Догадка подтвердилась: подвал действительно принадлежал биохимическому научно-исследовательскому институту. Впрочем, создатель этого места — автор дневника — изначально преследовал исключительно благородные цели, надеясь совершить прорыв в медицине. Кто же мог подумать, что, едва работа принесёт первые плоды, компаньоны предадут его и попытаются украсть результаты разработки, чтобы применить их в биохимической войне.
В итоге вспыхнул ожесточённый внутренний конфликт. Ослеплённые жаждой наживы заговорщики решили запереть всех сотрудников в научно-исследовательском институте, намереваясь превратить их в финальную партию биохимических монстров. Но учёный вовремя раскрыл их замысел и нанёс ответный удар: он заблокировал все выходы, обрекая предателей на ту же участь. В итоге погибли абсолютно все.
А эта обезьяна оказалась одним из выживших подопытных образцов, у которых проявилась биологическая совместимость. Единственное существо, которое не разрушил токсин. С тех пор каждую ночь она покорно выполняла последний приказ своего хозяина — изо дня в день, без единого перерыва.
Дочитав дневник до конца, Линь Лэй на мгновение потерял дар речи.
"Боже, ну и избитая же клишированная херня..."
В ту же секунду стоявший рядом У Юэбань громко всхлипнул и утёр набежавшие слёзы:
— Офигеть как трогательно, блин! Откуда в этом мире вообще такие трагичные истории про хозяев и питомцев?! Всё, не могу, смотрю на эту обезьяну — и слёзы сами из глаз валят!
Линь Лэй молча прикрыл глаза, не в силах это комментировать.
Даже обычно сдержанный Юй Ботао изо всех сил пытался поджать губы и сохранить серьёзное выражение лица. Наконец он спросил:
— Что дальше делаем? Так и будем отсиживаться здесь?
Линь Лэй ткнул пальцем в последнюю страницу дневника:
— Меня больше вот эта приписка напрягает. Если я всё правильно понял, время прогулок этих тварей снаружи строго ограничено, и скоро они по часам попрутся обратно в подвал. И если снаружи к тому моменту кто-то выживет... то кормом для этой дряни станем мы сами.
Лицо Ян Сятяна побледнело:
— И чё делать, Лэй-цзы?
Чжоу Чулун покровительственно похлопал парня по плечу и хмыкнул:
— Не ссы, Сятянь. Погляди на нашего Командира — у него точно есть план.
— План-то есть, но... — Линь Лэй вышел из каморки к пульту управления, где сидела обезьяна-зомби. Вглядевшись в россыпь непонятных кнопок и рычагов, он озадаченно насупился. — Судя по всему, мутантами можно управлять прямо отсюда. Проблема в том, что я эту бандуру впервые в жизни вижу. Не факт, что успею разобраться в управлении до того, как они вернутся.
— Так отдай эту работу мне! — Цзинь Лай азартно потёр ладони и подскочил к пульту. — Колись, какой результат тебе нужен?
Линь Лэй изумлённо поглядел на него:
— Цзинь-шао, ты шаришь в такой хрени?
Цзинь Лай гордо качнул чёлкой:
— Да без б! Дай мне две минуты, и я разберусь. Я на любых игровых автоматах, даже самых мудрёных, собаку съел!
—... Не майся дурью, а, — хором вздохнула команда.
— Да идите вы! — осклабился Цзинь Лай. — Сколько себя помню, мне ещё ни одна железка не устояла!
Перехватив сомневающиеся взгляды соотрядников, Линь Лэй пару секунд размышлял, а затем хлопнул ладонью:
— Ладно. Я в этих панелях один хрен не соображаю, пусть Цзинь-шао попробует.
Получив добро, Цзинь Лай засучил рукава и с головой ушёл в изучение приборной доски. Обезьяна-зомби сидела рядом, вытаращив глаза на его манипуляции, и время от времени подавала голос: «Чи-чи!». Выглядела эта парочка — мажор и зомби-примат — удивительно гармонично.
Ровно через две минуты Цзинь Лай победоносно выпрямился:
— Раскусил! Короче, смотри: эта консоль задаёт частоту мигания сигнальных ламп в коридорах. А мутанты реагируют на этот свет. Иными словами, мы можем натравливать эту орду куда угодно! Куда пальцем тыкнем — туда и попрут, без разговорчиков!
— Жди моих команд! — Линь Лэй подхватил Ян Сятяна за загривок и утянул обратно в пункт наблюдения.
Уже через полминуты Сятянь выскочил оттуда пулей с первой директивой Командира:
— На втором этаже, в тупике левого коридора, заныкался какой-то корпус! Быстро натрави туда толпу!
— Есть! — Цзинь Лай принялся ожесточённо молотить по кнопкам.
Спустя пару мгновений орда биохимических тварей, повинуясь мигающим вспышкам, развернулась и грозной лавиной хлынула в указанный коридор.
На экранах наблюдения было отлично видно, как затаившийся в углу отряд — укрывшийся, как им казалось, в надежнейшем месте — вдруг осознал, что мутанты прут целеустремлённо на них, словно по GPS-трекеру. От животного ужаса лица игроков моментально перекосило.
Трансляция матча в прямом эфире шла на миллионную аудиторию. И если раньше зрители содрогались от кровавых и мерзких декораций этой карты, то сейчас зрительский зал просто валялся от хохота.
