Отдав необходимые распоряжения, Линь Лэй отправил самых быстрых курсантов на разведку прилегающих территорий.
Остальные рассредоточились на стыках между секторами, чтобы ни один окружённый противник не проскользнул в суматохе.
Едва завершив жестокую рубку, ребята наконец смогли перевести дух. Уставшие курсанты опустились на землю, восстанавливая силы.
Линь Лэй заметил, что Шао Юй сам не свой ещё с самого конца боя. Проявив товарищескую заботу, он подошёл к нему:
— Эй, ты чего такой смурной? Что-то не так?
Шао Юй только этого и ждал. Вскинув хмурый взгляд, он сгреб Линь Лэя за воротник и потащил в ближайшую лесополосу:
— Пошли со мной!
Подобная выходка не осталась незамеченной, но Линь Лэй, хоть и смутно понимал причину чужой злости, лишь вежливо помахал остальным на прощание. Впрочем, ручкой он успел вильнуть лишь пару раз — густая крона деревьев тут же скрыла их от чужих глаз.
В следующее мгновение Шао Юй бесцеремонно швырнул его на траву.
Картина вырисовывалась классическая: глухая чаща, двое наедине...
Линь Лэй демонстративно обхватил себя за плечи и состряпал настороженную мину:
— Шао Юй, давай без рукоприкладства. Я, между прочим, продаю своё мастерство, а не тело!
Шао Юй и без того был сам не свой от ярости, а после этих слов на его лбу и вовсе вздулись вены. Сделав глубокий вдох, чтобы подавить дикое желание настучать шутнику по шее, он процедил сквозь зубы:
— Выкладывай: что это была за стрельба? Ты что, на полигоне надо мной просто издевался?!
Линь Лэй сразу понял, к чему клонит товарищ. В пылу общего хаоса он и впрямь ненароком блеснул слишком уж виртуозным владением снайперской винтовкой.
Но как это объяснишь? Не скажешь же прямо: «Дружище, вообще-то у меня чит-код на стрельбу». Ещё за сумасшедшего примут да в психушку упрячут.
Повздыхав и взъерошив шевелюру, Линь Лэй осторожно спросил:
— Если я скажу, что это результат целой недели адских тренировок, ты поверишь?
— Я скорее в инопланетян поверю! — огрызнулся Шао Юй.
Линь Лэй развёл руками:
— Ну а как мне тогда это объяснить?
Шао Юй скрестил руки на груди и угрюмо молчал, готовый выслушать любую ахинею.
— Смотри, — попытался выкрутиться Линь Лэй, — тебе просто нужно принять две вещи: стрельба на полигоне — это мой настоящий уровень, и стрельба в бою — тоже мой настоящий уровень. Вот и всё.
Шао Юй открыл было рот, но Линь Лэй тут же опередил его:
— Чутьё у меня такое! То прёт, то нет. И не спрашивай почему — сам не понимаю!
Не дав собеседнику опомниться, Линь Лэй сгреб его ладони в свои и заговорил с чувством, глядя прямо в глаза:
— Вглядись в этот честный взгляд! Поклясться готов, я вовсе не пытался тебя дурачить! Моя искренность чиста как день!
От такой наигранной пафосности Шао Юя аж передёрнуло. Попытавшись вырвать руки, он рявкнул:
— Пошёл ты...
— Шао Юй, Линь Лэй, скорей возвращайтесь... — раздалось вдруг из-за кустов.
Выскочивший на поляну курсант осекся на полуслове. Его взгляд упал на сцепленные руки и интимную позу парней. Выражение его лица сменилось десяток раз, пока не остановилось на подчеркнуто бесстрастном: «Я ничего не видел, я слепой».
— Э-э... если вы заняты, я позже зайду, — тактично попятился назад вестник.
— Вернись, идиотина! — прорычал Шао Юй, сгребая невольного свидетеля за шиворот. В ситуации, когда оправдываться было уже бесполезно, он решил пропустить пикантный момент мимо ушей: — Говори, зачем искал?
