В первый же день после завершения съёмок Шэнь Минсиня разбудил сонный шорох. Протерев глаза, он увидал, как Сяо Сигуа с трудом стаскивает с кровати огромного плюшевого Губку Боба.
Шэнь Минсинь перевернулся на другой бок и с улыбкой посмотрел на малыша:
— Ты куда это собрался спозаранку?
— Папа, ты проснулся? — радостно встрепенулся Арбузик. — Мы с Сяо Наньгуа сегодня возвращаемся в приют. Поможешь мне донести Губку Боба до машины?
— В какой ещё приют? Полежи лучше со мной, — не долго думая, Минсинь сгреб мальчугана в охапку и вновь затащил под тёплое одеяло.
Лишь подоткнув край, он сообразил: а ведь действительно, сегодня детей должны были увезти обратно.
Арбузик изумлённо уставился на него широкими глазёнками:
— А мне... правда не надо в приют? — Неужели папа решил его усыновить?
Радость в детском взгляде вспыхнула так ярко, что её невозможно было скрыть. Шэнь Минсинь тянулся за телефоном на тумбочке и уверенно отрезал:
— Не хочешь — не поедешь.
И впрямь, зачем ему возвращаться? С таким кротким характером Арбузика там живо задиры заклеют. Минсинь тут же набрал номер Шэнь Сы.
Узнав, что Тыковка тоже остаётся — причём навсегда, — Минсинь без лишних раздумий отправил сообщение в общий чат проекта.
Ясные глаза и спокойное сердце: @Режиссёр Ма, Сяо Сигуа остаётся со мной. Передайте директору приюта, чтобы не ждали.
Ма Нинго: В смысле? Ты что, решил усыновить ребёнка?
Усыновить? Шэнь Минсинь на секунду нахмурился. Доходы ему вполне позволяли вырастить хоть двоих, но вот беда: с его съёмочным графиком он не сможет проводить с малышом много времени. Не оставлять же кроху на одних лишь нянек?
Пока он витал в мыслях, экран вспыхнул от входящего звонка — набирал Ма Нинго.
— Режиссёр Ма? Что-то не так?
— О как... То есть, чтобы оставить ребёнка дома для «налаживания контакта», нужно официальное намерение усыновить? Да у нас с сыном этот контакт крепче некуда! Вы бы видели, как он ко мне липнет!
— Вот оно что... Ладно, давайте я вам чуть позже перезвоню.
Положив трубку, Шэнь Минсинь замер в растерянности. За столько лет в шоу-бизнесе он так ни в кого и не влюбился, да и появится ли у него вообще когда-нибудь вторая половинка — большой вопрос.
Но даже если кто-то и встретится, при его ориентации дело всё равно рано или поздно закончится усыновлением: становиться чайлдфри он никогда не планировал.
Так какая разница — раньше или позже? Отказываться от уже родного пацана ради какого-то призрачного партнёра, который может вообще никогда не появиться? Нужно быть законченным идиотом, чтобы так поступить!
Сложится ли жизнь с кем-то в будущем — бабушка надвое сказала, а сын — вот он, живой и тёплый, уже сидит рядом.
В крайнем случае будет брать Арбузика с собой на съёмки, а когда тот пойдёт в школу — отправит к дедушке с бабушкой, забирая к себе на все каникулы.
С этой мыслью он окончательно утвердился в решении. И тут же на телефон пришло личное сообщение от Сяо Жаня.
Ветер веет прохладой: Собираешься усыновить Сяо Сигуа?
Ясные глаза и спокойное сердце: Ага, только что решил. Ты же не пытаешься оспорить моё право?
Ветер веет прохладой: ...
Ветер веет прохладой: Подозреваю, ты имел в виду право на усыновление.
Ветер веет прохладой: Скрывать не стану, у меня тоже были такие мысли. Дома уже плешь проели — требуют, чтобы я немедленно нашел кого-нибудь и взял ребёнка.
