Оторвавшись наконец от наседавшей армии скелетов, они припарковали джип на небольшой площади перед замком и выбрались наружу.
Лишь теперь, когда фонари поместья разогнали густой мрак, открылся истинный масштаб преследовавшей их орды. Взглянув назад, на бесконечное море костяков, парни ощутили, как по спине пробежал запоздалый холодок.
У Юэбань с облегчением похлопал себя по груди:
— Матерь божья… Этот матч из меня чуть всю душу не вытряс!
Линь Лэй, напротив, смотрел в сторону равнины с явным сожалением:
— Эти черепушки так противно гремят… Оставлять их на карте — одна морока. Может, вернёмся да зачистим ещё сотню-другую?
Он ведь только-только вошёл во вкус, а веселье уже закончилось.
Ян Сятянь издал жалобный стон и, ухватив командира за рукав, потащил ко входу:
— Какая ещё зачистка?! Лэй-цзы, ты что, мазохист недоделанный?!
Линь Лэй нехотя поплёлся за ним к парадным дверям, то и дело оглядываясь на мелькавших вдали «милых костяшек».
Едва они приблизились к каменной лестнице, как из-за массивной колонны метнулась длинная тень.
Нервы после бешеной гонки были на пределе. У Юэбань вздрогнул, мгновенно вскинул увесистую сковороду и настороженно гаркнул:
— Эй, там! Человек или нечисть?!
— Спокойно, свои! Не надо так нервничать, — раздался ленивый голос.
Фигура отлипла от колонны. Незнакомец неторопливо вынул руки из карманов, вышел из сумрака на свет и остановился перед ними.
— А, это ты, — Линь Лэй окинул взглядом единственного выжившего бойца из «Цзиньвэя». Заметив приметный цвет волос, он тут же вспомнил, с кем имеет дело: — Молодой господин Цзинь.
— Знаешь меня? — в тоне прозвучало лёгкое удивление, однако на губах Цзинь Лая по-прежнему играла беззаботная усмешка. Раскрытие инкогнито его ничуть не смутило. Он бегло осмотрел троицу и предложил: — Раз уж мы заключили перемирие, почему бы не оформить полноценный союз?
У Юэбань тут же вспомнил команду, встреченную на внешнем кольце, и непреклонность Линь Лэя в тот момент. Не дожидаясь решения командира, толстяк решительно отмахнулся:
— Спасибо, приятель, обойдёмся.
Цзинь Лай лишь вскинул бровь, проигнорировав выпад, и с лукавым прищуром посмотрел на Линь Лэя:
— Будем честны: копеечный призовой фонд этого турнира мне даром не сдался. Считайте меня бесплатной рабочей силой. Мне просто интересна сама карта. Если доживём до финала и перебьём остальных, можете пустить меня в расход — слова не скажу. Сделка сплошь выгодная, грех отказываться. Вы же не дураки?
У Юэбань осёкся.
Логика звучала настолько убедительно, а условия выглядели столь заманчиво, что возразить было нечего. Толстяк невольно покосился на командира, ожидая вердикта.
Линь Лэй лишь подивился: и откуда в отпрыске благородного семейства столько дворовых замашек? Выслушав пассаж без тени эмоций на лице, он холодно отрезал:
— Бесплатные батраки нам без надобности.
Цзинь Лай, явно не привыкший к отказам, уставился на него с искренним недоумением:
— Дружище, ты обстановку вообще понимаешь? Вас всего трое. В замок до нас благополучно добрались ещё три корпуса. Численного преимущества у вас нет и в помине. Да и сам знаешь, кто я такой. Понимаешь вообще, от чего отказываешься?
— Прекрасно понимаю. Вот только ситуацию превратно оцениваешь именно ты, — Линь Лэй с усмешкой указал пальцем на своих напарников. — Наш корпус изначально состоял из трёх человек, и к этой минуте мы живы в полном составе. А вот от твоего «Цзиньвэя» остался ты один. Догадываешься, о чём это говорит?
Цзинь Лай приподнял бровь:
— И о чём же?
