю, им ещё долго будет не до нас.
Лич искренне согласился. Его владения находились неподалёку от столицы, и шпионов у Великого Кладбища хватало. Недавние масштабные работы Башни магов наделали много шума. А учитывая, что Белая Мантия называет себя учеником господина Ангела, у самого Сесилии осведомителей в Башне должно быть в разы больше.
Лич не удержался от сплетни:
— Говорят, Королевская башня пытается воссоздать Священную Обитель... Это правда?
— Абсолютно, — бросил Ангел. — Именно поэтому я создаю путь эвакуации. Чтобы те, кто не хочет становиться строительным материалом для их "небесного царства", имели выбор.
— Хе-хе, представляю, что за уродство у них получится, — ухмыльнулся лич.
Прожив десять тысяч лет и безуспешно пытаясь восстановить Мрачную обитель, древний архилич точно знал: то, что единожды было уничтожено, невозможно воссоздать в прежнем величии.
Ангел лишь качнул головой. По правде говоря, он надеялся, что Королевские маги не окончательно выжили из ума и просто реставрируют древний город. Тогда его Герою достался бы нормальный приключенческий квест, а не мрачный ужас в стиле темного фэнтези. Но, судя по всему, маги твердо намерены превратить столицу в филиал ада.
А значит, нужно подготовить точки сохранения. Нельзя допустить, чтобы невинные люди стали жертвенным мясом.
Ангел строго переспросил хозяина Великого Кладбища:
— Ты гарантируешь, что живые души в этом пространстве снов останутся в полной безопасности?
— Вы же подчинили себе прежнего Владыку Бездны и заставили её ткать эти сны! — воскликнул лич. — Оберегать души — это детская забава! К тому же... они ведь работают на меня!
Похоже, лич всё перепутал и принял Энлис за Владычицу Бездны. Впрочем, ошибка была невелика: замком-источником для этого сплетения грёз действительно служил Замок Короля Демонов.
Ангел не стал ничего объяснять:
— Тогда продолжай.
— Слушаюсь, Ваше Превосходительство Ангел.
* * *
Дэйзи не ведала о разговорах на плацу. Послушная указаниям Детектора, она шла по тёмным улицам родного квартала.
Остановившись у соседского дома, она увидела распахивающуюся дверь. В гостиной на стуле сидела та самая старуха.
Вот только её тело было полупрозрачным. Настоящий призрак.
Увидев Дэйзи, старуха сначала улыбнулась, но тут же её лицо исказилось от ужаса:
— Ты... Почему от тебя пахнет Жнецом Смерти?!
— Неужели я действительно стала жнецом?.. — растерянно пробормотала Дэйзи.
Этот сон казался слишком реальным.
Старуха в страхе отшатнулась к спальне:
— Нет! Я не пойду с тобой! Я не могу сейчас уйти!
— Из-за внука? — тихо спросила Дэйзи.
Старуха вылупилась на неё:
— Да! Если я уйду, мальчик умрёт!
Дэйзи не стала приближаться. С глубокой печалью в голосе она произнесла:
— Но даже если ты останешься... он всё равно долго не протянет.
Дэйзи не знала всех подробностей соседской беды, да и своих проблем хватало. Она лишь помнила, что три года назад в этом доме один за другим сыграли свадьбу, крестины и похороны. В итоге осталась только эта старуха с малюткой на руках.
Теперь умерла и она. У четырёхлетнего малыша не оставалось ни единого шанса.
Душа старухи не могла покинуть этот мир, упрямо цепляясь за жизнь ради ребёнка.
— Знаю... — донесся горький шёпот призрака. — Именно поэтому я хочу забрать его с собой.
Дэйзи сочувственно кивнула:
— Когда будешь готова уйти — скажи мне. Я провожу вас.
Лицо старухи смягчилось:
— Спасибо тебе... Прошу, помоги нам, когда придёт время.
Едва звуки её голоса замерли, как между ними соткался Ловец снов.
[Контракт заключён!]
На сетке Ловца вспыхнули сияющие руны, и от артефакта хлынул мягкий свет.
— Что это?! — в изумлении воскликнула старуха.
Дэйзи и сама онемела. Но когда сияние угасло, она с изумлением увидела, что соседка обрела молодой облик, а на её щеке проступил магический символ.
Дэйзи никогда не изучала руны, но новые знания сами собой возникли в её разуме.
— Вот как... — прошептала Дэйзи. — Мне не обязательно заставлять тебя идти в Мрачную обитель прямо сейчас. Достаточно получить твоё согласие, и задание считается выполненным.
Молодой призрак соседки тоже получив соответствующие сведения, эмоционально воскликнула:
— Спасибо! Спасибо за магию! Теперь я могу сделать намного больше!
С этими словами молодая женщина устремилась в спальню. Дэйзи последовала за ней.
На кровати тихо спал трёхлетний мальчик. А рядом с ним лежало высохшее тело старухи.
Дэйзи ужаснулась:
— Ты... ты даже не похоронила себя?!
