— Состязание по полётам?
Не успел мэр Оуэн вымолвить и слова, как Овелия резко поднялась со своего места:
— Ты ведь не собираешься отправлять простых смертных на поиски Небесного Королевства? Это же чистейшее безумие!
— Простым людям такое не под силу, но разве магам оно под силу? — спокойно возразил Ангел.
Он перевёл взгляд на Красного Дракона:
— Более того, подозреваю, даже среди вашего древнего рода вряд ли кто-то знает, где искать Небесное Королевство Сесилии.
Красный Дракон сокрушённо и криво ухмыльнулся:
— Дружище, да все только и мечтают, чтобы Она никогда не возвращалась! Кто в здравом уме станет искать Её по собственной воле?
— Вот именно потому, что никто не желает Её возвращения, нам и необходимо пристально следить за перемещениями Небесного Королевства! — вмешался один из чародеев.
В отличие от ничего не понимающих герцога Роя и остальных гостей, верхушка Фракции Равновесия прекрасно знала, с каким трепетом и ужасом иные расы относятся к Чаровнице Сесилии.
Красный Дракон на мгновение опешил:
— А ведь в этом есть логика...
Впрочем, само подобное заявление лишний раз доказывало, насколько крылатый ящер был далёк от дел соплеменников. Когда-то он сбежал в человеческий мир, женился на смертной женщине и на долгие десятилетия поселился в Башне магов, превратившись для остальных драконов в безнадёжного изгоя. Полагаться на него как на представителя всей расы не имело никакого смысла.
Голос подал мэр Оуэн:
— Помнится, старейшины нашего клана рассказывали, будто в те времена, когда Небесное Королевство Сесилии только создавалось, все крылатые создания пытались «проводить» его до самой Священной Обители. Вот только крошечные феи не смогли подняться выше крон исполинских деревьев, пернатый народ потерял ориентацию в плотных облаках, и лишь драконы почти долетели до верха. Но в небесах вспыхнули девять сокрушительных молний. Они перебили драконам крылья и сбросили их на землю, а когда те пришли в себя и снова взмыли ввысь, Небесное Королевство уже бесследно исчезло.
Стоит напомнить, что Оуэн принадлежал к роду кровопийц.
В Столице магии это давно было секретом Полишинеля. Хотя сам мэр ничем не напоминал утончённого ночного хищника — скорее казался выдуманным персонажем для привлечения женских голосов на выборах, — историю он, к счастью, знал неплохо.
— Если верить этой легенде, Небесное Королевство Чаровницы Сесилии поднялось в саму Священную Обитель... — задумчиво произнёс один из магов, глядя на действующую модель небесной сферы. — А раз прежняя Обитель давно разрушена, то Парящий город должен находиться примерно на той же высоте, где она когда-то располагалась.
В Первую Эпоху Священная Обитель парила прямо над сушей.
Если подняться выше небесного пути, выстроенного Ангелом, можно упереться в зону буйных магических штормов. Преодолеть её — означало шагнуть во владения богов.
И хотя после Падения Богов верхняя обитель перестала существовать, предания гласили: Кровавая тиранша Инна выстроила Небесное Королевство, желая осквернить небожителей, за что те и обрушили её творения вниз. Следовательно, завершённый Парящий город должен был зафиксироваться на высоте прежнего божественного престола.
— Эта высота не так уж недосягаема, — с интересом заметил другой чародей. — Неужели с тех пор никто не пытался её обследовать?
Учёные из Фракции Равновесия охотно включились в обсуждение. Их подстёгивал не альтруизм и не желание «спасти мир», а чистый академический азарт. В отличие от Фракции Избранных, одержимых божествами, магов Равновесия больше волновали законы устройства мироздания. Заглянуть в тайны Парящего города для них было редкой удачей.
Увы, присутствовавшие иномиряне энтузиазма не разделяли.
— Не недосягаема? — усмехнулся Оуэн. — На такую высоту даже старейшине нашего рода подняться не под силу. Вашим магам заклятий высшего круга пришлось бы выложиться без остатка. Иначе почему вы, люди, до сих пор туда не слетали?
— В последние века подобные изыскания никого не интересовали, — сокрушённо вздохнули маги. — Возможно, у Фракции Избранных сохранились более точные сведения.
