«Брат, я в тебе разочаровался! Мечтаешь, чтобы Сы-е ушел из шоу-бизнеса?! Чем ты вообще отличаешься от хейтеров?!»
«Ы-ы-ы, как же больно! Мало нам недоброжелателей, теперь еще и родной старший брат выживает Сы-е из индустрии! Ну за что?!»
«Три года фанатею! Только-только кумир пошел на взлет, а родня гонит его с эстрады на обычную работу! Кто-нибудь, поплачьте со мной!»
«А я-то считал тебя правильным мужиком, старшим братом! А ты выживаешь моего кумира?! Все, больше за тебя перед хейтерами заступаться не буду! Пусть поливают тебя грязью!»
«И все же... хейтеры-то теперь приткнутся? Клевета на госслужащего и порочение чести полиции — это ведь статья?»
«Брат, забери свои слова обратно! У меня сердце слабое, я такого не переживу!»
«Народ, а про невестку в отпуске из армии никто не услышал?!»
«Вот это поворот! Мы-то думали, у Шэнь Сы судимость, а его семья может любого из нас за решетку упрятать?!»
«А из какого ведомства старший брат Шэнь Сы? Форма вообще не похожа на обычных внештатников».
«Черная форма — это нечто! Чертовски хорош, у меня теперь есть о ком сны смотреть!»
«Ору! Шэнь Сы с адвокатской корочкой сам подает на тебя в суд, его брат в форме лично вяжет, а если попытаешься закосить от трибунала в армии — там тебя встретит их невестка! Ха-ха-ха! Вот это я понимаю — семья на страже закона!»
«Понятно, что обычный полицейский и военная не всемогущи, но глядя на Шэнь Сы, прямо чувствуешь ауру абсолютной праведности».
«С таким старшим братом точно на скользкую дорожку не ступишь. Видели, как они близки с первым и третьим?»
«Раз уж и старший, и третий — красавцы хоть куда, мне жуть как интересен второй брат, которого еще не показали!»
«Плюс один! Форма старшего — это нечто! Удар по психике не слабее, чем Шэнь Сы в образе элегантного головореза!»
«Эх-х, братик, ну почему ты, как и Сы-е, так рано женился?!»
«Еще слово, и я побегу обниматься с полицией! Крепко так обниматься!»
«А твое "обниматься" — оно точно законное?»
«Эй, а куда делись боты, кричавшие о криминальном прошлом Шэнь Сы и его брата? Ну-ка, выходите на прогулку!»
«Ну да, клеветать на сотрудника органов — тут любой бот от страха на месте скончается».
* * *
Нанятые за деньги проплаченные провокаторы понятия не имели, что старший брат Шэнь Сы окажется кадровым офицером полиции. Опасаясь навлечь на себя реальные неприятности, они мгновенно затаились. Лишившись заводил, хейтеры потеряли пыл, и чат трансляции в один миг очистился.
Наиболее проворные зрители успели записать этот фрагмент и выложить его прямо под купленным трендом «Старший брат Шэнь Сы сидит в тюрьме». Заказной хэштег в считанные минуты превратился в посмешище.
Шэнь Сы с легким пренебрежением отмахнулся от слов Ся Цинхоу:
— Да никто меня особо не обижает. Все мы просто зарабатываем на жизнь, да и я не из робкого десятка.
Увидев его спокойствие, Ся Цинхоу не стал настаивать и принялся за обед, экономя каждую минуту.
Они четверо росли бок о бок с самого детства. Трое выбрали госслужбу: стабильные соцпакеты и льготы — это, конечно, хорошо, но скопить несколько миллионов на операцию с обычной зарплаты было попросту невозможно.
Большая часть из тех сотен тысяч, что лежат на их общем счете, заработана именно Шэнь Сы.
А ведь когда-то тот пошел в актеры по вполне банальным причинам. Во-первых, массовку кормили, а деньги выплачивали быстро; к тому же с ростом популярности и роли становились денежнее. Во-вторых — надежда найти родных в огромном мире.
Далеко не каждый воспитанник приюта хранит память об общем прошлом. Некоторые, кого усыновили в семь-восемь лет, повзрослев, и вовсе вычеркнули детский дом из своей жизни. Из нескольких десятков сирот той поры лишь четверо взяли на себя заботу о лечении тётушки Чжан.
— Пап, а у дяди... вкусно? — Сяо Наньгуа уставился на пряную баранину в порционном котелке Ся Цинхоу и облизнулся.
Аппетитные румяные кусочки так вкусно пахли! Дядюшка отправлял их в рот один за другим, а папа почему-то даже не пробовал ему предложить.
