Под руководством Линь Лэя бойцы корпуса «Жареная Курица» скрытно продвигались по заранее намеченному маршруту, осторожно приближаясь к эпицентру чужой перестрелки.
Вскоре сквозь редкую листву замелькали хаотичные силуэты — бой кипел вовсю, и разобраться в обстановке с ходу было непросто.
Все вышло ровно так, как докладывал Ян Сятянь: два вражеских корпуса лоб в лоб столкнулись в этой точке и теперь самозабвенно поливали друг друга свинцом.
Судя по системной сводке выживших, обе группы успели потерять по два бойца. Оставшиеся четыре на четыре закусились на смерть, превратив стычку в поединок чести.
Линь Лэй жестом отправил Ян Сятяня на поиски уединенной позиции, чтобы тот мониторил перемещения противников и давал наводку. Затем он отрядил Чжоу Чулуна организовать засаду с фланга, а сам вместе с У Юэбанем залег за стволом векового дерева, выжидая идеальный момент для удара.
Подойдя ближе, они без труда распознали воюющие стороны. Ими оказались корпус «Восходящее Солнце» и корпус «Спокойный Прилив» — заклятые враги, успевшие нажить кровавые счеты еще в первом матче.
Неудивительно, что они дубасили друг друга без оглядки и не думали отступать. Разойтись миром после старых обид? Да ни за что на свете — только до последнего вздоха.
От этой картины Линь Лэй расплылся в довольной ухмылке.
Чем азартнее и ожесточеннее драка, тем проще накрыть всех одним махом.
Вот и сейчас: бойцы «Жареной Курицы» уже обложили всю зону, а сошедшиеся в клинче бедолаги даже не почуяли подвоха. Каждый видел перед собой исключительно заклятого оппонента — истинная любовь, не иначе!
У Юэбань нервно сжал рукоять тяжелой снайперской винтовки и с трудом сглотнул слюну.
— Командир, долго нам еще выжидать? — прошептал он с тревогой.
Толстяк отродясь не держал в руках серьезного оружия, а тут ему со старта втюхали высокотехнологичную крупнокалиберную винтовку, да еще и разрешили вести свободную стрельбу. Сколько бы Линь Лэй его ни успокаивал, коленки у бедняги все равно подрагивали.
Позиция, надо признать, досталась им королевская: отличное укрытие, удобный путь для отхода, полная незаметность и шикарный обзор. Увы, все эти плюсы разбивались о суровую реальность: залегший здесь снайпер был чистейшей воды самоучкой.
Линь Лэй прильнул к оптике, выверяя обстановку, и хладнокровно отронил:
— Скоро.
Хоть у обоих корпусов еще оставалось по четыре игрока, после затяжной рубки шкалы здоровья у всех трещали по швам. Оставалось лишь дождаться, пока их показатели просядут до критического минимума — до той самой секунды, когда под диким давлением кто-то не выдержит и даст слабину, решаясь на отступление.
Как только строй сломается, для корпуса «Жареная Курица» настанет идеальный момент для налета.
Заразившись олимпийским спокойствием командира, У-Толстяк тоже подсобрался, прищурился и постарался как можно глубже вдавить свое упитанное туловище в землю.
Наконец в гарнитуре раздался голос Ян Сятяня:
— Внимание всем! Они начали отходить!
На губах Линь Лэя заиграла хищная улыбка:
— Приготовиться к жатве!
Их снайперское гнездо находилось аккурат во фланге, перекрывая единственный удобный коридор для отступления.
Когда Линь Лэй присматривал эту точку, он изначально рассчитывал накрыть оба корпуса разом. Так что ни о какой пощаде речи идти не могло.
Добивать так добивать — никаких уцелевших, под ноль!
Едва первый беглец выскочил на дистанцию поражения, Линь Лэй вскинул винтовку и плавно спустил курок.
Сухой щелчок выстрела — и враг, висевший на сопле здоровья, рухнул навзничь: никакая броня не спасла его от точной пули. Минус один!
Выжившие бойцы корпусов «Спокойный Прилив» и «Восходящее Солнце» явно не ожидали удара с третьего боку. Когда прямой путь перекрыли, среди них началась паника. Заметавшись в поисках нового укрытия, остатки обеих групп дружной оравой рванули в противоположную сторону.
Линь Лэй азартно облизнул губы, перевел прицел на очередную мишень и выбил второй выстрел.
Грянул еще один хлесткий хлоп, но на сей раз системного оповещения об убийстве не последовало.
Линь Лэй мгновенно понял, в чем дело, но переживать не стал — резервный план у него был наготове.
Со вздохом отложив снайперку в сторону, он только собрался скомандовать У Юэбаню подстраховать, как под ухом оглушительно загрохотала целая серия выстрелов.
Выражение лица господина Толстяка в этот миг было сродни эмоциям человека, сорвавшего джекпот на миллиард:
— Мать твою, я попал?! Охренеть, я реально попал! Два из двух! Командир, ты видел?!
