— Я разогрею тебе ужин, — сказал Шэнь Сы и поднялся со стула.
Фу Чунсюй отказываться не стал. Готовить и разогревать еду он толком не умел, а глупое упрямство лишь вынудило бы юношу заново наводить порядок на кухне.
Увидев подошедшего хозяина дома, Чжан Мин услужливо потеснился на диване:
— Дядя Фу, садитесь скорее!
Стоило Фу Чунсюю присесть, как Сяо Наньгуа перелез через Чжан Мина и с разбегу уткнулся ему в грудь:
— Папа! Мы сколо... в мазика!
Фу Чунсюй потерял дар речи.
«Что делать, если я с каждым днём всё меньше понимаю собственный родной язык в исполнении сына?»
К счастью, рядом крутился общительный и совершенно не стеснительный Чжан Мин:
— Дядя Фу, дядя Шэнь скоро повезёт нас в супермаркет! Вы пойдёте с нами?
Дядя Фу такой высокий и сильный — он наверняка сможет унести кучу сладостей!
— В супермаркет? — переспросил Фу Чунсюй. — В какой именно?
— Да прямо у выезда из нашего жилого комплекса! — бойко откликнулся Чжан Мин.
— Хорошо, — согласился муж.
На этот вечер срочных дел не намечалось, так что прогулка с детьми казалась отличной идеей.
Услышав, что старший папа тоже пойдёт с ними, Тыковка от радости принялся кувыркаться прямо у него на коленях. Фу Чунсюй чисто автоматически подставил ладонь, удерживая малыша от падения. Когда же он опомнился и взглянул на сияющую рожицу мальчика, в душе внезапно потеплело. Ему и самому это показалось невероятным.
За все те годы, что он осознавал собственную ориентацию, Фу Чунсюй ни разу не задумывался о том, что у него появится ребёнок. Более того, он искренне сомневался, что сумеет стать хорошим отцом.
Однако с тех пор как его чувства нашли отклик, Шэнь Сы вместе с маленьким Наньгуа вошли в его жизнь. И это ощущение... пожалуй, было совсем не дурным.
— Дядя Фу! А можно мне в супермаркете купить фигурку Ультрамена? — с энтузиазмом спросил Чжан Мин.
Фу Чунсюй сдержанно кивнул:
— Конечно.
Все дети любят игрушки — об этом ему не раз говорил дядя Дэ.
— Спасибо, дядя Фу! — Чжан Мин сиял от счастья. У него появится ещё один Ультрамен!
Заметив это, Сяо Наньгуа тут же подхватил:
— Папа! Я тоже хочу! Баобао-цзай!
Фу Чунсюй озадаченно приподнял бровь.
«Это ещё что такое?»
— Ты имеешь в виду плюшевую игрушку из «Сада сновидений»? — усомнился он.
Насколько ему было известно, мальчик обожал этот мультфильм.
— Нет! Жёлтый! Баобао-цзай! — со всей серьезностью замахал головой Тыковка и с нажимом добавил: — Жёлтый! Вот та-а-акой большой Баобао-цзай!
Гендиректор Фу взглянул в честные, распахнутые глаза малыша, несколько раз моргнул, честно пытаясь расшифровать сказанное... Но попытка провалилась.
— А у тебя есть фотография? — не сдавал позиций он. — Или скажи, где ты его видел?
Ребёнок впервые попросил у него игрушку, разве можно его разочаровать?
— У Арбузика! Там видел! — Поняв, что старший папа так ничего и не уразумел, малыш проворно соскользнул с дивана и припустил к кухне.
— Эй, братик! Тапочки надень! — Увидев, что тот бежит босиком по голому полу, Чжан Мин тут же схватил его тапки и помчался следом.
Шэнь Сы как раз разогревал блюда, когда ему в ноги врезался собственный сынишка. Покачнувшись, юноша выключил плиту и опустил взгляд на умильную рожицу мальчика:
— Что случилось, Тыковка?
— Папа, телефон! Арбузик!