— Зайчонок, у дяди в блюде перец, тебе пока такое нельзя, — Шэнь Сы поднес к его губам соцветие цветной капусты. — Перец жгучий, язычок заболеть может.
— Заболеть! — Малыш испуганно прикрыл ротик ладошкой, отчего на щеке вырос небольшой бугорок от пережевываемой капусты.
Проглотив сочный кусочек, он потормошил Ся Цинхоу за рукав:
— Дядя... больно?
Встретив любопытный и искренне сочувствующий взгляд племянника, Ся Цинхоу серьезно кивнул, подыгрывая:
— Ага, очень больно. Вот вырастешь, перестанешь боли бояться, тогда и попробуешь.
Сяо Наньгуа тут же подвинул к нему свою коробочку с курицей Гунбао:
— Дядя, ешь моё! Моё не болит.
— Ничего, дядя уже большой. Мы, дяди-полицейские, боли не боимся, — Ся Цинхоу мягко вернул контейнер малышу. — Так что ты ешь нестрогое, а острым пусть дядя занимается.
«И как только в Синине детей воспитывают? — подумал он. — Ничего общего с нашими наньхайскими сорванцами».
Вспоминая, как тётушка Чжан при каждом его визите жаловалась то на очередного любителя лазать по заборам, то на кухонного воришку, Ся Цинхоу проникся к Сяо Наньгуа еще большей симпатией.
Быстро расправившись со своей порцией, капитан Ся взял на себя заботу об обеде ребенка, дав Шэнь Сы возможность спокойно перекусить.
Оказавшись на руках у дяди вместо привычных папиных объятий, Сяо Наньгуа поначалу немного смутился. Но Ся Цинхоу, вопреки суровому виду, обращался с малышом удивительно ловко, и уже через минуту тот весело хихикал.
Зрители в чате не скупились на восхищенные комментарии.
Шэнь Сы едва успел сделать несколько ложек, как дверь гримерки снова распахнулась, и басовитый голос оповестил:
— Капитан Ся! Слыхал, Сяо Сы нам обед привез?
Обернувшись, Шэнь Сы улыбнулся входной двери:
— Добрый день, брат Ян.
— Эх ты! Чего к нам в кабинет не зашел? Забился в угол и ешь втихаря, — Цзоу Ян, совершенно не заметил включенную камеру на столе и бесцеремонно уселся рядом.
— У меня съемки идут, не хотел вам мешать. Да и работа у вас ответственная.
— Какое «мешать», брось! Мы, когда дело горит, о еде вообще не вспоминаем.
Сяо Наньгуа настороженно отнесся к незнакомцу: спрятался на груди Ся Цинхоу и только высунул полмордашки, с опаской наблюдая.
Ся Цинхоу успокаивающе похлопал племянника по спине и со спокойным холодком во взгляде уставился на подчиненного:
— Чего пришел? Обед свой пропустить решил или материалы дела сами себя разложили?
— Командир, ну дай хоть в обед дух перевести! — Цзоу Ян пропустил мимо ушей упоминание шоу и принялся самозабвенно жаловаться на начальника. — Сяо Сы, ты бы вразумил брата! В нашем отделе его только ты да командир Лю утихомирить можете. Когда идет расследование — ладно, сверхурочные так сверхурочные. Но когда тишина, почему даже часок отдохнуть нельзя? Я как про твое шоу узнал, хотел глянуть. Так я же не в рабочее время! После смены остался в кабинете, а капитан меня тут же запряг архивы подшивать!
Вспомнив об обиде, Цзоу Ян завел целую тираду:
— Ну ладно бы мы дурака валяли, а то ведь пашем как проклятые! С какого перепугу за просмотр передачи после работы меня привлекают к исправительным трудам?!
— А кто тебя просил после смены в отделе торчать? — Ся Цинхоу смерил его строгим взглядом.
Будь его собственная супруга дома, он бы при отсутствии срочных дел после финального звонка первой же ракетой мчался домой. А этот кадр, имея законную жену, после работы отсиживается в кабинете перед монитором! Оставлять супругу в одиночестве ради безделья на рабочем месте — в глазах семейного Ся Цинхоу подобное поведение граничило с глупостью и неблагодарностью.
— Брат Ян, вы уже пообедали? — вмешался Шэнь Сы, прерывая невысказанную нотацию.
