С возвращением дяди Дэ забот у Шэня Сы ощутимо поубавилось. Что особенно радовало — Тыковка совершенно не противился, когда дворецкий кормил его с ложки.
Увидев это, Шэнь Сы окончательно перевёл дух. Раз малыш освоился, можно без опасений оформлять опеку и вписывать его в семейную книжку. Больше не придётся переживать, как в прошлой жизни, когда замкнутого, медлительного ребёнка Цюй Жань истязал до полусмерти, вгоняя в ещё большую глухую замкнутость, а сетевые тролли без конца ковырялись в этой ране, сыпля соль на травмы.
К концу завтрака стрелки часов едва перевалили за девять. Фу Чунсюй поднялся в кабинет разобрать рабочие дела, а дядя Дэ отправился в сад поливать цветы.
Сытый Шэнь Сы предался приятной лени: устроился на диване, сгреб в охапку Тыковку и, уткнувшись в телефон, стал лениво перебрасываться репликами со зрителями в чате трансляции.
— Ага, в предыдущей дораме у меня роль третьего плана. Скоро уже промо-кампания начнётся.
— Да нет же, мой старина Фу всего лишь руководит отделом продаж. Всё честно заработано.
— А чего таиться? Мы расписались официально, не на теневых же сделках всё держится.
— Ну да-да, надо бы представить вам члена семьи, чтобы Хурминки хотя бы знали его в лицо, верно?
— Пишут, будто меня скрутили за драку? Всё верно. Морду я действительно набил, в участке тоже побывал. Но вы в сети со всякими не ругайтесь, сам разберусь.
Вспомнив полицейские процедурные тонкости, Шэнь Сы ухмыльнулся:
— Вот пришлют мне вымпел за проявленное мужество — сразу выложу в Вейбо, порадую вас.
Тыковка, уютно устроившийся на груди у Шэня Сы, с любопытством разглядывал своё отражение на экране. Стоило ему шевельнуть ножкой — экранный малыш делал то же самое, дул губы — и тот повторял. От этой игры мальчуган, точно довольная гусеница, с хихиканьем заерзал в объятиях.
Шэнь Сы, не выдержав, отложил телефон, подхватил малыша и звонко чмокнул в щёку:
— Пойдём, клоп, переоденемся и прогуляемся.
Глазёнки у мальчика тут же засияли:
— Ма-зин?
— Ага, в большой торговый центр, за покупками.
Шэнь Сы прижал малыша одной рукой, а второй принялся набивать сообщение Шэнь Минсиню.
Каким бы комфортным ни было домашнее пребывание, съёмки шоу никто не отменял — полной свободы передвижения у них не было.
Заметив, как молодой хозяин неуклюже балансирует с ребёнком и телефоном, вернувшийся из сада дядя Дэ поспешно предложил:
— Молодой господин Шэнь, позвольте я переодену Тыковку?
Шэнь Сы посмотрел на малыша:
— Позволишь дяде переодеть тебя?
Из-за съёмок они за пару дней сменили две локации. В незнакомой обстановке мальчик буквально не отходил от него: за последние два вечера в Хайбине Шэнь Сы даже в душе не мог задержаться — стоит чуть промедлить, как из комнаты уже доносится испуганный плач. Привязанность малыша грела душу, но потворствовать слепой зависимости было нельзя. Позволить дяде Дэ переодеть его — отличная проверка: пора приучать ребёнка доверять и другим.
Тыковке совсем не хотелось уходить от папы, но в памяти всплывали наставления дедушки-директора из приюта: надо быть послушным, ведь только послушных детей забирают в семьи. Малыш несмело взглянул на добродушно улыбающегося дворецкого и после колебаний кивнул.
Однако, когда дядя Дэ бережно принял его на руки и поплёлся к спальне, мальчик всё же ухватился ручонкой за рукав Шэня Сы и под перекрестными взглядами с трудом, изо всех сил вытолкнул из себя несколько слов:
— Па-па! Не у-ходи!
Чжао Дэ уже решил, что завоевать доверие не удалось, как вдруг Шэнь Сы с искренней радостью наклонился и поцеловал кроху:
— Ладно, я буду прямо тут, у дверей. Никуда не уйду, идёт?
— Угу! — Получив обещание, малыш наконец разжал пальчики и позволил унести себя в комнату.
Шэнь Сы прислонился к косяку. Убедившись, что мальчик его видит, он с улыбкой открыл общий чат съёмочной группы.
[Дедушка Сы]: Тыковка только что выдал целых три слова подряд!!!
Режиссёр Ма, всё это время наблюдавший за происходящим через прямой эфир, мгновенно отозвался:
[Режиссёр Ма]: Малыш к тебе действительно привязался. Разговаривай с ним почаще, подталкивай к речи.
Написав короткое «Хорошо», Шэнь Сы оглянулся на спальню: ребёнок сидел на кровати, а дядя Дэ аккуратно надевал на него кофточку. Довольный, он тегнул Шэнь Минсиня.
[Дедушка Сы]: @Ясные глаза и спокойное сердце Где пересекаемся?