— Ой, только не у них! Эти фанатики лишь твердят о «святотатстве» и «неприкосновенности небес». Они просто боятся поднять голову!
— И эти люди ещё смеют называть себя магами? Обычные суеверные глупцы!
Пока чародеи наперебой спорили, Красный Дракон остудил их пыл:
— На самом деле даже если вы подниметесь наверх, это ничего не даст.
Все взгляды устремились на него.
— Я плохо помню детали тех времён, но сама по себе та высота не представляет для взрослого дракона ничего особенного. Если соблюдать осторожность, можно легко миновать «зону карающих молний» и подняться ещё выше. Но вот в чём беда: даже в Первую Эпоху, когда боги были живы, проникнуть в их обитель оставалось почти невыполнимой задачей. Пространство там чудовищно искривлено, к тому же повсюду раскинуты армии живого оружия — ангелов. Без точных пространственных координат любой, кто рискнёт туда сунуться, обречён на гибель. Так что если Небесное Королевство Сесилии потеряли тогда из виду, найти его заново почти невозможно.
Эти слова не охладили пыл магов — напротив, некоторые из них понимающе кивнули: «Вот почему эту тему забросили...» Преграды казались неодолимыми.
— И после всего этого ты всё равно хочешь отправить на поиски обычных людей? — Овелия недоверчиво посмотрела на Ангела.
Герцог Рой тоже нахмурился:
— Господин Ангел, подобное поручение слишком тяжело для простых смертных.
— А по-моему, лучшей кандидатуры, чем я, вам не найти! — Дракон выразительно подмигнул Ангелу. — Ангелочек, ради тебя я готов позволить тебе оседлать меня... Ой! Вы чего?!
Не успел ящер закончить свою пошлую реплику, как в его голову врезалось сразу несколько боевых заклятий. Лишь благодаря толстой чешуе он отделывался лёгким испугом.
Только тогда сообразительный дракон заметил, что чародеи смотрят на него с откровенной яростью.
— Не смей проявлять неуважение к великому Сесилии! — рявкнул один из старейшин.
Раньше они не догадывались о правде, но теперь, когда выяснилось, что Ангел и есть Великий маг Сесилия — пусть никто и не понимал, как такое возможно спустя век, — старые чародеи не намерены были терпеть фривольности в адрес своего кумира.
Даже Овелия, всегда державшаяся на стороне дракона, почувствовала себя неуютно. Раньше она просто флиртовала с симпатичным юношей, а теперь ощущала себя так, словно пытается осквернить древнюю святыню.
Ангел с холодным равнодушием наблюдал за этой переменой.
Именно этого он и добивался. Открыто признать своё имя его заставила необходимость: владение Башней магов говорило само за себя, а авторитет «Великого мага Сесилии» позволял отдавать приказы без лишних расспросов.
Впрочем, пояснения всё же требовались.
— Я с самого начала знал то, о чём говорил дракон, — ровным голосом произнёс Ангел. — Для магов и драконов поиски Небесного Королевства — пустая трата сил.
Он окинул собравшихся пристальным взглядом:
— Существует лишь один способ пробить дорогу к Священной Обители. Самый простой и надёжный.
Он сделал паузу и чётко выделил слово:
— Вера.
— Ни одно божество не способно проигнорировать призыв своих последователей. Чем многочисленнее и искреннее их молитвы, тем громче они звучат под небесами. Даже если само божество не пожелает отвечать, гигантский поток веры станет нерушимым маяком, указывающим прямо на его обитель.
Овелия поспешно перебила его:
— Постой, но ведь боги давно погибли... А!
Она осеклась, осознав суть идеи.
— Именно. Боги погибли, но Небесное Королевство Сесилии уцелело, — закончил Ангел. — Если достаточное количество людей станет искренне молиться и призывать Его, путь откроется сам собой.
— Но разве у Чаровницы Сесилии есть верующие? — усомнился один из магов. — Из тех, кто испытывает к Ней сильные чувства, на ум приходят разве что иномиряне. Вот только они уж точно не мечтают о Её возвращении.
— Раньше не было. Но с прошлого года всё изменилось, — ответил Ангел.
