Разделившись на группы, все взбодрились и приготовились войти в замок.
Перед самым броском Линь Лэй решил подстраховаться.
Чуть приоткрыв массивную створку, он через узкую щель окинул взглядом полумрак залов и мгновенно проложил в голове несколько маршрутов. Быстро отступив назад, он распределил пути между тремя отрядами, велел каждому назубок заучить свои направления и лишь затем достал дымовую шашку.
Раз два других корпуса уже внутри, главный вход они без присмотра точно не оставят. Лезть напролом — верная смерть, сделают из них живые мишени. В таких ситуациях прямолинейность наказуема.
Подав напарникам условные знаки, Линь Лэй высунул руку в дверную щель. Граната плавно выкатилась на каменные плиты, пролетела несколько метров и с глухим хлопком выбросила густую завесу белого дыма.
В то же мгновение, в полном соответствии с его ожиданиями, грохнул шквальный огонь.
Лишившись обзора, засевшие внутри бойцы в панике начали лупить вслепую.
Бойцы «Жареной Курицы», наученные опытом, вперед сломя голову не бросились. Они хладнокровно переждали ожесточенный обстрел и, лишь дождавшись спада стрельбы и короткой команды командира: «Вперед!», рванули со всех ног.
Расчет времени оказался ювелирным. Разбегаясь по залу, остальные ловко ушли с траектории огня и вскоре рассредоточились по заранее намеченным укрытиям. В голосовом канале один за другим посыпались доклады о благополучном прибытии.
Убедившись, что группа в безопасности, Линь Лэй с облегчением выдохнул. Их с Фу Сином позиция находилась ближе всего к сектору обстрела. Настороженно осмотрев коридор, он решил для начала разобраться с тремя противниками, которых заметил впереди.
— Господин Фу, побудьте пока здесь, я быстро, — бросил он шепотом и осторожно двинулся вдоль противоположной стены.
Фу Син никак не стал возражать. Он лишь остался стоять за выступом, лениво наблюдая за каждым его шагом.
Продвигаясь вперед, Линь Лэй вызвал разведку:
— Сятянь, проверь позиции остальных.
— Понял, Лэй-цзы, — тут же отозвался звонкий голос Ян Сятяня. — Я только что глянул: пятеро сместились на восток, еще двое засели на втором этаже и пасут центральный сад. И последние четверо — прямо по твоему курсу.
Линь Лэй замер:
— Что? У меня четверо?
— Точно так, четверо, без ошибки! — Ян Сятянь, пригнувшись, сменил угол обзора и перепроверил в бинокль. — Трое сидят в комнате под углом сорок пять градусов прямо перед тобой, а четвертый только что метнулся в комнату напротив. Какое у него оружие, я не разглядел, но он точно там.
Линь Лэй прекрасно знал: особых боевых талантов за другом детства не водилось, но вот зрение у него было феноменальное. Животная чуйка, выработанная ради выживания. Если Сятянь сказал, что там кто-то сидит, значит, так оно и есть.
Дело принимало скверный оборот.
Будь перед ним обычные нубы, юноша не сомневался: благодаря молниеносной реакции и просчету траекторий он бы уложил троих в первой комнате еще до того, как они успеют поднять стволы. Но если в комнате напротив действительно засел снайпер или стрелок в засаде, то при штурме Линь Лэй окажется под перекрестным огнем. А это уже совсем другой расклад.
Укрывшись за колонной, он взвесил на ладони осколочную гранату, подумал секунду и вытащил еще одну дымовую.
Нахмурив брови, Линь Лэй прикинул план — и решение созрело.
Бросив насмешливый взгляд на две двери, за которыми царила обманчивая тишина, он чуть искривил губы и без малейших колебаний сорвался с места.
Засевшие внутри враги напряженно караулили проход. Едва в поле зрения мелькнул силуэт, из дверного проема брызнул упреждающий свинец.
Но Линь Лэй пронесся мимо, точно призрак. Пролетая мимо первой двери, он точным замахом швырнул гранату внутрь, а во вторую запустил дымовую. После чего плавно ушел в перекат, кувырком уходя из-под бешеного веера пуль.
Грохнул мощный взрыв. Комнату номер 1098 заволокло едким дымом, оттуда донеслись отчаянные вопли раненых.
Одновременно из противоположной двери повалили клубы густого дыма, и наружу, спотыкаясь и кашляя, выскочил вражеский стрелок.
