В кабинете миротворчества пекинского управления полиции царил хаос. Шэнь Сы сидел в кресле, прижав к себе обоих мальчишек, и с ледяным спокойствием наблюдал за происходящим. Рядом с ним, едва скрывая раздражение, расположились Шэнь Минсинь и режиссёр Ма. Напротив них бесчинствовала женщина: она то и дело орала, с маху стучала ладонями по столу и брызгала слюной.
— Может, уведёшь мальчишек в машину? — вполголоса предложил Шэнь Минсинь. — Пусть Сяо Жань за ними присмотрит, пока ты разбираешься.
— Не хочу! — Чжан Мин мёртвой хваткой вцепился в Шэнь Сы. — Я останусь!
— Всё верно, — поддержал его Шэнь Сы, поглаживая сыновей по спинам. — Сяо Мина обидели, и он имеет полное право увидеть, чем всё закончится. Страшно?
Чжан Мин энергично мотнул головой:
— Ни капельки!
С чего бы ему бояться, когда рядом отец? Он точно знал: папа его защитит, как защитил тогда в деревне Минъюань, сдёрнув с его головы ядовитую змею.
Сяо Наньгуа погрозил в воздух малюсеньким кулачком и воинственно заявил:
— И я не боюсь! Они обидели брата Мина, надо дать им сдачи!
— Хорошо, — скупо кивнул Шэнь Сы. — Значит, сидим и смотрим.
Режиссёр Ма готов был взвыть от тоски. Зачем детям слушать грызню взрослых? А уж когда он вспомнил о полыхающем Вэйбо, где в топ-3 горячих тем стремительно ворвался хэштег с их инцидентом, головная боль стала просто невыносимой.
Шэнь Сы проигнорировал нотации Шэнь Бая о своей «невоспитанности» и невозмутимо открыл чат с секретарём Яном, собираясь попросить юриста. Но выяснилось, что тот опередил его буквально на пару минут.
«Молодой господин Шэнь, я уже в пути. Гендиректор Шэнь распорядился, чтобы юридическая служба компании встретила меня у здания управления. Пожалуйста, до нашего приезда позаботьтесь о собственной безопасности и безопасности детей».
Взгляд Шэнь Сы потеплел. Едва он закрыл диалог, как пришло сообщение от Шэнь Чжэна:
«Смотрю трансляцию. Не бойся. Мы первые не лезем, но и себя в обиду не дадим. Отец уже отправил адвокатов. Будем судиться до победного».
Шэнь Сы сжал губы. В груди подступил странный, трудноописуемый комок чувств. В итоге он отправил краткое: «Хорошо».
Напротив них мать толстяка орала на полицейского, а её муж сжался на стуле, закрыв лицо руками, и не произносил ни слова.
Мальчишка, похоже, привык к матершинным выходкам матери. Он сидел напротив и строил Чжан Мину рожи, абсолютно уверенный, что мама выйдет победительницей из любой взбучки.
Шэнь Сы откинулся на спинку кресла. Мальчики устроились по обе стороны от него. Сяо Наньгуа осторожно коснулся щеки брата:
— Мин-гэ, больно?
— Не-а, — Чжан Мин беспечно ухмыльнулся. — Раньше в школе, когда на меня кучей наваливались, я и то не боялся! Сразу двоих на лопатки укладывал!
— Какой храбрый! — похвалил Шэнь Сы, погладив его по голове. — Но драться всё равно нехорошо. Нужно уметь...
— Нужно уметь просить помощи у взрослых, я помню, папа! — тут же перебил его мальчик и виновато опустил глаза: — Я просто так сильно разозлился, что не сдержался.
Ребёнок искренне корил себя за то, что из-за его вспыльчивости Шэнь Сы пришлось поехать в участок.
— Ничего страшного. Я тоже не сдержался, — Шэнь Сы поцеловал его в макушку. — Ты всё сделал правильно, виноваты они. Но в следующий раз сначала защити себя, а потом давай отпор. Понял?
— Да, защитить себя! Болеть же будет! — поддержал Сяо Наньгуа.
Чжан Мин хотел было сказать, что не боится боли, но побоялся подать дурной пример младшему, поэтому послушно кивнул:
— Хорошо. Я буду хорошим примером для брата.
Бам!
