Определившись с фаворитом среди гостей шоу уже на втором кандидате, Шэнь Сы и Шэнь Минсинь со спокойной душой переключили внимание друг на друга. Усадив малышей поудобнее, они увлечённо зашептались. Смотрелись два красавца рядом настолько органично, что не будь Шэнь Сы женат, а у Минсиня — настойчивого ухажёра, зрители просто обязаны были бы составить из них романтическую пару.
Наблюдая, как Гу Янань чисто символически обменивается дежурными фразами с третьим участником, Шэнь Сы вполголоса поинтересовался у Минсиня:
— Этот кроссовер на весь выпуск растянут?
«Сам еле выкраиваю минуты на виртуальное общение с мужем, — мысленно вздохнул он, — а тут приходится в рабочее время чужие ухаживания разглядывать».
— Да нет, — качнул головой Шэнь Минсинь. — Мой менеджер узнавал. Как только героиня сделает выбор, съёмочная группа начнёт вести прямые трансляции их индивидуальных свиданий. Так что от нас требуется только помочь ей с решением.
— Вот как, — задумчиво протянул Шэнь Сы, не отрывая взгляда от экрана. — И всё же, зная режиссёра Ма, сомневаюсь, что он даст нам спокойно расслабиться.
Новый съёмочный день проходил в городе Наньхай. Для Шэнь Сы это было сродни небольшому отпуску: с привычными испытаниями он щёлкал задания как орехи, а чересчур сложные организаторы всё равно не рисковали вводить из-за детей. И всё же интуиция подсказывала: Ма Нинго не упустит шанса выжать из них максимум.
Совместный выпуск наверняка был лишь пробным шаром. Учитывая связи режиссёра в продюсерской среде, он запросто мог устроить целую серию коллабораций с самыми разными шоу.
Суровый жизненный опыт — годы учёбы, совмещаемой с работой, и знакомство с самыми разными слоями общества — позволял Шэнь Сы читать людей как открытую книгу. Замыслы Ма Нинго он просчитал почти до мелочей.
— Чтобы он да дал нам перевести дух? Смеёшься? — тихо фыркнул Шэнь Минсинь. — Не согласись ты на съёмки, мы с Сяо Жанем ещё в первом сезоне кости бы заложили!
И ведь не поспоришь. Взять хотя бы попытки развести очаг в деревне Минъюань — одно это недоразумение вылилось в целый каскад комичных трендов в соцсетях.
Шэнь Сы невольно вспомнил прошлую жизнь. Тогда, опоздав на съёмки из-за Чэн Кэ, он оказался целиком во власти его бесконечных капризов и требований. Желая обеспечить спутнику побольше экранного времени, Шэнь Сы взвалил на себя быт и присмотр за детьми, а сам Чэн Кэ красовался перед камерами на испытаниях. В той суматохе Шэнь Сы даже не запомнил, в чём заключались задания сезона.
Перед глазами встали лишь бесконечные разбирательства после финала, когда Цюй Жань публично обвинил его в жестоком обращении с Сяо Наньгуа. Тогда, отчаянно пытаясь обелить своё имя и доказать, что пока Цюй Жань бегал по квестам, над ребёнком никто не издевался, Шэнь Сы разрывался от нервного истощения. На остальных участников — того же Минсиня или Сяо Жаня — у него просто не оставалось ни сил, ни внимания.
Зато теперь, без избалованного ребёнка, без его ненасытных родителей и, главное, без бесконечных коварных интриг Чэн Кэ, участие в проекте неожиданно принесло радость.
От этой мысли на душе стало легко и светло. Не женись он на Фу Чунсюе, возможно, так и увяз бы в призраках прошлого, не способный оценить прелесть сегодняшнего спокойствия.
* * *
Тем временем Фу Чунсюй, выехавший из города Хайбинь, спустя три часа уже входил в отдельный кабинет частного чайного дома в Наньхае. Там его ждала встреча с главой компании «Ваньцзяхэ Девелопмент» для обсуждения совместной застройки.
