Предварительный проект «Проекта XII» сразу после подачи официально пустили в ход.
Линь Лэй, конечно, всё ещё залечивал раны в особняке Фу Цзэхана, но у его вынужденной заточенности отыскался неоспоримый плюс. Резиденцию патрулировали самые настоящие частные войска, так что, пока снаружи вовсю бушевали жёлтые новости, пробраться к нему и нарушить покой не мог ни один назойливый репортер. Лэй с удовольствием наслаждался тишиной и уединением.
— Здравствуйте. Ваш обед... — с почтением поинтересовалась молодая девушка, одетая горничной.
— Пожалуйста, подайте его мне в комнату, — ответил Линь Лэй, даже не думая уступать, как и в предыдущие дни.
— Но господин ждёт вас внизу ещё с самого утра... — замялась служанка.
— Не беспокойтесь. Я всё-таки больной. Уверен, ваш чуткий и заботливый хозяин проявит великодушие и отнесётся к этому с пониманием.
«Опять та же отговорка! Неужели нельзя придумать хоть что-нибудь новенькое?!»
Когда эти слова до последнего словечка передали Фу Цзэхану, тот с коротким звоном поставил чайную чашку на стол. Прислуга вокруг мгновенно вытянулась в струнку, не смея даже вздохнуть.
Считай, уже третий день подряд «почётный гость» из сьюта отвергал приглашения хозяина дома. Пресвятые угодники, за всё время службы в особняке никто здесь не видел, чтобы кто-то с такой лёгкостью щёлкал господина по носу. Каким бы особым статусом юноша ни обладал, после нескольких отказов подряд господин Цзэхан должен был... Впрочем, разгневанным он вовсе не выглядел.
Поставив чашку, Фу Цзэхан некоторое время молчал, однако на его лице действительно не читалось и тени злости. Скорее он о чём-то глубоко задумался. Спустя пару минут он с недоумением обратился к стоящему рядом адъютанту:
— А-Вэй, я два дня назад случайно его ничем не задел?
А-Вэй даже не поднял головы от тарелки:
— Господин, вы слишком много думаете. Ничего такого не было.
Фу Цзэхан поразмыслил ещё немного. В тот день в их общении и впрямь не было ничего предосудительного. Единственное, что выбивалось из рамок, — тот самый поздравительный поцелуй в самом конце.
«Неужели это вызвало у него такое отторжение?»
Его взгляд чуть заметно вильнул, губы сжались. Подняв глаза и увидав, что адъютант продолжает с отменным аппетитом уплетать завтрак, Фу Цзэхан не удержался от раздражённого замечания:
— Я тебя сегодня позвал поесть, что ли? Задания, которые я дал, ещё не обработаны, а ты сидишь тут и не спеша жуёшь?
А-Вэй как раз отправлял в рот хрустящий жареный хворост. Подняв глаза, он заметил, как по знаку Фу Цзэхана слуги уносят его тарелки. Выпроводив посторонних, адъютант облизал измазанные в масле пальцы и проворчал:
— Вы сами только что сказали дождаться, пока все соберутся, а теперь, раз никто не пришёл, вините меня? Срывать злость на подчинённых, если у самого на душе кошки скребут, — как-то несерьёзно, господин.
— С чего ты взял, что у меня на душе кошки скребут? — усмехнулся Фу Цзэхан без тепла в голосе.
— Нет-нет, что вы, у вас на душе тишь да гладь. — За долгие годы службы рядом с Фу Цзэханом А-Вэй прекрасно изучил повадки начальника, поэтому его инстинкт самосохранения сработал мгновенно. Он тут же убрал с лица ироничную ухмылку и деловито доложил: — Насчёт вашего поручения: я всё выяснил. Вот только мы всё равно опоздали на шаг.
— Что значит «опоздали»? — Фу Цзэхан нахмурился. — Кто-то успел уничтожить улики?
— Если бы они уничтожили улики, мы бы за это зацепились, — хмыкнул А-Вэй. — Но даже вы вряд ли могли предположить, что этот господин Дуань вовсе не собирался заметать следы. Напротив, он отправил людей в научно-исследовательский отдел изъять доказательства ещё раньше меня. И чёрт его знает, к чему он клонит.
— Люди Дуань Чэня? — Фу Цзэхан действительно не ожидал такого поворота. Помолчав, он тяжело насупился: — Похоже, он снова затевает какую-то игру.
