Наблюдая за тем, как смущённо ежится Пань Тянь, Линь Лэй вспомнил, с каким азартом тот прикончил его на игровой карте, и сыто усмехнулся. Ему было забавно смотреть на чужие мучения.
Послушав немного обрывки фраз, он понял, что интервью вращается вокруг прошедшего матча. Кажется, журналисты приплели ещё какие-то темы, но из-за расстояния доносились лишь отдельные слова, так что разобрать суть не удавалось.
Сладко зевнув, Линь Лэй почувствовал, как накатывает усталость. На миг ему даже стало жаль бедолагу: выработавшись до предела, Пань Тянь был вынужден выдавливать из себя вежливую улыбку перед камерами. Мрачная участь.
Потянувшись всем телом, Линь Лэй уже собрался было двигать к дому, как вдруг перехватил бегающий взгляд Пань Тяня. Тот уставился прямо на него.
Сердце ёкнуло. Дурное предчувствие волной обдало загривок, и едва мужчина вскинул руку, указывая в его сторону, Линь Лэй сработал на инстинктах — крутанулся на каблуках и дал дёру.
Вдогонку долетели чьи-то оклики, но Линь Лэя это не остановило. Напротив, прибавив хода, он припустил ещё быстрее — спасительный отдых был слишком заманчив.
Ян Сятянь нагнал его в три прыжка и заботливо шепнул:
— Лэй-цзы, там эта милая девушка из съёмочной группы вроде как хочет нас расспросить!
Линь Лэй, даже не замедлив шаг, сурово отрезал:
— Да ну её на фиг! До смерти вымотался, какое ещё интервью? Чем выслушивать эту девицу, я лучше доберусь до кровати и дрыхну без просыпа.
Заметив его реакцию, Чжоу Чулун язвительно усмехнулся:
— А я ведь предупреждал: Пань Тянь — токсичный тип, от него одни беды. Ты не верил, а он на тебя эту суету свалил.
Линь Лэй скорчил тоскливую мину:
— И не говори. Реально токсик.
Парни ускорили бег, но пара репортёров оказалась исключительно настырной. Так они и мчались — четверо беглецов впереди, двое преследователей по пятам — пока не выскочили к главному входу развлекательного клуба «Цзиньцзян».
Линь Лэй уже высматривал на парковке разваливавшийся драндулет У Юэбаня, но тут взгляд зацепился за стоящий у тротуара знакомый «Лексус». Выразительные цифры на номерном знаке блеснули на солнце, и парень мгновенно просиял:
— Босс Су приехал за нами!
У Юэбань сомнением поскрёб затылок:
— А с моей «Пандой» что делать, если мы с Боссом Су уедем?
— Заберёшь потом, не сбежит. Мы выжаты как лимоны, так что не кобенься, раз предлагают довезти с комфортом! — на ходу бросил Линь Лэй.
Он помахал рукой Су Цзяньчэню, сидевшему на переднем пассажирском сиденье, и потянул на себя заднюю дверцу. На заднем диване расположился Фу Цзэхан. Времени на раздумья не оставалось — репортёры настигали. Быстро кивнув мужчине, Линь Лэй без лишних реверансов нырнул в салон.
Остальные по его отмашке посыпались следом, забив салон до отказа.
Фу Цзэхан смерил суетящуюся компанию холодным взглядом и ровно поинтересовался:
— Что за спешка? На тот свет опаздываете?
Линь Лэй про себя восхитился ядовитому языку этого господина, но спорить не стал — не до того.
— Босс Су, жмите на газ! Там двое с ТВ за нами гонятся, если поймают — всё, хана!
Не успел он договорить, как раздался глухой удар. Запыхавшаяся ведущая едва не влепила туфлей на каблуке по лобовому стеклу. Выскочив прямо перед капотом, она отчаянно закричала, сорвавшись на фальцет:
— Вы куда рванули?! Мы же ещё интервью не взяли!
Линь Лэй потерял дар речи.
«Да уж, боевая деваха, — подумал он. — Наша Сестра Мэн курит в сторонке».
Су Цзяньчэнь просто заехал сюда после совещания и никак не ожидал оказаться в эпицентре такого балагана. Впрочем, быстро сообразив, в чём дело, он хлопнул себя по лбу:
— Совсем из головы вылетело! Сегодня же день съёмок!
У Юэбань растекся по сиденью как мешок с желе, заняв сразу два места, и еле уловимо приподнял веки:
— Каких ещё съёмок?..
— Сейчас объясню, — отозвался Су Цзяньчэнь и, обернувшись к сидящему сзади мужчине, с хитрой ухмылкой забросил удочку: — Господин Фу, там ведь съёмочная группа с телевидения, да?
Фу Цзэхан поджал губы и с каменным лицом отвернулся к окну.
На нём был тёмный костюм, и в полумраке салона он буквально слился с тенью, разве что про себя не твердил заклинание: «Меня здесь нет, меня здесь нет, вы меня не видите...»
Линь Лэй мгновенно забыл про репортёров снаружи. С любопытством косясь на соседа, мечтающего провалиться сквозь землю, он вдруг понял: Фу Цзэхан боится телекамер куда сильнее, чем они сами.
А ведь казалось бы — такой пафосный индюк из высшего общества должен ловить любой шанс мелькнуть в объективе.
Поведение Фу Цзэхана развеселило Су Цзяньчэня. С тихоходным смешком он выскользнул из машины, махнул рукой телевизионщикам и, сказав пару успокаивающих фраз, отвёл их чуть в сторону. Перед направленным объективом он держался безупречно, в одиночку играючи разрулив неприятный инцидент.