«На редкость удачное совпадение. Судьба любит подобные шутки», — мысленно усмехнулся он и добавил вслух:
— Не относитесь к вере слишком серьёзно. Для любого бога ярые фанатики — лишь капля в море. Основную массу всегда составляют обычные, поверхностные почитатели. А раз нам не хватает качества, мы возьмём количеством. Вот почему без простых людей нам не обойтись.
* * *
Простые жители Восточных земель даже не подозревали о замыслах великого мага Сесилии.
Сейчас весь регион охватила настоящая мания — Состязание по полётам на метлах. После двух месяцев ожесточённых отборочных этапов в девяти округах определились сорок пять сильнейших гонщиков. Все они уже прибыли в Столицу магии и с замиранием сердца ждали финала. В течение июля и августа им предстояло выяснить, кто из них заслуживает звания самого быстрого летуна Востока.
Впрочем, одной из участниц грозила дисквалификация ещё до начала соревнований.
— Лити, брось ты это! — с тревогой в голосе уговаривала дочь мать. — Через пару дней начнётся сезонный прилив магической силы. В таком состоянии ты просто не сможешь участвовать!
— Всё со мной будет в порядке! Я научилась справляться с приливами, — Лити крепче сжала деревянную рукоять, стилизованную под стержень Магической девы. — Я выстояла во время зимнего прилива, выстою и летом!
Магический прилив являлся уникальной особенностью этих земель. Каждый год природная стихия накатывала двумя мощными волнами — зимой и летом.
Ведьмы, обладавшие повышенной восприимчивостью к магии, переносили эти периоды крайне тяжело. Избыточный фон расшатывал их физическое и ментальное здоровье, толкал к безумию от малейшего раздражителя.
Особенно доставалось тем, кто родился в самый разгар прилива — вроде Лити.
В такие дни её тело буквально захлёстывал гигантский поток магической энергии. Для неокрепшей девушки это превращалось в настоящую пытку. Зимний прилив нёс манящую, ледяную силу, способную мгновенно превратить чародейку в застывшее изваяние.
Летний прилив, совпадавший с её днём рождения, казался чуточку мягче: Лити не испытывала жара, но распирающая изнутри энергия заставляла её чувствовать себя надутым до предела шаром, готовым лопнуть от любого неосторожного движения.
— И всё равно это слишком опасно! — вздохнула женщина. — Эх, если бы не твоя упёртость, ты бы сыграла в «Магической деве» еще в прошлом году. Сам хозяин «Волшебной Шестерёнки» присматривался к тебе!
Лити раздражённо нахмурилась.
Пока фильм не вышел на экраны, мать и слышать не хотела ни о каких съёмках. Но стоит картине стать хитом, как эти упрёки превратились в ежедневную пластинку. Лити прекрасно понимала, что заработанные Майей деньги казались для их семьи целым состоянием, но слышать подобные разговоры ей было тошно.
К тому же она видела, с какими трудностями столкнулась Майя после прихода славы. Лити, будучи начинающей ведьмой, и без того вынуждена была скрывать свою природу. Складывать тайну на тайну и окончательно терять собственное «я» она категорически не желала.
— Мне это неинтересно! — отрезала девушка.
— Но ведь...
— Прошлое меня не волнует, сейчас важна только гонка! — перебила Лити. — Когда я подавала заявку, никто из вас не возражал. А теперь началось!
— Да кто же знал, что ты пройдёшь в финал? — опять вздохнула мать.
— Вы просто с самого начала в меня не верили! — выкрикнула Лити.
Не желая продолжать разговор, она подхватила метлу, выскочила из дома и с треском захлопнула за собой дверь.
Не успела она сделать и десятка шагов по улице, как из-за угла двора донёсся насмешливый голос:
— Ого, какие мы сердитые!
Этот панибратский тон нельзя было спутать ни с чем.
Майя. Точнее, Уорд.
Лити на мгновение замерла, натянула дежурную вежливую улыбку и обернулась.
За оградой стоял красивый юноша, как две капли воды похожий на Майю — её мужское обличие, принятое с помощью зелья трансформации.
«Уорд» хмыкнул и весело заявил:
— Не бойся, я один. У Сяо Энлис возникли дела, так что она не пришла.
— Вот как... — Улыбка на лице Лити мгновенно растаяла.
Девушка перевела дух, но в следующее мгновение её охватила досада.
