Отдохнув за ночь, курсанты факультета военной стратегии собрались в аудитории. Рассортировавшись по привычным местам, они готовились к финальному смотру — главному испытанию всей военной подготовки.
У большинства представление о факультете специального назначения сводилось к Цзян Сыфаню — тому самому парню, который на экзамене по рукопашному бою одолел Шао Юя.
Но дерзкая вылазка Линь Лэя в тот день напрочь сбила с соперника спесь: благоговейный трепет сменился презрением. Одна мысль о том, как этот выскочка из спецназа изо всех сил пытался унизить лучшего курсанта-стратега, разжигала жажду реванша. Хотелось не просто победить, а буквально вкатать его в грязь и стереть спесивую ухмылку с его физиономии.
Так что, узнав имя противника, стратеги не пали духом, несмотря на его грозную репутацию. Напротив, боевой настрой взлетел до небес: все горели желанием умыть спецназовцев на полигоне.
Поскольку нынешний экзамен являлся итоговой учением-схваткой, руководство академии по традиции заранее открыло на внутреннем портале несколько каналов прямой трансляции. Старшекурсники и студенты других факультетов могли наблюдать за ходом маневров в реальном времени.
Обычно на трансляции каждого факультета приходили заглянуть в основном «свои» — старшекурсники того же направления. Однако скандальная статья о Линь Лэе наделала столько шума, что многие махнули рукой на прямые эфиры своих сокурсников, отложив их до вечерних нарезок, и массово ринулись на канал, где транслировалась битва между факультетом специального назначения и факультетом рукопашного боя.
— Твою мать, серверы трещат по швам! — Техники из IT-отдела явно не ожидали подобного наплыва. От дикой перегрузки академический портал благополучно «лег».
Пришлось срочно вызывать всю дежурную смену системщиков. Кое-как, буквально за минуты до старта учений, сайт удалось вернуть к жизни.
Виновником торжества выступал Линь Лэй, который в это время завершал последние приготовления и понятия не имел, что остается любимчиком публики и стриминга, в каком бы мире ни оказался. Впрочем, узнай он об этом, лишь самодовольно погладил бы себя по головке и мысленно показал зрителям большой палец за отменный вкус.
В конце концов, план был готов заранее: на этот раз он не ограничится банальной звонкой пощечиной Цзян Сыфаню. Нет, он вобьет этого заносчивого индюка носом в землю и хорошенько проволочит по грязи.
Какое шоу без зрителей? Чем больше народу увидит этот триумф — хоть десятки тысяч, — тем лучше. В конце концов, разделенная радость — двойная радость!
Завершив сборы, курсанты-первокурсники начали загружаться на виртуальную карту учений.
Картинка на экране трансляции мгновенно обновилась. И хотя прямой эфир, как и в зрительском зале, задерживался на десять минут, взвинченная аудитория уже заходилась в восторге. Чат буквально взорвался потоком сообщений:
— Опять стратегия против спецназа! Реванш за прошлый раз!
— А я-то думал, главные враги стратегов — рукопашники. Похоже, ошибался.
— Признавайтесь, кто тут после новостей журналистского корпуса пришел поглазеть?
— Докладываю: я фанат Линь Лэя!
— Фанат +1!
— Фанат +2!
— Фанат +10086!
— Брысь отсюда! Чего вы, инофакультетские, тут забыли? Валите смотреть свои учения!
— Вот именно! Не мешайте нам смотреть шоу... кхм, оценивать навыки младшекурсников!
— Ставлю что угодно: здесь больше половины вообще с третьих факультетов!
— Эй, тот, что про «оценку навыков» втирал — ты сам-то себе веришь? Я вот ни капли!
* * *
Пока в чате царил суматошный гвалт, кадр сменился, и на экранах наконец появилось изображение самой виртуальной локации.
Чат на миг замер: внимание зрителей мгновенно приковала обстановка на карте.
Бывалые старшекурсники с одного взгляда оценили суть созданного поля боя.
Визуально текстуры выглядели привычно — та самая стандартная графика, от которой у всех за годы учебы уже набила оскомину. Однако академия Цинбэй всегда славилась умением подать старое под соусом нового: натурные декорации остались прежними, зато рельеф перекроили до неузнаваемости.
Более того, в отличие от симметричных карт для внутрифакультетских тренировок, эта локация изобиловала асимметрией. Густые лесные массивы, хаотичные гряды холмов, извилистые овраги — всё переплелось в сложнейший лабиринт.
Это означало одно: прошлый опыт и наработанные шаблоны бесполезны. Начать придется с чистого листа.
Кто быстрее и точнее разведает ключевые особенности местности до начала масштабных столкновений, тот и заберет себе стратегическую инициативу.
В ситуациях, когда численность факультета военной стратегии уступала противнику почти втрое, нагрузка на главного командующего возрастала в геометрической прогрессии. Требования к его мастерству становились жесточайшими.
Руководство академии прекрасно сознавало неидеальность и определенную несправедливость численного дисбаланса между факультетами. Однако легко устранить разницу было невозможно, да и умение вырывать победу в безнадежных условиях считается важнейшим качеством настоящего офицера. В итоге эту головную боль просто переложили на плечи самих курсантов.
