Выйдя из аэропорта с ребёнком, Шэнь Сы сел в ожидавшую их машину. В этот момент зазвонил телефон — номер был незнакомым.
— Алло?
Едва он ответил, в трубке раздался взвинченный женский голос:
— Вы отец Чжан Цзюньмина?
«Сяо Мин?»
Шэнь Сы удивлённо приподнял бровь:
— Да, это я. С кем я говорю?
Собеседница даже не подумала представиться. Вместо этого она сразу перешла к нападкам:
— Вы как вообще ребёнка воспитываете?! Ваш сын на улице обижает других детей, а вам и дела нет?! Мы живём в одном жилом комплексе, я не хотела раздувать скандал, но ваш Чжан Цзюньмин перешёл все границы! Думаете, если у нас нет связей, так можно нас гнобить?! Вы обязаны объяснить мне, что это за выходки!
Женщина тараторила сбивчиво и сумбурно: то заявляла, будто Сяо Мин обижает её сына, но не объясняла как; то твердила, что не хочет ссориться с соседями по комплексу, то тут же обвиняла их в пренебрежении из-за отсутствия влиятельных покровителей. В общем, вывалила всё подряд, так и не сказав толком, что именно натворил Чжан Мин.
— Госпожа, вы не могли бы спокойно объяснить, что сделал мой сын? — сдержанно спросил Шэнь Сы. — Если вы не расскажете подробностей, я просто не пойму, в чём его проступок.
— Он обозвал моего мальчика!
Шэнь Сы даже опешил. Он-то думал, раз взрослый человек на взводе, случилась какая-то серьёзная беда, а не банальная детская перепалка. Неужели Чжан Мин и правда выкинул что-то из ряда вон выходящее?
— И что же он сказал?
Собеседница, видимо, приняла его спокойный тон за слабость и принялась въедливо перечислять:
— Он заявил моему сыну, будто у его будущих детей не будет родителей! Это ли не пожелание моему мальчику скорой смерти?! А ещё он корчил ему рожи! Извините меня, но ваш Чжан Цзюньмин вообще не имеет никакого воспитания! Он ещё и ляпнул, будто мой сын плохо учится и никогда его не обогонит! Мой мальчик умница, а ваш Чжан Цзюньмин только и норовит обидеть безответного ребёнка! И вдобавок заявился с упрёками, мол, мой сын был неправ, когда они раньше в школе пререкались... Это надо же быть таким злопамятным в столь юном возрасте!
Шэнь Сы всё понял. Этот мальчишка — бывший одноклассник Сяо Мина, один из тех, кто над ним издевался.
— В таком случае почему же мой Сяо Мин стал всё это говорить вашему сыну? — уточнил он.
— Да потому что он злопамятный! — сыпала обвинениями женщина. — Запомнил какие-то глупые школьные препирательства! Ваш Чжан Цзюньмин уже полгода в школу не ходит, сам от рук отбился, так ещё и моему ребёнку жить мешает!
Слушать этот спесивый тон Шэнь Сы больше не собирался. Церемониться он не стал:
— Мой сын сейчас рядом с вами? Отпустите его домой, а с вами мы продолжим разговор по телефону.
Эта женщина попала в элитный жилой комплекс всего год назад, ворвавшись в семью в качестве любовницы, сумевшей выжить законную жену. В местных раскладах и связях она разбиралась плохо. Официально её муж развёлся и женился снова, но на деле её сын рос ровесником ребёнка от первого брака. К тому же у мужа недавно возникли проблемы по службе из-за проверки морального облика, и он строго-настрого наказал ей не привлекать к себе внимания.
Услышав сговорчивый тон Шэнь Сы, она, хоть и злилась на выходку Чжан Мина, всё же не хотела раздувать скандал, который мог навредить карьере супруга.
Посмотрев на стоящего рядом дерзкого мальчишку, женщина нахмурилась:
— Иди домой. Я сама всё подробно расскажу твоему отцу.
Чжан Мин недовольно сжал губы.
"Чего эта тётка лезет в детские дела, да ещё и цапнула мой телефон, чтобы нажаловаться папе? Совсем совести нет!"