Мать вашу, они же все в равных условиях играют, откуда такая дикая разница в обращении?! Использовать карту и натравливать биохимических монстров на соперников... Какая же беспредельная жестокость, какая чернейшая совесть и какой феноменальный, дикий геймплей! Что это вообще за корпус «Жареная Курица» такой?! Столько матчей уже прошло, а отжигают раз за разом именно они!
Впрочем, самый настоящий кошмар переживали не зрители, а команды, до сих пор судорожно пытавшиеся выжить на карте научно-исследовательского института.
Игроки с ужасом осознали: с некоторого момента любые укрытия потеряли смысл. В какую бы щель они ни забивались, орда мутантов с хирургической точностью находила их и сминала за считанные секунды.
Карта огласилась воплями отчаяния, окончательно превратившись в ад на земле.
Единственным оазисом безмятежного счастья оставался пункт наблюдения. Под дружный хохот отряда Ян Сятянь с упоением мотался туда-сюда в роли связного, и с каждым его челночным рейсом снаружи прекращал своё существование очередной корпус.
Линь Лэй развлекался от души, но даже его восхитила чистая мощь корпуса «Земляная Тень». Несколько раз он стравливал с ними гигантские волны монстров, рассчитывая загнать соперников в глухую ловушку, но из каких бы адовых передряг те ни выбирались — они находили лазейку и выходили сухими из воды.
Вот она, видать, настоящая сила топовых команд профессиональной лиги SWLP...
Наконец пала последняя сторонняя команда. В игре остались лишь корпус «Жареная Курица» и дотянувший до финала корпус «Земляная Тень». Экран мгновенно потух, уступая место итоговому окну статистики.
Взглянув на цифры, Линь Лэй не удержался от сочного:
— Да бля!
Поскольку его отряд весь матч просидел в бункере, нанесённый ими суммарный урон и количество убийств существенно уступали показателям «Земляной Тени». И хотя оба корпуса квалифицировались дальше, в общей турнирной таблице корпус «Жареная Курица» оказался на второй строчке.
— Эх, знал бы — надо было наверху сначала фрагов понабивать, а потом уже в подвал спускаться, — досадовал Линь Лэй.
Формально и первое, и второе место гарантировали проход дальше. Однако от итогового посева напрямую зависела жеребьёвка второго тура, так что разница между строчками была более чем существенной.
Как бы то ни было, сам факт прорыва на турнире столь высокого уровня — да ещё и с финтом, который разорвал соцсети и привлёк легион новых фанатов — привёл их инвестора, Су Цзяньчэня, в сумасшедший восторг. Весь день с его лица не сходила довольная улыбка.
Следующий этап стартовал только через две недели, поэтому вечером команда в полном составе отправилась в закрытый зал фешенебельного ресторана — обмыть успех.
Шампанское лилось рекой, и к полуночи парней уже прилично развезло. Попрощавшись, компания начала разъезжаться по домам.
До следующих игр оставался запас времени, но загонять себя жестоким тренажем сейчас было бессмысленно. Ближайшие дни отряду предстояло просто отдыхать, накапливать силы и поддерживать набранную кондицию.
Линь Лэй уже собирался вызвать такси, когда его окликнул Су Цзяньчэнь.
Обернувшись, Лэй заметил на обычно невозмутимом лице босса непривычное замешательство.
— Что-то стряслось, босс Су? — поинтересовался он.
Су Цзяньчэнь взглянул на него, помедлил, и улыбка окончательно сошла с его губ:
— Линь Лэй... У меня к тебе личная просьба.
Линь Лэй моргнул:
— Личная просьба? Ко мне?
— Да, — Су Цзяньчэнь слегка нахмурился, в его голосе зазвучали серьёзные ноты. — Я знаю, что тебе известна настоящая личность Фу Сина, так что вилять не стану. В высшем армейском командовании сейчас идёт масштабная чистка и перераспределение влияния, из-за чего вся система на ушах. Фу Син не появлялся в последние дни именно по этой причине — он готовится к предстоящим выборам верховного командующего.
Линь Лэй поджал губы:
—... Мне эти армейские расклады знать не обязательно.
— Я не оправдываюсь, — Цзяньчэнь поглядел на него и отчеканил: — Мой близкий друг — законченный трудоголик. А при текущих безумных нагрузках он гарантированно забьёт на сон и еду. Помяни моё слово, он загнёт себя до полусмерти. Поэтому, пока у тебя пауза перед вторым туром, я хочу официально нанять тебя. Поприглядывай за ним.
Линь Лэй вытаращился на него:
— Поприглядывать за господином Фу?! Босс Су, ты в своём уме?! Как я, по-твоему, смогу им командовать?
Су Цзяньчэнь усмехнулся:
— Всё намного проще. Тебе не надо им командовать. Просто находись рядом, побудь ассистентом — поднеси документы, подай кофе. Сам факт твоего присутствия не даст ему окончательно потерять счёт времени и загнать себя в гроб.
Линь Лэй цокнул языком:
— Слишком уж ты высоко оцениваешь моё влияние на него.
— Поверь мне, — Су Цзяньчэнь улыбнулся ещё теплее. — Разумеется, за работу я заплачу. Пока ты находишься при нём, твоя ставка будет такой...
Глядя на выпростанную перед носом пятерню, Линь Лэй прищурился:
— Пять тысяч в день?
— Нет, — босс Су широко улыбнулся. — Пятьдесят тысяч. В день.
Не успел звук затихнуть, а Линь Лэй уже вытянулся в струнку и отдал чеканный воинский салют:
— Будь спокоен, босс Су! Задание будет выполнено в лучшем виде!