Сонливость смыло без остатка. Вернувшись в постель, Линь Лэй так и не смог сомкнуть глаз: он пролежал на спине, уставившись в потолок, до самого рассвета, пока усталость всё же не взяла своё.
Когда он снова открыл глаза, солнце уже стояло высоко.
Сперва он спросонья дивился незнакомой обстановке, но едва к нему вернулась ясность мысли, как он подскочил на кровати. Потянулся к телефону, глянул на экран — и ахнул: почти полдень.
Как так? Неужели Фу Цзэхан до сих пор дома? Да нет, быть того не может. Вчера он лично изучал расписание: день расписан по минутам, ни вздохнуть, ни перевести дух.
Выходит, вариант оставался ровно один…
Осенённый этой догадкой, Линь Лэй пулей выскочил из-под одеяла. Быстро приведя себя в порядок, он вышел из спальни — в доме, само собой, и следа Фу Цзэхана не было.
«Ах ты гад, всё-таки удрал без меня!» — стиснул он зубы.
Но неужели этот умник полагал, что от Линь Лэя так просто избавиться? Пусть график остался у господина профессора, Лэй успел перечитать его вчера столько раз, что помнил наизусть каждую строчку. Шансов сбежать у Цзэхана не было никаких.
Он уже вознамерился рвануть в погоню, но не успел сделать и шага, как его обступила целая орава людей в униформе прислуги.
— Э-э... что-то случилось? — опешил Линь Лэй.
Старший из слуг, выражая глубочайшее почтение, слегка поклонился:
— Вы ведь господин Линь Лэй? Перед отъездом господин отдельно распорядился подать вам завтр... кхм, обед. Просим вас проследовать в столовую.
К нему впервые в жизни обращались на «вы» с такой подчеркнутой уважительностью, отчего парень даже слегка смутился, но попытался вежливо отказаться:
— Спасибо, не стоит. У меня срочные дела, так что за заботу благодарствую, но я пойду.
Прислуга переглянулась с явным замешательством. Слуги синхронно склонили головы:
— Господин Линь Лэй, умоляем, не усложняйте нам жизнь. Господин строго-настрого наказал проследить, чтобы вы поели. Если вы уйдёте голодным, нам несдобровать.
«Вот чертыхала! Сам сбежал, а отрываться на бедолагах будет?!» — Линь Лэй аж лишился дара речи от такой наглости. Однако, глядя на испуганные, с надеждой смотрящие на него лица, он лишь обречённо вздохнул и махнул рукой:
— Ладно-ладно, ведите. Подумаешь, обед, к чему такие сложности...
Слуги облегчённо выдохнули и расступились, освобождая дорогу. Старший со служебным рвением повёл гостя в столовую. Остальные провожали его взглядами, потихоньку перешёптываясь:
— На барчука из богатой семьи вроде не похож, а нравом какой приятный.
— И то правда. Господин ведь впервые привёл кого-то домой. Так печётся о нём... Похоже, скоро в доме станет одним жильцом больше.
— Вчера, когда господин Цзэхан его привёл, я прямо обомлела. А парень-то, видать, душевный, ладить с ним будет легко.
— Ну-ка цыц! Разболтались! Не нашего ума дело — барские дела обсуждать. Марш за работу! Господин нынче редко дома бывает, но это не поводок баклуши бить!
Шёпот был тихим, но Линь Лэй ещё не успел отойти далеко и расслышал почти всё. Потолок принял на себя его тоскливый, исполненный безысходности взгляд.
«Да вы всё не так поняли... Вообще всё!»
Расправившись с обедом, которого хватило бы на целое отделение, Линь Лэй выскочил из особняка Фу Цзэхана. На эти трапезы ушёл ещё один драгоценный час, что лишь укрепило его в подозрении: вся эта изощрённая забота — не что иное, как хитроумная уловка, дабы связать его по рукам и ногам.