Как бы он ни злился, возможность уйти была кстати. Торчать на площадке перед всеми, пока его удерживают, словно преступника из сериала, Чжан Мину совершенно не хотелось.
Стоило тётке произнести эти слова, как он развернулся и устремился к дому. Сначала он сам позвонит папе и не даст этой крикунье навешать ему лапши на уши!
Убедившись, что Чжан Мин ушёл, Шэнь Сы продолжил беседу, но уже совершенно в ином ключе:
— Как ваша фамилия, госпожа?
— Моя фамилия Фан! — заносчиво отрезала женщина. — И даже не пытайтесь выведать, в каком ведомстве работает мой муж! Мы сегодня обсуждаем исключительно воспитание вашего ребёнка. Я в жизни не встречала таких злопамятных и невоспитанных детей. Вам как отцу следует всерьёз им заняться! Такой маленький, а уже так себя ведёт — выйдет в свет, наплачется ещё!
Кабы не Сяо Наньгуа, сидевший под боком, Шэнь Сы обязательно закатил бы глаза. Это надо же — раздавать советы о чужом будущем с высоты своего невежества!
— Госпожа Фан, если бы ваш сын не задирал Сяо Мина первым, вряд ли тот стал бы вести себя невежливо, верно? Вы с лёгкостью списали прошлые выходки вашего сына на «обычные школьные споры». Так вот, с моей точки зрения, произошедшее сегодня — точно такая же детская перепалка, ничего страшного. К тому же он ещё ребёнок. Что дети вообще соображают? Он ляпнул про отсутствие родителей у ваших будущих внуков, даже не понимая толком смысла своих слов. Кто знает, может, у вас вообще внучка родится? Не стоит взрослым лезть в детские разборки. Пока дело не дошло до драки, пару рожиц и колкостей можно спустить на тормозах. Мальчик должен уметь постоять за себя. А вот поступки вашего сына, если он подрастёт ещё на пару лет, уже вполне тянут на школьный буллинг. Мой же сын всего лишь скривился и огрызнулся в ответ. Считаю, что он проявил исчерпывающую вежливость.
С чего это её ребёнку дозволено обижать других, а любая отповедь считается злопамятностью? Что за извращённая логика? Шэнь Сы прекрасно знал, что Чжан Мин никогда не станет проявлять враждебность без причины. Мальчику хоть и исполнилось всего семь лет, у него имелась своя голова на плечах. Даже провоцируя кого-то, он знал меру. Для пацана такого возраста, подвергшегося травле, удержаться от кулачного боя — уже проявление колоссальной выдержки.
Женщина не ожидала, что стоит мальчику уйти, как его отец сбросит маску учтивости. Она задыхалась от возмущения, не находя слов для ответа, но и признать свою неправоту не желала. Обида комом встала у неё в горле.
Заметив паузу, Шэнь Сы невозмутимо продолжил:
— Госпожа Фан, вы ведь совсем недавно поселились в нашем жилом комплексе, верно?
Иначе она бы знала, кто такие Чжан. Раз мальчик заговорил о сиротстве, значит, её сын наверняка нахватался где-то ядовитых фразочек и первым ткнул Сяо Мина в больное место. Однако эта женщина искренне считала себя правой.
Сердце госпожи Фан ёкнуло:
— Ну и что, если недавно?! Вы что, намекаете на свои связи?! У моего мужа тоже не последняя должность! Не думайте, будто со мной можно легко расправиться и спустить всё на тормозах!
— Давить авторитетом я не собираюсь, да и связей у меня особых нет, — лениво отозвался Шэнь Сы. — Просто хочу заметить: воспитание требуется не только моему сыну, но и вашему. А то выйдет потом в общество, нарвётся на действительно серьёзных людей да и схлопочет по полной.
— Ах ты!..
Не дав ей договорить, Шэнь Сы сбросил вызов и за мгновение отправил номер в чёрный список.
Будь Чжан Мин действительно виновен в беспричинной задиристости, Шэнь Сы обязательно занялся бы его воспитанием. Но тут имела место обыкновенная глупость и раздутый нарциссизм чужой матери. Потакает сыну как только может.
