Ночь была тихой и глубокой. На кровати сладко спал молодой человек; ночной ветерок, проникавший с балкона через панорамные окна, приносил с собой тонкий, едва уловимый аромат цветов.
Дверь тихо отворилась. В комнату вошёл мужчина, только что с дороги. Взгляд его мягко скользнул по лежащему на кровати любимому человеку. Не удержавшись, Фу Чунсюй подошёл ближе, наклонился и прикоснулся губами к его лбу.
То ли тоска в разлуке разрослась слишком сильно, то ли дни вдали друг от друга казались бесконечной вечностью, но этим нежным касанием всё не закончилось. Поцелуй скользнул ниже, накрыв мягкие, податливые губы юноши.
Шэнь Сы спал крепко и безмятежно, как вдруг почувствовал, что дыхание перехватывает. Спросонья он попытался повернуться, но тело не слушалось — руки и ноги будто кто-то крепко связал.
Не в силах отличить сон от реальности, Шэнь Сы сквозь полудрёму приоткрыл рот, чтобы глотнуть воздуха, но это лишь подлило масла в огонь — мужские губы накрыли его с новой, властной страстью.
— М-м-м…
Наслаждение от нежного сплетения губ оказалось слишком искусительным, а граница между грёзами и явью — слишком размытой. Шэнь Сы обмяк в объятиях мужчины, бессознательно отдаваясь этой тягучей, пьянящей ласке.
Задыхаясь от поцелуев, юноша почувствовал, как мужские пальцы крепко сжали его ладонь. Он слегка нахмурился и едва слышно пробормотал:
— Мне завтра… на съёмки…
— Угу, только один раз, — тихим, успокаивающим шёпотом пообещал Фу Чунсюй, целуя его в закрытые веки.
* * *
На следующее утро, стоило прозвенеть будильнику, Шэнь Сы открыл глаза и первым делом от души лягнул лежащего рядом мужчину.
Фу Чунсюй резко распахнул глаза, но, разглядев мужа, лишь подвинулся ближе и снова сгрёб его в охапку:
— Поспи ещё немного.
— Какой ещё «поспи», чёрт тебя дери?! — вспыхнул Шэнь Сы. — Я же говорил, у меня сегодня съёмки! Ты вообще помнишь, что вытворял ночью?!
Ноющие, слабые запястья ежесекундно напоминали Шэнь Сы, насколько перешёл границы этот ненасытный гад. Что за наглость — обещал же «всего один раз»!
— Ты так долго был на съёмках, — с виноватым, почти обиженным видом протянул Фу Чунсюй. — Я соскучился.
Сердце Шэнь Сы на мгновение дрогнуло. В конце концов, про себя он признавал, что и сам получил немало удовольствия… если бы только этот безумец вовремя остановился, когда ему сказали, что сил больше нет!
Вспомнив об этом, он с досады ещё раз пнул мужчину:
— Вот и спи сам! А у меня впереди целый съёмочный день!
Оттолкнув его, Шэнь Сы слез с кровати и, заметно прихрамывая, поплёлся в ванную.
«Этого кобеля давно пора взять в ежовые рукавицы! — мысленно ругался он. — Совсем страх потерял! Если я уеду на съёмки фильма месяца на три или на полгода, он меня после возвращения вообще в инвалида превратит?!»
Когда Шэнь Сы вышел из ванной, Фу Чунсюй полулежал, опершись о изголовье, и полуприкрытыми глазами следил за каждым его движением:
— Сысы.
Юноша, отыскивавший чистую одежду, замёрз на месте, а затем повернулся к кровати и недовольно буркнул:
— Чего тебе?
Вчера он лёг рано и понятия не имел, во сколько вернулся Фу Чунсюй. Впрочем, когда его прижали к матрасу, он успел бросить взгляд на балкон — луна уже стояла высоко в небе. Возились они долго. Шэнь Сы, уже засыпая, слабо соображал, что происходит, а потом и вовсе отключился без сил. Мужчина сам его отмыл и привёл в порядок, так что вряд ли успел выспаться.
Фу Чунсюй выудил из кармана брошенного на пол пиджака тёмно-синюю бархатную коробочку:
— Купил тебе вчера. Посмотри, нравится?
Подарок?!
Шэнь Сы с приятным удивлением откинул крышку. На чёрном ложе замерли изысканные мужские часы тончайшей работы. Двенадцать часовых меток были инкрустированы драгоценными камнями разных оттенков. В верхней части циферблата сияла серебряная луна, а под ней распростёрлось море из мельчайшего золотистого песка, который плавно перетекал при малейшем движении кисти.
— Если посмотреть сбоку, рисунок изменится, — подсказал Фу Чунсюй.
Шэнь Сы повернул часы под другим углом и обомлел: лунный прилив сменился величественным видом рассвета над горными пиками, утопающими в облаках.
Мужчина взял часы из его рук, бережно застегнул ремешок на запястье юноши и, наклонившись, прикоснулся губами к тыльной стороне его ладони:
— Все солнца, луны и звёзды мира — только для тебя.