Лань Лин — руководитель «Ваньцзяхэ» — и подумать не мог, что рядовой проект привлечёт внимание столь крупной фигуры. Находясь в смятении между трепетом и восторгом, он отчаянно надеялся, что успешная сделка откроет путь к постоянному сотрудничеству с корпорацией «Шаофэн». Молодость главы гиганта стала для него полной неожиданностью.
Впрочем, для самого Фу Чунсюя встреча была не более чем формальностью. Аналитическую справку и аудиторскую проверку компании «Ваньцзяхэ» он получил от филиала ещё по дороге. Поскольку супруг и сын были заняты на съёмках, он просто решил скоротать время с пользой.
Бегло пролистав договор и убедившись в отсутствии подводных камней, Фу Чунсюй под напряжённым, полным надежды взглядом собеседника размашисто поставил подпись:
— Приятно иметь с вами дело, гендиректор Лань.
Лань Лин замёрз с выведенной в воздухе ручкой. Он никак не ожидал, что решение будет принято мгновенно. По законам большого бизнеса гиганты рынка всегда сбивают долю партнёров. Из этих соображений в проекте контракта он намеренно указал распределение доходов как 60 на 40 в пользу «Шаофэн», хотя пределом его уступок были 80 на 20. Уступка четырнадцати процентов оставляла поле для маневра при торгах.
Более того, Лань Лин даже не рассчитывал подписать бумаги сегодня. Второго варианта договора у него при себе не было; он планировал лишь прощупать почву, узнать условия, а вечером пригласить представителя на роскошный ужин в надежде выкроить лишнюю копейку.
Но вместо рядового менеджера филиала явился сам глава корпорации и без единого слова торга подписал исходный вариант!
Ошеломлённый Лань Лин бросил взгляд на часы. Четыре вечера. Встреча началась в два, то есть за два часа все вопросы закрылись по максимуму от его ожиданий. Неужели в этом и заключается прелесть работы с гигантами отрасли?
Фу Чунсюй тем временем поправил запонки:
— На этом обсуждение считаем закрытым. Дальнейшие технические детали согласует проектный менеджер нашего филиала. Прошу прощения, у меня ещё есть дела, поэтому вынужден откланяться.
Суматошно сгребя документы, Лань Лин лично проводил гостя до подземной парковки. Лишь когда шофёр Фу Чунсюя распахнул перед боссом дверцу элитного лимузина, к главе «Ваньцзяхэ» окончательно вернулось чувство реальности.
Едва представительский автомобиль скрылся из виду, Лань Лин с сияющим лицом выхватил телефон и набрал жене:
— Алло, дорогая? Сделка у нас в кармане! Собирай дочку, сегодня вечером идём в ресторан!
Заранее забронированный для встречи с Фу Чунсюем VIP-зал всё равно не подлежал отмене без потери внушительного залога. Отпахав без отдыха несколько недель ради этой сделки, гендиректор Лань с чистой совестью решил устроить семейный праздник.
* * *
Пока Фу Чунсюй направлялся к бюджетному отелю, где остановился Шэнь Сы, съёмочная группа вместе с участниками уже обосновалась в ресторане пятизвёздочной гостиницы «Цзиньцзинь».
— Вы в гостях, так что ни в чём себе не отказывайте! Бюджет у нас солидный! — щедро объявил режиссёр романтического шоу.
Шэнь Сы, пробежав глазами по меню с чеками от четырёх знаков за блюдо, лишь тихо качнул головой. Продюсеры «Сто процентов влюблённости» явно не скупились: их размах заметно превосходил скромные возможности «Детского сада для начинающих пап».
Сделав заказ — несколько нейтральных позиций для детей, — Шэнь Сы отложил карту. Время для ужина было рановато, да и вечер наверняка завершится поздним перекусом.
