На следующий день в ресторане на третьем этаже отеля Шэнь Сы встретился с остальными участниками шоу. Едва он появился с ребёнком, как его тут же начали расспрашивать про найденного отца. Учитывая, что Шэнь Минсинь в своё время тоже пытался помочь ему с поисками, Шэнь Сы вкратце ввёл всех в курс дела.
Шэнь Минсинь так увлёкся сплетнями, что совсем забыл про завтрак:
— Так твой отец сам тебя разыскал?
— Угу, — кивнул Шэнь Сы. — Увидел меня в выпуске шоу, посчитал, что я вылитая мать, вот и пришёл.
На самом деле Шэнь Сы был куда больше похож на Шэнь Чжэна. Впрочем, любовь слепа: в глазах Шэнь Чжэна те черты лица сына, что напоминали ему умершую жену, разрастались до невероятных масштабов.
— А я-то думал, — со вздохом протянул Шэнь Минсинь, — что мы найдём твоих родных через нашу Торговую палату семьи Шэнь. Кто же знал, что он сам объявится!
Тогда, узнав, что имя Шэнь Сы — не просто сценический псевдоним и что фамилия Шэнь принадлежит ему по рождению, Шэнь Минсинь порывался дать клич по филиалам Торговой палаты: мол, не терял ли кто из торговцев с фамилией Шэнь жену и ребёнка?
Он и помыслить не мог, что отец Шэнь Сы ведёт бизнес за границей. Неудивительно, что старший брат Минсиня, пустивший слух по региональным отделениям, так ничего и не нарыл.
Минсинь допускал, что отец Шэнь Сы может не иметь отношения к коммерции или просто не состоять в их гильдии, но чтобы тот вообще жил за пределами страны — такое ему и в голову не приходило.
— А экспертизу ДНК вы делали? — поинтересовался Сяо Жань.
Раз уж у отца Шэнь Сы имелись деньги, он едва ли допустил бы оплошность, но мало ли: люди, потерявшие родных двадцать лет назад, на радостях могли забыть о самом главном.
— Делали, — подтвердил Шэнь Сы. — В местном военном госпитале. Так что ошибки быть не должно.
Услышав про военный госпиталь, Сяо Жань успокоился. Официальные структуры в таких вопросах надежны, подтасовки или человеческий фактор там исключены.
Утолив любопытство, Шэнь Минсинь вспомнил о другом:
— Кстати, сегодня вечером у меня дома семейный приём. Пойдёшь со мной?
— Зачем мне идти на ваш семейный праздник? — удивился Шэнь Сы.
— Да это не совсем семейный приём. Мой двоюродный дедушка оправился после операции и планирует вести дела в Пекине. Вот и устраивает банкет, чтобы сойтись с местными предпринимателями.
Минсинь пояснил:
— Семье Сяо Жаня тоже прислали приглашение. Он, как наследник клана Сяо, обязался быть, а раз идёт он, то и Мин Фэну придётся ехать. Выходит, мы все разбежимся, а ты один останешься куковать в отеле. Скучно же!
Сяо Жань, уловив ход мыслей Минсиня, подхватил:
— На приём к Шэнь придут непростые люди. В списках гостей полно именитых режиссёров. Появишься там, заведёшь полезные знакомства — для карьеры в шоу-бизнесе лишним точно не будет.
Шэнь Сы задумался и решил, что резон в этом есть. Надеяться во всём на Фу Чунсюя не стоило. К тому же мужчина трепетно относился к его самостоятельности и без крайнего повода в его работу не вмешивался.
Расширить круг общения своими силами — идея хорошая. Даже если знаменитые режиссёры не обратят на него внимания, отдать дань уважения хозяевам в качестве спутника Шэнь Минсиня и партнёра Фу Чунсюя вполне уместно.
Убедившись, что его появление не создаст Минсиню проблем, Шэнь Сы кивнул:
— Что ж, тогда с удовольствием составлю компанию.
— Вот и отлично! Считай, просто идёшь ко мне в гости! — обрадовался Шэнь Минсинь.
Он был свято уверен: стоит ему отрекомендовать друга, и тот без хороших сценариев не останется. Топовые режиссёры сами привлекают инвестиции под свои проекты, и если инвестор начинает качать права, они легко меняют его на другого. Желающих вложиться в кассовое кино хватает всегда. Минсинь с нетерпением ждал момента, когда посмотрит на физиономию того тайного недоброжелателя, что пытался вставлять Шэнь Сы палки в колёса!
