Сяо Наньгуа снова увидел папу только около семи вечера. К тому моменту малыш вместе с друзьями уселся возле виллы: дети обнимали по кокосу и с удовольствием тянули сок через соломинки, когда из дверей показался папа, приобнятый за талию большим папой.
«Папа так долго переодевался», — подумал Тыковка. Впрочем, он тут же решил, что папа просто устал в море на рыбалке, вот и копошился без спешки.
Малыш поднялся и, сжимая свой кокос, засеменил навстречу:
— Папа! Попей сока!
Шэнь Сы взъерошил его мягкие волосы:
— Пей сам, малыш, папа не хочет.
«И в кого он у нас такой заботливый!» — умилился про себя Шэнь Сы.
Фу Чунсюй же оглядел плоды с неровными, изжёванными срезами и спросил:
— Кто это вам так кокосы вскрыл?
Чтобы зрелые плоды не падали людям на головы, пальмы здесь высаживали чуть в стороне и поручали уход опытным садовникам. Профессионалы никогда бы не обрубили корку столь топорно.
— Дядя Сяо! — с готовностью подоспел Чжан Мин, тиская свой кокос. — Он взялся за тесак, как размахнулся — хрясь-хрясь! — и всё раскрыл! Правда, случайно руку себе порезал.
Шэнь Сы удивился:
— Порезался? Сильно?
Судя по эмоциональному рассказу мальчишки, Сяо Жань махал тесаком во всю дурь. После такого удара пальцы-то целы?
— Дядя Шэнь, вы не слушайте Сяо Мина, он вечно всё преувеличивает, — вступился Мин Фэн. — Учитель просто царапнулся. Очищал внешнюю шелуху и сорвал лезвие.
Кто вообще станет подставлять руки под обух? Кабы орехи без обрезки не скользили в детских ладонях, Сяо Жань вовсе бы не пострадал.
Убедившись, что травма пустяковая, Шэнь Сы перевёл дух. Они всё-таки снимают реалити-шоу, и очередной срыв съёмок из-за увечья был бы совсем не к месту.
— Пап, а когда мы будем кушать? — Сяо Наньгуа снова припал к соломинке и жадно глотнул. — Я ужасно проголодался.
И впрямь, вечер вступал в свои права. Днём ребёнок так увлёкся играми, что толком ничего не съел.
— Сейчас папа что-нибудь приготовит, — успокоил его Шэнь Сы.
Однако Фу Чунсюй не разомкнул объятий:
— Устроим барбекю, не надо лишний раз стоять у плиты.
Хоть он и старался держаться в рамках, долгое воздержание и спешка сказались: младшему супругу после их дневных ласк до сих пор было немного не по себе.
— Разожжём гриль. Я попрошу принести электрическую жаровню, будешь спокойно сидеть и жарить.
Шэнь Сы мгновенно вступил в торг:
— Никаких электроприборов! На них получается обычная сухомятка, никакого дымка и души! Нужен настоящий уголь.
Гендиректор Фу насупился:
— Еда на углях вредна для здоровья.
— Зато какая вкусная! — воодушевлённо возразил актёр. — Мы же не каждый день так ужинаем. Что плохого в одном вечере? Хочу нормальные угли. А не разрешишь — пойду к плите, чтобы хоть поесть в удовольствие.
Мужчина хранил молчание, плотно сжав губы. Шэнь Сы наигранно вздохнул:
— Эх, если каждый день торчать у плиты, скоро превращусь в замученного домохозяина. Даже выбрать ужин сам не могу, приходится заглядывать в чужие глаза...
Не дав ему договорить, Фу Чунсюй сдался.
— Не глупи, — буркнул он с досадой. — Иди отдыхай, я распоряжусь, чтобы развели огонь.
Шэнь Сы мгновенно преобразился, звонко чмокнул мужа в щёку:
— Ты у меня самый лучший!
Получив своё, он, слегка придерживая поясницу, довольный увёл сына на террасу дышать свежим морским бризом.
Гендиректор Фу лишь качнул головой и вытащил телефон, отправляя поручение доставить мангалы.
Помощник Гу, только-только разгрузивший багаж босса и присевший перевести дух, тут же получил новое указание. Осознав, что в этой командировке он исполняет роль «приложения к семейному отдыху», верный секретарь со вздохом отправился добывать мангалы и все необходимые принадлежности.
— Папа, смотри! — Сяо Наньгуа уютно прижался к Шэнь Сы, разглядывая усыпанное россыпью огней небо над побережьем. — Звёздочки!
— Да, настоящие звёзды, — мягко отозвался Шэнь Сы. В душных мегаполисах такого чистого ночного неба не увидишь.
— Дядя Шэнь, а падающие звёзды здесь бывают? — встрепенулся Сяо Мин. — Наша учительница говорила, что если увидишь упавшую звезду, можно загадать желание!
— Брат Мин, а что такое загадать желание? — поинтересовался Тыковка.
— Ну, как на день рождения перед свечками! Загадываешь про себя мечту, и падающая звезда её исполняет!
