В такси Шэнь Сы обрезал паузу в начале аудиозаписи и отправил получившийся файл Шэнь Чжэну.
Дедушка Сы: [Аудиозапись.mp3]
Дедушка Сы: И смех и грех. С одной стороны — чуть сына не лишился, а с другой — едва не дослужился до моего троюродного деда.
Дедушка Сы: Гендиректор Шэнь, послушаешь — отпишись, как тебе впечатления.
Тем временем в военном госпитале Шэнь Чжэн, у которого только-только отошел наркоз после вчерашней операции, едва зубы от ярости не скрошил, услышав в записи раскатистое: «Я твой папа!».
Дослушав до конца, он тут же перевел Шэнь Сы восемьдесят восемь тысяч юаней.
Чжэн-е: Это подарок для Тыковки. Раз уж даже ребенок сообразил, что перед ним проходимец, ты, как отец, тоже голову на плечах имей.
Чжэн-е: По крови он тебе троюродный брат. Смотри не сглупи и не дай ему на себе нажиться.
Шэнь Сы с удовольствием принял перевод и набрал ответ:
Дедушка Сы: Ладно-ладно. Следующий сезон нашего шоу как раз снимают в Пекине. Приеду — помогу тебе подготовиться к операции. А этот Шэнь Бай утверждал, будто в столице сразу представит меня родне, а уж потом повезет на ДНК-тест.
Шэнь Чжэн так вспыхнул, что даже забыл о боли в свежем послеоперационном шве, и быстро застучал пальцами по экрану:
Чжэн-е: Да я с тобой в любую больницу поеду на эту экспертизу! А этот трус осмелится?! Он ведь наверняка запел, что повезет тебя именно в «Байхэ»?
И ведь угадал прямо в точку. Шэнь Бай с непоколебимой уверенностью заявлял, будто Шэнь Сы — его родная кровь, и предлагал после приезда в Пекин сначала познакомить его с семьей, а затем уже отправиться в больницу «Байхэ» за официальным подтверждением.
Чем не решение вздорного судьи, который сначала выносит приговор, а уж потом подгоняет улики? Не окажись у Шэнь Чжэна ни весточки о сыне, Шэнь Сы в итоге записали бы на имя Шэнь Бая.
Более того, узнай Шэнь Чжэн впоследствии, что Лоу Цинхэ в свое время родила ребенка, он бы даже не подумал в сторону Шэнь Сы — ведь тот уже числился бы чужим сыном.
К счастью, потеряв столько лет, Шэнь Чжэн на этот раз успел сделать первый шаг.
Дедушка Сы: Перестань, я ему ни на грош не поверил.
Дедушка Сы: Отдыхай лучше. Как дадут точную дату операции — напиши, приедем с сыном тебя навестить.
Глядя на эти строки, Шэнь Чжэн, успевший тайком от сына перенести операцию еще вчера вечером, почувствовал укол неловкости.
Чжэн-е: Понял я. Не разводи тут девичьи нежности, взрослый же мужик.
Шэнь Сы посмотрел на имя собеседника в мессенджере. Рука так и чесалась переименовать контакт, но, поразмыслив, он решил оставить все как есть.
В конце концов, получился довольно забавный парный никнейм для отца и сына.
* * *
Вернувшись домой, они застали дядю Дэ и Старину Фу за шахматной партией под садовой беседой. Маленький Тыковка радостно примчался к ним и с ходу зарылся носом в объятия прадедушки.
— Прадедушка, я буду за тебя болеть!
— Ох, славно, славно! С такой поддержкой прадедушка точно всех победит! — Старина Фу прижал к себе правнука, буквально сияя от счастья.
Чжан Мин тем временем прошел в дом вслед за Шэнь Сы. Отнеся вещи в детскую, он попросил у Шэнь Сы телефон, чтобы созвониться с бабушкой и дедушкой по видеосвязи.
Шэнь Сы набрал номер Старины Чжана и протянул гаджет мальчику:
— На, иди поболтай с дедом.
— Угу! Спасибо, папа!
Чжан Мин уселся у журнального столика в гостиной, пристроил смартфон на подставку и не задумываясь пододвинул к себе вазочку с орехами.
Вскоре на экране возникло строгое лицо Старины Чжана, и мальчик радостно воскликнул:
— Дедушка!
Шэнь Сы тем временем засучил рукава и направился на кухню. Раз уж выпал свободный вечер, стоило приготовить густой, наваристый бульон из баранины, чтобы порадовать домашних.
Заодно он напомнил себе, что завтра нужно обязательно съездить с Чжан Мином за детским смартфоном. Раз уж мальчик называет его папой, то и все положенные ребенку радости вроде собственных гаджетов и игрушек у него должны быть.
