Возглавляемый Линь Лэем разведотряд факультета военной стратегии быстро прошёлся по окрестностям, проведя беглую рекогносцировку.
Стало ясно, что руководство академии основательно потрудилось над картой. Всего за один обход парням удалось засечь с десяток удобных точек для засад, полдюжины господствующих высот, идеальных для захвата, и три-четыре места, подозрительно похожих на пункты сброса припасов.
Подозрительно — потому что от прежних внутренних учений эти зоны отличались. Вдалеке, на сложном рельефе ближе к середине склона, просто смутно виднелись горы огромных деревянных ящиков. С такого расстояния детально разглядеть содержимое не удавалось, требовалось подобраться ближе.
Первая фаза разведки завершилась. Линь Лэй мысленно прокрутил увиденное, достал кусок пергамента и прямо на коленке начал быстро набрасывать схему.
Остальные из любопытства сгрудились вокруг. Несколько уверенных взмахов карандаша — и на бумаге выросла поразительно точная, детальная карта местности.
— Ну ты даёшь, Линь Лэй! — ахнул кто-то. — Как у тебя это вышло?
Линь Лэй с ухмылкой постучал пальцем по виску:
— Достаточно просто всё держать вот здесь.
Вышло у него чертовски эффектно. Парни одобрительно похлопали его по плечам и в один голос закивали:
— Мощно, ничего не скажешь!
Линь Лэй сунул готовый пергамент в руки одному из бойцов:
— Дуй в лагерь. Передай карту прямо в руки главнокомандующему и скажи, пусть поторопится с наступлением.
Курсант, неожиданно получивший столь ответственное поручение, опешил. Сжимая ценный документ, он растерянно переспросил:
— Мне одному возвращаться? А ты как же?
— Я? — Линь Лэй расплылся в белоснежной улыбке. — У меня есть дело поважнее.
Бойца будто озарило:
— Забрать припасы!
Линь Лэй посмотрел на него с глубоким смыслом и прищурился:
— Наш противник думает точно так же.
Какая глупость. Раз уж он выбрался из лагеря, возвращаться после простой разведки было совершенно не в его правилах.
Организаторы намеренно выставили точки с припасами на самом виду, рассчитывая спровоцировать лобовое столкновение. Если руководство академии так жаждет зрелищ и потасовки, разве можно их разочаровывать?
Коротко доложив Шао Юю по общему каналу связи и получив добро, Линь Лэй вместе с оставшимися бойцами скрытно двинулся к самой приметной точке сбора ресурсов.
Найти этот пункт не составляло труда, но у медали имелась и обратная сторона: ландшафт вокруг идеален для засады. Не зная, с какой скоростью продвигается противник, Линь Лэй первым делом приказал отряду рассредоточиться и залечь в укрытиях.
И не прогадал. Вскоре вдалеке показалась группа курсантов в красной форме, настороженно пробирающаяся между укрытиями.
Красные явно засекли точку и пришли проверить обстановку. Не имея данных о местности, они продвигались с предельной осторожностью: замыкающая пара снайперов держала прицелы наготове, готовая в любую секунду прикрыть авангард и снять любую угрозу.
Факультет специального назначения оправдывал своё название. По одному лишь боевому порядку чувствовалась выучка, максимально приближенная к стандартам регулярной армии.
Линь Лэй, прищурившись, следил за каждым шагом соперников. Случайно оглянувшись, он заметил странное выражение лица у залегшего рядом бойца.
— Ты чего? — шепнул Линь Лэй. — Засёк кого?
Парень посмотрел на него взглядом, полным глубокой скорби:
— Я из третьей группы.
Линь Лэй вопросительно изогнул бровь.
— В начале наших внутренних учений меня отправили на нижнюю линию, — сокрушенно пояснил курсант.
Линь Лэй на мгновение потерял дар речи.
Наконец-то стал понятен исток этой всепоглощающей обиды. Дежавю ударило парню в самую душу.
Повинуясь остаткам совести, Линь Лэй прокашлялся и тихо утешил:
— Не суетись. Сейчас я избавлю тебя от этой детской травмы.
* * *
Десять минут спустя.
Курсант упёрся дулом винтовки в грудь сразу нескольким пленникам. Чувство глубокого удовлетворения затопило его с головы до ног. Никаких психотравм. Никаких обид. Все гештальты закрыты подчистую.
