— В физическом плане всё в норме, — врач просмотрел результаты обследований и поднял взгляд. — То, что ребёнок не говорит, скорее всего, связано с психологической травмой. Пока мальчик был в руках похитителей, произошёл какой-то сильный испуг?
«Испуг?» — Шэнь Сы мысленно вернулся к показаниям Чжан Мина в полиции и в итоге покачал головой:
— Нет. Мальчик, которого похитили вместе с ним, рассказал, что их держали в разных комнатах, но прямого насилия или угроз не было.
— Значит, дело в обстановке, — подытожил врач. — Скажите, а у ребёнка раньше не было похожих ситуаций? Чего-то, что могло оставить психологический след?
— Было! — встрепенулся Шэнь Сы и тут же повернулся к мужу: — Старина Фу, что там рассказывали в управлении общественной безопасности города Синин? Объясни доктору.
Вчера Шэнь Сы полностью ушёл в мысли о совпадении групп крови Сяо Наньгуа и едва ли вслушивался в телефонный разговор с полицией Синина.
Мужчина ненадолго задумался и кивнул:
— Его уже похищали раньше. До того как мальчика спасли, его долго держали в одиночестве в тёмном помещении, никто с ним не разговаривал. После этого он вообще замолчал и замкнулся в себе. Состояние начало улучшаться только тогда, когда он встретил моего супруга.
Тогда пятилетний малыш заново учился говорить, с трудом выдавливая из себя слова и пытаясь выразить мысли.
И ведь они, считая себя родителями, даже не подумали докопаться до истинной причины того первого молчания. Фу Чунсюй почувствовал укол вины — паршивый из него выходил отец.
— А-а! — Сяо Наньгуа подёргал его за рукав и расплылся в улыбке.
Казалось, пережитое прошлое совсем не тяготило малыша, но Фу Чунсюй понимал: бесследно такие вещи не проходят. Иначе, оказавшись в похожих обстоятельствах, ребёнок не откатился бы мгновенно к прежнему молчанию.
— Значит, психологический фактор здесь ключевой, — резюмировал врач, быстро заполнив бланк осмотра. — Советую вам показать мальчика детскому психотерапевту.
— Спасибо, доктор, — Фу Чунсюй забрал направление, и они с Шэнь Сы вышли из кабинета.
— Ну что там? — Старина Фу, ждавший в коридоре, передал телефон управляющему и подошёл к ним. — Физически всё в порядке?
— Да, с организмом всё хорошо, — Фу Чунсюй погладил сына по голове. — Пройдём ещё пару обследований. Думаю, как только отойдёт от стресса, всё вернётся в норму.
— Ну и славно.
Старик Фу, хоть и переживал, внешне сохранял невозмутимость: если взрослые начнут паниковать, ребёнку станет только хуже.
После полного осмотра специалисты подтвердили: дело исключительно в психологии. Стоит мальчику провести достаточно времени в спокойной обстановке, и блок снимется сам собой — главное, чтобы родители проявляли терпение и мягко направляли его.
Услышав вердикт, Старина Фу тут же велел собирать вещи домой. Он изначально твердил, что благословенный край для семьи Фу — это Юг! В Хайбине правнук рос шустрым да жизнерадостным, а стоит приехать на север, в Пекин, как малыш сразу ловит испуг. Скверное место!
Шэнь Сы поначалу даже нашёл в словах деда долю логики. Впрочем, старик просто ворчал и вовсе не собирался наотрез запрещать правнуку бывать в столице.
Заехав в отель и передохнув, пока дядя Дэ упаковывал багаж, Шэнь Сы связался с отцом и Шэнь Минсинем. Первый высказал недовольство по поводу столь скорого отъезда, второй сокрушался из-за разлуки, но, преодолев эти преграды, семья поднялась на борт частного самолёта Фу.
Что ж, статусу супруга богатейшего человека страны нужно соответствовать — пора расширять кругозор сына.
* * *
Проводив сына, Шэнь Чжэн не стал возвращаться в старое поместье, а отправился прямиком к старейшине Шэню.
До него дошли слухи, что иностранца, пытавшегося купить Сяо Наньгуа, задержали, но после ночного допроса в полиции... отпустили!
Ему до чертиков хотелось узнать, что за статус у этого иностранца за границей, раз уж местная полиция оказалась вынуждена закрыть дело и освободить его без предъявления обвинений.
* * *
Тем временем в воздухе Старина Фу водил любопытного Сяо Наньгуа по салону, демонстрируя интерьеры, а Шэнь Сы развалился на диване, уютно устроившись под боком у мужа.
— Осторожнее, — предостереёг Фу Чунсюй. При турбулентности тряхнёт, и юноша мог легко соскользнуть.