Красновато-коричневый кожаный ремешок выгодно подчеркивал фарфоровую белизну кожи. Шэнь Сы опустил взгляд: под таким углом на циферблате сливались воедино глубокий мрак ночи и предрассветное сияние. Сердце в груди забилось чаще.
— Какие же они красивые… — произнёс Шэнь Сы, ощущая, как к щекам приливает румянец. — Это правда мне?
Это ведь был его самый первый подарок! Да ещё и такой невероятно красивый.
Фу Чунсюй улыбнулся:
— Конечно. Нравится?
— Ещё как! Просто восторг! — Шэнь Сы порывисто подался вперёд, звонко поцеловал мужчину в щёку и тут же отскочил подальше, едва заметил в его глазах знакомый опасный огонёк. — А сколько они стоят? Не сильно дорогие? — Шэнь Сы погладил пальцем гладкое стекло, не в силах скрыть радости.
— Недорогие, около восьми тысяч с небольшим, — Фу Чунсюй устало потёр переносицу. — Я посплю ещё немного.
Вдруг Шэнь Сы мельком бросил взгляд на часы и в ужасе замер: уже почти семь?!
— Спи-спи! — крикнул он, сгребая вещи и на ходу выбегая из спальни. — Я пошёл будить мальчишек!
Кошмар, на завтрак времени вообще не оставалось!
Быстро подняв обоих детей, Шэнь Сы отправил их умываться, а сам тем временем переоделся. Помог малышам натянуть вещи и под шокированным взглядом управляющего подхватил детские рюкзачки, сгрёб обоих сыновей в охапку и рванул к выходу.
— Молодой господин Шэнь! Вы же даже не позавтракали! Поешьте сначала, я потом сам вас отвезу!
— Не успеваем, дядя Дэ! Поедем — перекусим по дороге!
Глядя, как юноша на лету заскакивает в электрокар комплекса, управляющий лишь беспомощно качнул головой.
Только очутившись в салоне такси, сонные малыши немного пришли в себя.
— Папа, а куда мы? — Сяо Наньгуа уткнулся лицом в грудь Шэнь Сы. — Я спать хочу…
— Не спи, Тыковка, мы на съёмки едем, — Чжан Мин пощёлкал языком и потянул Шэнь Сы за рукав. — Пап, а я есть хочу.
— Скоро приедем, и я сразу вас накормлю, — успокоил их Шэнь Сы, доставая из рюкзачка молочные булочки. — Нате пока пожуйте, а там перекусим как следует.
Дети привередничать не стали и дружно принялись уминать булочки.
* * *
Район Минду
7:30 утра
Выбравшись из такси с двумя детьми, Шэнь Сы первым делом заметил у обочины Шэнь Минсиня, держащего в руках табличку с его именем.
— Хорошо, что я не послушал Сяо Жаня и не поплёлся на Центральную площадь, а то ищи тебя свищи! — с облегчением вздохнул Минсинь. — Ты чего на звонки не отвечаешь?
Шэнь Сы смущённо кашлянул:
— Да я проспал… Так торопился, что телефон дома забыл.
Он вспомнил о смартфоне, только когда они уже сели в машину, но возвращаться было поздно. В итоге расплачиваться с таксистом пришлось карманными деньгами Сяо Наньгуа, которые тот носил в своём рюкзачке. Вспомнив осуждающий взгляд водителя, когда он упрашивал ребёнка одолжить денег на проезд, Шэнь Сы готов был сквозь землю провалиться от стыда.
Шэнь Минсинь бросил на него многозначительный взгляд. «Ещё бы не проспал, — подумал он. — Муж с дороги вернулся, небось прокувыркались до самых петухов».
— Ладно, пошли. Съёмочная группа заказала завтрак, так что сначала поедим, — сказал Минсинь, набивая сообщение Сяо Жаню, который всё ещё дежурил на Центральной площади.
Ровно в семь часов режиссёр Ма принялся обзванивать участников, чтобы напомнить об относительно раннем выезде, но до Шэнь Сы так и не докукарекался. В рабочем чате тот тоже не появлялся, поэтому режиссёр попросил Минсиня и Сяо Жаня звонить ему по очереди.
Но даже когда они прибыли на место, связь с Шэнь Сы так и не установилась. Впрочем, ни Шэнь Минсинь, ни Сяо Жань не верили, что Шэнь Сы способен сорвать съёмки. Они сошлись во мнении, что тот уже в пути, а трубку не берёт по какой-то уважительной причине. В итоге оба набросали на листах А4 крупную надпись «ШЭНЬ 4» и встали у потенциальных остановок.
К счастью, Шэнь Сы действительно успел вовремя. К слову, сам Минсинь о деталях сегодняшнего задания узнал буквально перед его приездом.
— Чушь какая-то! — возмущался Шэнь Минсинь. — Решили устроить нам «день из жизни офисного планктона»! И ведь даже не предупредили заранее, что если мы не примемся за работу до восьми утра, нам засчитают опоздание! Режиссёр Ма точно сделал это специально, чтобы сэкономить на наших суточных!