* * *
Как опытный военный и изощрённый политик, Фу Цзэхан обладал безупречным чутьём.
Уже во второй половине дня на одном из негласных форумов появился пост под громким заголовком: [Грязные тайны лиги SWLP! Позорные мошенники!].
В самом тексте подробно описывалось, как именно была похищена карта финального матча. Автор не только яростно клеймил корпус «Жареная Курица», но и для большей убедительности приложил исчерпывающие доказательства утечки. Пользователи сети, поначалу сомневавшиеся в правдивости обвинений, перед лицом этих железобетонных улик окончательно сменили гнев на милость к автору статьи.
Новость распространялась со скоростью лесного пожара: количество репостов за считанные часы выросло с тысяч до десятков тысяч, а горячие темы социальной сети Вэйбо оказались полностью забиты обсуждением скандала.
Под ураганным шквалом сетевого хайпа досталось не только недавно завоевавшему чемпионский титул корпусу «Жареная Курица», но и самому Фу Цзэхану. Его рейтинг перед финишем избирательной кампании, где он лишь слегка вырвался вперёд, под воздействием общественного мнения начал неуклонно ползти вниз.
А главный кукловод этой драмы с гордым видом победителя наблюдал за тем, куда дует ветер.
Будучи прагматичным политиком, Дуань Чэнь никогда не брался за дела, в исходе которых не был уверен, и никогда не ставил всё на карту. Инвестиции в корпус «Земляная Тень» были лишь первым шагом в его игре. Поражение на турнире вывело его из себя, заставив лично растереть эту профессиональную команду в порошок, но нисколько не помешало молниеносно перевернуть доску и приступить ко второму этапу.
Победа или поражение в лиге SWLP сами по себе мало что для него значили. Ничто не доставляло ему сейчас большего удовольствия, чем зрелище Фу Цзэхана, загнанного в глухую защиту.
Что же до киберспортсменов из «Земляной Тени»? Хмык. О них и вовсе не стоило беспокоиться.
Дисквалификация на три года — это ещё милосердие с его стороны. Если они не хотят окончательно поставить крест на своей карьере, им придётся унести правду об этом деле с собой в могилу.
* * *
Не дождавшись никаких разъяснений от виновников торжества — корпуса «Жареная Курица», жадные до сенсаций журналисты направили микрофоны на их соперников по финалу, «Земляную Тень». Однако, к общему изумлению, киберспортсмены, словно сквозь землю провалившиеся после матча, предпочли хранить гробовое молчание и наотрез отказались от любых интервью.
Совместное молчание двух корпусов сработало подобно разорвавшейся бомбе. Общественность лишь укреплялась в мысли, что история с утечкой карты — чистая правда, и волна обвинений в адрес «Жареной Курицы» вспыхнула с новой силой.
Скандал разгорался настолько стремительно и бурно, что Линь Лэю даже не пришлось ждать новостей со стороны: достаточно было бегло пролистать ленту в телефоне, чтобы составить полную картину.
Самое странное, что его первой реакцией был вовсе не гнев, а лёгкая усмешка.
В конце концов, когда с первого взгляда понятно, чьих рук это дерьмо, особых сил на переживания не остаётся. А узнав во второй половине дня, где находится Фу Цзэхан, Лэй и вовсе окончательно успокоился.
Как-никак, именно Фу Цзэхан заварил эту кашу своими политическими играми, так что ему и расхлёбывать. Не перекладывать же всю тяжесть удара на плечи бедного студента.
Поэтому весь оставшийся день Линь Лэй безмятежно валялся на диване в гостевой комнате, принимая сочувственные звонки один за другим. Назвать это утешением было трудно — скорее уж ему самому пришлось весь вечер успокаивать растревоженных друзей.
День пролетел незаметно. Скандал гремел вовсю, но благодаря Фу Цзэхану, выставившему за ворота всех репортёров, на душе у Линь Лэя было спокойно.
Ровно до тех пор, пока на экране телефона не высветился незнакомый номер.
— Алло, здравствуй. Это Ду Ичэнь... — без лишних прелюдий представился собеседник на том конце провода.
Линь Лэй поневоле замолчал.
Зачем кому-то из корпуса «Земляная Тень» связываться с ним? Или... это очередной ход Дуань Чэня?