— В общем, — курсант всё же не удержался от мимолётного взгляда на Линь Лэя, — разведчики вернулись. На Хребте Воню бойцов с факультета рукопашного боя больше не осталось. Вычистили до единого, никого не упустили. Можно переходить к следующему этапу.
— Понял. Возвращаемся, — Шао Юй развернулся и размашистым шагом направился к отряду.
Заметив, что Линь Лэй плетется шагах в пяти позади, он замедлил ход и, сравнявшись с ним, спросил:
— Куда ударим дальше?
Линь Лэй ответил не задумываясь, будто давно всё просчитал:
— На Лощину Ванься.
Так был дан сигнал к началу масштабного наступления факультета военной стратегии.
* * *
Тем временем в командном центре ситуация накалялась. Наблюдая за тем, как с карты один за другим исчезают отряды рукопашников, профессор Хуан Маоци потерял остатки самообладания:
— Профессор Фу, они же так весь факультет рукопашного боя под чистую выбьют! Не пора ли вмешаться?
Фу Син едва удостоил его взглядом:
— А в чём, собственно, проблема?
— В чём проблема?! — саркастично фыркнул Хуан Маоци. — Если бы дело ограничилось стычкой на Хребте Воню, это ещё можно было списать на самооборону. Но сейчас весь курс под руководством вашего студента устроил самую настоящую зачистку! Если не остановить этот беспредел, разразится скандал. Вы что, собираетесь взять всю ответственность на себя?
— Юй Хунвэй, Ма Хаоин, Шэнь Цзыцин, — спокойным, ровным тоном перечислил имена Фу Син. — Насколько я помню, все трое командуют авангардными отрядами и учатся в вашей группе, профессор Хуан. Конечно, вы можете сказать, что они поддались чужому влиянию. Но как быть с Шао Юем? Ваш лучший студент играет в этой операции едва ли не более ключевую роль, чем наш Линь Лэй.
Высказывание звучало вежливо, но подтекст улавливался мгновенно: * «Мы в одной лодке, Хуан. Если тонуть — так вместе. Стоит ли затевать грызню прямо сейчас?»*
Хуан Маоци про себя проклинал тот час, когда решил закрыть глаза на начальный этап этой авантюры. Теперь оставалось лишь процедить с желчью:
— Фу Цзэхан... Ну ты и жук! Яблоко от яблони недалеко падает. Этот малец Линь Лэй такой же сумасброд, как и ты сам!
— Благодарю за комплимент, — слегка улыбнулся Фу Син.
Хуан Маоци направился к пульту управления, намереваясь приказать операторам приостановить учения, как вдруг двери в мониторный зал со скрежетом распахнулись. На пороге появился разгневанный профессор Ван Хуанъи в сопровождении нескольких коллег.
Не произнося ни слова приветствия, Ван Хуанъи бесцеремонно отодвинул Хуана Маоци плечом и уставился на экраны, ткнув пальцем в мониторы:
— Уважаемые коллеги, только взгляните на этот цирк!
Профессора из учебного отдела, шедшие следом, лишь зашли за компанию, заинтригованные бурным гневом коллеги. Однако, изучив десяток экранов, один из них в замешательстве нахмурился:
— Профессор Ван... а где, собственно, студенты вашего факультета?
Ван Хуанъи замер. Он сам ещё раз перевёл взгляд с одного монитора на другой. Действительно, повсюду пестрела лишь синяя форма курсантов-стратегов.
— В самом деле... Куда делись мои ребята?!
— Можете не искать, — невозмутимо отозвался Фу Син, будто сообщил погоду на завтра. — Их всех уже дисквалифицировали.
— Дисквалифицировали?! — Ван Хуанъи не сразу понял смысл сказанного. Лишь взглянув на итоговую таблицу, где в графе уничтоженных целей у факультета военной стратегии стремительно росли цифры, он осознал масштаб катастрофы. Вне себя от ярости, он грохнул кулаком по столу: — Фу! Ты для того выпросил дежурство в операторской, чтобы твои сопляки устраивали здесь полный беспредел?!