— Что там? Сяо Мина опять кто-то обидел? — подал голос старейшина Фу.
Его реакции не приходилось удивляться: дедушка вместе с управляющим смотрел все прямые трансляции и помнил, как во время покупки грелок для рук мальчика пытались задеть бывшие одноклассники.
Маленький Наньгуа, внимательно слушавший разговор, тоже захлопал глазками:
— А? А-а?
Шэнь Сы качнул головой:
— Всё в порядке. Тот мальчик сам виноват, а Сяо Мин лишь ответил ему несколькими фразами. Ничего страшного не произошло.
Полезь ребёнок в драку — вины было бы не миновать. Но пацан даже пальцем никого не тронул, ограничившись парой колкостей да рожицей. Стоило ли чужой родительнице устраивать из этого драму? Взрослый человек, а масштаба мышления — с напёрсток.
Если рассуждать в её логике, то Шэнь Сы, как официальный опекун Чжан Мина, должен был бы отыскать абсолютно всех школьных обидчиков мальчика и устроить им разнос.
Убедившись, что ребёнок не пострадал, старейшина Фу успокоился. Всё-таки Чжан Мин пожил у них в доме и звал его дедушкой, так что старику совершенно не хотелось, чтобы мальчика кто-то обижал.
Фу Чунсюй негромко заметил:
— Всё же стоит предупредить семью Чжан, чтобы эта женщина не явилась к ним на порог с претензиями.
Шэнь Сы кивнул:
— Да, я сейчас напишу старейшине Чжану.
Судя по вздорному нраву этой дамочки, она вполне могла уйти в раж.
* * *
События развивались ровно так, как он и предполагал. Вечером, едва муж госпожи Фан вернулся с работы, супруга тут же бросилась к нему с жалобами.
— Кто?! На кого ты собралась жаловаться?! — Муж уставился на неё в полном изумлении.
— Да на бывшего одноклассника нашего сына, Чжан Цзюньмина! Он тоже живёт в нашем комплексе, — возмущённо выпалила госпожа Фан. — Я просто не знаю, в каком именно доме они обитают, а то ещё днём пошла бы к ним!
Она хотела лично спросить у Чжанов, как они выращивают такого злопамятного мальчишку, сыплющего проклятиями.
Их сын Сяо Фэн, уплетавший куриную ножку, энергично закивал:
— Да! Он сказал, что я тупой!
— Ты только послушай! — подхватила женщина. — Мы наняли Сяо Фэну репетиторов, учитель хвалит его успехи, а этот оборвыш, который даже в школу не ходит, смеет заявлять, будто наш сын ему уступает?!
До того как стать законной женой, госпожа Фан наслушалась сполна о том, насколько она уступает бывшей супруге своего покровителя. Избавившись от соперницы, она органически не переносила любых намёков на то, что её сын в чём-то хуже других. Слова Чжан Мина попали в самую болезненную точку.
Муж отложил палочки, и лицо его потемнело:
— Я разве не просил тебя держать язык за зубами и не наживать здесь врагов?
В этом жилом комплексе каждый второй обладал огромным влиянием. Сам он попал сюда лишь благодаря заслугам отца; его собственной должности для такого места катастрофически не хватало. Недавно сын уже умудрился подраться с ребёнком из семьи Ли, и ему пришлось сгибаться в три погибели, вымаливая прощение. Теперь вылезла ещё какая-то семья Чжан!
Мужчина попытался вспомнить: живших здесь семей по фамилии Чжан было немного, но каждая славилась выдающимися людьми. К какому бы клану Чжан ни принадлежал тот мальчик, связываться с ними было смертельно опасно.
— При чём тут я?! — взвилась госпожа Фан. — Это они меня оскорбили! Нас с ребёнком смешивают с грязью, а ты предлагаешь утереться?! Ты вообще мужчина или кто?! Когда звал замуж, обещал носить на руках и не давать в обиду, а теперь твердишь, будто я виновата?!