Подошедший Шэнь Минсинь, который только что помог Сяо Жаню перевязать палец, ухмыльнулся:
— И ваша учительница до сих пор верит в эти сказки?
Чжан Мин гордо задрал подбородок:
— Это называется светлой мечтой! Она указывает нам путь вперёд! Вам, взрослым, погружённым в серые будни, этого не понять~
Шэнь Минсинь поперхнулся — и ведь не возразишь!
Смутившись оттого, что его срезал ребёнок, Минсинь перевёл тему, обращаясь к тихо улыбающемуся младшему дяде:
— Младший дядя, а чем мы ужинаем?
— Хм? Разве забота об ужине не лежит на плечах племянника? — удивлённо вскинул бровь Шэнь Сы. — Или старшие должны прислуживать тебе?
Шэнь Минсинь смущённо потёр ладони:
— Кабы я взялся стряпать для тебя ужин, вот это было бы настоящим нечестием.
С его «талантом» превращать любое блюдо в угольки Сяо Жань даже близко не подпускал его к кухне.
— Сделаем барбекю. Фу Чунсюй уже затребовал мангалы.
— Отличная идея! — Шэнь Минсинь усадил на колени Сяо Сигуа. — Я и забыл, когда в последний раз ел шашлыки!
А ведь когда-то — до участия в шоу о папах — он задавал тон среди золотой молодёжи Пекина! Стоило ему освободиться, как приятели обоймой звали его на все тусовки. Но после начала съёмок, когда судьба сплела его с Сяо Жанем, а на горизонте возник младший дядя, прежняя шумная жизнь осталась где-то в прошлом. Поразмыслив, Минсинь понял: в перерывах между съёмками он либо гуляет с сыном, либо сидит дома, и о старой компании давно забыл.
Маленький Арбузик удивлённо поднял глазоньки:
— Папа, а разве вы с папой Сяо не покупали недавно шашлычки домой?
Шэнь Минсинь замёрз с сыном на руках:
— Ты... откуда узнал?!
В тот день ему нетерпимо захотелось жареного мяса, и он выгнал Сяо Жаня на поиски уличной еды. Боясь, что Арбузик затребует вредную и остро зачиненную пищу, от которой легко подхватить жар, Минсинь заранее уложил малыша спать. Неужели Сяо Жань проговорился?
Прояснил ситуацию Мин Фэн:
— Мы с Сяо Сигуа на следующее утро увидели бамбуковые шпажки в мусорном ведре.
Желая помочь учителю завоевать сердце папы Арбузика, Мин Фэн в последнее время жил у Минсиня.
— Вот именно, шпажки! — подхватил малыш. — Пахли точь-в-точь как те шашлычки на горе Цяньцзин, так вкусно!
Специи и пряный аромат зиры намертво въедаются в дерево. Минсинь, во всём подражая Шэнь Сы, старался огораживать ребёнка от избытка приправ, поэтому Арбузик отлично запомнил пиршество на съёмках и моментально опознал знакомый запах.
— Да как так-то! — изумился Минсинь и воззрился на младшего дядю. — Ты же сам хвастался, что ешь дома фастфуд и тебя никто не замечает!
Чжан Мин и Сяо Наньгуа тут же уставились на Шэнь Сы.
Шэнь Сы едва сдержался, чтобы не навешать глупому племяннику подзатыльников:
— А попросить упаковать без шпажек соображалки не хватило? Или заставить своего мужика сразу вынести мусор?!
Каково это — тайком от детей перекусывать вредностями, а потом из-за чужого языка терять родительский авторитет?!
Минсинь только собрался возразить, что Сяо Жань ему пока не мужик, но Шэнь Сы уже поднялся:
— Мангалы принесли, идите к огню.
Сумеречный пляж осветили гирлянды и прожекторы. На песке разложили пледы и низкие столики. Жаркие красные угли в жаровнях мгновенно создали уютную атмосферу, а на столах появились свежеобработанные морепродукты, добытые днём.
Услышав слово «барбекю», детвора мигом забыла про разоблачения и, взявшись за руки, побежала к огню. Сяо Жань уже сидел у стола и, забавно оттопырив перебинтованный Минсинем большой палец (похожий теперь на аккуратный свёрток), смешивал соусы.
Шэнь Сы огляделся, не найдя мужа, но в этот момент Фу Чунсюй вышел из дома, держа в руках откуда-то добытые медицинские маски.
— При жарке будет много дыма и гари, лучше надеть, — серьёзно произнёс он.
Шэнь Сы ошеломлённо изогнул бровь:
— Я что, фарфоровая ваза? Даже к дыму подойти нельзя? Носи сам, если хочешь, а я не буду.
Даже уличные торговцы, промышляющие у жаровень ночи напролёт, не носят масок, а тут из-за одного вечера устраивать стерильную зону! Фу Чунсюй явно понятия не имел, как выглядят настоящие посиделки с шашлыками.