Поскольку съёмочная группа на сей раз не стала мудрить с изощрёнными заданиями, а на улице дул промозглый ветер, участники после завтрака решили не вести детей на прогулку. Вместо этого все дружно поднялись в развлекательную зону президентского люкса Шэнь Сы.
Оператора Ди Цзюня, заступившего на смену с его привычной беспардонной простотой, тут же припрягли к делу — усадили за маджонг.
Ди Цзюнь потёр руки и ухмыльнулся:
— Сыграем на денежки?
Он-то простой рабочий, куда ему тягаться со звёздами, зарабатывающими сотни тысяч за один съёмочный день.
— Никаких денег! Игра на деньги — это азартный грех, — отозвался Шэнь Минсинь, перемешивая кости. — Тяни жребий быстрее.
— Да ладно вам, пара юаней — какой же это грех? У нас на родине в Новый год всегда на копейки играют, так, для азарта и удачи, — ловко вытягивая кости, засмеялся оператор. — Не говорят разве: маленькая ставка — для души, большая — во вред?
— Маленькая ставка для души — это шуточные наказания, а не звонкая монета, — парировал Минсинь. — Какая уж тут удача, если в праздник без гроша останешься.
Сяо Жань, не глядя на разложенный перед ним расклад, сухо добавил:
— «Не попустительствуй малому злу». К костям это относится в первую очередь. Не думай, что пару юаней нельзя считать азартной игрой.
— Ну по рублю-то можно? — заговорщически подмигнул Ди Цзюнь.
Раньше он опасался, что звёзды начнут играть по-крупному — на десятки тысяч, но раз они принципиально не играли на деньги, у него зачесались руки втянуть их хоть в какую-то копеечную потасовку. Сам он не был заядлым игроком, но с детства привык, что за столом всегда кон подкрепляется медяками, и играть всерьёз «на интерес» ему казалось скучным.
Шэнь Сы в маджонг играть не умел и в этот момент внимательно изучал выигрышные комбинации в телефоне. Услышав слова оператора, он вскинул взгляд:
— Деньги карман жгут?
Ди Цзюнь тут же попятился:
— Нет-нет-нет! Карточки для подсчёта очков — самое то!
С другими участниками он ещё мог бы поспорить, но перед Шэнь Сы мгновенно пасовал. В прошлый раз этот парень за пару минут так его заговорил, что Режиссёр Ма потом целый час отпевал бедолагу-оператора, сослав на подсобные работы. Лишь недавно его вернули к привычным обязанностям. Связываться с Шэнь Сы или перечить ему Ди Цзюнь опасался до судорог — мало ли какую ловушку тот устроит на этот раз.
И чутьё оператора не подвело. Пусть Шэнь Сы и был новичком, он подошёл к процессу с холодной математической логикой. Народную забаву он мгновенно превратил в жёсткий просчёт вероятностей.
— Чоу... Извините, понг. Понг-понг ху.
— Самоприход. Семь пар.
— А этот расклад... кажется, «Четыре больших счастья». Я выиграл.
Пока Шэнь Сы с невозмутимым видом открывал одну выигрышную комбинацию за другой, лица за столом становились всё более каменными. У Ди Цзюня, рвавшегося играть на деньги, и вовсе потемнело в глазах.
Началась новая партия. Шэнь Минсинь с сомнением посмотрел на свои кости и осторожно скинул «семёрку символов». Ди Цзюнь расплылся в улыбке и уже потянулся забрать кость.
— Погоди, не трогай, — стальной голос красивого юноши остановил его руку.
Шэнь Сы уверенно забрал скинутую Минсинем кость. В каждом его движении сквозила неоспоримая властность. Положив «семёрку» к себе, он одним движением открыл весь свой ряд и с лёгкой улыбкой оглядел онемевших соперников:
— Чистая масть, масть Символов. Ну что, много у вас ещё фишек осталось?
Шэнь Минсинь и Сяо Жань одновременно замерли, чувствуя, как незримая удавка затягивается на их игровом азарте.
Ди Цзюнь тяжело сглотнул и сдавленно спросил:
— Учитель Шэнь... а как вы узнали, что я собирался взять эту кость?