Шэнь Минсинь удивлённо прищурился. Усыновить? Кто бы мог подумать, что Сяо Жань тоже по мальчикам? Ему всегда казалось, что этот утончённый, интеллигентный композитор так и проживёт всю жизнь в гордом одиночестве, обнимаясь с нотами.
Ясные глаза и спокойное сердце: Вот ведь совпадение! Моя матушка тоже мечтает о внуках, так что я всё уладил. Ты опоздал на шаг.
Ясные глаза и спокойное сердце: [Смайлик: Счастливый танцующий человечек]
Ветер веет прохладой: Учитывая спецификацию моей работы, я могу месяцами сидеть дома. Мне гораздо проще обеспечить Сяо Сигуа должный уход.
Ветер веет прохладой: К тому же композиторы вроде меня не вращаются в медийной круговерти и не знакомятся с сотней людей в день. Для меня поиск партнёра — реальная проблема.
Ветер веет прохладой: Если ты в будущем кого-то найдёшь, ты уверен, что этот человек примет Сяо Сигуа? Или что Сяо Сигуа примет его?
Ветер веет прохладой: Не исключено, что позже у вас появятся собственные дети. Лучше отдай усыновление мне — так у меня гарантированно будет ребёнок, если я останусь один.
Шэнь Минсинь сощурился, и в его взгляде вспыхнула яростная искорка. Вот уж поистине: образованные люди режут без ножа! И не скажешь ведь по нему, с какой жадностью этот интеллигент пытается утянуть у него сына!
Ясные глаза и спокойное сердце: Мечтать не вредно! Молодой господин Шэнь с момента дебюта чист, как родниковая вода, и ни с кем не встречался. Я только на Арбузика и рассчитываю, чтобы было кому подать стакан воды в старости! Так что ищи себе другого ребёнка, Учитель Сяо.
Ветер веет прохладой: Твой график не подходит для воспитания. То, что сейчас у тебя никого нет, не означает, что никто не появится через год. Что будешь делать, если твоя половинка окажется не в восторге от Сяо Сигуа?
Набравший 470 баллов на Гаокао мозг Шэнь Минсиня выдал поистине гениальную идею!
Ясные глаза и спокойное сердце: Слушай, а давай усыновим его вместе? На каникулах он ездит со мной на съёмки, а во время учёбы живёт с тобой.
Ясные глаза и спокойное сердце: И у наших родителей будут внуки, и нам не придётся драться за опеку.
Оба они выросли в Пекине, и хотя по работе пересекались редко, благодаря связям семей вовсе не были чужими людьми — их родители давным-давно знали друг друга, да и сами они учились в одной школе с первого по выпускной класс.
Лишь потом Сяо Жань уехал усовершенствовать мастерство за границу, а Минсинь, набрав высший балл на творческом конкурсе, поступил в Центральную академию драмы.
Ветер веет прохладой: Ты в своём уме? Как двое посторонних людей могут усыновить одного ребёнка? Ты хоть раз видел, чтобы человека вписывали в две разные домовые книги?
Ясные глаза и спокойное сердце: Так переноси прописку в мою! Раз сам себе никого найти не можешь, а усыновить моего сына охота — проявляй инициативу!
Ветер веет прохладой: Идет. Когда объединяем домовые книги?
Шэнь Минсинь ляпнул это не подумав. Лишь когда Сяо Жань без колебаний согласился, до него дошло, что вообще значит «быть вписанными в одну домовую книгу» для двух взрослых мужчин.
Если не брать в расчёт усыновление, оставался ровно один вариант — брак.
Он уже собрался дать задний ход, как на экране появилось новое сообщение: Сяо Жань будто насквозь видел его сомнения.
Ветер веет прохладой: Шэнь Минсинь, только не говори, что у тебя палец соскользнул.
Ветер веет прохладой: Я сделал скриншот. И не думай идти на попятную, иначе опеку над Арбузиком я заберу себе, а ты будешь рожать своих, когда найдешь с кем.