От мощного удара пульт управления содрогнулся. Бедные техники едва успели подскочить и поддвинуть профессору стул, опасаясь, что следующий удар разнесёт дорогостоящую аппаратуру в дребезги.
— Беспредел? Профессор Ван, вы слишком импульсивны. Тщательнее выбирайте выражения, — парировал Фу Син. — Как я уже говорил, в правилах этого этапа нет запрета на устранение других участников. Всё происходит строго в рамках регламента, и у нас нет никаких оснований останавливать процесс.
Поняв, что спорить с ним о логике бесполезно, Ван Хуанъи повернулся к главе учебного комитета:
— Учитель Сэ! Вы же глава комитета по дисциплине. Вы знаете всю подноготную! Я не буду утомлять вас спорами — решайте сами, как поступить с этими самоуправцами!
В накалившейся атмосфере зала глава учебного отдела Сэ Хайфэн оказался между двух огней. Взглянув на экран, он поинтересовался:
— Профессор Ван, о каком именно студенте вы говорили?
— Вот о нём! — ткнул пальцем Ван Хуанъи.
На мониторе показывали Линь Лэя. Припав к земле, тот хладнокровно выслеживал цель. В следующую секунду сквозь густой подлесок на полной скорости пронеслась гепард-мишень — и раздался выстрел. Зверь рухнул как подкошенный. Ювелирная, филигранная работа.
Сэ Хайфэн не удержался и выдохнул с восхищением:
— Вот это выстрел! Какая точность!
Лицо Вана Хуанъи мгновенно налилось краской:
— Учитель Сэ?!
Осознав промах, Сэ Хайфэн покашлял, напуская на себя строгость:
— Гм... Если судить исключительно по букве правил, формальных нарушений действительно нет, однако...
Прежде чем он успел сформулировать мысль, в помещении раздался неторопливый, глуховатый голос:
— Надо же, опять этот парень. А он заметно прибавил в меткости за последнее время.
При звуках этого голоса даже ярость Вана Хуанъи немного утихла. Повернувшись к вошедшему, он спросил:
— Старик Чэнь? Вы знаете этого мальчишку?
— Ещё бы не знать, — улыбнулся Чэнь Цюши. — Я лично зачислил его после квалификационного тренировочного матча. Так что, если по уму считать, он мне в некотором роде ученик.
В операторской воцарилась звонкая тишина. Присутствующие переглянулись.
Назвать парня подопечным самого Чэнь Цюши... Теперь вынести ему дисциплинарное взыскание было практически невозможно.
Сэ Хайфэн снова прочистил горло и со скрытым облегчением произнёс:
— Я ещё раз взвесил ситуацию и полагаю, что профессор Фу прав. Поскольку курсанты факультета военной стратегии не нарушали правил регламента, налагать на них взыскание было бы несправедливо. Если кто и виноват, то мы — администрация, допустившая пробелы в формулировках. По окончании сегодняшних учений мы пересмотрим правила, чтобы избежать подобного хаоса в будущем.
Ван Хуанъи буквально задыхался от обиды, но авторитет Чэнь Цюши в военных кругах был незыблем. Идти против ветерана означало бы выставить себя дураком. Тяжело вздохнув, он сцепил зубы:
— Что ж... Пусть будет по-вашему.
— Спасибо за понимание, господа, — добродушно улыбнулся Чэнь Цюши.
Его взгляд на миг пересекся со взглядом Фу Сина, и тот ответил ему едва заметным кивком полной благодарности.
Фу Син заранее отправил профессору сообщение, попросив заглянуть в учебный отдел и «случайно» оказаться рядом. А дальше оставалось лишь подыграть и объявить себя наставником талантливого юноши. Настоящее происхождение Линь Лэя не подлежало разглашению, поэтому прикрытие потребовалось весьма авторитетное.
Впрочем, больше всех в этой истории не повезло бедолагам с факультета рукопашного боя: их разгром на сегодняшних соревнованиях обещал стать самым громким и позорным за всю историю академии.