[Мамочка Минсинь]: Может, в «Минъян» в районе Чжуншань? Там есть всё. Что думаешь? @Ветер веет прохладой
[Ветер веет прохладой]: Давай. На третьем этаже полно магазинов одежды, детское точно найдём.
[Мамочка Минсинь]: Сто пудов. Это же крупнейший ТЦ в Хайбине. Я накуплю Сяо Сигуа кучу вещей!
[Учитель Сяо]: Я ещё вчера присмотрел пару комплектов, как раз примеряем на Мин Фэна.
Видя такой энтузиазм, Шэнь Сы не удержался от иронии:
[Дедушка Сы]: Вы вообще помните, сколько заработали на подработке? Мне-то без разницы, но боюсь, вы уйдёте оттуда с пустыми руками. ¯\__/¯
Торговый центр «Минъян» и впрямь считался крупнейшим в городе, собравшим под своей крышей созвездие премиальных брендов. Даже банальное мороженое в местном сетевом «Мэйсянсян» стоило на пару юаней дороже, чем в любом другом филиале.
В чате повисла пауза — собеседники, видимо, отправились пересчитывать наличность. Ответ пришёл лишь спустя пару минут.
[Мамочка Минсинь]: 360 юаней плюс детский конверт... С таким капиталом в «Минъян» вообще пускают?
[Учитель Сяо]: 600 + конверт. Присоединяюсь к вопросу.
[Дедушка Сы]: Войти-то войдёте, а вот на одежду едва ли хватит. Не забывайте, детям ещё куча всего нужна.
Для такого мегаполиса, как Хайбинь, пару сотен юаней в элитном ТЦ — капля в море. На эти деньги даже в рядовом супермаркете толком не скупишься.
Поразмыслив, Шэнь Сы набрал:
[Дедушка Сы]: Может, отвезти вас в одно местечко? Там точно на всё хватит.
[Мамочка Минсинь]: Точно! Ты же местный, получше нашего разбираешься!
[Ветер веет прохладой]: @Дедушка Сы Вся надежда на тебя, братуха! Закупимся для Мин Фэна — с меня чай с шариками.
[Дедушка Сы]: И для моего мелкого тоже.
[Ветер веет прохладой]: Идёт! 🤝
[Мамочка Минсинь]: @R-X Сяо Жань Цюй Жань, ты с нами?
Цюй Жань долго молчал и лишь спустя приличное время выдавил короткое: «Нет».
Шэнь Сы лишь хмыкнул. Ли Шу, стоявшая неподалёку от дверей, догадалась, что тот переписывается с коллегами, и понизила голос:
— Вчера, когда остальные ушли на подработки, учитель Цюй сдавал телефон последним. Подходящего занятия он себе так и не нашёл, поэтому режиссёр Ма разрешил ему подработать прямо на съёмочной площадке.
В глазах Шэня Сы мелькнуло понимание. В чужом городе, да ещё и с раздутым самолюбием — даже если работа и подворачивалась, тот наверняка побрезговал.
— И сколько он выработал? Хватит ребёнку на вещи?
Вспомнив вчерашний хаос в отеле, Ли Шу покачала головой:
— У персонала всё и так расписано, лишних мест не было. Режиссёр поручил ему заказ обедов, полдников и ужинов для команды. Только учитель Цюй и тут напортачил... Режиссёр Ма из вежливости отсыпал ему ровно сотню юаней.
Напортачил? «Из вежливости»? Выходит, Цюй Жань завалил поручение, а режиссёр просто пожалел его самолюбие? И что купишь на сотню? Да хоть в самую дешёвую лавку иди — максимум один комплект одежды, да и тот без обуви, носков и трусов.
Шэнь Сы молча кивнул. Сводить счёты за истязания Тыковки в прошлой жизни он пока не торопился. То, что на этот раз ему удалось забрать мальчика себе, вовсе не означало амнистии. Будет Цюй Жань вести себя тихо — расплата подождёт. Но стоит ему хоть пальцем тронуть ребёнка... спуска ему не будет.
— Па-па!
Одетый Тыковка с разбегу обхватил ногу Шэня Сы, вырывая того из раздумий. Малыш улыбался во весь рот, на чуть округлившихся щёчках играл румянец — вид у него был искренне счастливый.
Шэнь Сы погладил его по вихрам:
— Подожди пару минут, я только переоденусь.
Малыш послушно кивнул:
— Ага!
Переодевшись, Шэнь Сы подхватил сына, сгреб съёмочную группу и отбыл, совершенно позабыв о муже, застрявшем в кабинете.
Раздав указания на день, Фу Чунсюй вышел из кабинета. Не обнаружив ни мужа, ни ребёнка, он спустился на первый этаж и застыл посреди пустой гостиной в полном недоумении. Он ведь всего-то подписал пару бумаг! Куда делись его домашние?
Дворецкий, закончив разгребать на кухне последствия готовки «рисовой каши с любовью», вынырнул в коридор и удивился:
— Молодой господин? Вы разве не в офис?