— Хм! «Дела» у неё! Опять, небось, крутится вокруг той избалованной принцессы из герцогского дома!
— Вау, ну и рожа! Жаль, Энлис этого не видит, — наигранно восхитился «Уорд».
Реакция подруги его ничуть не удивила. Перед ним Лити никогда не строила из себя пай-девочку — её кротость и мягкость в Академии, особенно при Энлис, были лишь удобной маской. Уорд даже порой подумывал, что из Лити вышла бы куда лучшая актриса.
К сожалению, к кинематографу Лити была равнодушна. Её привлекали занятия, где можно оставаться собой: магические игры и гонки на летающих метлах.
Особенно гонки.
Завоевав путёвку в финал, Лити не намерена была сдаваться — даже если ради этого придётся терпеть мучительный магический прилив.
Вот только поделиться своей бедой с подругой она не могла.
Майя была легка на подъём, и Лити не боялась сбросить перед ней маску, но тайна ведьм оставалась табу. Втягивать обычного человека в эти опасные дела означало подвергать его смертельному риску. Существовало слишком много заклятий, способных выудить правду из непосвящённого. Беспомощный перед тёмными чарами смертный рано или поздно выдаст всё, даже если искренне поклянётся молчать, а в худшем случае — просто лишится жизни.
Этот урок ведьмы выжгли на собственной шкуре во времена Великих Гоннений.
И пусть те страшные дни остались позади, открываться миру они по-прежнему не спешили.
Лити готовилась нести эту тайну в одиночестве до конца дней, как делали её мать и бабушка. Но благодаря снам она узнала, что её лучшая подруга Энлис тоже принадлежит к роду ведьм — и даже помогла ей пережить прошлый зимний прилив.
От этих воспоминаний на душе у Лити стало ещё горше.
Она с подозрением косилась на Уорда:
— А ты чего тут забыл? Разве у вас не начались съёмки второй части?
— Начаться-то начались, да только со скрипом, — вздохнул Уорд, и в его голосе неожиданно проскользнула жалость. — Наш сценарист впал в сильнейший творческий кризис. Бедняге даже грибы, выросшие на голове благодаря феям, не помогают! А сроки жмут. Приходится снимать по кусочкам: напишет страницу — мы сразу в кадр. Сейчас вот ждём следующую сцену.
С сочувствием было покончено за секунду. Уорд с загадочным видом достал из-за пазухи пухлый конверт и помахал им перед носом Лити:
— Но я тут раздобыл кое-что получше! Угадай, что это?
Лити смерила его холодным взглядом, не собираясь играть в угадайку.
К счастью, Уорд прекрасно умел развлекать себя сам:
— Та-дам! Расписание финальных заездов!
Лити потрясённо вытаращила глаза. Она вырвала конверт из рук подруги:
— Откуда это у тебя?!
— Меня пригласили на турнир в качестве почётного гостя — в образе «Магической девы Майи». Для рекламы фильма, сам понимаешь.
Лити замерла, так и не вскрыв конверт. Она тревожно посмотрела на Уорда:
— А тебе за это не влетит? Ты не нарушаешь какие-нибудь правила о конфиденциальности?
Ей вовсе не хотелось, чтобы подруга нажила себе неприятностей из-за глупого любопытства.
— Да брось! Это расписание раздали куче народа, там даже журналисты крутились. Уверен, завтра о нём будет трубить каждая газета, — беспечно отмахнулся Уорд.
— И всё же это не повод разбрасываться секретными бумагами.
Лити вздохнула и запихнула конверт обратно ему в руки. При всей своей скрытности она оставалась невероятно собранной и правильной девушкой — черта характера, которая постоянно входила в резонанс с разгильдяйством Майи.
Лити добавила:
— Раз сведения уже открытые, я могу просто сходить в Оргкомитет и спросить всё лично.
— Ну и зануда, — пробормотал Уорд.
— Что-то не нравится? — насупилась Лити.
— Ты сегодня какая-то дерганая, — прищурился Уорд. Он притащил новость в надежде на похвалу, а получил лишь нахлобучку. Чтобы сбить с Лити спесь, требовался кто-то поавторитетнее.