Взглянув на системный таблоид, где напротив ника У Юэбаня красовалась наглая цифра «2», Линь Лэй искренне порадовался собственной предусмотрительности:
— Держи темп, не расслабляйся! Господин Толстяк, слава тебе во веки веков, завоюй этот мир!
Распалившись от наглой похвалы, У-Толстяк довольненько хмыкнул, со всей серьезностью выцелил следующего бедолагу и вжал спусковой крючок. Пуля со свистом ушла в цель, аккуратно занеся в его копилку еще один фраг.
Новоявленный Ворошиловский стрелок расплылся в счастливой роже:
— Ну! Кто еще хочет получить маслину?!
Линь Лэй восхищенно поаплодировал:
— Мастер! Просто гигант мысли!
Под плотным огнем снайперской точки остатки врагов ускорили бег. Не забывая из взаимной ненависти постреливать друг в друга на ходу, они в панике выкатились из зоны поражения винтовок.
Потеряв визуальный контакт с целями, Линь Лэй потянулся, распрямил спину и спросил в голосовом чате:
— Сятянь, куда они ломанулись? Маршрут правильный?
Ян Сятянь тут же отозвался:
— Все путем! Четко на дядюшку Луна выходят!
Из динамиков донесся довольный хохот Чжоу Чулуна:
— Похоже, остатки фрагов достанутся мне!
Линь Лэй, однако, на всякий случай решил перестраховаться. Он молча вскинул винтовку, выцелил висящую на ветке далекого дерева рыбу и выстрелил. Сбив тушку метким попаданием, он облегченно вздохнул и произнес в микрофон:
— Дядюшка Лун, можешь работать без опаски, вся неудача сброшена.
Растроганный такой трогательной заботой, Чжоу Чулун проворчал:
— Ну что за заботливый малыш.
На этом его голос оборвался — связь отключилась.
Судя по всему, беглецы наконец добежали до точки засады, и Луну стало не до болтовни.
Подозвав остальных, Линь Лэй устремился на подмогу. Когда они добрались до места, перед ними предстала живописная картина: у ног Чжоу Чулуна штабелями лежали вражеские трупы. Сам же небритый ветеран небрежно закинул автомат на плечо и победоносно ухмыльнулся:
— Докладываю командиру: зачистка завершена!
— Отлично сработано, — отдал должное Линь Лэй, с улыбкой оценив его полупустую полоску здоровья и живописно залепленный сухой лиством комбинезон.
Поза, конечно, выглядела максимально брутально, вот только оборванный вид слегка портил эпичность момента.
Как бы то ни было, первоначальный план выполнен на все сто: с учетом этих четверых бойцы корпусов «Спокойный Прилив» и «Восходящее Солнце» в полном составе отправились на переработку.
После тщательного мародерства огромный рюкзак У Юэбаня раздулся до немыслимых размеров — добыча вышла действительно богатой.
Впрочем, даже набитый лутом баул не заставил Толстяка прекратить ворчание:
— Я, конечно, душевно благодарен Третьему господину Гуань за то, что он помог раскрыться моему снайперскому таланту... Но, блин, этот развлекательный клуб «Цзиньцзян» вообще не знает меры в своей скупости! Ладно, хрен с ней с убогой картой, спишем на уникальный баг системы, но хоть пару нормальных точек с лутом вы завезти могли?! Всю дорогу перебиваемся чужими трупами, нищенство какое-то, а не игра!
Ян Сятянь яростно закивал:
— И не говори! Они еще скупее, чем я!
Сятянь привык считать каждую копейку с самого детства, но только сегодня до него дошло: не все богатеи разбрасываются деньгами. Некоторые, вроде этого Гуань Саня из развлекательного клуба «Цзиньцзян», удавятся за медяк похлеще любого нищего. Век живи — век учись.
Посмеиваясь над стенаниями соратников, Линь Лэй вел отряд к месту встречи, заранее условленному с корпусом «Алая Кровь».
Впереди высилась хаотичная каменная роща — на первый взгляд абсолютно вымершая. Линь Лэй заливисто свистнул, и из-за массивных валунов один за другим стали появляться люди.
Окинув взглядом слегка потрепанных бойцов корпуса «Алая Кровь» и вспомнив недавнее системное оповещение об уничтожении еще одного корпуса, Линь Лэй приподнял бровь:
— Что, топорщились с кем-то?
— Угу, пустили на расход, — небрежно роптал Пань Тянь, скользнув взглядом по раздутому баулу У Юэбаня. — Вижу, вы тоже порожняком не ходили.
— Да так, пустяки, — усмехнулся Линь Лэй, бегло проверив список выживших. — Собственно, кроме нас и вас в живых остались ровно два корпуса.
Воздух мгновенно наэлектризовался. В атмосфере проскользнула едва уловимая, но опасная нотка.