Шэнь Сы опешил:
— Работа? А дети? С кем они будут?
Не бросать же их одних на произвол судьбы?
Шэнь Минсинь удручённо вздохнул:
— А дети идут работать вместе с нами!
Шэнь Сы молча перевёл взгляд на малышей, держащихся за руки. Ладно ещё, если работа сидячая, но если придётся целый день носиться по этажам, то с двумя детьми на руках это превратится в сущий ад.
Накормив малышей горячей кашей в микроавтобусе съёмочной группы, участники вместе с режиссёром Ма Нинго подошли к подножию высотного бизнес-центра. У входа их уже дожидался подтянутый мужчина среднего возраста в строгом деловом костюме.
— Знакомьтесь, — представил его Ма Нинго. — Это господин Сюй Вэнь, менеджер по персоналу. Сегодня он будет руководить вашей работой.
Сюй Вэнь при виде известных артистов держался вежливо и сдержанно:
— Я возглавляю отдел кадров нашей компании, занимаюсь подбором и адаптацией сотрудников. Рад возможности поработать с вами.
Едва менеджер Сюй закончил приветствие, Ма Нинго с довольным видом зачитал правила:
— Господин Сюй представляет корпорацию «Шаофэн». В конце дня он оценит качество вашей работы. Если хотя бы один из вас не справится и получит незачёт, бюджет на питание и проживание вашей команды в следующем выпуске сократится на одну тысячу юаней. Если двое — минус две тысячи, ну и так далее.
Да они же откровенно выживают их на улицу в следующем выпуске! Шэнь Минсинь вспыхнул и уже вознамерился закатать рукава, чтобы доходчиво объяснить режиссёру всю неправоту его действий, но Сяо Жань вовремя придержал его за плечо.
— Не кипятись. Вовсе не факт, что мы провалимся, — спокойно проговорил Сяо Жань.
Хотя критерии отбора в корпорации «Шаофэн» славились своей жёсткостью, сегодня проходили съёмки телешоу. Никто не станет оценивать их по меркам реального персонала. К тому же в штаб-квартирах крупных корпораций всё строго расписано, и вряд ли им доверят задачи, требующие глубоких профессиональных знаний.
Шэнь Сы тоже похлопал Минсиня по плечу, предлагая взять себя в руки:
— Не переживай раньше времени, на месте разберёмся.
Убедившись, что участники пригасили свой пыл и готовы к сотрудничеству, Ма Нинго удовлетворённо кивнул. Операторы закрепили на отворотах пиджаков миниатюрные камеры, предоставленные компанией «Шаофэн Технолоджи», и приготовились следовать за героями.
Организация трансляции была заранее согласована с отделом PR корпорации «Шаофэн»: прямой эфир позволял показать зрителям отличные условия труда и привлечь молодые кадры. Разумеется, из соображений конфиденциальности Сюй Вэнь не мог доверить артистам работу с базами данных или техническими разработками.
В итоге для них подготовили три позиции: стойка администратора на ресепшн, обслуживание в зоне кофе-поинта и доставка обедов из столовой по отделам.
— У вас что, даже курьеры свои есть? — изумился Шэнь Минсинь.
— Именно так, — подтвердил Сюй Вэнь. — В обязанности сотрудника на ресепшн входит встреча незарегистрированных посетителей. В кофе-поинте готовят и разносят напитки и закуски по заявкам во внутренней сети. А если кто-то из сотрудников в обеденный перерыв не хочет идти в столовую, он заказывает доставку еды прямо к рабочему месту. Кроме того, эта служба отвечает за разнос чая и десертов во второй половине дня.
Шэнь Сы ухватился за ключевую мысль:
— А на нас эти привилегии распространяются? Нам полагается обед?
Если да, то удастся неплохо сэкономить на еде!
Сюй Вэнь улыбнулся:
— Само собой.
Поскольку Сяо Сигуа был ещё слишком мал, Шэнь Минсинь взял себе спокойную работу на ресепшн. Шэнь Сы с двумя детьми на руках тоже было тяжело передвигаться по зданию, поэтому он решил остаться в кофе-поинте. Сяо Жаню вместе с Мин Фэном досталась доставка обедов.
Когда распределение обязанностей завершилось, Сюй Вэнь мельком взглянул на часы:
— Рабочий день начинается в девять. Прошу за мной, я покажу вам рабочие места и введу в курс дела.
И под хитроумным взглядом режиссёра Ма Нинго участники направились вслед за менеджером в сияющий стеклом и бетоном холл.
Режиссёр Ма и понятия не имел, кто на самом деле стоит за этой огромной корпорацией. В своё время Фу Чунсюй настолько жёстко зачистил инфоповод о своей свадьбе, что новости о его реальном статусе пролетели мимо ушей режиссёра. Трудно было сказать, счастье это для Ма Нинго или же величайшая неосмотрительность.