Впрочем, подозрения частично рассеялись, едва он увидел стоявший у ворот представительский автомобиль.
«Ну надо же, сообразил-таки машину оставить. Хоть за это спасибо».
За рулём сидел вчерашний водитель — солидный мужчина, судя по всему, давний персональный шофёр Цзэхана. Сегодня его почему-то отрядили шофёрить для Линь Лэя, из-за чего в зеркале заднего вида отчётливо отражалась его мрачная, крайне недовольная физиономия.
Навязываться Линь Лэй не любил, а потому всю дорогу хранил благоразумное молчание. Так они и доехали в атмосфере гробовой тишины прямо к парадному входу фешенебельного отеля.
Сверившись с названием на вывеске, Лэй убедился: именно это место числилось в распорядке дня. Время как раз подходило, так что он последовал совету молчаливого шофёра и прошёл в просторный холл, расположившись в зоне отдыха.
Минут через десять из глубин отеля показался и сам Фу Цзэхан. Он о чём-то оживлённо беседовал с элегантным мужчиной в безупречном костюме. Проходя мимо зоны отдыха, Цзэхан словно бы невзначай скользнул взглядом по парню. Их взоры скрестились на миг, после чего профессор с совершенно невозмутимым видом отвернулся, продолжил светскую беседу.
Линь Лэй намёк понял и лезть напролом не стал. Главное — цель была в поле зрения, на душе отлегло, а подождать пару минут ему не привыкать. Он с довольной ухмылкой наблюдал за тем, как Цзэхан провожает важного гостя к выходу.
Однако едва оба силуэта скрылись за стеклянными дверями, как на сцене появилась фигура, видеть которую Лэю хотелось меньше всего на свете. Улыбка мгновенно сползла с его лица.
Увы, уклониться от встречи не было ни единого шанса. Окинув холл хозяйским взглядом, Дуань Чэнь сразу заприметил Линь Лэя. Нацепив елейную улыбочку, полковник направился прямо к нему, вещая с наигранным радушием:
— Командир Линь! Какая невероятная встреча!
«Встреча, как же, держи карман широкой! Прямёхонько ко мне чесал!» — мысленно огрызнулся Лэй. Вспомнив предупреждения Цзэхана насчёт этого типа, он почувствовал, как неприятно ёкнуло сердце. Выдавив из себя подобие вежливой улыбки, он отозвался:
— Господин Дуань. Добрый день.
Дуань Чэнь окинул его цепким, прищуренным взглядом:
— И кого же мы тут ждём?
«А сам-то как думаешь, индюк паршивый?!» — Линь Лэй искренне поражался способности этих политиков молоть чушь с честным лицом. Находиться рядом с Дуань Чэнем было тошнотворно: ещё немного, и он сам начнёт деградировать. Командир поднялся с дивана и сухо произнёс:
— Да так, присел передохнуть. Я уже ухожу. У вас, господин Дуань, наверняка дел невпроворот, не буду мешать. Всего доброго.
С этими словами он попытался пройти мимо.
Дуань Чэнь даже не двинулся с места — лишь неохотно повелел жестом. Шедшие за ним тенью дюжие телохранители мгновенно сомкнули кольцо, намертво перекрыв Линь Лэю дорогу.
Сбрасывая маску наигранного миролюбия, Линь Лэй насупился:
— Что всё это значит, господин Дуань?
— Да так, ничего особенного, — Дуань Чэнь вальяжно опустился на диван и закинул ногу на ногу, одарив парня едким прищуром. — Но при виде командира Линя мне кое-что вспомнилось. Не найдётся пару минут поболтать?
Тон звучал гладко, но приказной подтекст читался без труда. Оценив габариты выросших перед ним амбалов, Линь Лэй мысленно чертыхнулся и плюхнулся обратно на мягкую подушку дивана.
Поболтать так поболтать. В конце концов, место публичное — на куски не порежут.
Посмотрим, какую дичь этот Дуань Чэнь запоёт на сей раз.