Когда Фу Чунсюй с сыном приехал в больницу, Шэнь Сы уже договорился с лечащим врачом о повторном осмотре. Только убедившись, что Чжан Мин в полном порядке и его можно без опаски выписывать, он наконец перевёл дух.
Видя такую искреннюю заботу, мальчик прямо-таки растаял от счастья и сладко протянул:
— Папа, со мной правда всё хорошо.
— Хорошо ему... Ты меня до полусмерти напугал! — проворчал Шэнь Сы, сгребая в урну мусор с прикроватной тумбочки. — Чтоб больше под палящим солнцем часами не торчал, уяснил?
Сидящий на койке мальчуган закивал головой, словно китайский болванчик:
— Уяснил! На солнышке долго не сидеть, на сытый желудок не скакать!
— Кто тут собрался скакать? — поинтересовался Фу Чунсюй, толкнув дверь палаты.
— Папочка! — радостно пискнул Сяо Наньгуа.
— Дядя Фу! — подхватил Чжан Мин.
Малыши расстались всего пару часов назад, но вели себя так, будто не виделись целую вечность, и тут же повисли на взрослых.
— Дядя Фу, а что это у вас? — с любопытством покосился Чжан Мин на пакет в руках мужчины.
Вторую половину трансляции они с Шэнь Сы пропустили, поскольку как раз ждали врача и сдавали анализы.
— Кокосовое желе, это тебе, — ответил Фу Чунсюй, доставая небольшой бурый орех. Он снял прозрачную плёнку, вставил ложечку и протянул десерт мальчику. — Твой братишка свою порцию уже съел, так что с ним не делись.
Стоявший рядом Тыковка обиженно надул губы:
— Даже одну ложечку нельзя?
— Нельзя, — непреклонно отрезал генеральный директор Фу. Затем он распаковал второй кокос и передал его Шэнь Сы: — А это тебе. Ешь, пока холодное.
Глядя на заискивающую улыбку мужчины, Шэнь Сы мягко усмехнулся и принялся за угощение. Поверх нежнейшего белоснежного суфле лежал слой хрустящих обжаренных кокосовых чипсов. Ложка легко погрузилась в податливую мякоть. Прохладное, тающее на языке лакомство приятно контрастировало с хрустом кокоса — сладко, ароматно и удивительно освежающе.
Фу Чунсюй с нескрываемым удовольствием наблюдал, как Шэнь Сы смакует десерт, ложка за ложкой. Маленький Тыковка тем временем пожирал лакомство глазами, едва не захлёбываясь слюной. Казалось, он только-только плотно пообедал, но желудок предательски требовал сладкого.
Вдруг кто-то легонько потянул его за рукав. Обернувшись, малыш увидел, как старший брат тайком протягивает ему полную ложку.
— Ешь быстрее, — едва слышным шёпотом, полным братской заботы, выдохнул Чжан Мин.
Сяо Наньгуа расплылся в счастливой улыбке и мигом проглотил угощение.
Отцы предпочли закрыть глаза на этот заговор и не стали ругать мальчишек за невинную шалость.
Покончив с десертом, дружное семейство покинуло больницу. Поскольку испытание Сяо Жаня всё ещё продолжалось, вернуться на остров раньше времени они не могли. Шэнь Сы открыл карту в телефоне и решил отвести ребятню в ближайший торговый центр.
Чжан Мину сегодня выпала редкая привилегия — папа нёс его на руках. Указав на броскую, залитую неоном витрину неподалёку, мальчик оживился:
— Папа, а что там продают? Выглядит круто!
— Игровой зал, — скользнул взглядом Шэнь Сы. — Но тебе туда сейчас нельзя.
Ребёнку только что прокапали несколько капельниц, ближайшие пару дней желудок и кишечник требовали покоя — куда уж тут в игровой зал? Разгорячится, вспотеет от восторга, а потом под мощными струями торговых кондиционеров его мигом продует.
Поняв, что аттракционы накрылись, Чжан Мин сник и, уткнувшись носом в отцовское плечо, тоскливо вздохнул вслед удаляющейся витрине.
Тыковка к игровым автоматам особого интереса не питал. Куда больше его привлекали диковинные, незнакомые вещицы.
Вот как сейчас, например:
— Папа Фу! Смотри, какая красивая коробочка!
За прозрачной витриной лежал прямоугольный пенал. Цветная смальта и витые металлические узоры складывались в затейливый рисунок, переливаясь и сверкая в лучах магазинных ламп. Предмет больше походил на изысканную шкатулку для драгоценностей, чем на обычную школьную принадлежность.
— Нравится? — поинтересовался Фу Чунсюй. — Пойдём глянем поближе.