Разгром выработался настолько лихой и упоительный. Наблюдать за тем, как опытных спецназовцев обвели вокруг пальца и разделили как младенцев, было высшим наслаждением. По сравнению с этим его прежний провал на внутренних учениях выглядел сущим пустяком.
Хотя операция прошла как по маслу, один Линь Лэй знал, насколько хрупким был этот успех и сколько риска потребовалось. Взяв выживших под контроль, он не собирался расслабляться. Приказав бойцам внимательно следить, чтобы пленники не попытались отправить сигнал тревоги по голосовой связи, Линь Лэй заложил руки за спину и размеренным шагом прогулялся перед ними.
Из шести человек вражеского отряда троих Линь Лэй снял меткими выстрелами во время короткой перестрелки. Оставшихся троих обезоружили и усадили на землю спина к спине. Выглядели они жалковато, но на лицах застыло гордое выражение несокрушимых мучеников, готовых пасть за правое дело.
Линь Лэй с улыбкой прищурился, наклонился к ближайшему из них и дружелюбно пропел:
— Ну что, однокашник, побеседуем?
Парень смерил его презрительным взглядом и выплюнул:
— Мы по разные стороны баррикад. О чём нам разговаривать?
— Э-э, не скажи, — Линь Лэй назидательно покачал указательным пальцем. — Факультеты разные, но академия-то одна. Темы найдутся всегда: крутые тачки, симпатичные парни и девчонки... Или, к примеру, главнокомандующий вашего факультета специального назначения на этих учениях?
Лисица наконец выставила наружу свой пушистый хвост и весело им завиляла.
Хотя Чжуан Пэйхань и остальные с самого начала подозревали, что командует спецназом Цзян Сыфань, опираться на одни лишь догадки в военном деле нельзя. Требовалось железобетонное подтверждение.
Пленник сразу раскусил его замысел и с усмешкой отрезал:
— Думаешь, я так просто клюну на эту удочку? Забудь. Я лучше умру, чем сдам командующего!
— Вот это стойкость! — Линь Лэй восхищенно похлопал в ладоши, а его ухмылка стала ещё шире. — Впрочем, если я не ошибаюсь, вас отправил на разведку именно Цзян Сыфань? И вы, конечно же, успели передать ему свежий донос?
Лицо спецназовца мгновенно потемнело.
Погнавшись за выслугой лет, они решили сначала прибрать к рукам припасы и застряли в засаде, так и не успев отправить рапорт.
Линь Лэй просиял ещё ярче:
— Как думаешь, если я сейчас вырублю вас и на загривке притащу в наш лагерь, какова будет реакция Цзян Сыфаня?
— Командующий раздавит тебя в порошок! — процедил курсант сквозь зубы.
— Ага! Значит, вашим отрядом и впрямь заправляет Цзян Сыфань! Угадал! — торжествующе подытожил Линь Лэй.
Курсант онемел.
Если бы не связанные руки, он бы прямо сейчас вскочил и избил эту наглую рожу до полусмерти.
Линь Лэй указал на их рации:
— Снимите с них все средства связи.
За исключением парня, держащего пленников на прицеле, остальные быстро и ловко обобрали спецназовцев.
Бойцы спецназа отродясь не терпели подобного унижения. Они надеялись улучить момент и тайком подать сигнал в штаб, но теперь у них отобрали последнюю надежду.
— Хватит тянуть резину! — с отчаянием рявкнул один из них. — Режьте, стреляйте — нам плевать! Думаете, испугали?!
— Эй, с чего вы взяли, что я собрался вас убивать? — с наигранным удивлением возмутился Линь Лэй. — Я человек миролюбивый, не надо возводить на меня напраслину!
Пленные спецназовцы лишились дара речи.
Видя их смешанные чувства, Линь Лэй с ухмылкой продолжал:
— Понимаю, вам хочется поскорее отмаяться и отправиться на респаун. Но правила учений строго-настрого запрещают самоубийство. Обидно, правда?
Пленники погрузились в пучину отчаяния.
— При всей моей эмпатии, вы мне ещё пригодитесь, — проговорил Линь Лэй, смакуя каждое слово. — Пустить вас на мясо прямо сейчас — разбазаривание ценных ресурсов. Безысходность, да?
Вокруг зазвенела тишина.
Какая там безысходность — их захлестнула глухая, бешеная ярость! Позор, смываемый только кровью!
