Раздобыв исправный джип, троица без лишних церемоний сбросила с сидений чужие трупы, оставила свою колымагу и на всех парах рванула к возвышавшемуся в центре карты Древнему замку заката.
В этот момент системная статистика вновь обновилась.
Один за другим погибли ещё четверо бойцов, и число выживших резко сократилось до двадцати.
Практически одновременно с этим безопасная зона принялась сжиматься прямо на глазах, с пугающей стремительностью. Следом, словно опустившийся тяжелый занавес, сгустилась тьма: тусклый багрянец заката окончательно утонул в непроглядной, густой ночи.
Как и предполагал Линь Лэй, смена времени суток на этой карте напрямую зависела от количества оставшихся в живых участников. Теперь игра бесповоротно перешла в стадию финального круга.
С такой скоростью сужения зоны задержись они хоть на пару минут — и ядовитый туман поглотил бы их без остатка.
Выжимая из машины всё возможное, У Юэбань вглядывался в стремительно тонущую во мраке дорогу. Щёлкнув тумблером фар и выхватив из темноты узкую полосу впереди, он с искренним восторгом выдал:
— Ну ты голова, босс! Как в воду глядел! Снимаю шляпу!
— Пустяки, дело житейское, — небрежно бросил Линь Лэй, про себя добавив: «Поиграй с моё в компьютерные игры лет так с десяток — и не такие повадки геймдизайнеров раскусишь».
Окинув взглядом погрузившееся во тьму кладбище за окном, он неосознанно крепче сжал рукоять автомата. Затем выгреб из рюкзака все запасы «коктейлей Молотова» и гранат, свалив их горкой на среднее сиденье.
— Сятянь, держи наготове. Понадобится — сразу пускай в ход.
Прекрасно понимая, какая заварушка их ждёт, и зная о хрупкой душевной организации своего друга детства, Линь Лэй старался заранее подготовить того к худшему.
Вот только Ян Сятянь ничего не ответил. Не отрывая расширенных темных глаз, он завороженно смотрел назад, на уходящую во тьму дорогу, судорожно сглотнул и дрожащим голосом пролепетал:
— Вы… вы не слышите странных звуков?
Его обострённый от природы слух уже уловил неладное, забив тревогу на уровне первобытных инстинктов.
— Да брось, какие ещё звуки? — У Юэбань, обделённый подобным чутьём, на мгновение прислушался к шуму мотора и беспечно махнул рукой: — Хватит себя накручивать. Сиди смирно и держись крепче. Не дрейфь, Толстяк доставит вас на место в целости и сохранности!
Ян Сятянь поджал губы. Он хотел было возразить, но промолчал, продолжая испуганно озираться по сторонам, точно загнанный зверёк. Инстинкт самосохранения заставил его намертво вцепиться в край куртки Линь Лэя. В этот момент, взъерошенный от ужаса, он до боли напоминал вставшего на дыбы пушистого кота.
Шорохи, поначалу едва различимые, постепенно слились в глухой, нарастающий гул. Неведомое шевеление доносилось отовсюду, наполняя мёртвую тишину ночи леденящей жутью.
Круглое лицо У Юэбаня вытянулось:
— Что за чертовщина? Неужели другой корпус подобрался?
Но он и сам сразу понял, насколько нелепа эта мысль. На всей карте вместе с ними оставалось от силы двадцать человек — они бы физически не смогли поднять такой грохот. Казалось, будто со всех сторон к джипу стягиваются тысячи неведомых тварей. От одной этой мысли по спине пробежал мороз.
— Крути баранку и не вздумай тормозить, что бы ни попалось на пути! — ровным тоном скомандовал Линь Лэй, уже поджигая фитиль зажигательной смеси. Вспыхнувшее пламя озарило его лицо пляшущими тенями. — Прорвёмся к Древнему замку заката живыми или сдохнем здесь — теперь зависит только от тебя, мастер Толстяк!
Что значит «что бы ни попалось»?!
Перед глазами У Юэбаня мгновенно всплыл гигантский медведь из квалификационного тренировочного матча. Он нервно сглотнул, но уже в следующую секунду воочию осознал смысл предупреждения и истошно взвизгнул:
— Твою же мать! Это ещё что за уродцы?!
Прямо перед ними, в мертвенно-бледном свете фар, из растрескавшейся кладбищенской земли полезли иссохшие белые костяные клешни.
Следом показались лишенные плоти черепа. Отсвечивая жуткой белизной, они уставились на приближающуюся машину пустыми глазницами — мертвые, омерзительные и голодные.
Скелеты, веками спавшие под могильными плитами, пробудились.
Выбравшись наружу, мертвецы неестественно дергаными движениями повалили прямо на дорогу. Издавая скрипучее, клацающее шипение, они с пугающей прытью ринулись наперерез джипу.
Не предупреди Линь Лэй заранее, перепуганный насмерть Толстяк наверняка бы выронил руль. Но сейчас, стиснув зубы от бешено колотящегося сердца, он с перекошенным лицом до упора вдавил педаль газа и с отчаянным воплем пошел на таран корпуса скелетов.
Мощный удар разметал передовые ряды мертвецов. В воздух взметнулся фонтан раздробленных костей, и одна из берцовых костей с глухим стуком приземлилась прямо перед Ян Сятянем. Тот сорвался на визг, заливаясь слезами:
— Я… я же говорил! Говорил, что тут кто-то есть!
Увидев, как джип с легкостью разносит костяки в пыль, У Юэбань заметно приободрился и вновь заголосил во всё горло:
— Не ссы в компот, пока Толстяк у руля — комар носа не подточит!
— Не расслабляться, их куда больше, чем кажется, — помрачнел Линь Лэй и метнул бутылку с зажигательной смесью влево-назад.
Огненная вспышка разметала очередную группу скелетов, разбросав обугленные обломки. В свете разгоревшегося пожара открылась истинная картина происходящего, и поводов для оптимизма не осталось вовсе.
Сотни мертвецов, словно ядовитые побеги после дождя, лезли из расколотой земли, смыкая плотное кольцо вокруг дороги. Куда ни глянь — сплошное белесое колышущееся море костей.
От этого омерзительного зрелища волосы вставали дыбом даже у тех, кто не страдал фобиями.
— Да их тут целая армия, мать вашу! — взвыл Толстяк, чувствуя, как внутри всё сжимается.
Впрочем, времени на причитания не оставалось. Лучи фар выхватывали всё новые и новые волны костяной орды, непрерывным потоком выползающей из могил прямо под колеса. С тем жалким десятком в начале пути этот кошмар не шел ни в какое сравнение.
Из всех троих лишь Линь Лэй сохранял абсолютное хладнокровие. Размяв шею, он перехватил пистолет-пулемёт поудобнее, и на его губах заиграла предвкушающая, азартная улыбка:
— Эх, давненько я в «Обитель зла» не гонял. Порода зомби, конечно, подкачала, но на безрыбье и это сгодится.
Захлебывающийся слезами Ян Сятянь, методично швырявший по сторонам гранаты, ошарашенно шмыгнул носом:
— Лэй-цзы… а что такое «Обитель зла»?
Линь Лэй кашлянул в кулак:
— Кхм, не забивай голову ерундой.
Договорив, он вскинул ствол, одним движением вышвырнул в окно ещё пару зажигательных снарядов и под прикрытием вспыхнувшего огня высунулся по пояс наружу, открыв шквальный огонь по оскаленным черепам.
Гонка на выживание началась.