Повращав глазами, Уорд предложил:
— Чем плестись в Оргкомитет, давай лучше рванём в «Волшебную Шестерёнку» к Энлис! Если расписание действительно открытое, она нам всё расскажет.
— Ты же сам сказал, что Энлис занята?
— Занята — не значит, что её нет в мастерской! Если честно, я считаю хозяина «Шестерёнки» куда более опасным соперником за её внимание, чем та принцесса из дома Рой. Наша Сяо Энлис готова вкалывать на него до потери пульса.
—... Тогда идем в мастерскую.
* * *
Энлис действительно была в «Волшебной Шестерёнке».
Вот только разговаривала она сейчас не с магом в чёрной мантии, а с двумя другими персонажами.
— Господин Белый Баран, Господин Чёрный Баран, вы просто ослепительны! — восхищённо всплеснула руками Энлис.
Собравшиеся вокруг мастера-рунисты дружно зааплодировали, точно наблюдали за представлением.
Вошедшие вслед за котом-ассистентом Уорд и Лити тоже застыли на пороге.
Мужчины действительно выглядели потрясающе.
Хотя то, что Серебряный Лист и Джек весьма хороши собой, ни для кого не было секретом, в обычной жизни на это мало кто обращал внимание. Ни тот, ни другой не любили привлекать к себе взоры.
Серебряный Лист делал это осознанно. Будучи полукровкой-полудемоном, он от природы обладал дурманящим обаянием. Чтобы избежать лишних проблем, он одевался подчёркнуто строго и просто, кося под добропорядочного гражданина. А уж после того, как он попал в подчинение к Чёрной Мантии и стал проводить по восемнадцать часов в сутки за черчением рун, его привлекательность заметно померкла от хронического недосыпа. В последнее время Серебряный Лист всё больше походил на своего начальника — мог целую неделю не снимать помятый клетчатый плащ.
Что касается Чёрного Барана... Черныш хоть и вырос на обильных харчах своего господина, большую часть времени сидел в углу столовой с абсолютно отсутствующим видом, напоминающим упитанного племенного козла.
Но сейчас оба преобразились. На них были надеты безупречные фраки — один ослепительно-белый, другой угольно-чёрный. Мужчины казались сошедшими с картин старых мастеров.
—... У нас что, меняют главного героя в кино? — тихо спросила Лити.
Уорд покачал головой:
— Я о таком не слышал.
— Это дублёры! — пояснила Энлис. — По сюжету фильма мужские персонажи тоже должны участвовать в гонке как почётные гости. Но их роль куда сложнее, актерам там делать нечего — слишком опасно. Вот господа Бараны и подменят их на время соревнований.
Уорд ещё раз смерил взглядом красавцев и сочувственно вздохнул:
— А не слишком ли это жестоко по отношению к настоящим актерам?
— Почему?
— Да потому что на их фоне настоящие исполнители будут выглядеть убого! — хмыкнул Уорд.
Пока Энлис и Уорд обсуждали судьбу кинозвёзд, Лити подошла к сотрудникам мастерской и уяснила детали турнирной таблицы. Сведения и впрямь перестали быть тайной — их просто не успели доставить Лити лично.
Мастер охотно поделился подробностями:
— Главная тема нынешних соревнований — «Договор о Всеобщем Мире»!
Сотрудник тепло улыбнулся:
— Как вам известно, историческое соглашение между расами было подписано именно на Востоке. Чтобы принять иномирян, Сесилия в своё время обустроила особые зоны с уникальным микроклиматом. Мы полностью воссоздали эти сложные природные условия на гоночных трассах. Так что участникам придётся не просто гнать на пределе скоростей, но и на ходу подбирать комбинации рун для защиты метлы от капризов окружающей среды. Это придаст турниру невероятный азарт!
Он сделал паузу и добавил с таинственным видом:
— Кстати, в этом году у нас появится новая механика взаимодействия со зрителями!
— Перед началом заезда любой желающий сможет приобрести «Купон благословения». Достаточно вознести молитву Сесилии, и ваша поддержка превратится в чистую ману, которая мгновенно передастся выбранному гонщику для пополнения сил!
Улыбка на лице мастера угасла, едва он взглянул на Лити.
Девушка побледнела до синевы, а её губы задрожали от ужаса:
— Вы... вы что, решили устроить массовое убийство?!
— Ч-что?!