— Высчитал, — ровно ответил Шэнь Сы, окинув беглым взглядом его закрытый расклад. — Ты ведь собирал «Понг-понг ху», верно? Ну что, всё ещё хочешь играть на деньги?
— Нет-нет, ни в коем случае, — оператор судорожно сглотнул, искренне уверовав, что азартные игры — это страшное зло.
С таким соперником даже при минимальной ставке в один юань после всех умножений и прогрессий за пару конов можно было спустить всё жалованье за месяц!
Шум за столом привлёк внимание детей. Бросив игрушки, они прибежали к отцам, с любопытством разглядывая костяшки. Взрослые решили закончить партию.
— Папа! — Сяо Наньгуа уткнулся носом в колено Шэнь Сы и, приподнявшись на цыпочки, с интересом уставился на маджонг. — А что это за игра?
— Игра на внимательность, вроде «найди пару», — Шэнь Сы подхватил малыша и усадил на стул. Затем сгреб кости, перемешал их и выстроил в два ровных ряда. После чего наугад перевернул две костяшки — обе оказались «восьмёрками точек». — Вот так: переворачиваешь две штуки, и если они одинаковые — забираешь себе.
Раньше Шэнь Минсинь думал, что слова Шэнь Сы про математический расчёт — просто подколка в адрес Ди Цзюня. Но увидев, как тот с первой попытки вытащил две абсолютно идентичные кости, содрогнулся. Этот парень — монстр.
— Папа, я тоже хочу! — запрыгал рядом Сяо Сигуа. Чжан Мин и Мин Фэн тоже зажглись азартом.
Раз уж взрослым доиграть не вышло, Сяо Жань предложил:
— Тогда играйте вы. Кто соберёт больше всех пар, тот в обед получит порцию картошки фри.
Заслышав про награду, малыши загорелись. Шэнь Сы подробно объяснил правила, убедился, что дети всё поняли, и смешал костяшки.
Тут в ход пошли реакция и память. Сяо Наньгуа и Сяо Сигуа были младше всех, ручонки у них были короткие, зато соображали они на лету. Вскоре ребятишки инстинктивно разбились на пары: старшие Чжан Мин и Мин Фэн помогали младшим доставать и переворачивать кости.
Взрослые встали рядом, грызя семечки и с родительской гордостью наблюдая за процессом. Стоило кому-то из ребят собрать пару, как отцы взрывались похвалой, подстёгивая азарт малышей.
В разгар веселья в комнату вернулся Ди Цзюнь, которого Режиссёр Ма только что вызвал на ковёр.
— Меня кто-то спрашивает? — удивился Шэнь Сы. — Секретарь Ян?
— Без понятия, — развёл руками оператор. — Режиссёр Ма сказал, что какого-то мужика не пустили в отель, так он уселся прямо в съёмочную машину и требует тебя.
Раз в отель не пустили, значит, точно не Секретарь Ян. Если бы искал кто-то из знакомых, позвонили бы на мобильный. Шэнь Сы посмотрел на увлечённого игрой Сяо Наньгуа, попросил Ди Цзюня посторожить детей, а сам спустился в холл.
Незнакомец ждал его в зоне отдыха в сопровождении сотрудника съёмочной группы. Увидев Шэнь Сы, сотрудник сразу отошёл, оставаясь дежурить у дверей отеля.
Шэнь Сы едва бросил взгляд на визитёра, как внутри всё натянулось. Мужчина настороженно оглядывался, в его глазах проскальзывала алчность, а коренастая, плотно сбитая фигура сидела на диване в такой позе, будто он готов был сорваться с места в любую секунду. На честного человека он похож не был.
Воспоминания о прошлой жизни, когда фанатик Чэн Кэ напал на него, отправив на больничную койку и косвенно став причиной его гибели, заставили Шэнь Сы остановиться в трёх шагах от незнакомца.
— Вы меня искали?
Мужчина с сомнением оглядел его:
— Вы... молодой господин Шэнь Сы?
— Я, — сухо кивнул Шэнь Сы.
Мужчина шёл целенаправленно к нему, но, встретив без маски, не сразу узнал. Интересный расклад. У него действительно было дело к Шэнь Сы или он выполнял чужое поручение?
Предположение подтвердилось: визитёр действительно оказался посыльным.
— Своей персоной? И Шэнь Бай отправил вас ко мне? — Шэнь Сы смерил его подозрительным взглядом. — А почему он сам не написал в мессенджер и не позвонил?