Линь Лэй проигнорировал их уничтожающие взгляды. Он взял один из изъятых передатчиков, покрутил настройки и вызвал вражеского главнокомандующего.
Едва канал открылся, из динамика вырвался разъярённый отклик:
— Вы там совсем из ума выжили?! Почему у вас трое убитых?! В штабе сидят и ждут от вас рапорта, я полчаса дозываюсь, а вы только соизволили выйти на связь?! Быстро докладывайте обстановку! Вы воевать собираетесь или нет?!
Судя по рычащим интонациям Цзян Сыфаня, тот находился в крайней степени исступления — ожидание окончательно вымотало ему нервы.
Выждав, пока поток брани иссякнет, Линь Лэй неторопливо выдал:
— Эй, приветики!
На том конце наступила пауза. Голос показался Цзян Сыфаню смутно знакомым, но память отказалась мгновенно выдать имя. Помявшись, он осторожно спросил:
— Ты кто такой?
— Ну ты и бессердечный супостат! Забыл меня! — с шутливой обидой и фальшивым надрывом в голосе пропел Линь Лэй. — Я же твоя незабвенная любовь с берегов озера Дамин — Лэй-цзы!
— Какой еще Лэй-цзы?! — от тона заброшенной любовницы Цзян Сыфань окончательно выпал в осадок, но мгновение спустя до него дошло. Он заскрежетал зубами: — Линь Лэй?! Откуда у тебя наша рация?!
Линь Лэй хмыкнул:
— Разве не очевидно? Твои разведчики у меня в плену. Хочешь вернуть ребят живыми и невредимыми — готовь выкуп. Запас припасов меня устроит.
Цзян Сыфань проглотил язык.
Требование звучало нелепо. На войне подставлять основной отряд ради троих бойцов — сумасшествие. Но была одна деталь: учения транслировались на всю академию. Цзян Сыфань, пекущийся о безупречной репутации и статусе лучшего курсанта, категорически не хотел выглядеть перед публикой бездушным командиром, бросающим своих на произвол судьбы.
Простое на первый взгляд решение превратилось для него в неразрешимую дилемму.
Вдобавок из динамика донёсся издевательский голос Линь Лэя:
— Словом, расклад я тебе дал. Есть у тебя яйца прийти — приходи. Струсишь — тоже не обижусь. Я тебя прекрасно пойму: ты ведь мой бывший битый вассал, куда уж тебе проявлять жесткость передо мной!
Он намеренно бил по самым больным местам. Цзян Сыфань не выдержал и сорвался на матерную брань:
— Да пошёл ты на хуй!
Линь Лэй лишь посмеивался:
— Короче, я всё сказал, а ты думай. Всё, бывай, недосуг мне с тобой нянчиться!
И не дав собеседнику вставить ни слова, обрубил связь.
Нетрудно было вообразить, как Цзян Сыфань рвёт и мечет от такой наглости. Курсанты факультета военной стратегии, поражённые столь виртуозным троллингом, заходились от хохота. Вытерев слёзы, один из них спросил:
— Что делаем дальше?
Линь Лэй ткнул пальцем в скрученных пленников:
— Перво-наперво — конвоируем эти трофеи в лагерь.
Парни удивлённо переглянулись:
— А припасы?
Если тащить на себе пленных, свободных рук для тяжелых ящиков просто не останется.
— Поверьте мне, — подмигнул Линь Лэй, — эти голубчики куда ценнее любых ящиков.
И заставит ли Цзян Сыфань эмоции взять верх над разумом или нет, Линь Лэй всё равно поймает его на крючок.
Кто-то указал на кучу раций:
— А с этим гарнитуром что делать?
Линь Лэй равнодушно глянул на оборудование и махнул рукой:
— Второго шанса вывести его из себя Цзян Сыфань мне не даст, а оставить пленникам средства связи — глупость. Выбросьте от греха подальше.
* * *
И ровно в эту же секунду в штабе факультета специального назначения Цзян Сыфань, оправдывая прогнозы Линь Лэя, с остервенением молотил кулаками по столу:
— Запомните частоты разведгруппы! С этой минуты ни в коем случае не принимать от них ни одного вызова! Слышите?! Ни одного, сука, сигнала!
Звёзды явно встали раком в день их знакомства! На этот раз он ни за что не поддастся на провокации этой твари!