На следующее утро, едва раздалась тихая трель будильника, Шэнь Сы тут же прикрыл ладонью ухо малыша, выключил сигнал и принялся тихонько поглаживать ребёнка по спине, убаюкивая обратно.
Сзади веяло уютным, расслабляющим теплом. Шэнь Сы сладко потянулся и, ни капли не смущаясь, отложил телефон в сторону и уткнулся носом в грудь мужа:
— Не хочу вставать...
Гендиректор Фу, проснувшийся задолго до этого, но безнадёжно увлечённый созерцанием мужа, ласково погладил юношу по волосам:
— Сяо Наньгуа нужен хороший пример. М-м?
Низкий, бархатистый голос звучал с мягкой утренней леньью. Шэнь Сы подержал глаза закрытыми ещё минуту и всё же поднялся вслед за Фу Чунсюем, оставив малыша сладко посапывать под одеялом.
Они устроились перед раковиной в ванной. Шэнь Сы смочил пальцы водой и попытался пригладить упрямо торчащий на макушке вихор, с откровенной завистью косясь на отражение: волосы Фу Чунсюя лежали идеально — густые, тёмные и послушные.
Казалось бы, они виделись всего второй раз в жизни, впервые ночевали в одном доме и провели первую совместную ночь в одной постели. Но их общение складывалось удивительно легко и естественно, словно они уже годы прожили в законном браке.
Приведя себя в порядок, Фу Чунсюй спустился на первый этаж, намереваясь сварить кофе и просмотреть свежие финансовые сводки. Однако Шэнь Сы беззастенчиво лишил его права на кофеин.
— Кофе отныне — только в обед, — заявил юноша, наливая в кружку свежее соевое молоко, заготовленное с вечера, и протягивая её мужу. — Держи, пей соевое.
Мужчина принял чашку с лёгким замешательством:
— Почему только в обед?
Шэнь Сы как раз открыл холодильник в поисках продуктов для завтрака и, не оборачиваясь, бросил:
— Потому что если глушить его с утра до вечера, рано или поздно сыграешь в ящик.
Фу Чунсюй на секунду задумался, уловив двусмысленность и скрытую иронию, и тихо усмехнулся:
— Ладно. Ни утром, ни вечером больше ни капли.
Сквозь панорамные окна в гостиную лились тёплые солнечные лучи. Из телевизора доносился поставленный бархатистый голос диктора. В кухне журчала вода, стучал по доске нож, звякал венчик... Вскоре по дому разнёсся аппетитный аромат.
Сжимая в ладонях тёплую кружку и время от времени делая глоток соевого молока, гендиректор Фу поймал себя на мысли: никогда прежде этот дом не казался ему таким живым, уютным и полным настоящего семейного тепла.
Топот маленьких тапочек по ступеням нарушил тишину, сопровождаемый взволнованным детским пояскиванием:
— Папа!
Шэнь Сы, не отвлекаясь от плиты, крикнул из кухни:
— Старина Фу, глянь, что там с ребёнком!
— Иду, — откликнулся Фу Чунсюй.
Подорвавшись с места, он вдруг на мгновение замер, с усмешкой подумав, что ведёт себя как неопытный мальчишка на посылках.
Быстро поднявшись по лестнице, он подхватил на руки Тыковку, успевшего добраться только до площадки второго этажа:
— Почему не поехал на лифте?
Кнопок там всего ничего, малыш вполне мог дотянуться. Тем более вчера вечером он специально показывал ему, как пользоваться подъёмником.
— Папа! — Увидев старшего папу, малыш крепко обнял его за шею.
— Кошмар приснился? — Мужчина слегка покачал ребёнка на руках и направился обратно вверх. — Твой младший папа сейчас готовит нам завтрак.
— Зав-так?
— Ага. Сначала почистим зубки, а потом спустимся кушать, идёт?
— Идёт!
Фу Чунсюй полагал, что почистить ребёнку зубы — задача простая. Однако, увидав крошечную зубную щётку с ручкой толщиной с палец и головкой короче фаланги, он невольно застыл.
Детской зубной пасты в доме не нашлось. Взяв тюбик с ароматом мяты и белого персика, Фу Чунсюй примерялся-примерялся и выдавил полоску розовато-белой пасты, превышающую размером саму щетину.