— Малыш даже не понял, что я умерла, — нежно гладя внука по голове, прошептала призрак. — А если узнают чужие... неизвестно, куда отдадут сироту!
Она с опаской взглянула на Дэйзи:
— Ты ведь не выдашь нас?
Дэйзи помедлила секунду и качнула головой:
— Нет. Не выдам.
В нынешние времена стать призраком было безопаснее, чем оставаться живым.
На лице соседки снова расцвела улыбка. Дэйзи услышала в голове сигнал о повышении уровня доверия.
— Благодаря тебе я снова могу выходить на улицу! — радостно сказала соседка. — Надо сбегать за продуктами, приготовить малышу горячей еды.
Она действительно не хотела смерти для своего внука. Да и кто бы пожелал подобного?
Дэйзи смотрела, как призрак соседки накинула платок, взяла кошелёк и шагнула к выходу. На пороге она замерла, оглядела темную улицу и смущенно улыбнулась Дэйзи:
— Совсем сдурела... Забыла, что на дворе ночь!
Ночь? Дэйзи с удивлением посмотрела на лазурно-голубое небо снов. Впрочем, для грёзы это не имело значения.
Молодой призрак внезапно посмотрела на дом Дэйзи:
— Кстати... Послушай, а почему ты не упокоишь неупокоенную душу в своём собственном доме? Этот бедолага уже много лет не может найти выход.
— Неупокоенная душа?.. В моём доме?.. — Дэйзи во все глаза уставилась на неё.
В её доме умер только один человек.
Отец!
— Он всё ещё здесь?! Ты его видишь?! — Дэйзи схватила соседку за руки.
— Он очень слаб, но разглядеть можно, — ответила та, оглядывая улицу. — Я ведь знаю всё, что происходило на нашей улице.
Дэйзи только сейчас заметила пассивный навык соседки: [Восприятие (в пределах родной улицы +200%)].
Забыв обо всём на свете, Дэйзи сжала её ладони:
— Умоляю! Помоги мне найти осколки души отца!
— Не переживай, сейчас найдём, — мягко успокоила её соседка.
Она вошла в жилище Дэйзи и, словно во время генеральной уборки, начала извлекать из тёмных углов крошечные истаявшие осколки духа, которые не мог засечь даже Детектор.
Дэйзи затаила дыхание, мечтая сказать отцу хотя бы пару слов.
Увы, когда осколки соединились, силуэт отца остался настолько прозрачным, что в нём едва угадывались знакомые черты.
— Прошло слишком много времени... — с сочувствием вздохнула соседка.
— Ничего... Этого достаточно, — качнула головой Дэйзи.
Если бы отец увидел, во что превратилась жизнь его дочери, это стало бы для него худшим мучением.
Дэйзи сотворила молитву и провела свой первый ритуал упокоения.
Это была первая душа, ушедшая в иной мир благодаря Искателю Дэйзи.
Как только ритуал завершился, Дэйзи открыла глаза.
Она очнулась в своей реальной комнате.
«Всё-таки это был просто сон?..»
Дэйзи потерла глаза, но тут прямо перед ней возникли сияющие символы:
[Задание выполнено. Выберите награду для новичка:]
[A. Целостный скелет-фамильяр]
[B. Довольно симпатичный зомби-фамильяр]
[C. Весьма жуткий призрак-фамильяр]
«Нет... Я не хочу ни один из этих вариантов!» — в ужасе подумала Дэйзи.
Но пока она медлила с выбором, надпись не исчезала, настойчиво пульсируя перед глазами.
Дэйзи безнадёжно вздохнула:
— Ну пусть будет... А...
По крайней мере, голые кости скелета лучше разлагающегося зомби или пугающего призрака. От него хотя бы не отваливается гниющее мясо.
Едва она сделала выбор, как воздух в комнате задрожал.
Прямо посреди убогой обстановки разверзлась огромная чёрная дыра, из которой высунулась гигантская черепушка размером с половину комнаты.
Грохот и треск естественно переполошили обитателей соседней спальни.
— Землетрясение?!
— А-а-а! Это ещё что за тварь?!
Муж и его любовница зашлись в истошном визге. Дэйзи холодно взглянула на распахнутую дверь и без тени сомнения произнесла:
— Не дай им сбежать.
Огромный скелет мгновенно разинул пасть и одним махом сглотил визжащую парочку.
Поскольку внутри костяного монстра не было ни органов, ни желудка, мужа с любовницей просто утащило в бездонную тьму.
Дочь Дэйзи спала настолько крепко, что даже не проснулась от этого шума.
— Кури! — радостно пророкотал огромный скелет, подавшись к Дэйзи и явно напрашиваясь на похвалу.
Дэйзи на мгновение замешкалась, а затем осторожно погладила его гладкий костяной лоб.
Повернув голову к окну, она увидела, что за стеклом ей тепло улыбается призрак молодой соседки — точно так же, как в её недавнем сне.