— Сяо Сигуа? Соскучился по нему? — Шэнь Сы достал телефон, разблокировал экран и открыл WeChat. — Хочешь ему позвонить?
Сяо Наньгуа замахал руками:
— Нет! Баобао-цзай!
«Баобао-цзай?»
Шэнь Сы на мгновение нахмурился, погрузившись в изучение переписки с Шэнь Минсинем.
Видя, что и младший папа ничего не понимает, малыш со слезой в голосе закричал:
— Жёлтый! Большой-пребольшой Баобао-цзай!
Тут Шэнь Сы осеняло. Он зашёл в групповой чат, отмотал назад до снимков, сделанных сразу после приезда Арбузика в дом Шэнь Минсиня, и наконец нашёл ту самую фотографию.
Он развернул изображение во весь экран и показал сыну:
— Ты про этого?
На фото Сяо Сигуа счастливо обнимал огромного Губку Боба. Глаза Тыковки мгновенно вспыхнули, и он обеими ручонками вцепился в смартфон:
— Да-да! Он самый!
— Вот и покажи старшему папе, — улыбнулся Шэнь Сы, выпроваживая его из кухни. — И надевай тапки, пол холодный!
— Хорошо! — крикнул малыш и бросился в гостиную, но прямо у порога кухни попал в лапы Чжан Мина.
Тот сходу бросил тапочки ему под ноги:
— А ну обувайся!
Сначала Мин думал, что малыш убежал на второй этаж, и даже успел сбегать наверх, прежде чем сообразил проверить кухню.
Тыковка послушно влез в пушистые шлёпанцы и просиял:
— Спасибо, братик Мин!
Обувшись, он затопал в гостиную и выставил экран прямо перед лицом Фу Чунсюя:
— Старший папа! Вот! Баобао-цзай!
Гендиректор Фу взял телефон, взглянул на экран — и туман в его голове рассеялся.
— Договорились. Купим и тебе такого.
Сяо Наньгуа от радости буквально вонзился ему в объятия:
— Спасибо, папа!
У него тоже будет огромный плюшевый друг! И раз его купил старший папа, ему точно разрешат забрать игрушку с собой в детский дом!
— Старина Фу, ужин на столе! — окликнул его из столовой Шэнь Сы, расставляя дымящиеся тарелки.
— Иди смотри мультики, — Фу Чунсюй ласково погладил макушку сына и поднялся.
Шэнь Сы опустился на стул напротив. Стоило Фу Чунсюю сесть, как он ощутил на себе пристальный, испытующий взгляд юноши. Он молча отправил в рот кусок блюда, судорожно листая в памяти список невыполненных дел, но так ничего и не вспомнил.
Впрочем, долго гадать не пришлось. Шэнь Сы, не удержавшись, спросил:
— Старина Фу, как там продвигается усыновление Тыковки?
«Так вот в чём дело», — озарило мужчину.
— Бумаги уже в процессе. Документы обеих сторон переданы в ведомство. Как только завтра придет официальное одобрение, мы сможем поехать в полицию и переписать прописку ребёнка.
Шэнь Сы удивлённо моргнул. Неужели в наше время госслужбы способны работать с такой феноменальной скоростью?
— Когда всё будет готово, сразу скажи мне! Обязательно устроим праздничный ужин для Тыковки!
— Хорошо, — кивнул Фу Чунсюй. Встретившись с его воодушевлённым взглядом, он сбавил тон и тихо проговорил: — Сысы... У тебя найдётся время в ближайшие дни? Дедушка очень хочет с тобой познакомиться.
Ещё секунду назад строивший грандиозные планы Шэнь Сы мгновенно сдулся. Помявшись, он осторожно поинтересовался:
— А твой дедушка... он не против нашей свадьбы?
«А что, если старик вытащит из закромов все свои сбережения, швырнёт мне в лицо пачку купюр и потребует держаться подальше от его внука?»
При этой мысли Шэнь Сы исподлобья бросил взгляд на мужа. Впрочем... Фу-Фу ведь говорил, что его семья разорилась. Вряд ли у дедушки за душой осталась солидная сумма.