— Сегодня остаюсь. Сысы говорил, что они собирались за покупками... — Фу Чунсюй бросил взгляд через панорамное окно в сад. — А где они?
— Господин Шэнь уже уехал вместе с Тыковкой, — ответил дядя Дэ. — К тому же идут съёмки, вам вряд ли стоит светиться в кадре.
* «Даже если вам всё равно, продюсеры точно не позволят вам свободно разгуливать перед камерами!»* — мысленно добавил дворецкий.
До мужчины дошло: разговор о покупках подразумевал задание от шоу, а не семейный променад. Фу Чунсюй выдержал паузу и скупо бросил:
— Вернусь к работе.
Какая уж тут работа, когда день всё равно расчищен? Гендиректор Фу решительно проигнорировал сообщения от вкалывающего в офисе помощника Гу и со спокойной совестью уселся в кабинете смотреть прямую трансляцию с участием любимого мужа.
* * *
— Не буду я надевать грязное! — Чжан Мин швырнул протянутую помощницей одежду прямо в Цюй Жаня. — Ты только и делаешь, что заставляешь меня носить дрянь и спать на диване! Я всё деду с бабкой расскажу! Скажу, как ты надо мной измываешься!
Сидевший на диване Цюй Жань отложил карманное зеркальце. Он вскинул глаза на мальчишку — в его помутневшем взгляде вспыхнуло глухое раздражение. Как же его допек этот мелкий ублюдок!
Поднявшись, Цюй Жань неторопливо подошёл к дивану. Он смерил упрямого мальца презрительным взглядом, после чего губы его исказились в злорадной ухмылке:
— Не хочешь? А кто виноват, что ты ни на что не годен? Родному отцу на тебя плевать, а на шоу тебе достался "папаша" не с самым ангельским характером.
Увернувшись от брошенной подушки, Цюй Жань сгреб мальчишку за руку, второй мертвой хваткой впился ему в поясницу и, не дав тому вскрикнуть, со всей дури уткнул лицом в мягкие подушки.
Наваленные диванные подушки заглушили вопли боли, а дубовая дверь надёжно скрыла происходящее от съёмочной группы. Человек, корчивший из себя перед камерами нежного и заботливого наставника, сейчас с перекошенным от ярости лицом беспощадно осыпал спину ребёнка градом ударов и щипков.
Помощница опустила голову ещё в тот миг, когда Цюй Жань направился к дивану. Слыша сдавленный плач, она стояла ни жива ни мертва, судорожно сжимая в кулаках детскую кофту и не смея выдать присутствия.
— Запомни, сукеныш: будешь вякать — я из тебя всю душу вытрясу.
Выместив злобу, Цюй Жань зажал мальчишке рот. Видя его заплаканное, искаженное болью лицо, он криво ухмыльнулся:
— Шоу заключило с тобой контракт на целый год. Пожалуешься родне? Да они сами притащат тебя обратно на поводке, потому что неустойку им в жизни не покрыть. Так что если не хочешь, чтобы этот год стал для тебя адом, сиди тихо и не отсвечивай.
Что толку от любви стариков, если отец на заработках и заступиться за щенка некому? Чжан Мину уже семь лет, но вместо школы родные сдали его на телешоу ради легких денег. Понятно же, что у нищих нет шансов разорвать контракт.
Для верности он ещё пару раз крутанул кожу на детском предплечье. Удостоверившись, что мальчик заходится в слезах, Цюй Жань неспешно процедил:
— Ну что, всё ещё хочешь пожаловаться дедушке?
Испуганный ледяной жестокостью в его глазах, мальчик всхлипнул и отчаянно затряс головой. Осыпав его напоследок угрозами, Цюй Жань наконец разжал пальцы.
Чжан Мин сжался в комок на диване, тихо глотая слёзы. Он рос без родителей, но его никогда в жизни не били. Как бы он ни баловался, дед лишь хмурил брови для вида — у старика рука бы не поднялась ткнуть пальцем любимого внука.
Если бы дедушка не испугался, что бабушка совсем избалует мальчишку, перестающего реагировать на строгие замечания, его бы никогда не отправили на эти съёмки под крыло чужих "отцов".
Спина и руки горели огнём. Глядя на довольную физиономию Цюй Жаня, Чжан Мин впервые с ужасом осознал: "папа", о котором он так мечтал, оказался настоящим монстром. Все ли отцы такие злые? Или только ему достался такой изверг?
Помощница осторожно натянула на мальчика чистый комплект. Одежда не стиралась, но хотя бы не разила сыростью. Заметив синеющие подтёки и синяки на детской коже, девушка невольно вздрогнула. Какая же мразь.
Виновник истязаний тем временем развалился в кресле, закинув ногу на ногу, и набрал агента, чтобы тот отпросил его у режиссёра. Что толку от ста юаней? На эти копейки даже не поешь толком, незачем позориться перед публикой. Получив подтверждение от менеджера, Цюй Жань довольный убрал телефон и с ухмылкой посмотрел на притихшего мальчишку. Всё-таки хорошая взбучка работает куда лучше любых слов.