Достав из холодильника баранину на косточке и сочную редьку, Шэнь Сы взялся за дело. Шумела вода, мерно стучал по доске тяжелый кухонный нож, а едва ингредиенты отправились в керамический котелок, по кухне поплыл аппетитный густой аромат.
Баранину он предварительно разварил в скороварке до мягкости, так что теперь оставалось лишь сопоставить вкусы, дав мясу пропитаться соком редьки и приправ.
Спустя полчаса Шэнь Сы закончил нарезку заготовок на ужин и бросил взгляд на часы: полпятого. Торопиться с остальными блюдами не было нужды, поэтому он разлил горячий бульон по пиалам, часть отнес в сад Старейшине Фу и управляющему, а затем завел Тыковку в дом.
— Усаживайся рядом с братом, сейчас принесу твою порцию.
— Ага! — Тыковка примостился на ковре подле Чжан Мина и с любопытством уставился в экран. — Брат Мин, это твой деда?
— Он самый! — Чжан Мин повозился с подставкой, чтобы Старина Чжан тоже увидел малыша. — Дедушка, смотри, это Тыковка! — С этими словами он просунул малышу ядро только что очищенного фисташкового ореха.
— Спасибо, брат Мин, — пролепетал Тыковка, жуя угощение, а затем старательно выговорил в экран: — Здравствуйте, дедушка! Я Тыковка, папин... сын!
В обычно суровых чертах Старины Чжана при виде этого пухлощекого карапуза проскользнула теплота:
— Здравствуй-здравствуй, Тыковка.
— Дедушка, а ты уже кушал? — принялся расспрашивать малыш, неумело укрощая нераскрытый орех, но в этот момент вернулся Шэнь Сы.
— Отложи орехи, сначала выпей бульон, — Шэнь Сы поставил перед ребенком успевшую слегка остыть пиалу. — И не мешай брату разговаривать.
Тыковка послушно кивнул и принялся за еду:
— Понял!
Шэнь Сы вежливо поприветствовал Старину Чжана, поставил порцию перед Чжан Мином и под виноватым взглядом мальчика выудил из-под журнального столика начатую пачку чипсов:
— Пей бульон и прекращай кусочничать, скоро ужин.
Чжан Мин осторожно спросил:
— А вечером за телевизором можно хоть немного?
— Капельку разрешу, но только мягкие, детские. — Шэнь Сы без колебаний забрал упаковку с острым перцем. — Ладно, не буду вам мешать. Попьете — не забудьте отнести пиалы в раковину. Договорились?
— Договорились! — отозвался Тыковка, с аппетитом обгладывая бараний мосол.
Чжан Мин лишь с сожалением вздохнул вслед уплывшим острым чипсам — он ведь даже попробовать их не успел! Но Шэнь Сы был непреклонен: поддаваться слабости и кормить детей вредной химией он не собирался.
Убрав снеки в шкаф, Шэнь Сы налил себе бульона, уселся за обеденный стол и открыл в телефоне сообщения от менеджера.
Шэнь Сы не привык отвлекаться на смартфон во время работы, да и в мессенджеры заглядывал без особой охоты. В свободное от съемок время он либо учился, готовясь к очередным экзаменам, либо полностью отключался от суеты, так что свежие сплетни доходили до него с задержкой.
Раньше, когда он оставался незаметным артистом второго плана, это не создавало проблем. Но после взрывного успеха в «Детском саду для начинающих пап» без постоянно держащего руку на пульсе агента было не обойтись.
Ван Бай сейчас разрывался между выхаживанием новоиспеченной матери с младенцем и делами Шэнь Сы.
Если в следующем году нагрузка вырастет, Шэнь Сы планировал пересмотреть условия их контракта и увеличить процент менеджера. Деньги на операцию тетушке Чжан уже были собраны, так что экономящая каждую копейку полоса жизни осталась позади, а Ван Баю теперь требовалось содержать пополнившееся семейство.
Просмотрев рабочую переписку, Шэнь Сы выяснил, что поступило несколько предложений на главные роли. Впрочем, Ван Бай сомневался в качестве сценариев и режиссерском составе, посоветовав не спешить с согласием.
Кроме того, агент напомнил об онлайн-интервью для шоу «Детский сад для начинающих пап», намеченном на этот вечер. Это обязательство числилось в контракте еще до начала съемок — прямые эфиры с участниками проводились по завершении второго и четвертого сезонов.
Ну и на десерт Ван Бай прислал сводки о том, как Чэн Кэ накрыло лавиной народного гнева: после участия в музыкальном проекте «Бесконечное звучание жизни» в сеть утекли его старые грязные грешки, и теперь пользователи поливали его помоями на чем свет стоит.