— О том, что мы сильнее, — невозмутимо парировал Линь Лэй, мягко улыбнувшись. — А союз возможен лишь между равными. Так что у тебя попросту нет права делать нам подобные предложения. Прими к сведению.
— «Цзиньвэй» слабее вас? — Цзинь Лай даже рассмеялся: столь забавных шуток он не слышал давно. Никакой обиды или злости парень не выказал; он лишь вальяжно прислонился спиной к стене. — Ладно-ладно, хватит ходить вокруг да около. Выкладывай прямо: что требуется от столь недостойного кандидата, дабы удовлетворить ваши запросы?
— Люблю иметь дело с понятливыми людьми, — с одобрением кивнул Линь Лэй. Поразмыслив секунду, он озвучил условия: — Раз союзниками нам не быть, оформим чисто деловые отношения. С тебя — деньги, с нас — охрана. Дотащим тебя до самого финала всего за двадцать тысяч. Взаимная выгода, никто не в обиде. По рукам?
— Двадцать кусков?! Да ты с дуба рухнул, это же грабё… м-м-м!
Окончание фразы потонуло в ладони Яна Сятяня: паренёк с поразительной прытью зажал толстяку рот и с неожиданной силой отволок объёмистую тушу на пару метров назад.
Цзинь Лай торговаться не любил. Он заглянул сюда скорее ради экскурсии, чем ради победы, и скупиться из-за мелочи не собирался. Небрежно махнув рукой, он согласился:
— Договорились. Двадцать так двадцать.
Линь Лэй даже оторопел от такой сговорчивости и на миг погрузился в раздумья.
«Похоже, для богатеев названная сумма — сущие копейки. Надо было просить больше… Продешевил».
Сделка состоялась. Линь Лэй велел Сятяню как следует приглядывать за щедрым нанимателем, после чего вместе с У Юэбанем шагнул под своды замка.
Как первопроходец, успевший осмотреться, Цзинь Лай взял на себя роль гида.
К удивлению Линь Лэя, выяснилось, что до них внутрь уже просочились три группы. Корпус «Жареная Курица» оказался последним, кто переступил порог Древнего замка заката.
Впрочем, цитадель поражала масштабами: стоило пройти пару переходов, как от бесконечных коридоров закружилась голова. Сколько они ни блуждали, следов других игроков так и не обнаружили.
Внезапно системная сводка обновилась: пали ещё четверо, один из корпусов выбыл в полном составе.
Теперь, включая их четверых, на карте оставалось ровно десять человек.
Воздух вновь сгустился от напряжения.
Впрочем, прочувствовать всю тяжесть момента мешал неумолкающий фон. Благодаря болтовне одного конкретного господина атмосфера упорно отказывалась становиться зловещей.
Цзинь Лай плёлся в самом хвосте неторопливой, вальяжной походкой. Не знай они, где находятся, можно было подумать, что парень прогуливается по историческому музею.
На ходу он с живейшим интересом разглядывал росписи на стенах и сыпал экспертными оценками:
— А ведь карта сделана на совесть! Вы только поглядите на эти европейские фрески семнадцатого века — проработка потрясающая, хоть сейчас на аукцион отправляй под видом оригинала. Голову даю на отсечение, у 3D-моделлера махровое ОКР, иначе с чего бы так вылизывать детали? У нас дома висит пара картин этого мастера, так здесь даже манеру композиции скопировали один в один! Впечатляет, честное слово, впечатляет.
Страдал ли разработчик навязчивыми состояниями, У Юэбань не знал, зато прекрасно понимал другое: ещё пара минут — и его барабанные перепонки лопнут. Не выдержав, толстяк обернулся с видом великомученика:
— Молодой господин Цзинь, а помолчать хоть немного религия не позволяет?
— Помолчать? А что это такое? — Цзинь Лай одарил его ослепительной улыбкой. — В моём словаре такого слова отродясь не водилось.
У Юэбань окончательно лишился дара речи.
«Мало того что при модельной внешности ведёт себя как уличный оборванец, так ещё и трещит без умолку! У этих богачей вообще всё не как у людей?!»