Пань Тянь нахмурился:
— И что думаешь делать дальше?
Линь Лэй прекрасно понял подтекст и парировал встречным вопросом:
— А вы, командир Пань, что планируете?
Карта оказалась настолько крошечной, что столкновения и зачистки шли в бешеном темпе. Изначально союз планировалось тянуть хотя бы до финального круга, но при таком раскладе границы зон теряли всякий смысл: матч рисковал схлопнуться до того, как сузится кольцо.
И теперь дальнейшее существование коалиции выглядело крайне двусмысленным.
Пань Тянь погрузился в раздумья, однако его подчиненные выдержки не проявили. В то же мгновение бойцы корпуса «Алая Кровь» со слитным клацаньем вскинули стволы, взяв Линь Лэя на мушку.
Гао Циюань гаркнул:
— Босс, мы же только что всё перетерли! Нафига с ними лясы точить?!
Чжоу Чулуна до глубины души возмутила эта мгновенная переобувка. Он тут же взял на прицел наглецов:
— Едрить вас за ногу! По части бесстыдства вашей «Алой Крови» равных нет! Ну что, Пань, резать союзников собрался?!
Обстановка накалилась до предела.
Линь Лэй просчитывал подобный исход еще по дороге сюда, а потому, оказавшись под веером стволов, даже бровью не повел.
Союз был обречен рассыпаться рано или поздно — это факт. То, что «Алая Кровь» решит порвать рапорты раньше срока, удивления не вызывало. Несколько поразила лишь агрессия рядовых бойцов, рвавшихся пустить кровь прямо здесь. Впрочем, без приказа командира они не дернутся. А судя по опыту общения с Пань Тянем, Линь Лэй сомневался, что этот благородный брутал сподобится на столь дешевое предательство.
Да и по физиономии Пань Тяня было видно: тот мучительно колеблется, разрываясь между выгодой и честью.
Линь Лэй легким жестом велел Чжоу Чулуну опустить оружие, лениво прищурился и неторопливо произнес:
— Командир Пань, подобный крысятнический кульбит как-то совсем не вяжется с твоим обликом. Раз уж я вернулся на точку встречи, а не дал драпака при первой возможности, это доказывает мое безграничное доверие к вам. Так отплатить искреннему союзнику... Что, совесть совсем не скребет?
Бойцы «Алой Крови» хором выкрикнули:
— Не заговаривай зубы нашему боссу! Нашел мягкосердечного!
«Искреннему союзнику», блин! Если бы они не знали этого проныру как облупленного, то от его честных глаз и невинного тона действительно можно было бы растрогаться до слез.
Видя, что напор не сработал, Линь Лэй продолжил давить на мораль и логику:
— Понятное дело, что нашему союзу пришел конец. Но надо же оставаться людьми! Вонзать нож в спину вчерашнему товарищу — это как-то совсем не по-мужски. Узнают в сообществе — позором не отмоетесь. Командир Пань — человек разумный, вряд ли он пойдет на столь глупый шаг.
У Пань Тяня уже голова распухла от этой занудной нотации. Поморщившись, он оборвал его:
— Понятия я знаю! И нападать на вас в крысу не собирался. Но наш договор аннулирован. Даю вам пять минут, чтобы свалить. При следующей встрече мы — враги.
Линь Лэй заметно расслабился и выдохнул:
— Так сразу бы и сказал! А то вскинули стволы, напугали до смерти... Аж в горле пересохло от речей.
Губы Пань Тяня нервно дернулись:
— Да ты мне словечка вставить не дал!
— Ну что же, до новых встреч, господа! — Линь Лэй шутливо прижал кулак к ладони, попрощался с бойцами «Алой Крови» и, не теряя ни секунды, скомандовал соратникам: — Парни, уходим!
В то же мгновение от былой горделивой выправки не осталось и следа. Четверка из «Жареной Курицы» дерунула с места так, будто за ними гнались все черти преисподней.
Спокойствие? Важность? Да к черту их! Главное — унести ноги!
Цинь Лумэн с грустной ухмылкой убрала винтовку. Глядя вослед стремительно удалявшимся пяткам, она озабоченно нахмурилась:
— Босс Пань... Линь Лэй ведь до мельчайших деталей знает карту этой зоны! Мы ее зарисовать не успели и так в проигрыше, а ты их просто взял и отпустил. Как бы локти кусать потом не пришлось.
Пань Тянь лишь небрежно улыбнулся в усы:
— Правила есть правила. А если и придется пожалеть — что ж, тогда и будем думать.
Сестра Мэн поджала губы, глядя на внушительную, честную до наивности фигуру своего командира, и вздохнула.
Эх, их благородный босс... Рано или поздно его непоколебимая принципиальность вылезет ему боком.
Впрочем, именно за эту нерушимую кость в характере они его и уважали, готовые идти за ним в любой огонь и воду. Должно быть, это и называлось настоящей харизмой лидерства.