— У господина Бая сломался телефон, связи с внешним миром нет, — поспешно объяснил мужчина.
— И что, нельзя было одолжить чужой аппарат? — не унимался Шэнь Сы.
— Нельзя... В его телефоне остался ваш номер, а наизусть он его не помнит, — юлил посланец.
Эти шитые белыми нитками объяснения не убеждали Шэнь Сы. Шэнь Бай в своё время выяснил, что в последний день прошлого сезона тот снимался в компании Фу Чунсюя. Найти его номер для человека с такими связями — пара пустяков.
Тогда Шэнь Бай утверждал, что долго наблюдал за Шэнь Сы, прежде чем убедиться в его родстве. И этот период «наблюдения» как раз приходился на съёмки в Наньхае.
Поняв, что Шэнь Сы не верит ни единому слову, мужчина вынужден был выложить правду, пересказав инструкции хозяина:
— Господин Шэнь Бай хотел признать вас и вернуть в семью. Но его младший дядя, похоже, до сих пор таит обиду за старые грехи, поэтому полностью перекрыл ему связи с внешним миром. Господину Баю ничего не оставалось, кроме как тайком подослать меня.
— Подослать, чтобы предупредить? Заставить держаться подальше? — с усмешкой спросил Шэнь Сы.
Этот Шэнь Бай, похоже, сам уверовал во враньё, которое сочинил. Вбил себе в голову роль заботливого отца, постоянно раздавал указания по поводу его поведения на шоу, а теперь наплетал сорок бочек арестантов постороннему человеку. У Шэнь Сы складывалось ощущение, что тот просто помешался на идее завести сына.
Мужчина угодливо заулыбался:
— Ну что вы! Господин Бай надеется, что вы прибудете на вечерний банкет семьи Шэнь здесь, в Пекине. Он найдёт способ пересечься с вами на приёме и обсудить, как официально оформить ваше возвращение.
Это был уже третий раз за последние два дня, когда Шэнь Сы слышал про вечерний приём семьи Шэнь. Сначала отец Шэня, потом Шэнь Минсинь, а теперь ещё и Шэнь Бай. Учитывая совпадение фамилий, Шэнь Сы на мгновение даже задумался: а не приходится ли он роднёй Шэнь Минсиню?
Он нахмурился и спросил:
— Слушай, я могу задать тебе один вопрос?
— Спрашивайте, отвечу всё как есть! — закивал посыльный. Лишь бы выполнить поручение.
— Шэнь Бай и я... какими узами мы связаны с той семьёй Шэнь, что устраивает сегодняшний банкет?
Мужчина опешил. Он выполнял для Шэнь Бая только «теневую» работу и к светской жизни отношения не имел. В их кругах лишних вопросов о происхождении не задают — не дай бог накроют верхушку, и ты пойдёшь паровозом.
Если бы не то, что всех доверенных лиц Шэнь Бая обложили слежкой, его бы никогда не заставили перелезать через забор и выполнять подобные поручения. Узнав, что дело касается родного сына босса, он обрадовался, решив, что его приближают к телу.
О связи Шэнь Бая с пекинскими олигархами Шэнь он не знал ничего. Но вспомнив про Торговую палату семьи Шэнь, объединяющую однофамильцев, предположил:
— Да вроде никакой особой связи. Слышали про Торговую палату семьи Шэнь? Господин Бай просто состоит в ней. Ну, совпала фамилия с пекинскими Шэнь, только и всего.
Шэнь Сы и сам понял, что сморозил глупость. Шэнь Бай был примерно одного возраста с Шэнь Чжэном, а Шэнь Чжэн выглядел даже моложе. Ранее Шэнь Минсинь говорил, что его отец всего на год старше старика Шэня, а в их ветви остался только один дальний двоюродный дядя.
Никак они с Минсинем не могли быть родственниками. Забыв о запутанных китайских генеалогических древах, где младшие ветви могут рождать старейшин, Шэнь Сы выбросил эту мысль из головы.
— Ладно. Передай, что вечером я буду, — сказал он, забрав из рук мужчины изысканный конверт с приглашением.
Чтобы попасть на вечерний приём, требовалось приглашение. Выходит, связи Шэнь Бая с кланом Шэнь куда слабее, чем его собственные отношения с Шэнь Минсинем, иронично подумал Шэнь Сы.