Шэнь Сы вдруг поймал себя на мысли, что уже вечность не искал упоминаний о Чэн Кэ и Цюй Жане — тех двоих, что в прошлой жизни смешали его имя с грязью.
Раз уж выдалось свободное время, он зашел в Вэйбо.
Лучше бы он этого не делал. От увиденных новостей Шэнь Сы скривился, словно ослепленный ярким светом.
Образ «богатого наследника», который так усердно раздувал Чэн Кэ, развалился в прах. Пользователи сети отследили его гардероб от ранней дешевой подделки до оригинальных брендовых вещей, появившихся примерно год назад.
И хотя это были не самые эксклюзивные коллекции, стоимость каждого предмета равнялась полугодовому доходу среднего человека. Естественно, аудитория заподозрила наличие щедрого папика или покровительницы.
Однако расследование пошло дальше и вскрыло еще более пикантные подробности: Чэн Кэ жил за счет фанаток и не гнушался спать с ними. Львиная доля его брендовых вещей оказалась подарками от влюбленных поклонниц.
Одна из пострадавших рассказала, как поначалу преподнесла ему стильную одежду за несколько тысяч юаней, но Чэн Кэ брезгливо скривился, заявив, что вещи дешевле тридцати тысяч за штуку он не носит. Девушка послушно перешла на дорогие подарки.
Каково же было ее удивление, когда выяснилось, что она далеко не единственная «единственная»: Чэн Кэ регулярно совращал других фанаток под предлогом командировок и съемок! Разъяренная обманом, девушка вывалила всю правду в сеть.
Скриншоты переписок и чеки на подарки поражали воображение. Общая сумма преподнесенного этой поклонницей доходила до миллиона юаней, не считая пухлых конвертов с деньгами на праздники.
Внимание Шэнь Сы привлекла дата начала их «романа» — три года назад. В то время как и в прошлой, и в этой жизни Чэн Кэ предложил ему встречаться в июне прошлого года, после той самой церемонии вручения наград.
Выходит, Шэнь Сы просто оказался еще одной рыбешкой в его бездонном пруду.
К счастью, из-за необходимости копить на операцию тетушки Чжан он не тратил на Чэн Кэ лишних средств — разве что оплачивал совместные обеды да одолжил сто тысяч юаней, которые тот так и не вернул.
К тому же Чэн Кэ избегал любых проявлений нежности и всячески уклонялся от публичных встреч, так что Шэнь Сы быстро остыл к этим совместным выходам. А поскольку в сети всплывали исключительно истории обманутых девушек, пользователям и в голову не приходило связать их «финансовые отношения» с романтическим подтекстом.
И тут Шэнь Сы осенило. Вот почему в прошлой жизни — за год ухаживаний и три года брака — у них не было ни малейшего намека на интим! Чэн Кэ рассыпался в пылких признаниях, но не мог заставить себя даже элементарно взять его за руку.
Этот мерзавец был отъявленным гетеросексуалом! На кой черт он вообще потащил его под венец?!
Любопытство разгорелось с новой силой. На тот момент Шэнь Сы был нищим статистом без связей и громкого имени. Какая выгода могла заставить убежденного гетеросексуала насиловать собственную природу и жениться на мужчине?
Недолго думая, Шэнь Сы зашел в групповой чат актеров массовки и набрал сообщение:
В этом чате состояли его давние приятели по съемочной площадке — люди, с которыми он делил последние гроши и подработки. Едва осознав, что переродился, Шэнь Сы попросил их потянуть за ниточки и разузнать, кто стоит за спиной Чэн Кэ.
За год отношений он прекрасно понял, что Чэн Кэ вовсе не выходец из богатой семьи и постоянно перебивается без работы, однако источнику его роскошной жизни объяснения так и не нашлось.
В списках подарков от фанаток числился в основном доступный премиум-сегмент. Но Шэнь Сы отлично помнил, что у Чэн Кэ имелись вещи и покрупнее — костюмы и обувь стоимостью свыше ста тысяч юаней за штуку, а также ювелирные украшения, цена которых, по словам самого Чэн Кэ, доходила до миллиона.
Раньше на все расспросы Чэн Кэ туманно отнекивался, ссылаясь на «щедрого покровителя из старшего поколения». Теперь Шэнь Сы был убежден: именно этот таинственный спонсор предложил куш, ради которого Чэн Кэ согласился притвориться геем и связать с ним жизнь.
Вот только кому Шэнь Сы так сильно перешел дорогу, что этот человек не пожалел огромных денег на Чэн Кэ — лишь бы стереть его в порошок?