Как и следовало ожидать, с самого утра вести о триумфе корпуса «Жареная Курица» с абсолютным преимуществом захватили первые полосы всех ведущих медиа.
Учитывая феноменальный статус этой команды-тёмной лошадки, завоевавшей главный трофей, столь оглушительный общественный резонанс никого не удивил. Однако смещение акцентов в репортажах журналистов оказалось полнейшей неожиданностью.
А всё из-за внезапного появления на церемонии награждения некоей высокопоставленной персоны и последовавших за этим шокирующих, откровенно странных выходок отдельных участников. В итоге каждая статья, отдав должную дань неоспоримому превосходству «Жареной Курицы», неизменно сбивалась с темы на сочные папарационные домыслы о том, не связывают ли командира Линя и господина Цзэхана романтические отношения.
Сообщество охотников за курами за всю историю своего существования впервые оказалось настолько близко к скандальной жёлтой прессе.
На весь этот шквал пикантных сплетен сам виновник торжества, Линь Лэй, реагировал ёмкой формулировкой:
«Дерьмо собачье!»
Он уже сбился со счёта, какой по счёту звонок с прозрачными намёками ему доводилось принимать. В данный момент Линь Лэй «восстанавливал силы» в загородном особняке Фу Цзэхана. Едва успев с грехом пополам успокоить взволнованного отца, он столкнулся с допросом с пристрастием от Дун Ифаня — и тут уже не выдержал, даже не став тратить лишних слов.
В тот день, стоит ему сойти со сцены, откуда ни возьмись появился незнакомец в белом халате, который принялся тщательно и усердно мять его с ног до головы. Эта процедура с успехом вывела наружу всю накопившуюся в мышцах адскую боль, после чего Фу Цзэхан без лишних церемоний отправил обессилевшего Линь Лэя в эту спальню.
И под хмурым, давящим взглядом хозяина дома Линь Лэй провалился в сон без задних ног...
Только-только проснувшись, он тут же попал под шквальный обстрел телефонных звонков и был вынужден поневоле усвоить всё, чем сейчас дышали городские сплетники.
Что ещё за «многолетний тайный роман господина Цзэхана наконец выплыл наружу»? Что за «всплывшая правда о настоящих покровителях корпуса "Жареная Курица"»? Хорошо ещё, что в финале они доказали своё превосходство чистой силой и заткнули рты скептикам. Иначе, напиши газеты, будто «Курица» победила благодаря связям своего командира, Линь Лэй от досады просто исшёл бы желчью.
— Студент Линь, вы проснулись? — В дверь тихо постучали, после чего в щели показалась половина туловища А-Вэя. Окинув взглядом сидящего на кровати Линь Лэя, адъютант слегка откашлялся: — Раз встали, приведите себя в порядок. Господин ожидает вас.
Линь Лэй на мгновение опешил, глядя на снова закрывшуюся дверь. Осторожно пошевелив щиколоткой, он почувствовал, что после вчерашнего жестокого массажа ноге и впрямь стало намного лучше, и тихо поднялся с постели.
Особняк Фу Цзэхана впечатлял размахом. А-Вэй молча шёл впереди, долго петляя по коридорам, как вдруг с некоторой неловкостью произнёс:
— Вчерашний матч был великолепным. Я забираю назад свои прежние нелестные оценки в ваш адрес. Примите извинения. Вы действительно сильны.
Хотя прямо это никогда не озвучивалось, Линь Лэй всегда чувствовал, что адъютант Фу Цзэхана относится к нему со скрытой неприязнью. Слышать от него подобное признание было неожиданно и приятно.
В конце концов, что может быть слаще, чем заставить недоброжелателя признать твоё превосходство!
Линь Лэй уже собрался было снисходительно кивнуть и похвалить собеседника за проницательность, как А-Вэй ровным тоном добавил:
— Поэтому, что касается вашей предстоящей свадьбы с господином Цзэханом... как соратник и старый подчинённый господина, я выражаю свою полную поддержку.
— А?!
«Чего-чего?! Какая ещё свадьба?!»
Реакция парня заставила А-Вэя вновь насупить брови. Проявив редкое терпение, адъютант пустился в разъяснения:
— Понимаю, подобные вопросы не в компетенции посторонних. Однако статус господина слишком велик, и его брак неизбежно скажется на расстановке сил в высшем военном командовании. У нас нет права решать за него, но мы обязаны следить за тем, чтобы рядом с ним находился человек, достойный быть его спутником.
Линь Лэй потерял дар речи.
«Да я вообще не об этом спросить хотел!»
Заметив его молчание, А-Вэй обернулся и наградил его скупой, но, кажется, вполне одобряющей улыбкой:
— Вы прошли отбор.
«Отбор твою мать за ногу!..»
Вчерашние выкрутасы Фу Цзэхана и без того смутили его, но даже со всеми влажными снами за ночь он никак не рассчитывал перемахнуть сразу к свадебному маршу!
Зачем Фу Цзэхан вообще зовёт его к себе? Обсудить детали брачного контракта?!
От этой мысли Линь Лэя пробрал озноб.
Мать твою, ну и жуть!
Подойдя к кабинету, они ещё издали услышали, как хозяин дома с кем-то разговаривает по телефону. Когда Линь Лэй и А-Вэй переступили порог, разговор как раз подходил к концу.
Фу Цзэхан опустил трубку и поднял взгляд. Заметив Линь Лэя за спиной своего адъютанта, он пристально окинул парня взором с ног до головы. Убедившись, что и цвет лица, и походка гостя в полном порядке, он едва заметно улыбнулся:
— Садись.
В глазах Линь Лэя эта мягкая улыбка выглядела исключительно коварно. Напустив на себя настороженный вид, он опустился на диван и прищурился, намереваясь посмотреть, какие ещё фокусы выкинет этот политик.
