Вернувшись, Линь Лэй ещё пару дней оттачивал полученные навыки и привыкал к новому раскладу. Время пролетело незаметно, и вот настал день испытаний третьего этапа.
Как и в предыдущие недели, первокурсники строгим порядком, согласно персональным номерам, заняли места в подготовленных с утра аудиториях. Надев виртуальные шлемы, они загрузились на карту и дружно очутились на Арене Цывэй.
Об Арене Цывэй Линь Лэй слышал и раньше — это была уникальная локация, созданная специально для Военной академии Цинбэй. Поговаривали, что виртуальный комплекс способен динамически менять свои размеры в зависимости от количества участников. И теперь, когда сюда загрузился весь первый курс, размах сооружения воображение поражал: грандиозный чашеобразный стадион вызвал у Линь Лэя стойкую ассоциацию с легендарным пекинским «Птичьим гнездом».
Трибуны уходили вверх крутыми ступенями, до предела забитыми зрителями. Гудящая, многотысячная толпа подстёгивала азарт, задавая грядущему турниру по рукопашному бою по-настоящему взрывной настрой.
— Ни хрена себе, они что, всех до единого сюда согнали? — удивлённо вытаращился Чжай Цзяхао.
Следом за соседями по комнате он пробрался к своим местам и, усевшись, не удержался от ещё одного ошеломлённого взгляда по сторонам:
— Какая у нас вообще сегодня программа? Размах-то... аж жуть берёт!
— Да какая разница, каков порядок, — ровным, обыденно-спокойным тоном отозвался Чжуан Пэйхань. — Главное — срубить побольше баллов.
Впрочем, во глубине его тёмных глаз полыхал едва сдерживаемый азарт. Предыдущая неделя, посвящённая выносливости и физподготовке, явно встала ему поперек горла, и теперь парень горел желанием взять реванш и показать, на что способен. При всей своей молчаливости и созерцательности Чжуан Пэйхань оставался человеком амбициозным и тщеславным.
Линь Лэй тихо усмехнулся, но, окинув взглядом волнующийся океан голов на трибунах, мгновенно притих. Одно дело — смотреть на подобное зрелище через плоский монитор, и совсем другое — находиться в самом эпицентре. От этого физического присутствия кровь буквально закипала в жилах.
Вокруг пестрели незнакомые лица курсантов с других факультетов. Но именно это ощущение неизведанного усиливало мандраж: ледяной липкий трепет подступал от самых пят и стремительно разгонялся по жилам вместе с дозой адреналина. Поединок обещал быть жарким.
И ведь они пока просто сидели на трибунах! Оказавшись же в самом центре — на ринге, под пристальным вниманием десятков тысяч глаз, — слабовольный боец потеряет голову в секунду. Тут уж не до изысканных фехтовальных выкрутасов или рукопашных комбинаций: дай бог вспомнить, как ногами переступать.
Так что эта дисциплина проверяла не столько владение техникой рукопашного боя, сколько крепость нервной системы. Настоящий стресс-тест под прицелом тысяч взглядов.
Прежде чем объявили старт, в центр арены неспешно вышел седовласый старик. Окинув стадион невозмутимым, величественным взглядом, он произнёс спокойным, ровным голосом:
— Курсанты-первокурсники! Рад приветствовать вас в стенах Военной академии Цинбэй!
По трибунам прокатился ошеломлённый ропот. Никто не ожидал, что разъяснять правила соревнований выйдет сам Чэнь Цюши — легенда и колосс академии. Авторитет этого почтенного старца мгновенно подхлестнул боевой дух курсантов: одной-единственной фразы хватило, чтобы атмосфера на арене раскалилась до предела.
Старик Чэнь явно остался доволен произведённым эффектом. Дождавшись, пока оглушительный шквал аплодисментов поутихнет, он неспешно приступил к изложению регламента состязаний.
— Что?! Командный зачёт по факультетам? Я не ослышался? — Дун Ифань озадаченно почесал затылок, усомнившись в собственном слухе. — Собрать такую массу народа и замутить межуниверситетскую заварушку... Руководство точно решило устроить жёсткую подставу!
Линь Лэй, почувствовав, как в воздухе мгновенно густеет жажда битвы, лишь усмехнулся:
— А вот это уже по-настоящему интересно.
Суть регламента, изложенного Чэнь Цюши, сводилась к следующему: бойцы от каждого факультета добровольно выходят на ринг. По истечении отведенного времени очки за победы суммируются, формируя итоговый рейтинг факультетов. Все курсанты факультета-победителя получают солидную прибавку к академическим баллам за военную подготовку.
На первый взгляд, подобная «свободная мясорубка» казалась абсолютным хаосом и бессистемным безумием. Однако за этим кролся куда более глубокий расчёт.
Если мыслить масштабно, любой выходящий на арену защищал честь своего факультета. Победа приносила славу и очки, но поражение дарило баллы прямым конкурентам. Груз ответственности давил колоссальный. Отсидеться в болельщиках, оря с трибун в поддержку однокурсников, выглядело куда как безопаснее.
Однако организаторы приберегли шкурный стимул: с личной точки зрения, победитель дуэли забирал себе половину накопленных очков поверженного соперника! Более того, оформив серию из пяти побед подряд, боец получал право добровольно покинуть арену с кушем.
Это открывало шанс уйти красиво и не с пустыми руками. Длинная серия побед сулила баснословный куш личному рейтингу. С другой стороны, тот, кому удавалось свалить засидевшегося «чемпиона» с победным стриком, мгновенно срывал джекпот, забирая половину его сокровищ.