Гендиректор Фу невозмутимо мигнул, достал салфетку, снял излишки и протянул щётку малышу:
— Ну вот, чисти.
Тыковка послушно открыл рот, демонстрируя ровный ряд мелких молочных зубок:
— И-и-и.
При этом его ручонки спокойно висели вдоль туловища.
Гендиректор Фу нахмурился:
— Ты... не умеешь сам?
Малыш оскалился в широкой улыбке и с готовностью кивнул.
Фу Чунсюй опустился на корточки и аккуратно принялся водить щёточкой по мелким зубикам.
После пары движений малыш резко отшатнулся назад:
— Дольно!
Фу Чунсюй подался следом:
— Рано ещё «довольно», не закончили же.
Он обнял ребёнка за плечи и продолжил процедуру. Малыш тут же заляпал белой пеной всё его лицо и закричал громче:
— Дольно!
Гендиректор Фу озадаченно застыл. Он же двигает щёточкой аккуратно... Чего это он «довольно»?
Шэнь Сы, тревожась, поднялся наверх и застал картину маслом: забрызганный пеной гендиректор с зубной щёткой наперевес пытался удержать вырывающегося ребёнка.
— Что у вас тут происходит? — рассмеялся он. — Вы зубы чистите или на дуэли сражаетесь?
— Папа! — Завидев Шэнь Сы, малыш развернулся и бросился к нему, тыча пальцем в сторону взъерошенного мужчины: — Дольно!
— «Дольно»? — Шэнь Сы опустился на корточки, аккуратно приоткрыл рот ребёнка и присмотрелся. Крови не было, но нежно-розовые дёсны заметно покраснели. А взглянув на то, как Фу Чунсюй сжимает щётку будто охотничий нож, он мгновенно всё понял.
Фу Чунсюй озадаченно нахмурился:
— Я же стараюсь аккуратно, почему он твердит «довольно»?
— Пф-ха-ха! — Шэнь Сы не выдержал и расхохотался. — Да не «довольно» он говорит, а «больно»! Ты же ему все дёсны расцарапал!
Тыковка энергично закивал:
— Угу!
Мужчина тут же шагнул ближе, растерянно разглядывая малыша:
— Больно? Я правда сделал больно? Кровь есть? Может, в больницу съездим?
Вид у строгого бизнесмена был предельно беспомощный.
Шэнь Сы забрал у него щётку и выставил из ванной:
— Иди уж, умойся, я сам.
Взяв ребёнка на руки, он вернулся к раковине. Удручённый Фу Чунсюй достал из шкафа чистую домашнюю одежду и отправился в санузел при кабинете смывать с лица зубную пену.
И ведь не давил почти... Как можно было сделать больно?
— Повторяй за мной: а-а-а...
— А-а-а... — Тыковка послушно скопировал артикуляцию и замер, доверяя зубки младшему папе. Старший-то вообще ничего не умеет!
— Молодец! — похвалил Шэнь Сы. — А теперь сомкни зубки: и-и-и...
Малыш с готовностью оскалился:
— И-и-и...
Шэнь Сы, слегка наклонив головку щётки, бережно вычистил каждый зубик и набрал в стаканчик воды:
— Набери в рот и пополощи: буль-буль-буль.
— Буль-буль-буль-буль!
— Теперь плюй. И ещё разок.
Вскоре гигиенические процедуры были благополучно завершены.
— Ну всё, идём завтракать!
Тыковка, ухватившись за штанину Шэнь Сы, эхом отозвался:
— Хамать!
Шэнь Сы спустился на первый этаж вместе с малышом, и буквально через пару минут появился Фу Чунсюй.
Расставляя тарелки на столе, Шэнь Сы поднял взгляд. Из дверей лифта выходил преобразившийся мужчина. Влажные после умывания волосы были небрежно зачёсаны назад, пара тёмных прядей капризно спадала на чётко очерченные брови. Верхние пуговицы домашней рубашки оставались расстёгнутыми, открывая взору рельефную грудь и чеканные линии ключиц. На ходу застёгиваясь, Фу Чунсюй прятал эту дразнящую картину под тканью.