— Вовсе нет, дедушка меня полностью поддерживает, — спокойно возразил Фу Чунсюй. — Узнав, что мы усыновляем ребёнка, он первым делом просил привезти Тыковку к нему.
О противлении не могло быть и речи. По словам дяди Дэ, старик ежедневными вечерами сидел у экрана, не пропуская ни единого выпуска реалити-шоу о папах. Он даже забывал выгуливать собак, отчего бедные псы ходили по дому сами не свои.
— Давай тогда дождёмся окончания съёмок этого сезона, — предложил Шэнь Сы. — У меня как раз наметится около месяца перерыва, вот и съездим проведать дедушку.
Фу Чунсюй мысленно перевёл дух:
— Договорились.
Наконец-то старик перестанет донимать его звонками! Со стороны могло показаться, будто внук совершил нечто святотатственное — дед допекал его выговорами буквально каждый день.
В столовой они оставались вдвоём. Фу Чунсюй раздумывал, не стоит ли воспользоваться моментом и признаться относительно своего реального финансового положения и компании. Но не успел он подобрать нужные слова, как из гостиной прибежал Сяо Наньгуа:
— Папа! Мы пойдём в мазика?
Шэнь Сы сгреб малыша в охапку и успокаивающе погладил:
— Скоро, скоро. Вот старший папа доест, и пойдём.
Фу Чунсюй вздохнул.
«Что ж, похоже, поход в магазин для ребёнка куда важнее моих признаний».
Он в пару счетов расправился с остатками ужина и под горящим от ожидания взглядом сына отставил пиалу:
— Я всё. Идём.
— Ура-а-а! — радостно заверещал малыш, сполз с колен Шэнь Сы и помчался в комнату: — Братик Мин! Пошли в мазика!
Чжан Мин подскочил как ужаленный и тут же вырубил телевизор:
— Вперёд-вперёд! Пошли переобуваться!
Супермаркет находился неподалёку от жилого комплекса, поэтому брать машину Фу Чунсюй не стал. Он неторопливо шагал следом за Шэнь Сы, любуясь его спиной: юноша держит на руках Сяо Наньгуа, а другой рукой бережно сжимает ладошку Чжан Мина.
Уличные фонари вдоль аллеи светили мягким, нерезким светом. Их тёплые лучи смешивались с прохладным сиянием луны, серебря силуэт юноши и заставляя сердце Фу Чунсюя сладко сжиматься.
— Папа, а старший папа сказал, что купит мне Баобао-цзая! — Сяо Наньгуа крепко обнимал Шэнь Сы за шею и вовсю сиял. — У меня тоже будет свой Баобао-цзай!
— Да ну? А разрешишь ли ты мне хоть на одну ночку обнять твоего игрушечного друга? — шутливо поддел его Шэнь Сы. — А то папа ещё ни разу не трогал такого Баобао-цзая.
— А-а... — Малыш на секунду растерялся, но быстро нашёлся: — Папа... папа может сам купить!
Шэнь Сы скорчил печальную мину:
— Но у папы все деньги ушли на еду. На игрушку совсем ничего не осталось.
— Пусть старший папа купит! — проявил небывалую упёртость Тыковка. — Баобао-цзай — мой!
Шэнь Сы демонстративно вздохнул:
— Так старший папа потратит все деньги на твою игрушку, а на вторую у него уже не хватит. Эх, похоже, не видать мне плюшевого друга...
Тыковка мгновенно сник. Он уткнулся носом в плечо Шэнь Сы и замолчал, не реагируя ни на какие уговорки.
Шэнь Сы удивился:
— Ого, неужели обиделся? Папа ведь вовсе не забирает у тебя игрушку.
— Братик, ты дай дяде Шэнь обнять Губку Боба, а я тебе взамен своего Ультрамена поиграть дам! — вмешался Чжан Мин.
Они все равно спали в одной комнате, так что играть фигуркой они смогли бы вместе.
Но Тыковка даже головы не поднял:
— Нет! Сам играй!