Человеку со стороны трудно понять, насколько трепетно относятся к понятию «семья» выросшие в приюте. Шэнь Сы прекрасно понимал брата, но вот Цзоу Яну эти чувства были чужды. Тем более что сам Ся Цинхоу из-за службы жил отдельно от жены. Естественно, зрелище человека, добровольно избегающего домашнего уюта, действовало капитану на нервы.
— Мать моя! — Цзоу Ян хлопнул себя по лбу, наконец вспомнив, зачем пришел. — Нам же обед привезли! Я шел шефа звать, а тут услышал, что родственники приехали, зашел поздороваться и совсем из головы вылетело!
Вспомнив о голодных коллегах в кабинете, офицер вскочил:
— Все, я побежал, а то эти орлы от еды даже костей не оставят! Сяо Сы, потом поболтаем!
Не поспешишь — останутся от обеда рожки да ножки. А после трапезы снова впрягаться в работу, времени на болтовню уже не будет.
— Удачи, брат Ян, — кивнул Шэнь Сы.
Едва за Цзоу Яном захлопнулась дверь, Ся Цинхоу неспешно утер ротик сытому племяннику:
— На улице глаз с ребенка не спускайте. В наших краях орудует группа работорговцев, межрегиональный розыск. Пока не взяли.
Шэнь Сы нахмурился:
— Пробрались в Наньхай?
Поглаживая малыша, который с интересом разглядывал капитанские погоны, Ся Цинхоу негромко пояснил:
— Да, ушли из провинции Лимин. В нескольких городах прибрежного региона, включая ваш Хайбинь, засветились их следы. К счастью, за ними висит хвост, так что пока залегли на дно и новых дел не крутят.
Предостережение брата глубоко запало Шэнь Сы в душу. Съёмки «Детского сада для начинающих пап» проходили на свежем воздухе, участники постоянно отвлекались на задания... Кто поручится, что в суматохе никто не отвлечется хоть на секунду?
Для человека, выросшего среди сирот, у многих из которых похитители отняли дом и имена, работорговцы были худшим злом на земле.
— Надо немедленно купить Сяо Наньгуа детские часы с GPS и связью, — озвучил решение Шэнь Сы.
Береженого Бог бережет. Лучше перестраховаться, чем потом локти кусать.
— Часики! — Услышав знакомое слово, Сяо Наньгуа тут же задрал левый рукав и с гордостью выставил ручонку перед Ся Цинхоу. — Дядя, смотри! Папа купил! С Губкой Бобом!
Вид у малыша при этом был до того важный и довольный, что невозможно было удержаться от улыбки.
Шэнь Сы озадаченно застыл. Как он мог забыть, что Фу Чунсюй уже подарил ребенку часы? Куда теперь нацеплять умный гаджет?
Ся Цинхоу тоже оценил ситуацию и усмехнулся:
— Придумай что-нибудь другое. У нашего парня уже есть отличные часы с Губкой Бобом. Купишь еще одни — повесишь на обе руки, будет ходить словно в наручниках.
— Да-а! У меня есть часики! — радостно подтвердил малыш.
Что такое «наручники», он представления не имел, но понял главную мысль: дядя советует папе подарить ему еще какую-нибудь интересную штуку.
Ся Цинхоу слегка щелкнул племянника по носу и взглянул на настенные часы гримерки:
— Ну всё, долг перед общественностью исполнен, пора за работу. Забирай мелкого и иди отдыхать.
Уже на пороге капитан запнулся и с сумничавшим видом уточнил:
— Слушай... а вашему шоу от меня никаких анкеток заполнять не требуется?
Шэнь Сы не удержался и прыснул:
— Никаких анкеток, брат, не переживай! Подумаешь, в школе попросили пару анкет заполнить — ты до сих пор этот ужас забыть не можешь?
Ся Цинхоу смущенно потер переносицу:
— Впервые видел, чтобы за простую благодарность от школы требовали отчитаться на бумаге. Кабы не твой классрук, который и меня в свое время уму-разуму учил, да не ради твоей репутации перед одноклассниками, хрен бы я взялся за эти бумажки.
В те годы у него, молодого оперативника, времени катастрофически не хватало, но заставлять младшего брата краснеть на родительских собраниях капитан не хотел.
Убедившись, что никакая бюрократия ему не грозит, и договорившись созвониться по окончании съёмочного блока, Ся Цинхоу нахлобучил фуражку и вышел.
Шэнь Сы прибрал оставшийся после обеда мусор, подхватил Сяо Наньгуа и, прихватив камеру, покинул гримерку.
«Раз смарт-часы отпадают, придется купить парню детский телефон», — размышлял он с заботливой строгостью, выходя из здания политуправления.