Глядя на невероятно привлекательного мужа, Шэнь Сы почувствовал, как пересохло в горле. В конце концов, они официально женаты — разглядывать собственное приобретение вовсе не преступление!
— Чего застыл? — Мужчина скользнул по нему внимательным взглядом. — Сказал же, в восемь тридцать надо выезжать.
Время подбиралось к восьми, задерживаться действительно не стоило.
— Сам виноват, копался долго, — без зазрения совести переложил ответственность Шэнь Сы и уселся за стол, накладывая себе и ребёнку лапшу с тушёными грибами и фаршем.
Фу Чунсюй сел напротив, повторил за юношей движения: добавил пару ложек ароматной соусной массы, сдобрил бульонами, тщательно перемешал, поддел на палочки порцию лапши, подул и отправил в рот.
Насыщенный, богатый вкус мгновенно заполнил всё нутро, а приятная тяжесть в желудке подарила редкое чувство абсолютного умиротворения.
Тыковка заменять палочки ложкой ещё не умел, поэтому Шэнь Сы измельчил его порцию, чтобы малышу было удобно зачерпывать.
До назначенного времени оставались считаные минуты. Быстро покончив с завтраком, они поднялись в спальню. Шэнь Сы достал приготовленные вещи и ушёл переодевать ребёнка.
Когда они вернулись в комнату, Фу Чунсюй уже стоял в безупречном деловом костюме, элегантно застёгивая запонку одной рукой.
— Собрались? Подвезти вас? — Мужчина подхватил пиджак и направился к выходу.
Шэнь Сы закинул на плечо собранную с вечера сумку и качнул головой:
— Не надо, организаторы обещали прислать машину.
Лёгок на помине — едва он произнёс эти слова, как зазвенел телефон. Звонил режиссёр Ма. Шэнь Сы включил громкую связь, чтобы освободить руки и обуть малыша.
— Сяо Шэнь? Водитель говорит, что его не пускают на территорию вашего жилого комплекса. Сможете выйти к воротам?
— Без проблем, пусть подождёт минутку! — Шэнь Сы быстро натянул на ноги ребёнка пару матерчатых тапочек, цапнул с тумбы телефон и потянулся к двери.
Фу Чунсюй перехватил его за запястье:
— Я вывезу вас на машине.
Режиссёр Ма из динамика поддакнул:
— Да-да, пару минут мы подождём, не торопитесь.
Раз сам режиссёр разрешил не спешить, Шэнь Сы со спокойной душой сбросил звонок и не спеша вышел к кованым воротам сада, дожидаясь, пока муж выгонит машину из гаража.
— Папа! — Тыковка потянул его за край футболки и ткнул пальчиком в пышно цветущую плетистую розу, обвивавшую ограду: — Пахнет!
— Угу, очень красиво пахнет, — ласково отозвался Шэнь Сы. — Это роза. Но на ней есть шипы, так что рвать её нельзя, понял?
— Сипы?
— Именно. Колючие, как иголка от укола.
Малыш мгновенно спрятал ручонки за спину, отказавшись от трогательной идеи наломать цветов для любимого папы.
Знакомый автомобильный силуэт вынырнул из-за поворота, и Шэнь Сы с ребёнком быстро запрыгнули в салон.
Фу Чунсюй, крутя руль, бросил взгляд на юношу через зеркало заднего вида:
— Всё взяли? Ничего не забыли?
— Всё на месте, езжай со спокойной душой на работу, — улыбнулся Шэнь Сы.
Вывезя их за ворота элитного комплекса, Фу Чунсюй дождался, пока они найдут нужный микроавтобус съёмочной группы. Он уже собирался трогаться, когда заметил, что Шэнь Сы бежит обратно.
Стеклянная панель опустилась:
— Что случилось?
— Кое-что забыл, — слегка запыхавшийся юноша подался вперёд и, не дав мужчине опомниться, касанием губ запечатлел мягкий поцелуй на его щеке. — Желаю хорошего дня! Зарабатывай миллионы для семьи!
И, не дожидаясь ответа, вприпрыжку помчался к машине съёмочной группы.