Глядя на молодую жену, сорокалетний мужчина поумерил пыл:
— Да не виню я тебя... Но ты же знаешь, пост у меня скромный. Кого из местных я могу задеть без последствий? Если из-за этой ерунды мне устроят подножку и выпрут со службы, на что мы жить будем?
Госпожа Фан поджала губы, но идею идти к Чжанам всё же решила оставить.
"И надо же было так вляпаться!" — думала она с досадой.
Раньше ей казалось, будто муж — большая птица. Она без оглядки кинулась в эти отношения, а он оказался обыкновенным тюфяком. Денег куры не клюют — этого не скажешь, так ещё и после свадьбы приходилось кланяться каждому встречному. Знать бы заранее, выскочила бы за какого-нибудь богача и жила припеваючи!
* * *
Об этих семейных дрязгах Шэнь Сы понятия не имел. В этот момент он разговаривал с Чжан Мином по видеосвязи.
Глядя на упрямую, но смущённую физиономию мальчика на экране и на бабушку Чжан, ненавязчиво маячившую на заднем плане, Шэнь Сы иронично прищурился:
— Осознал свою ошибку?
Мальчик упрямо выгнул шею:
— Я не ошибся. Я сказал чистую правду!
— Правда-то правда, но вываливать её вот так в лоб — значит совсем не оставлять человеку лица, — улыбнулся Шэнь Сы. — Зачем тратить мысли и эмоции на того, с кем ты больше никогда не будешь пересекаться? Разве не обидно разбазаривать своё время на всякий мусор?
Чжан Мин опустил голову и сжал губы. Сидевший под боком у Шэнь Сы Сяо Наньгуа немного подумал и звонко подхватил:
— Обидно!
Сидевший в унынии Чжан Мин мгновенно вскинул голову и ахнул от удивления:
— Братишка! Ты снова разговариваешь?!
— Ага! — довольный Сяо Наньгуа кивнул. Вернувшись домой, он окончательно справился со страхом и обрёл дар речи!
— Вот видишь, — поддел его Шэнь Сы. — Не потрать ты время на того мальчишку, узнал бы эту радостную новость ещё днём.
Видя на лице отца выражение «ну ты и прогадал», Чжан Мин засомневался, стоило ли вообще связываться с тем задирой.
Заметив задумчивость ребёнка, Шэнь Сы перешёл к роли наставника:
— Я понимаю, что тебе было обидно и не хотелось проглатывать оскорбление. Но тратить себя на людей, которые не стоят твоей жизни, просто глупо. Не позволяй чужим проступкам портить твоё будущее.
— Но он сказал, что у меня нет мамы и папы... — тихо и неохотно пробормотал Чжан Мин.
— У него нет воспитания, и что теперь — ты будешь опускаться до его уровня? Человеку без тормозов твои огрызания всё равно что об стену горох.
По реакции той родительницы было очевидно: парочка фразочек Чжан Мина не пробила броню её слепой любви к сыну. Будь оба парня взрослыми, Шэнь Сы в силу своего характера обязательно поддержал бы желание Чжан Мина защитить честь покойных родителей. За такое не грех и в морду дать.
Но сейчас мальчику исполнилось лишь семь лет. Нельзя давать ему повод думать, будто ругань и кулаки — единственный способ решения проблем.
— Помнишь, о чём я тебе говорил? Ты должен превзойти их в учёбе, подняться так высоко, чтобы они лопались от зависти, но не могли до тебя дотянуться. Вот это — настоящая месть.
Эти слова зажгли в мальчике прежний азарт и дух соперничества. Он сжал кулачки и твёрдо произнёс:
— Я помню! Я оставлю их далеко позади!
Шэнь Сы от души улыбнулся:
— Вот именно. Когда они останутся где-то далеко внизу, ты просто перестанешь слышать их тявканье.
Он не видел ничего дурного в том, чтобы учить ребёнка отплачивать обидчикам. Главное — правильно выбрать метод. Действия по принципу «глаз за глаз» ломают жизнь самому мстителю, а вот стремление утереть нос собственным успехом Шэнь Сы поддерживал на все сто.
В конце концов, именно благодаря такому подходу он в своё время набил целый чемодан дипломами и сертификатами.