Ясные глаза и спокойное сердце: Мечтать вредно! Домовая книга у меня дома в Пекине! Завтра же лечу туда — и прямо в ЗАГС!
Ветер веет прохладой: Договорились.
Ветер веет прохладой: [Изображение: Бронь трёх авиабилетов]
Ветер веет прохладой: Завтра в одиннадцать утра. Успеешь и выспаться, и позавтракать. Два часа полёта — и сразу за документами.
Ветер веет прохладой: Я буду сопровождать тебя на каждом шагу, чтобы ты не вильнул в сторону.
Ясные глаза и спокойное сердце: Сам ты вильнёшь! Завтра лично разбудишь меня звонком!
Шэнь Минсинь сердито вышел из чата. Повернув голову, он увидел, как Сяо Сигуа сладко посапывает, приоткрыв ротик, и сердце его моментально оттаяло.
— Слышишь, сынок? Твой папка ради тебя официально переходит в разряд женатиков. Ты уж постарайся в старости быть хорошим сыном...
На другом конце города Сяо Жань с тихим вздохом отложил телефон:
«Знать бы раньше, что тебя так легко подсечь на крючок, я бы не ждал столько лет...»
Раз он сейчас согласился без раздумий, то в старшей школе утянуть его в ЗАГС было бы ещё проще.
Впрочем, вспомнил Сяо Жань тот злополучный вечер на совершеннолетии Минсиня, когда тот по пьяни пытался признаться какой-то девчонке, и его темные глаза на мгновение подёрнулись дымкой.
Оставалось надеяться, что на этот раз он не прогадал.
* * *
Район Чжуншань, Торговый центр Минъян, четвёртый этаж
Шэнь Сы нес Сяо Наньгуа на руках, входя в просторный магазин детских товаров. Гендиректор Фу заявил, что у мальчика в доме должна быть собственная комната, и без долгих разговоров повез их на шопинг.
— Сынок, смотри, нравится? — Шэнь Сы поднял с полки яркий подстаканник для карандашей, выполненный в виде сказочного домика на дереве.
Рассматривая резную штуковину, Тыковка озадаченно склонил головку:
— Папа, а ето... со такое?
— Это подставка для карандашей и ручек, — пояснил Шэнь Сы. — Когда станешь учиться писать, она тебе пригодится. Выберешь себе сам?
— Писать! — Малыш моментально воодушевился. Он с самым серьезным видом осмотрел ряды фигурных подставок и вместо предложенного домика на дереве ткнул пальчиком в массивный стакан, стилизованный под миниатюрную двухэтажную виллу за высоким заборчиком.
Кроха прижал покупку к груди и счастливо пролепетал:
— Папа, смотри! Ето... наш домик!
— Точно, наш, — тепло улыбнулся Шэнь Сы, не став объяснять, что заборчик на самом деле скрывает крошечный горшок для суккулентов.
Следом Шэнь Сы набрал несколько комплектов прописей и таблиц с алфавитом, а Фу Чунсюй без лишних слов добавил к покупкам толковый словарь китайского языка и пухлый англо-русский лексикон.
Шэнь Сы с немым изумлением воззрился на этот двухтомный «кирпич»:
— Ладно ещё наш словарь, но не рановато ли ему учить английский? Ему же четырёх лет нет!
Фу Чунсюй остался непреклонен:
— Чем раньше начнёт, тем больше пользы.
Если не загрузить ребёнка учёбой с малых лет, он так и будет сутки напролёт висеть на плечах у папы.
Шэнь Сы лишь вздохнул: «А ведь в чём-то он прав...»
Выросший в детском доме Шэнь Сы прекрасно помнил, как важен стартовый капитал знаний. Ему не хотелось, чтобы Сяо Наньгуа пробивал дорогу в жизнь исключительно за счёт изнурительного зубрения и везения. Раз уж сейчас у них есть все возможности, то и стартовую линию для сына нужно выстроить на высшем уровне!
Расплатившись за канцелярию, Фу Чунсюй увлёк семейство в салон цифровой техники. Едва они переступили порог, Шэнь Сы почувствовал легкий дискомфорт внизу живота.