Через пару месяцев сыну предстояло пойти в первый класс, так что канцелярские покупки были как раз кстати.
Заметив вошедших покупателей и следующего по пятам оператора с компактной камерой, продавщицы приняли их за очередных блогеров и не придали этому значения. В этом торговом центре хватало брендовых бутиков, и стримеры то и дело вели отсюда прямые эфиры или организовывали совместные закупки. Персонал давно привык к подобным гостям.
Шэнь Сы опустил Чжан Мина на пол, позволив детям самостоятельно исследовать полки. Сами взрослые неторопливо шли следом, вполголоса обсуждая будущие покупки для школы.
— Дедушка сказал, что как только сын пойдёт в школу, ему пора учиться каллиграфии, — обронил Фу Чунсюй. — Нужно будет подобрать полный набор: кисти, тушь, бумагу и тушечницу.
— Придётся нанимать учителя? — задумался Шэнь Сы. Идея казалась здравой. Каллиграфия отлично воспитывает усидчивость и закаляет характер, к тому же обычной ручкой Тыковка уже писал вполне ровно и аккуратно. Переходить на кисть самое время. Вот только сам Шэнь Сы в каллиграфии не смыслил, да и мужа за этим занятием никогда не видел — учить ребёнка своими силами они явно не могли.
— Никого нанимать не надо, дедушка сам вызвался, — улыбнулся Фу Чунсюй. — Говорит, часа в день после уроков ребятам хватит за глаза.
Шэнь Сы впервые слышал, чтобы старейшина Фу увлекался каллиграфией, но вариант выходил отличный: и старику развлечение, и детям полезный навык. Он мысленно прикинул расписание: в пять с небольшим мальчишки возвращаются из школы, делают уроки, около шести ужинают. Затем час на каллиграфию, мультики, немного свободных игр — и в душ перед сном.
График вырисовывался плотный и упорядоченный.
— Хорошо, пусть тогда дедушка ими займётся.
— Да он только рад будет, — усмехнулся Фу Чунсюй. — Если бы знал точный уровень их подготовки, наверняка уже нанял бы целую ораву репетиторов.
Обеспеченные семьи всегда так поступали, а уж клан Фу и подавно: стоило убедиться, что ребёнок справляется со школьной программой, как тут же подключались дополнительные дисциплины. Никто не требовал круглых пятёрок во всём подряд, но кругозор и эрудиция ценились превыше всего. Опередить сверстников хотя бы на полшага — уже половина победы.
— Дети ещё маленькие, не стоит давить на них учебой, — мягко возразил Шэнь Сы, делясь своими мыслями. — Хочу, чтобы они росли счастливыми. Главное — учиться прилежно. Обязательные предметы пусть осваивают, а то, без чего можно обойтись, пока подождёт.
Фу Чунсюй понимающе кивнул:
— Не переживай, я всё устрою как надо.
Малыши пока даже не подозревали, какие учебные будни им уготованы, и весело бродили между рядами, держась за руки.
Тыковка намертво вцепился в пенал, который ему достал отец, наотрез отказываясь смотреть на другие модели: только этот и никакой больше.
Чжан Мин уже отучился одно полугодие, и канцелярии у него хватало с избытком: часть купил Шэнь Сы, а остальное прислали тётушка с бабушкой из Пекина. Запасов хватило бы на годы вперёд, поэтому к тетрадям и ручкам мальчик оставался совершенно равнодушен.
Прогуливаясь с младшим братом по магазину, в самом дальнем углу нижней полки он приметил нечто пёстрое. Любопытство взяло верх: вытащив шуршащий пакет на свет, Чжан Мин обнаружил внутри тонкие реечки и яркую ткань.
— Папа, а это что такое?
Ядовитые кислотные цвета едва не ослепили Шэнь Сы. Перевернув упаковку, он прочитал описание:
— Воздушный змей.
Причём трёхметровый, в виде древнекитайской красавицы. Теперь стало ясно, к чему эти вырвиглазные алые и изумрудные разводы — так изобразили традиционное платье.
— Папа, папочка! А можно его купить? Мы сможем запустить его на пляже? — Чжан Мин моментально загорелся при слове «игрушка».
Шэнь Сы с непередаваемым выражением лица уставился на рисунок:
— Если запустить такую штуку в небо, люди подумают что угодно, только не про змея...
Пожилые прохожие решат, что им явилась сама Бодхисаттва!
— Согласен, — с невозмутимой серьёзностью поддержал его генеральный директор Фу. — Если моряки увидят в небе подобное чудо-юдо, передача «Приближение к науке» растянет расследование выпусков на десять.