— Всё нормально, я пристёгнут, — Шэнь Сы похлопал по чёрному ремню, стягивавшему талию. — Старина Фу, ты сильно загружен по работе?
Мужчина оторвался от экрана телефона и перевёл взгляд на мужа, заметно виноватого.
— А что?
— Ну... Режиссёр Лю почти закончила подготовку к фильму, пора идти на пробы, — он заискивающе улыбнулся. — Не факт, конечно, что пройду, просто заранее...
— Ты справишься, — перебил его Фу Чунсюй. — Иди спокойно. А за сыном я присмотрю.
Так изрёк гендиректор Фу, за плечами которого уже числился успешный опыт работы в офисе в компании ребёнка.
— Столько уверенности во мне? — рассмеялся Шэнь Сы. — Я и сам в себе сомневаюсь.
Впрочем, готовность мужа взять заботу о малыше на себя его ничуть не удивила: Фу Чунсюй разительно отличался от тех мужчин, что полностью перекладывают семейные хлопоты на чужие плечи.
— Делай то, что хочешь, — произнёс Фу Чунсюй, на миг отвлёкшись от инвестиционного плана. — Какой бы ни был результат.
В конце концов, он в любой момент сможет подстелить соломку. Захоти Шэнь Сы — и он вложит пару сотен миллионов, соберёт лучшую съёмочную команду и запустит проект персонально под него.
Шэнь Сы лишь улыбнулся. Как же всё-таки важно не ошибиться с выбором спутника жизни!
Что до Чэн Кэ...
Вспоминая подробности дела, о которых полиция обмолвилась этим утром, Шэнь Сы до сих пор испытывал искреннее изумление.
Сговор с Цюй Жанем ради очернения его имени — это ещё цветочки. Кто бы мог подумать, что Чэн Кэ в своё время «пожертвовал собой» ради карьеры! И развязался с тем богатым покровителем только после того, как официально сошёлся с Шэнь Сы.
И да: в тех отношениях Чэн Кэ выступал принимающей стороной.
От этой новости картина мира Шэнь Сы едва не треснула по швам. Ему безумно хотелось пойти и сожчь пару охапок благовоний в знак благодарности небесам за то, что в прошлой жизни Чэн Кэ даже брезговал прикасаться к нему. Иначе его просто затошнило бы до смерти.
Впрочем, всё это мелочи. Настоящей бомбой оказались масштабы его так называемой «оптимизации налогов». На допросах всплыло, что схемы ему слили люди Шэнь Бая.
Так или иначе, Шэнь Бай увяз в этом по уши. Да и одного вчерашнего нападения с ножом на полицейских Чэн Кэ хватит, чтобы упечь его за решётку на долгий срок.
Больше всего удивляло другое: даже Цюй Жаня, находившегося в Хайбине, взяли под стражу, а тот иностранец, намеревавшийся купить Сяо Наньгуа и Чжан Мина, умудрился отвертеться от наказания.
Списать всё на то, что полиция сплоховала перед чужим влиянием или высоким статусом — откровенный бред. Чем влиятельнее фигура, тем мертвее хватка властей Поднебесной.
Поэтому подобное мягкосердечие выбивалось из любой логики. Здесь явно крылось нечто нечистое.
Фу Чунсюй опустил взгляд и заметил, как нахмурился муж.
— Не забивай себе голову. Я сам за этим прослежу.
Сухая, тёплая подушечка пальца коснулась лба, разглаживая складку между бровями.
И то верно: рядом муж, а за спиной — отец и весь клан Шэнь. Этим негодяям ни за что не уйти от ответа.
— Ну, тогда всё на тебе~ — юноша игриво подмигнул. — Сяо Наньгуа точно обрадуется, когда узнает, как сильно папочка его любит!
— А-а?
Раздалось недоумённое агуканье. Супруги одновременно повернули головы и наткнулись на исполненный муки взгляд старика и прикованные к ним любопытные глазёнки сына.
— Совесть имейте! — с досадой выдохнул Старина Фу.
То, что внук с зятем души друг в друге не чают — прекрасно, но салон-то не бесконечный! Неужели сложно уйти в каюту от ребёнка, а не выставлять чувства напоказ прямо на общем диване? У старика даже глаза заслезились от такой картины.
— Ой-ой-ой! — Шэнь Сы торопливо попытался сесть, но натянувшийся ремень безопасности со свистом притянул его обратно.
Затылок с размаху врезался мужу прямо между ног. Гендиректор Фу мгновенно скривился, лицезрея целый спектр непередаваемой муки:
— Сы... Сы-Сы...
Пусть продолжение рода им и не грозило, это не означало, что он готов отказаться от радостей супружеской жизни. Ещё пара таких приземлений — и можно ставить крест на мужском достоинстве.
Мгновенно всё осознав, юноша наконец расстёгнул замок и поднялся:
— Прости-прости!