Иными словами, требовалось здраво оценить собственные силы, высчитать идеальный момент для входа в бой, а затем, чутко контролируя остаток выносливости, вовремя сделать ноги.
Внешне — хаотичный балаган и толкучка, а по факту — скрупулёзный математический расчёт и тонкая тактика. И какой же извращённый умище додумался до такой схемы? Подстава высочайшего класса!
Линь Лэй вальяжно откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди, и даже не думал рваться в бой.
Первыми на ринг обычно вылезают середнячки и откровенная мелюзга — это понимают все. И сколько-нибудь серьезные бойцы не станут размениваться на подобную мелочёвку. Ни один человек в мире не обладает бесконечным запасом сил, чтобы удерживать арену сольно от начала и до конца. Чем собирать крохи, лучше выждать.
Дождаться, пока кто-нибудь набьет четыре победы подряд, и срубить его аккурат перед заветной пятой... Вот это жирный кусок, куда лакомее скромных стартовых очков.
— Что ж, желающие первыми вступить в бой могут зарегистрироваться у своих кураторов, — добродушно улыбнулся Чэнь Цюши, глядя на юных зелёных курсантов. — Готовьтесь, ребятишки. Объявляю турнир открытым!
Едва отзвучали последние слова, как сектор за сектором на трибунах зашевелились, забурлили. Нашлась куча рьяных добровольцев, ринувшихся к инструкторам. Списки участников быстро укомплектовали, расставили по очереди, и бойцы один за другим повалили на арену.
— Слушайте, а это кто вообще из наших? — Чжай Цзяхао вытянул шею. Форма факультета военной стратегии смотрелась знакомо, но лица бойцов решительно ничего не говорили его памяти.
— Предлагаю звать их «Пушечное мясо №1, №2, №3 и №4», — откровенно гоготнул Дун Ифань.
Шутки шутками, но первопроходцы и впрямь не тянули на элиту своих факультетов. После недели адской дрессуры эта «потасовка» выглядела в глазах бывалых парней как возня в детском саду.
Правила победы просты: зафиксировать противника на лопатках на пять секунд или вышвырнуть его за пределы ринга.
Темп задала бешеная чехарда: претенденты сменяли друг друга как в калейдоскопе. Больше десятка человек вылетели за считанные минуты, а лучшим результатом так и остались куцые две победы подряд. О заветном «пента-килле» и речи не шло.
Зрелище откровенно не оправдывало ожиданий. Линь Лэй, созерцая этот унылый мордобой, откинул голову и сладко, от души зевнул.
Эх, макушку напекло, разморило в сон...
Поединки тянулись вереницей, но постепенно уровень бойцов вырос. Зона ожидания заметно опустела: лихие головы поостыли, и добровольцы выходили уже не толпой, а поодиночке, выждав паузу.
Как и предполагалось, под конец на ринг подтягивались козырные тузы. Но увы, закрыть пять побед подряд пока не удавалось никому. Терпение у признанных асов иссякло — бессмысленно ждать чужого стрика, пора брать инициативу в свои руки.
Сейчас на арене хозяйничал боец с факультета рукопашного боя. Парень держался неплохо: последовательно раскатал оппонентов с факультетов лётной авиации и связи и информации, готовясь принять третий бой. По знаку распорядителей на помост поднялся следующий претендент.
Увидев его, полусонный Линь Лэй мгновенно встрепенулся и изумлённо выдавил:
— А этого-то какого черта понесло на ринг так рано?
— Братан, ты вообще на табло смотришь? — Дун Ифань безнадёжно ткнул пальцем в сторону главного экрана. — По времени уже экватор проскочили, а по очкам мы в глубокой ж... отстаём катастрофически! Если сейчас не выпустить козырь и не вытащить факультет на горбу, мы ж по итогам дня на самом дне окажемся!
— Да ну? Серьёзно? — Линь Лэй вскинул голову и обомлел от дикого разрыва в счёте. Смущённо потёр нос: — Сорян, что-то я совсем закемарил.
Чжай Цзяхао с немым восхищением показал ему большой палец:
— Ну ты даёшь, чувак... Респект!
Выход Шао Юя заставил трибуны буквально взорваться. Хотя он, как и Чжуан Пэйхань с Цзян Сыфанем, числился в рядах спецнабора, блатные семейные связи и знатное происхождение делали своё дело: его имя гремело на весь курс, а популярность зашкаливала.
Его появление вызвало бурю возбуждённых перешёптываний и выкриков.
Шао Юй, привычный к вспышкам чужого внимания, без лишних реверансов встал в боевую стойку и бросил сопернику:
— Начинаем.
— А? А-а, да-да! — Оппонент с факультета рукопашного боя слегка растерялся, но под строгим взглядом Шао Юя впопыхах принялся судорожно восстанавливать защиту.
Увы, насколько бравурно тот ни держался до этого, пропасть в мастерстве оказалась преодолимой лишь в мечтах.
Схватка не продлилась и двух минут. Шао Юй сочным, размашистым броском через плечо крутанул бедолагу и отправил его в полёт — тот кулем грохнулся за пределы ринга, словно дырявый мешок с песком. Быстро, жёстко, без шансов.
Замершие на мгновение трибуны взревели ошеломлённым каскадом оваций. Один-единственный эпизод наглядно показал: первый в сегодняшней бойне стрик из пяти побед наклёвывается прямо сейчас!
Линь Лэй поглядел на несчастного парня, кряхтящего на полу и ловящего перед глазами цветные зайчики, и одарил его взглядом, полным искренней соболезнующей солидарности. Бедолага, конечно, приложился знатно... Но эй, это всего один бросок! В отличие от него, самого Линь Лэя от души херачили без продыху целую неделю!