В этот самый миг курсанты-стратеги, озабоченные плачевной диспозицией, толпились на центральной площади своего штабного лагеря. В центре этого живого кольца стояла троица признанных лидеров. Проблема заключалась лишь в том, что рядовые бойцы до сих пор понятия не имели, кто же из трех азов сегодня возьмет на себя роль верховного командующего.
Как и преподаватели, наблюдавшие за ними, курсанты оставались в полном неведении. И теперь, перед самым стартом, среди них нарастало глухое волнение.
— Так, без паники, народ! Спокойно, сейчас всё будет! — Линь Лэй у всех на виду оттащил Шао Юя и Чжуан Пэйханя в угол и тихим шепотом спросил: — Карту все увидели? Что скажете, кто начинает первым?
Именно такой план они утвердили накануне.
У любого командующего, будь он хоть гением, есть уникальный стиль, от которого почти невозможно избавиться. Шао Юй в этом плане находился в уязвимом положении: Цзян Сыфань так долго и назойливо соревновался с ним, что выучил все его повадки назубок. А вот к стилю Чжуан Пэйханя и тем более Линь Лэя сопернику только предстояло приноровиться прямо на поле боя.
Умение первым раскусить вражеского военачальника и прочитать его замыслы на шаг вперед часто решает исход всей кампании.
Но что если заставить противника гадать, чья рука держит штурвал управления? Что если меняться ролями прямо на ходу?
Именно этой хаотичной непредсказуемости и добивался Линь Лэй.
Сменять командующего в зависимости от обстановки на поле боя — от одной мысли о такой кутерьме у него сладко замирало сердце.
Выслушав вопрос, Чжуан Пэйхань бросил молчаливый взгляд за пределы лагеря, а затем повернулся к Шао Юю.
Шао Юй без слов понял намек товарища. Впрочем, он и сам заранее всё решил. Расправив плечи, парень спокойно произнес:
— Я начну.
— Отлично, — Линь Лэй ехидно потер ладони. — Как только ты возьмешься за дело, Цзян Сыфань тут же тебя раскусит. А вот когда мы начнем его путать — вот тогда-то веселье и попрет!
Его развязный тон до того напоминал ужимки уличного задиры, пристающего к невинной девице, что Чжуан Пэйхань и Шао Юй лишь тягостно вздохнули, сдерживая немое сочувствие к сопернику.
Видя, что вопрос с командующим наконец решен, курсанты-стратеги облегченно перевели дух. Пусть победившая во внутрифакультетском турнире первая группа и не выставила единственного лидера, авторитет Шао Юя признавали все без исключения. Подразделения замерли в ожидании приказов.
Локация оказалась куда запутаннее прежних и не поддавалась логическому анализу на глазок. Шао Юй не колебался: первым делом он отрядил головной дозор на разведку местности, а остальные силы направил на распределение стартового снаряжения согласно заранее утвержденному боевому расписанию.
Линь Лэй вызвался вести разведгруппу с таким воодушевлением, словно ему предложили главный приз.
Шао Юй лишь покачал головой, глядя на рвение своего будущего сменщика. Он слегка опасался, как бы этот сорвиголова не словил пулю в первые же минуты рейда, но по его горящим глазам понял: запрещать бесполезно, все равно сбежит. Пришлось со вздохом уступить.
Получив добро, Линь Лэй, довольный как слон, подобрал бойцов, застегнул разгрузку и бравым маршем повел отряд за пределы лагеря.
Впрочем, на этот раз Шао Юй недооценил товарища. Линь Лэй рвался в разведку вовсе не ради забавы, а из сугубо прагматичных соображений.
Каким бы точным ни был чужой отчет, между сухими словами и личными наблюдениями лежит пропасть. Линь Лэй знал за собой уникальную способность: стоит ему один раз пройтись по местности, как в голове складывается идеальная трехмерная карта со всеми нюансами рельефа. И когда придет пора принять командование из рук Шао Юя или Чжуан Пэйханя, эта виртуальная модель превратится в заточенный клинок, приставленный к горлу Цзян Сыфаня.
Народу у спецназа больше? Да какая разница, черт возьми, если у факультета стратегии три верховных командующих в запасе!
Ну что, умылся, выскочка?!
* * *
Тем временем видеопоток с первыми маневрами стратегов ушел в прямую трансляцию.
В одном из кабинетов учебного корпуса на экране ноутбука крутился именно этот эпизод.
Сидевший за столом мужчина вальяжно откинулся на спинку кресла. Его пальцы мерно отбивали дробь по столешнице, а взгляд, устремленный на стремительно передвигающуюся по экрану фигуру юноши, лучился едва заметной теплой улыбкой.
Посторонний бы ничего не заметил, но Фу Син слишком хорошо знал этого парнишку. Одно лишь азартное пламя в его глазах выдавало с потрохами: Линь Лэй опять вознамерился устроить грандиозный переполох.
На диване у противоположной стены восседал офицер в выглаженном мундире. Заметив, что профессор Фу слегка отвлекся, он тихо прокашлялся и вежливо поинтересовался:
— Господин Цзэхан, что скажете по поводу предложенного графика?
Фу Син чуть приподнял веки и равнодушно бросил:
— Решайте сами.
Офицер явно привык к подобной прохладце со стороны собеседника. Сжав губы, он сдержанно кивнул:
— В таком случае инспекционный тур по военным академиям стартует в конце этого месяца. Просим вас временно отложить ваши преподавательские обязанности.