Раздался оглушительный удар. Шэнь Сы инстинктивно закрыл уши обоим мальчишкам, но те всё равно вздрогнули от неожиданности.
Женщина напротив с размаху грохнула своей кожаной сумкой по столу. Металлическая пряжка с сокрушительным треском врезалась в полированное дерево.
Она ткнула пальцем в сторону спокойного Шэнь Сы и визгливо закричала на полицейского:
— Вы вообще соображаете?! Моего мужа избили! Почему вы не сажаете этого ублюдка под арест, а занимаетесь какой-то ерундой?! Это же умышленное причинение вреда здоровью! Вы вообще законы знаете?!
Шэнь Минсинь не удержался и прыснул со смеху. Повернувшись к режиссёру Ма, он громко произнёс:
— Первый раз вижу, чтобы полицейских упрекали в незнании законов!
Режиссёр Ма строго сдвинул брови и обратился к разбушевавшейся паникёрше:
— Госпожа, держите себя в руках. Вы первыми подняли руку на нашего ребёнка. А до этого ваш сын сам спровоцировал драку. Это вы не умеете воспитывать детей! Так кого тут надо судить за жестокое обращение и нападение?
— Офицер, — спокойно перебил Шэнь Сы, обращаясь к ведавшему делом полицейскому. — Я действительно ударил этого человека, когда увидел, как он бьёт моего сына. Но мною двигал не злой умысел. Поймите, каково это — видеть, как взрослый мужик поднимает руку на твоего ребёнка.
Полицейский понимающе кивнул. На фоне адекватного Шэнь Сы, давно давшего показания, скандальная гражданка выглядела максимально невыгодно для себя.
Он взглянул на опухшую щеку мальчика в руках Шэнь Сы и строго чеканно произнёс:
— Если хотите решать вопрос в правовом поле, извольте сначала прекратить истерику и дать показания.
Поняв, что диалога не выходит, а её супруг отсиживается за спиной как немой, режиссёр Ма потерял остатки терпения и кликнул сотрудника съёмочной группы:
— Сяо Линь, заходи!
В кабинет мгновенно прошмыгнул парень с портативной камерой:
— Я здесь, режиссёр Ма!
— Ты заснял завязку конфликта?
— Всё от и до. И трансляция до сих пор идёт.
— Отлично. Раз эта сторона отказывается сотрудничать, скопируй запись и передай следователям. Пусть у органов будет исчерпывающая картина.
При этих словах мужик, сидевший с распухшей рожей, побледнел. Зато его женушка ничуть не смутилась.
— Кого ты тут пугаешь?! Заснял он! Ну покажи, покажи мне свою запись! Подумаешь! Да хоть весь интернет облетите! Твой дружок избил моего мужа! Давайте, выкладывайте, посмотрим, что останется от его хвалёной репутации!
Она вытянула руку, целясь усыпанным стразами ногтем прямо в лицо Шэнь Сы:
— Да этот щегол — обычный детдомыш! Кто вообще знает, откуда ты его вытащил?! Мог и ради своих извращенских утешек приютить!
— Убери палец, — негромко, но так ледяно произнёс Шэнь Сы, что в кабинете мгновенно стало тихо. — Я не бью женщин и детей. Но если продолжишь клеветать на моего сына, расплачиваться за твои помои снова придётся твоему муженьку.
Женщина от неожиданности опешила, но тут же ухватила полицейского за рукав:
— Офицер, вы слышали?! Он угрожает мне прямо при вас! Это же бандиты!
Ма Нинго и Шэнь Минсинь переглянулись с немым вопросом: * «Кто-кто мы?!»*
Раздался размеренный стук в дверь.
В кабинет вошёл секретарь Ян. Вежливо поклонившись полицейскому, он произнёс:
— Прошу прощения за вторжение. Если эта сторона намерена подать в суд на нашего молодого господина — мы ждём иск. А пока предлагаю обсудить факт нападения данной гражданки на несовершеннолетнего ребёнка господина Шэня.
За его спиной выросла внушительная группа: адвокаты в отглаженных костюмах и... врачи в белых халатах!
— Молодой господин Шэнь, позвольте нам осмотреть мальчика, — попросил доктор, явно сорванный прямо с дежурства.
Он достал из сумки хладагент и аккуратно приложил к опухшей щеке Чжан Мина. Тот вздрогнул от холода.