Впрочем, навязываться бизнесмен не стал. Если не считать официальных банкетов, у него никогда не было обычных дружеских вечеринок — никто просто не рисковал его звать. Единственный приятель, Сюй Цзыфэн, и тот открещивался: «Стоит тебе присесть рядом, как вся компания раздолбаев мгновенно превращается в совет директоров на строгом совещании».
Раньше привыкший к одиночеству Фу Чунсюй не испытывал тяги к шумным сборищам. Но теперь... Глядя на супруга, раскладывающего раковины с морскими гребешками и морскими ушками на решётку, он про себя признал: этот живой уличный уют ему по душе.
— Большой папа, иди сюда! Слифком драчливый! — завопил освоивший разговорную речь Сяо Наньгуа, привлекая внимание к корзине со странными злыми омарами.
Фу Чунсюй подошёл и без лишнего церемониала опустился на корточки, вовремя перехватив пухлую ручонку сына, тянувшуюся к панцирю:
— Осторожно, клешни зажмут.
— Они ещё и драться умеют? — Фу Цюйнань озадаченно спрятал пальчики за спину и стал наблюдать, как отец достаёт из корзины добычу.
Кулинарные познания мужчины ограничивались уроком Шэнь Сы: слить воду, снять панцирь. Вскоре под ловкими взмахами острого ножа прозрачно-белое мясо превратилось в аккуратные порционные ломтики.
Обернувшийся Шэнь Сы хотел было попросить сына принести приправы, но, увидав эту картину, чуть не лишился дара речи:
— Ты зачем их искромсал?!
Он специально отправил Минсиня за сыром, собираясь запечь омаров в панцирях под румяной корочкой, а муж разделил морепродукты на мелкие части!
— Мы же собирались делать барбекю? — растерялся гендиректор. Как нанизывать на шпажки целого омара, если не нарезать?
— Ты что, запечённого омара ни разу не ел? — проворчал Шэнь Сы. — Подай соус, горе-повар.
Актёр планировал уберечь детей от вредной гари открытого огня: приготовить морепродукты в раковинах под чесночным соусом и сыром. А взрослым достались бы запечённая рыба и моллюски в фольге — да и мясо из холодильника никто не отменял. Задумка была идеальной! И вот супруг за минуту распотрошил омаров, да так, что панцири теперь не собрать ни под каким предлогом.
Досада брать берёт!
Фу Чунсюй хотел было заметить, что ел такое блюдо, но ведь его готовят в духовом шкафу! Впрочем, взглянув на вспыхнувшее от досады лицо мужа в отсветах пламени, он благоразумно проглотил возражения и отправился за специями к Сяо Жаню.
Шэнь Минсинь принёс из дома сыр и, прикинув, что на четверых взрослых и четверых детей улова явно не хватит, прихватил заодно пакетик с мясными нарезками.
Но едва он ступил на площадку, как к ним потянулся представитель съёмочной группы. Минсинь мгновенно насторожился:
— Вы чего вынюхиваете? Неужели режиссёр Ма даже поужинать спокойно не даст?!
— Учитель Шэнь, вы зря волнуетесь, — с виноватой улыбкой заверил сотрудник, протягивая конверт. — Режиссёр просто просил передать задание на завтра.
— Опять задания? — высунулся Сяо Жань, заканчивая с соусами. — Обещали же чистый отдых и развлечения!
— Я не в курсе деталей, прочтёте карточку и всё поймёте.
Посланник понятия не имел, о чём договаривалось руководство, поэтому просто сунул конверт в пакет к Минсиню и быстро ретировался. Пока участники устраивали пикник, режиссёр Ма организовал жаровню у своей виллы, и опоздать к столу означало остаться без мяса.
— Вы чего там застряли? Шагайте сюда, гребешки подошли! — окликнул их Шэнь Сы.
Уставшие после дневного купания Минсинь и Сяо Жань спешно устремились на запах.
Угли полыхали на славу. Шэнь Сы выложил ракушки: часть заправил чесноком и фунчозой, часть оставил чистыми, чтобы насладиться сочным, естественным вкусом морских глубин. Фу Чунсюй заверил, что вода в этой акватории кристально чистая, так что опасаться было нечего. Едва створки распахнулись, а соус закипел, запечённые деликатесы раздали детворе.
Проголодавшиеся взрослые быстро справились с первой порцией и взялись за заготовку морских ушек из корзины. Пойманных трепангов Шэнь Сы предварительно вычистил, выложил в формочки из фольги с чесноком и грибами эноки и поставил тушиться над огнём: им с мужем после интенсивных дневных упражнений тоже требовалось восполнить силы.
А карточка с заданием так и осталась лежать на дне пакета рядом с подтаявшим мясом. Вспомнили о ней лишь тогда, когда морепродукты закончились и пришла пора жарить нарезку.
— Это ещё что? — Шэнь Сы брезгливо вытянул размокшую карточку с расплывшимися чернильными пятнами.
Шэнь Минсинь, замерший с палочками над кипящим трепангом, окаменел. В голове пронеслась единственная мысль: «Каюк».