Пока микроавтобус не скрылся из виду, застывший мужчина сидел неподвижно. Лишь когда дорога опустела, он медленно коснулся пальцами щеки, и по салону разлился тихий, бархатистый смех.
— Папа! — Тыковка забрался к Шэнь Сы на колени и со всей детской непосредственностью уставился на его вспыхнувшее лицо: — Красно!
— Да-да, просто жарко стало, — смущённо пробормотал Шэнь Сы, неловко бросив взгляд вперёд.
Сидевшая на переднем сиденье ассистентка Сяо Ли ответила понимающей улыбкой, предпочтя не углубляться в пикантные подробности. Девушка оказалась понятливой и сразу перешла к делу, сверяя с ним съёмочный график.
— Совсем скоро участники собираются на улице Синъе, где каждому предстоит самостоятельно зарабатывать деньги. На время съёмок все средства связи придётся сдать, — объяснила Сяо Ли, оглянувшись. — Учитель Шэнь, если у вас остались незавершённые дела, лучше разобраться с ними прямо сейчас. После сдачи телефонов мы выдаём их обратно только в случае экстренных вызовов.
— Понял, спасибо, — кивнул Шэнь Сы.
Раз уж зашёл разговор об отложенных делах... Одно действительно требовало внимания. Он зашёл в Weibo и обнаружил, что его последняя публикация подверглась массированной атаке разъярённых фанатов Чэн Кэ.
Чего там только не было: одни клеймили его ноунеймом восемнадцатого эшелона, пиарящимся на чужой славе, другие снисходительно благодарили за помощь их кумиру, третьи сыпали угрозами, требуя держаться от Чэн Кэ подальше.
Шэнь Сы отыскал вчерашнее интервью и без лишних реверансов сделал репост, добавив всего одну фразу:
Дедушка Сы из семьи Шэнь: Не друзья, да и вообще едва знакомы. // Газета «Оранж Энтертейнмент» V: Эксклюзивные подробности от Чэн Кэ о съёмках в «Обители грёз».avi
Удостоверившись, что публикация ушла в сеть, он даже не стал читать комментарии и закрыл приложение, совершенно не заботясь о том, какой пылающий шторм вызовет эта строчка.
Вспомнив об искусственном интеллекте, молчавшем последние пару дней, Шэнь Сы ткнул пальцем в иконку приложения на рабочем столе.
Экран тут же заполнила бесконечная лавина уведомлений от Системы 03.
Шэнь Сы лишился дара речи:
«...»
Оказывается, эта штуковина вовсе не угомонилась — просто из-за отключённого звука и закрытого приложения сообщения не доходили. Он явно переоценил умственные способности некоей загадочной сущности.
Проигнорировав вопли 03, он пролистал вкладку до списка задач Главного Мозга. Последняя строчка горела красным:
[Раскрыть связь с целевым персонажем для поднятия медийного индекса. (ПРОВАЛЕНО)]
Если вспомнить хронологию прошлой жизни, Чэн Кэ действительно слил прессе новость об их браке буквально на второй день съёмок. Значит, даже без указки Системы этот тип поступил бы точно так же?
Вот только в этот раз Шэнь Сы не стал лезть в петлю, и Чэн Кэ пришлось довольствоваться жалким хайпом на теме «близкой дружбы».
И смех и грех. Раньше Шэнь Сы казалось, будто Главный Мозг нагло кроит его судьбу по какому-то выдуманному сценарию, но теперь стало очевидно: задачи формируются строго на основе хитрой негодяйской натуры Чэн Кэ.
Впрочем, Шэнь Сы не собирался вытаскивать этого предателя на вершины шоу-бизнеса. Он даже не дочитал описания квестов — при встрече просто выпишет Чэн Кэ от ворот поворот, и делов-то.
Глянув на штраф за провал миссии, он едва не фыркнул: нанести физический вред на глазах у публики.
М-да, будь на его месте раскрученный артист вроде Чэн Кэ, штампующий джинсу пачками, такой скандал стал бы крахом карьеры. Но ему, малоизвестному актёру, плевать.
Правда, бросаться на людей без причины Шэнь Сы тоже не намеревался. Ладно, решим по ситуации. В крайнем случае придётся перетерпеть очередной приступ боли.