— Старина Фу, погуляй пока с сыном, я быстро в уборную сбегаю.
Не дожидаясь ответа, Шэнь Сы перегрузил Тыковку на руки мужчине и стремительно испарился.
Сяо Наньгуа растерянно посмотрел вслед ушедшему папе, а затем перевёл взгляд на строгого отца:
— Папа? Пи-пи?
— Угу, — невозмутимо отозвался Фу Чунсюй. — Папа скоро вернётся. Пойдём пока выберем тебе что-нибудь. Если что-то понравится — говори.
— Хоросо! — Малыш уютно устроился на руках у высокого мужчины и принялся с интересом разглядывать сверкающие витрины.
— Папа, а ето со?
— Робопёс. Бесполезная игрушка.
— А ето?
— Обучающий планшет. Когда пойдёшь в школу, сможешь задавать ему вопросы.
— А во-он то?
— Электронные часы. Показывают время, — коротко отчеканил гендиректор Фу, оценивая продукцию собственного технологического гиганта.
Неподалёку от них какой-то молодой человек, выбиравший профессиональный фотоаппарат, пренебрежительно скривился, глядя на эту парочку. Понаехали тут деревенщины... Не разбираешься в технике — нечего сунуть нос в премиальный салон.
Каждый гаджет здесь был шедевром инженерии, а в окликах этого мужика звучала такая обывательщина, будто они пришли на оптовый рынок. Тоже мне, покупатели... Только имидж бренда позорят.
В этот момент внимание Тыковки привлёк яркий жёлтый ремешок с мультяшным корпусом:
— Папа! Хочу! Вот эти!
Фу Чунсюй взглянул на знакомый жёлтый квадрат и слегка приподнял бровь:
— Достаньте мне эти часы. Корпус замените на водонепроницаемый, огнеупорный и взрывозащищённый. Загрузите систему позиционирования IS, а замок ремешка переделайте под биометрический сканер отпечатка пальца.
Консультант за стойкой едва не выронил планшет:
— Господин... Базовая модель стоит пять тысяч восемьсот юаней. С указанными модификациями и индивидуальной сборкой ценник составит не менее пятисот восьмидесяти тысяч.
— Занимайтесь, — коротко кивнул Фу Чунсюй. — И не забудьте заменить стандартный ремешок на защищённый от разрезов плетеный ледяной шёлк.
Продавец мгновенно понял: перед ним не просто богач, а человек, досконально разбирающийся в спецификациях и технологических возможностях их закрытой линейки. Не задавая больше ни единого вопроса, он схватил рацию и вызвал старшего инженера из сервисного отсека.
— Пройдите, пожалуйста, к кассе для оформления заказа, мы прямо сейчас начнём интеграцию системы IS, — уважительно произнёс консультант.
Фу Чунсюй подошёл к стойке, достал из внутреннего кармана премиальное портмоне и небрежно протянул чёрную карту.
Стоявший неподалёку парень с фотоаппаратом замер с открытым ртом. Купить трёхлетнему ребёнку детские часы за шестьсот тысяч юаней — и даже веком не повести?! Вглядевшись в чеканный, безупречный профиль мужчины, юноша мгновенно осознал, что наткнулся на нереально крупную рыбу.
Он с сожалением отложил обратно камеру за сто восемьдесят тысяч — баланс на счёте всё равно не позволял подобной роскоши — и уже вознамерился шагнуть вперёд, чтобы «случайно» познакомиться с обаятельным миллиардером, как резкий звонок телефона выдернул его из грёз.
Ответив на вызов и выслушав раздражённую коду на том конце провода, парень с досадой бросил взгляд на Фу Чунсюя, всё так же спокойно выбирающего гаджеты для сына, и, стиснув зубы, вынужден был убраться восвояси.
А между тем Шэнь Сы, только что выбравшийся из прохлады туалета, лицом к лицу столкнулся с человеком, встретить которого здесь никак не рассчитывал.