Он сам не ожидал, что всё выйдет настолько неловко. Но ведь ничего страшного не произошло... наверное? Впрочем, глядя на побелевшее лицо Фу Чунсюя, Шэнь Сы усомнился.
— Я в уборную, — бросил мужчина и стремительно удалился.
Старина Фу предпочёл уйти от греха подальше, оставив малыша родителям, а сам укрылся в зоне отдыха.
— А-а! — Сяо Наньгуа был ещё слишком мал и понятия не имел, какую именно мужскую боль только что пережил его второй папа. Заметив, что тот ушёл, малыш радостно прыгнул Шэнь Сы на грудь.
Вспомнив наставления детского психолога о том, что с ребёнком нужно как можно больше разговаривать и подталкивать к общению, Шэнь Сы подхватил сына на руки и ласково спросил:
— Мы летим домой! Ты рад, зайчик?
Кроха энергично закивал:
— А!
Ему не терпелось проверить, распустились ли цветы, которые сажал дядя-управляющий. Дядя показывал фотографии — там была такая красота!
— Дома у меня пока не будет работы, так что я смогу провести с тобой кучу времени. Доволен?
Да ещё как! Сяо Наньгуа был на седьмом небе от счастья.
Хоть на съёмках шоу «Детский сад для начинающих пап» они тоже не расставались, это совсем не то же самое, что сидеть дома. Домашний уют он любил куда больше.
— А когда папе придётся уехать на работу, твой папа Фу обещал брать тебя с собой в офис, чтобы ты следил за тем, как он трудится. Пойдёшь?
Следить за работой папы?! В малыше мгновенно проснулось чувство высокой ответственности, и к лепету прибавилось задорное:
— Угу! Угу!
Этого было вполне достаточно. Самое главное — ребёнок тянулся к миру и реагировал на слова. Остальное приложится.
Шэнь Сы ещё какое-то время засыпал сына вопросами, растормошив кроху до такой степени, что тот вознамерился немедленно набрать брату Мингэ и поделиться возложенной на него важнейшей миссией.
Молодой отец мягко прикрыл экран его телефона и тепло улыбнулся:
— А ещё во второй половине года мой зайчик пойдёт в начальную школу. Рад?
— М-м? — Сяо Наньгуа на мгновение замер.
Школа?.. Значит, нельзя будет сидеть дома целыми днями? И возле отцов вертеться тоже не выйдет? В душе малыша мгновенно поселилась тревога.
Особенно когда в памяти всплыли рассказы Чжан Мина про его задиристых и драчливых одноклассников. Сяо Наньгуа стало совсем жутко: он ведь не такой высокий, как брат Мингэ, и у него не хватит сил дать отпор какому-нибудь толстяку-забияке.
Мысль о том, что ради школы придётся покинуть отца, отзывалась в нём острым неприятием. Малыш замахал головой, пытаясь отогнать эту страшную перспективу:
— Нет! Нет!
Выжав из себя ещё одно полноценное слово, кроха замер. Шэнь Сы крепче прижал к себе сына и тихим, убаюкивающим голосом заговорил:
— Но ведь все дети в шесть лет идут в первый класс. Мы с тобой пропустили детский сад, так что и так уже отстаём от остальных ребят.
На самом деле это было не так: благодаря его занятиям и репетиторам, которых нанял старик Фу, программа первого класса давалась мальчику шутя.
Шэнь Сы намеренно провоцировал ребёнка, видя его страх, чтобы тот хоть как-то выразил эмоции. А заодно пытался заранее избавить его от фобии перед учёбой. В жизни каждого человека наступает момент, когда приходится шагать навстречу новым вызовам — будь то школа, уроки или общение со сверстниками.
Как бы сильно он ни любил сына, потакать его капризам до того, как у того сформируется мировоззрение, Шэнь Сы не собирался — иначе вырастет избалованный белоручка.
И расчёт оправдался. Услышав слово «отстаём», Сяо Наньгуа замялся. Ему не хотелось расставаться с отцом, но и оказываться слабее других он тоже не желал.
Тогда, в отеле города Наньхай, папа Фу сказал ему: если хочешь вырасти настоящим мужчиной и вместе со мной защищать отца, нужно быть сильным.
Сяо Наньгуа разрывался от внутренних сомнений. Эх, был бы сейчас рядом брат Мингэ! Уж он-то обязательно что-нибудь придумал бы!
Малыш и не подозревал, что в эту самую минуту Чжан Мин, едва успев переступить порог дома вместе со Старейшиной Чжаном, углядел во дворе прежних одноклассников и уже вовсю готовил очередную проказу.
Что тут скажешь? Стоило Сяо Мину уйти из-под надзора отцов, как вся его озорная натура вырвалась наружу — уступать кому бы то ни было этот парень не привык.