Фу Цзэхан тем временем взял со стола папку-скоросшиватель, подошёл ближе, сел рядом и протянул документ:
— По-хорошему, турнир только что закончился, и тебе следовало бы как следует отдохнуть. Но дело не терпит отлагательств. Мне нужно твоё письменное согласие, чтобы спать спокойно. Так что...
— Я против! — отрезал Линь Лэй.
«Ишь чего удумал! Никаких ухаживаний, ничего вообще — и сразу подсовывает брачный договор?! Неужто решил воспользоваться тем, что он выиграл Профессиональную лигу SWLP и находится на пике популярности, и прибрать к рукам? У этих интриганов вместо сердца — сплошная выгода!»
Линь Лэй окончательно утвердился в своей праведной суровости.
Два коротких слова прозвучали в тишине кабинета невероятно отчётливо.
Фу Цзэхан так и застыл с вытянутой рукой. На его лице отразилось искреннее изумление:
— Ты даже не заглянул внутрь. С чего такая категоричность?
«Да твой адъютант всё уже расписал в красках! Зачем ещё заглядывать?!»
Линь Лэй смерил его презрительным взглядом, но, следуя благородному принципу «дать подсудимому последнее слово», всё же выхватил папку. Раскрывая её, он не удержался от сарказма:
— Думаешь, я не догадался? Какая разница, открывать или нет, если тебе просто захотелось жени... Да ну тебя к лешему!
Какой к чёрту брачный контракт! На вложенном бланке крупными чёткими буквами чернел заголовок: «Проект XII: Первоначальный список зачисленных кандидатов».
— И что же, по-твоему, я собирался сделать? — подхватил Фу Цзэхан, возвращая ему подколку. Слегка наклонив голову, он продолжил с лёгкой иронией: — Если Проект XII тебя не интересует, к чему было гробить ноги и с таким ожесточением рваться к победе? Неужели не понимал, чем рискуешь? Выйдешь из строя с травмой — и прощай не то что Проект XII, даже в обычных турнирах больше сыграть не сможешь. А теперь, оказывается, тебе вдруг стало всё равно?
Эта порция ехидства явно вынашивалась им не один час — фразы отскакивали от зубов без малейшей запнутости. Видно было, что Фу Цзэхан долго ждал удобного момента, чтобы высказать всё скопившееся.
— Кто сказал, что мне всё равно! Я просто подумал... — Линь Лэя едва не разорвало от досады. Он метнул свирепый взгляд на стоящего у стены А-Вэя, но тот лишь с невинным видом уставился в окно, всем видом демонстрируя полнейшую непричастность.
— Подумал — что? — Фу Цзэхан лениво изогнул бровь.
— Ничего! И вообще, с чего ты взял, будто я рвал жилы ради себя? — замялся Линь Лэй, захлопнув рот. Не желая продолжать безнадёжный разговор, он принялся бегло просматривать списки — и к своему приятному удивлению обнаружил там пару знакомых имён.
Параллельно с Профессиональной лигой SWLP завершилась и Межуниверситетская военная лига LWLP, где также определился чемпион. Чжуан Пэйхань и Шао Юй оправдали надежды, блестяще проявив себя: они не только вошли в основной состав сборной Цинбэй, но и благодаря яркой игре привлекли внимание армейского руководства, попав в предварительный список Проекта XII.
Оперативность высшего военного командования не могла не импонировать.
Линь Лэй мысленно отдавал должное штабистам, не замечая, как изменилось выражение лица стоящего рядом мужчины. Пока парень пробегал глазами страницы документа, Фу Цзэхан тихо спросил:
— Если не ради себя, то ради кого ты так рисковал?
— Конечно, ради тебя... — слова выскочили сами собой раньше, чем Линь Лэй успел сообразить.
Он осёкся на полуслове. Подняв глаза, парень наткнулся на тёплый, согретый искренней лаской взгляд. Щёки Линь Лэя мгновенно вспыхнули, и он судорожно попытался спасти положение:
— Я имею в виду... я не хотел, чтобы из-за меня пострадали результаты выборов, и я стал виновником твоей неудачи! К тому же ребята в корпусе отдавали все силы. Сятянь, Господин Толстяк, Дядюшка Лун, Молодой господин Цзинь, старший брат Юй — они ведь тоже...
— Ладно-ладно, не продолжай. Я всё понял, — перебил его Фу Цзэхан. Голос его звучал так мягко и бархатисто, словно был пропитан густым мёдом.
Стоявший неподалёку А-Вэй аж поёжился от этой сцены. Проявив чудеса проницательности, адъютант бесшумно выскользнул за дверь и плотно прикрыл её за собой.
Линь Лэй, увлечённый попытками выпутаться из неловкого положения, даже не заметил его ухода. Чтобы не загнать себя в тупик окончательно, он продолжал отчаянно подбирать аргументы:
— Я просто хотел сказать...
— Я же ответил: я всё понял, — повторил Фу Цзэхан.
Не дав Линь Лэю возобновить оправдания, он внезапно подался вперёд и мимолётно, невесомо коснулся его губ своими.
— Вчера от волнения я совсем забыл сказать. Поздравляю с победой.
Линь Лэй так и не смог вспомнить, как подписал бумаги и как выбрался из кабинета.
Губы до сих пор пылали от прикосновения, а в голове назойливым набатом стучали слова адъютанта:
«Ваша свадьба с господином Цзэханом... ваша свадьба с господином Цзэханом... ваша свадьба с господином Цзэханом...»
«Какая, к чертям, свадьба?! Значит, Фу Цзэхан и впрямь вострил на него лыжи?!»