Спустя пару минут оба репортёра, ещё недавно рвавшие и метавшие, удалились с довольными физиономиями. Когда Су Цзяньчэнь вернулся на переднее сиденье, Линь Лэй с выдохом облегчения показал ему большой палец:
— Босс Су, да ты просто гений! Респект!
Су Цзяньчэнь скромно улыбнулся:
— Мелочи жизни.
Едва машина тронулась, Фу Цзэхан перестал притворяться ветошью. Выпрямившись, он сухо бросил:
— Тоже мне невидаль. Ты просто ещё не слышал, как виртуозно он вешает лапшу на уши.
Су Цзяньчэнь перевёл на него лукавый взгляд:
— И напрасно. Надо было сдать тебя репортёрам на съедение.
Фу Цзэхан парировал без тени эмоций:
— Если духу хватит — милости прошу.
Су Цзяньчэнь наигранно вздохнул:
— Вот так всегда. Кажется, интеллигентных людей каждый норовит обидеть.
Слушая их пикировку, Линь Лэй решил вернуть беседу в конструктивное русло:
— Босс Су, а что за толпа собралась у «Цзиньцзяна»? И что за программа, о которой ты заикнулся?
— Ах, да. Вылетело из головы предупредить, — почесал подбородок Су Цзяньчэнь. — Когда мы организовывали Кубок героев, управляющие клубов отправили делегатов к руководству телеканала «Синъяо». Буквально на днях договорились: съемочная группа реалити-шоу «Вот они, охотники!» получила разрешение снимать сюжеты прямо во время матчей. Точную дату я не уточнял, но, судя по всему, сегодня как раз стартовал первый съёмочный день.
— «Вот они, охотники!»?! — Ян Сятянь едва не пробил головой крышу «Лексуса». — Это же самое популярное шоу про охотников за курами! Я обожаю этот проект! Они снимали прямо в «Цзиньцзяне»? Наш сегодняшний матч?! Мамочки, я что, попаду на экраны?!
— На... на телевидение? — опешил У Юэбань и тут же забеспокоился, поправляя редкие волосенки. — Настройки кадра... Моя прическа нормально смотрелась?!
— Именно, у вас теледебют, — кивнул Су Цзяньчэнь. — Охотники, здорово показавшие себя в эфире, моментально обрастают армией фанатов. И это только начало — следующие игры тоже войдут в новые выпуски. Так что заранее поздравляю с грядущей славой!
Линь Лэй не знал, радоваться такому сюрпризу или плакать.
Он и сам слышал о шоу «Вот они, охотники!». Передач о BWW хватало с избытком, но эта выгодно отличалась от прочих: авторы освещали неофициальные клановые стычки и любительские турниры. Болельщики обожали проект за возможность следить за взлетами и падениями любимых корпусов в режиме реального времени, так что рейтинги шоу зашкаливали. Теперь понятно, откуда у дверей клуба взялись толпы фанатов.
«Вот только пускать в эфир безумную дичь с сегодняшней карты... Серьёзно? Нас же засмеют...»
Линь Лэй мимолетом даже посочувствовал организатору — Третьему господину Гуаню.
Всё это время дремавший Чжоу Чулун открыл один глаз и подал голос:
— Босс Су, а не мог бы ты спонсировать мне маску? Ну, чтобы к следующему матчу успели сделать. Я мужчина зрелый, импозантный, светить лицом на всю страну не стоит — ещё влюбятся тысячи малолеток, потом греха не оборонишься.
Ян Сятянь смущённо почесал затылок:
— И мне закажите... По правде сказать, мне тоже как-то неловко светиться.
У Юэбань веско кивнул:
— И на меня! Только размерчик побольше.
Линь Лэй подвёл итог:
— Короче, заказывай четыре штуки.
— Впервые вижу корпус с такой... нулевой амбициозностью, — вздохнул Су Цзяньчэнь. — Для независимых команд фанатская база — это прямой показатель статуса и влияния. А вы прячетесь, как тараканы! Как намерены привлекать спонсоров и фанатов? Без народной любви далеко не уедешь.
— Да ладно тебе, Босс Су, просто стесняемся мы! — промямлил Ян Сятянь, понизив голос до едва слышного шепота. Помявшись, он всё же с надеждой выложил сокровенное желание: — А можно... сделать маску по образу той, что носит Господин Цзэхан?
Услышав это, Фу Цзэхан мгновенно вскинул взгляд.
Но сидевший под боком Линь Лэй категорически замахал руками:
— Сятянь, даже не думай! Та маска — полный отстой и уродство.
Су Цзяньчэнь поперхнулся слюной, заходясь от смеха:
— Вот тут подпишусь под каждым словом! Реальное уродство.
Найдя единомышленника, Линь Лэй на полном серьёзе и без купюр принялся изливать душу:
— Скажи же, Босс Су! Безвкусица чистой воды. Какой век на дворе, а он в такой дичи разгуливает. При всём уважении к Господину Цзэхану, жутко подмывает спросить: он что, возомнил себя Такседо Маском?!
Фу Цзэхан: «...»
Наступила звенящая пауза. Наконец Фу Цзэхан медленно поворачивается и ровным голосом произносит:
— А по-моему, нормальная маска. Очень даже симпатичная.
В ответ Линь Лэй наградил его покровительственным, искренне сочувствующим взглядом:
— У всех свои бзики по поводу красоты. Не переживай, господин Фу, я всё понимаю.
Слова вроде вежливые, но с этой физиономией прозвучали так, словно парень соболезновал тяжёлому психическому отклонению.
Фу Цзэхан молча созерцал его несколько секунд, после чего решил волевым усилием закрыть дискуссию о высоком искусстве.