Шэнь Сы с улыбкой перехватил сынишку поудобнее и качнул головой. Надо же, какой характер прорезался! Впрочем, все дети одинаковы — трясутся над своими сокровищами. Сейчас он дуется, но стоит войти в торговый зал, как вся обида мгновенно испарится.
И Шэнь Сы не ошибся. Очутившись в супермаркете и взгромоздившись в тележку, малыш заметно повеселел. Со спасшимся румянцем на щёчках он деловито указывал старшему папе направление к отделу игрушек.
Сяо Наньгуа и Чжан Мин воссоседали каждый в своей тележке, а двое взрослых смиренно катали их по проходам. И хотя Шэнь Сы нацепил защитную маску, из-за эффектной внешности стоящего рядом Фу Чунсюя их всё же узнали фанаты. Впрочем, никто не стал бесцеремонно лезть с расспросами: какая-то поклонница лишь сделала пару снимков издалека и с довольным видом удалилась.
— Папа! Вот того! Самого большого! — закричал Тыковка, хватаясь за борта тележки и указывая на огромного Губку Боба.
Фу Чунсюй мягко погладил его по макушке, веля сидеть спокойно, и отправился вести переговоры с продавцом. Спустя пару минут он вернулся, держа в руках игрушку размером с полчеловека.
Огромного плюшевого монстра усадили прямо за спиной малыша, заняв им всё свободное место в тележке. Нежнейший на ощупь искусственный мех и упругий наполнитель вызвали у ребёнка такой восторг, что ему захотелось распластаться по игрушке.
— Ух ты-ы-ы! Как здолово! — прижавшись щёчкой к мягкому боку Губки Боба, проворковал он с искренним блаженством.
«Теперь понятно, почему папа тоже хотел его обнять», — подумал Тыковка.
Завладев заветным сокровищем, мальчуган притих. Он подавал голос лишь тогда, когда Шэнь Сы обращался к нему с вопросом, а всё остальное время мило сопел, уткнувшись носом в Губку Боба. Шэнь Сы только покорно улыбался, глядя на эту картину.
Поскольку они совсем недавно делали запасы, особой нужды в продуктах не было. Сделав круг по залу и отыскав фигурку Ультрамена для Чжан Мина, они направились к кассам.
Однако кассир посчитала лишь Ультрамена.
— Вы хотите сказать, что за огромную игрушку уже заплачено? — изумлённо переспросил Шэнь Сы.
— Совершенно верно, — терпеливо разъяснила девушка. — Лимитированные коллекционные изделия и брендовые плюшевые игрушки стоят довольно дорого, поэтому они оплачиваются на отдельной стойке.
Она взяла коробку с Ультраменом и добавила:
— А эта фигурка — массовое заводское производство по лицензии. Она идет из общего отдела и пробивается вместе с остальными покупками.
«Коллекционное издание», «лимитированная серия», «отдельная касса»... Каждое из этих словосочетаний звучит до неприличия дорого. Шэнь Сы даже боялся представить, в какую сумму обошёлся этот гигантский Губка Боб.
С подобными вещами всё как со швейцарскими часами: разве хронометр за двести тысяч юаней показывает в дне больше часов, чем копеечный аналог за двадцать? Помимо себестоимости материалов, львиную долю цены составляет переплата за имя бренда.
— Раз за игрушку расплатились, тогда пробейте только фигурку, — проговорил Шэнь Сы.
— Хорошо. С вас двести семьдесят два юаня. Желаете оплатить картой или наличными?
— Мобильным переводом, — пробормотал Шэнь Сы, чувствуя, как слегка дрожат пальцы, когда он достает телефон.
Кусок пластика величиной меньше его предплечья — и две сотни с гаком! И это за массовое серийное производство! Неужели производителям детских товаров сейчас так легко даются чужие деньги?
Вспомнив, как когда-то потратил пятьсот юаней на целую гору игрушек для детского дома, Шэнь Сы посмотрел на Тыковку и Чжан Мина с легкой обречённостью.
Монстры по пожиранию денег... Звание оправдано на все сто процентов.