— Удар взрослого человека — это не детская потасовка, — пояснил врач Шэнь Сы. — Он может вызвать сотрясение мозга, разрыв барабанной перепонки или скрытую черепно-мозговую травму. Нам необходимо провести полный первичный осмотр.
Шэнь Сы похолодел:
— Пожалуйста, осмотрите его как следует. Эта тварь ударила со всей дури.
Увидев такую свиту, нахалка заметно сдулась. Чтобы не выглядеть проигравшей, она буркнула:
— Да какая у меня сила? Подумаешь, ладошкой задела... А вот твой урод моего мужа по щекам отсчитал так, что у того чуть башка не отвалилась!
Толстяк напротив всё ещё ничего не понимал. Он злобно корчил рожи Чжан Мину и строил планы, как выйдет на улицу и подговорит мамку въехать этому сироте ещё разок.
Секретарь Ян поправил очки и, проигнорировав женщину, обратился к мужчине, сжавшемуся в угол:
— Господин Ли Фэнчэн. По пути сюда я связался с вашей супругой, госпожой Бай Шуи. Она просила передать: как только вы вымолите прощение у молодого господина Шэня, немедленно отправляйтесь в особняк семьи Бай. Там вас ждут бумаги на развод и иск по возврату совместного имущества, израсходованного вами на содержание госпожи Мо.
Ли Фэнчэн в мгновение ока позеленел. У его содержанки лицо перекосилось так, будто рухнул небосвод.
— О-о-о-у! — Шэнь Минсинь аж подпрыгнул на стуле от восторга. — Так ты, получается, банальная любовница?! Твой сынок-то с душком, а ты ещё рот открываешь на нашего Мина? У Сяо Мина родители вообще-то героями погибшими были! Слушай, а твой сын хотя бы в нормальный дом прописан? А то я помню, что муж Бай Шуи — обычный приживал!
Будучи выходцем из элиты Пекина, Шэнь Минсинь прекрасно знал светские сплетни. История Бай Шуи гремела на всю столицу: богатая наследница по молодости влюбилась в никчёмного красавчика, затащила его в дом альфонсом, а родив ребёнка, прозрела. С тех пор она держала мужа на задворках, дала ему копеечную должность и никуда с собой не брала.
Ли Фэнчэн не мог поверить своим ушам. Заикаясь, он выдавил:
— Кто... кто вы такой?! Это... это правда?!
Вместо ответа секретарь Ян включил аудиозапись на телефоне. Из динамика раздался холодный, уверенный голос Бай Шуи. Она подтвердила, что её юристы уже подняли все банковские выписки Ли Фэнчэна.
Услышав это, Ли Фэнчэн сполз по стулу, превратившись в бесформенную кучу. В семье Бай он дерзнуть не смел — знавал, каково влияние этой фамилии. А уж если за секретарём Яном стоят люди ещё могущественнее, в Пекине ему больше не жить.
Мать толстяка окончательно потеряла дар речи. Она-то думала, что отхватила богатого и щедрого покровителя, который вот-вот разведётся! А он оказался обычным приживалом на содержании у настоящей владелицы миллионов!
Шэнь Сы даже не взглянул на разыгравшуюся драму. Всё его внимание было приковано к врачу, который скрупулёзно проверял реакцию зрачков Чжан Мина, ощупывал затылок и осматривал ушные раковины.
Сяо Наньгуа, заразившись общей тревогой, стиснул ладошку названого брата. В его больших круглых глазах блестели готовые пролиться слёзы.
Наконец врач убрал диагностический фонарик и мягко улыбнулся:
— Ничего страшного. Черепно-мозговых травм нет, барабанные перепонки целы. На щеке обычный отёк, даже до гематомы не дошло.
Шэнь Сы крепче прижал к себе обоих сыновей и нервно переспросил:
— Вы уверены, доктор? С ним точно всё в порядке?
— Абсолютно, — успокоил его врач. — Дома приложите холод и дайте мальчику отдохнуть. Можете не переживать, молодой господин Шэнь.
Чжан Мин уткнулся носом в плечо отца и тихо просиял:
— Пап, ну я же говорил, что всё хорошо!
Он обожал, когда отец так искренне за него переживал. Обожал чувствовать широкую спину, за которой можно укрыться от всего мира. В свои семь лет Чжан Мин впервые узнал, каково это — иметь настоящего отца, который встанет за тебя горой.