Шэнь Сы ещё раз окинул взглядом аляповатого трёхметрового монстра и мягко предложил:
— Он слишком огромный. Может, выберешь другой?
— Другой? — Чжан Мин особо не привередничал: раньше ему не доводилось запускать воздушных змеев, хотелось просто попробовать. Раз уж папа и дядя Фу против, он без споров полез обратно на полку и после недолгих поисков извлёк на свет... двухметрового Ультрамена.
Шэнь Сы только мысленно развёл руками: откуда в обычном магазине канцтоваров такие причудливые штуковины? Теперь оставалось лишь уповать на то, что дети на пляже при виде парящего Ультрамена не начнут приставать к туристам с сакраментальным вопросом: «А ты веришь в свет?»
— Как бы это помягче сказать... У Сяо Мина с детства весьма специфический вкус.
— Надеюсь, Шэнь Сы и господин Фу смогут наставить его на путь истинный.
— Да ладно вам! Что плохого в том, что ребёнку нравится Ультрамен?
— У тех, кто не верит в свет, детство прошло зря!
— Вот именно! Малыш, а ты веришь в свет?!
* * *
Пока семейство Шэнь Сы с удовольствием бродило по торговому центру, Сяо Жань на другом конце города готов был лезть на стену от досады.
Вместе с Сяо Сигуа они торговали сушёными морепродуктами на местном рынке. Гордое звание «магазина» на деле оказалось обычным навесом над прилавком в торговых рядах.
Товар расходился неплохо, но режиссёр Ма Нинго без конца задирал планку. Шутка ли — десять тысяч юаней чистой прибыли! Где в таком месте заработать подобные деньги?
Местные жители обитали у самого моря — кому из них сдались эти сушёные деликатесы в промышленных масштабах, когда можно пойти и купить свежайший улов?
Сяо Жань непрерывно щёлкал кнопками калькулятора, сводя дебет с кредитом, высчитывая себестоимость каждой партии и маржу с копейками.
Сяо Сигуа тем временем с упоением уплетал купленное папой Сяо мороженое, наслаждаясь спасительным ветерком от единственного вентилятора. Жизнь казалась прекрасной, если бы не вездесущий запах тухлой рыбы.
Прикончив пломбир, мальчик заскучал на своём стульчике. Опасаясь, как бы ребёнок не потерялся в рыночной толчее, Сяо Жань строго-настрого велел ему сидеть внутри палатки.
Глядя, как взрослый одновременно щёлкает клавишами и зазывает прохожих, Арбузик достал детский телефон и набрал номер.
Уж лучше поболтать с Сяо Наньгуа!
Когда съёмки первого сезона завершились, Шэнь Минсинь по принципу «если у Тыковки есть, значит, и Арбузику надо» купил сыну специальный телефон. С тех пор мальчишки обожали созваниваться по пустякам и делиться новостями.
Услышав звонок от друга, маленький Фу Цюйнань с важным видом нажал на кнопку:
— Алло?
— Тыковка, ты чем занимаешься? — донёсся из динамика тоненький голосок.
Сяо Наньгуа тут же расплылся в улыбке:
— Папа и большой папа привели нас с братом Мином в торговый центр! А ты что делаешь?
Узнав, что приятель развлекается в ТЦ, Сяо Сигуа с завистью протянул:
— А я с папой Сяо рыбок продаю...
— Рыбу?! — поразился Тыковка, и в его голосе проскользнули нотки искреннего восхищения. — Тех самых, которые дерутся?
Рыба, которую на днях выловил из моря папа, так яростно хлестала хвостом, что чуть не отбила руки, да ещё и окатила его водой с ног до головы! Неужели Арбузик сам фасует этих чудищ по пакетам?
— Нет, мёртвых рыбок, — грустно вздохнул Сяо Сигуа. — Они вонючие.
— Что-о-о?! — Сяо Наньгуа опешил ещё сильнее. — Вы продаёте дохлую рыбу?! Разве мёртвую рыбу можно есть?! Арбузик, бросай это дело! Если она воняет, значит, точно испортилась! Люди же отравятся и заболеют!
Поймав на себе недоумённые взгляды обоих отцов, маленький Фу Цюйнань с непоколебимой строгостью выдал:
— Кормить людей тухлятиной ради денег называется... называется мошенничеством и покушением на жизнь!
Услышав, что от их рыбы покупатели могут слечь, Сяо Сигуа не на шутку перепугался. Папа Сяо за сегодня сбыл уже столько упаковок... Неужели кто-то умрёт?!
Пока малыш пребывал в тихой панике, Сяо Жань как раз зазывал к прилавку очередного покупателя.