Потеряв ориентацию, тот принялся палить во все стороны без разбору. Как раз в этот момент из комнаты 1098, истекая кровью, выволоклись уцелевшие после гранаты бойцы — и тут же попали под шальные пули своего же союзника. Ранения оказались не смертельными, но ругань поднялась отборная.
На бойцах из двух комнат красовалась разная форма — они принадлежали к разным корпусам.
После такой нелепой перестрелки между ними мгновенно вспыхнула вражда. Союз и без того был шит белыми нитками, а после дружественного огня они и вовсе заподозрили друг друга в предательстве. Не успев зализать раны, «союзники» на повышенных тонах сцепились прямо посреди коридора, подняв невообразимый гам.
Выкурив врагов на открытое пространство, Линь Лэй и так был доволен, а уж при виде начавшейся грызни его и вовсе разобрал смех. Догадка о временном союзе двух корпусов подтвердилась, так что он, хищно улыбнувшись, вскинул автомат и без лишних церемоний нажал на спуск.
Он и сам не понимал, за какие заслуги небо одарило его таким талантом: суровые виртуальные баталии BWW давались ему с легкостью и азартом обычной аркады на клавиатуре. Даже когда он держал в руках незнакомую модель винтовки, стоило мозгу сформировать команду на поражение, как тело моментально принимало идеальную стойку, выверяя темп и отдачу. Стрельба получалась жесткой, кучной и смертоносной. Десяток патронов — и прежде чем опешившие противники успели хотя бы развернуться, все четверо уже распластались на полу.
Едва счетчик выживших обновился, в наушнике раздался тревожный голос Ян Сятяня:
— Лэй-цзы, вали оттуда, быстро! К тебе бегут! Пятеро... нет, шестеро! Их шестеро!
Услышав пальбу, остальные участники альянса вычислили его позицию. Не зная, сколько противников скрывается в коридоре, они решили задавить числом и отправили целую ударную группу.
Линь Лэй медлить не стал. Плюнув на сбор трофеев, он тут же дал задний ход, отступая к надежному укрытию, где остался Фу Син.
Даже с его реакцией лезть один на шесть против готовых к бою противников было верхом безрассудства.
Встретившись с Фу Сином, они быстро покинули засвеченную точку и скользнули в глубь коридоров, красиво обойдя приближающиеся клещи окружения.
Поскольку отход был проведен молниеносно, прибежавшая толпа лишь поцеловала пустоту. Разъяренные и сбитые с толку бойцы принялись бестолково прочесывать соседние помещения.
Глядя на то, как враги уходят совершенно в другую сторону, Линь Лэй тихо усмехнулся:
— Хоть Сятянь и трусоват, но глаз у него наметанный, тут не поспоришь.
Фу Син, прекрасно слышавший переговоры в эфире, негромко произнес:
— Не думал натренировать его как штатного разведчика?
Линь Лэй удивленно обернулся, переваривая услышанное:
— Разведчика?
— Именно. Разведка — это контроль перемещений противника и данные для тактического развертывания всего корпуса, — спокойно пояснил Фу Син. — Вместо того чтобы заставлять его делать то, к чему у него нет способностей, логичнее опереться на природные задатки. Судя по сегодняшней работе, на этой позиции он способен показать удивительные результаты.
От этих слов юноша загорелся азартом:
— А ведь верно! Как я сам до этого не додумался?!
Ян Сятянь — пугливый, дерганый, с обостренной до предела интуицией. Если подойти к делу с умом, из этого можно извлечь колоссальную пользу. А его трусливый характер с тем же успехом можно назвать «предельной осторожностью». Для разведчика умение не высовываться и вовремя остаться незамеченным куда важнее любых виртуозных перестрелок.
Линь Лэй в прошлой жизни военным не был и по привычке мыслил категориями обычных компьютерных стрелялок. Этот совет стал для него настоящим озарением, заставив осознать, что подход к игре пора кардинально менять.
В этом мире BWW — не просто дворовые пострелушки ради забавы, а дисциплина государственного, едва ли не армейского уровня. В серьезных турнирах одной огневой мощью победу не вырвешь. Чем сильнее будут попадаться соперники, тем жестче встанет вопрос о переходе на профессиональные военные рельсы. Там никакой индивидуальный скилл не вытащит матч: на официальной арене исход решают грамотный баланс военных специальностей и выверенная стратегия. Одиночкам здесь места нет.
Подумав об этом, Линь Лэй с еще большим интересом покосился на спутника. Личность этого человека вызывала все больше вопросов.
Если этот тип никогда не служил в спецвойсках, то Линь Лэй готов был съесть собственную кепку.
Заметив на себе пристальный взгляд, Фу Син лениво приподнял веки:
— Что?
Линь Лэй хитро прищурился и расплылся в слащавой улыбке:
— Да вот думаю... господин Фу, не приоткроете завесу тайны? Что там дальше по сюжету?
Как ни крути, а долгосрочные планы развития подождут до выхода из игры. Сейчас главное — забрать победу в матче. А раз рядом стоит ходячая энциклопедия и живой гайд, грех этим не воспользоваться.
Ответ последовал без малейшей паузы:
— Нет.
Линь Лэй мгновенно состроил обиженную мину:
— Неужели вам не кажется, что прочувствовать весь сюжет целиком — святая обязанность каждого игрока?
— Это не повод заниматься читерством.
Линь Лэй смерил его скептическим взглядом.
Не знай он на собственной шкуре, насколько этот буржуй бессовестный и алчный, под этой маской невозмутимого благородства действительно можно было бы заподозрить принципиального святошу.
— Ладно, зайдем с другой стороны, — вздохнул Линь Лэй. — Хотя бы скажите, сколько осталось до следующего сюжетного триггера?
На сей раз Фу Син отнекиваться не стал:
— Скоро.
— А это событие... оно сыграет нам на руку или против нас?
Фу Син окинул его насмешливым взглядом:
— Продолжишь выспрашивать — выставлю счет за консультацию.
Линь Лэй моментально захлопнул рот, даже не пытаясь уточнить расценки.
И так ясно: сдерут три шкуры, вовек не расплатишься.
Впрочем, оценив его покладистость, спутник все же снизошел до ответа:
— Нам на руку.
Услышав это, Линь Лэй окончательно успокоился.
И в эту самую секунду по древнему замку прокатился тяжелый, гулкий удар колокола. Низкий стон металла эхом отозвался во всех коридорах и залах, ударив в грудь с силой чугунного молота. От этой вибрации по коже пробежали неприятные мурашки.
Внезапно все звуки стихли. Пространство заполнил лишь размеренный, зловещий бой.
Один, два, три... ровно двенадцать ударов.
Полночь наступила.
В прошлом матче на Кубке Фаньсин Линь Лэй до этой фазы сюжета не доходил. Оказавшись в неизвестности и вспомнив силуэт загадочной черной фигуры перед финалом той карты, он инстинктивно вцепился в рукав Фу Сина, притянул его к себе и шепотом спросил:
— Еще какие-нибудь ценные наставления будут?
Фу Син скользнул взглядом по смятой ткани на своем рукаве, чуть нахмурился, но ответил вполне ровно:
— Просто спрячьтесь.
Линь Лэй едва сдержал нервный тик, с трудом подавив на лице выражение глубочайшего разочарования:
—... Охренеть какая полезная подсказка. Спасибо, век не забуду.
В этот момент из голосового чата донесся жалобный голос Ян Сятяня:
— Лэй-цзы, а что это за колокол? Жуть какая-то, аж мороз по коже.
У Юэбань, похоже, тоже перетрусил и уже строчил завещание:
— Если меня сейчас вынесут... даже если мне придется сигануть с крыши, по-братски прошу: закопайте мой труп по-человечески! И на плите крупно выбейте: «Здесь лежит Господин Толстяк». Тогда я хоть на том свете упокоюсь с миром.
Цзинь Лай, напротив, заходился от восторга:
— Началось! Наконец-то движ пошел! Народ, зажигаем!
Линь Лэй с тяжелым вздохом оборвал этот балаган:
— Заткнитесь все! Не хватало еще на ваш треп эту тварь приманить. Когда начнется, просто работайте по своим сильным сторонам.
Он не заметил, как при слове «тварь» Фу Син бросил на него короткий, внимательный взгляд.
В наушниках повисла тишина. Спустя пару секунд Ян Сятянь неуверенно переспросил:
— Э-э... а какие у меня сильные стороны?
У Юэбань самодовольно хмыкнул:
— Ну, за себя я спокоен! Физуха у Господина Толстяка — высший класс, кто пробовал, тот знает!
Цзинь Лай заржал:
— Да кому ты сдался, тебя пробовать!
Босс Чжан подал голос:
— Плюсую.
У Юэбань:
—... Да пошли вы.
Линь Лэй устало потер переносицу, прокашлялся и с предельно серьезной миной подвел итог:
— Короче, все просто: заройтесь куда подальше и не отсвечивайте.