Персонал пятизвёздочного отеля работал безупречно: заметив малышей, официанты тут же пододвинули специальные детские стульчики. Чжан Мин наотрез отказался садиться отдельно и устроился прямо возле Сяо Наньгуа. Вэнь Тяньбай, искавший повода пристроиться ближе к Тыковке, оказался не у дел и с кислой миной пересел подальше, освобождая место для детского тандема.
Спустя полчаса на столе появились первые кушанья. Пожилые режиссёры, будучи давними приятелями, быстро нашли общую тему и увлечённо травили байки, пока остальные участники спокойно кормили детей.
— Папа, а это... что? — Сяо Наньгуа озадаченно указал на аппетитный ярко-оранжевый ломтик в порционной пиале.
— Это тыквенный пудинг с яйцом, — Шэнь Сы подал сыну ложку. Это десертное блюдо он заказал специально для каждого из ребят.
Свежую мякоть миниатюрной тыквы сначала отваривали на пару, затем взбивали в нежнейшее пюре с яйцом и запекали повторно. Никаких специй или сахара — только естественная пряная сладость.
— Тыквенный?! — Малыш, будто вспомнив что-то очень смешное, сжал ложку и задорно хихикнул: — Маленькая Тыковка кушает тыковку!
— Брат, ешь быстрей, а то яйцо остынет и станет невкусным! — поторопил его Чжан Мин и в доказательство отправил себе в рот сочную порцию.
Только рядом с Сяо Наньгуа этот неугомонный проказник преображался, демонстрируя замашки заботливого старшего брата.
Сяо Сигуа, глядя на них, тоже зачерпнул пудинг и от удовольствия зажмурился:
— Тыковка, это так вкусно!
Нежное, поддатливое и гладкое — точь-в-точь как фруктовое желе!
Забыв о сомнениях, Сяо Наньгуа уплетал угощение за обе щеки. Шэнь Сы подкладывал еду сыну и Чжан Мину, время от времени вытирая салфеткой испачканные соусом щёчки, и понятия не имел, что в фойе отеля его уже поджидает муж.
Застолье затянулось почти на три часа. Когда ближе к семи вечера гости начали разогреваться перед отбытием, Сяо Наньгуа потребовалось в уборную — причём дело намечалось долгое, основательное.
Вспомнив, что домашняя выпечка от бабушки и дедушки Чжан Мина уже закончилась, Шэнь Сы решил зайти после туалета в пекарню за свежим хлебом, чтобы малыш не проснулся среди ночи от голода. Поэтому он попросил Шэнь Минсиня забрать Чжан Мина и вместе с микроавтобусом съёмочной группы отправляться в отель.
Уточнив у персонала дорогу, Шэнь Сы повёл сына в сторону ресторанной уборной.
— Папа подождёт тебя снаружи. Как закончишь свои дела, нажми вот эту кнопку: водичка подмоет попку, и сразу выходи, — инструктировал он, усаживая ребёнка на адаптированный унитаз.
Сантехника в отеле имела специальный детский режим: достаточно было нажатия клавиши, чтобы умный унитаз сам обмыл и высушил малыша, так что присутствия взрослого внутри не требовалось.
— Угу! — послушно кивнул Сяо Наньгуа.
Убедившись, что сын справляется, Шэнь Сы вышел из кабинки и прислонился к стене, достав телефон. Едва экран разблокировался и на иконке давно молчавшего приложения высветился красный маркер уведомления, как тяжёлая дверь уборной с грохотом распахнулась.
В помещение ввалилась дюжина крепких парней. Замыкающий с щелчком провернул защёлку изнутри.
Шэнь Сы спокойно убрал телефон и подобрался. Заслонив собой дверцу кабинки, он смерил визитёров холодным, насторожённым взглядом:
— Господа решили выяснять отношения именно здесь? Прошу прощения, я не знал о ваших планах.
— Да какие там разборки, — выплюнул верховодящий — дерзкого вида паренёк-переросток в уличном брендовом шмоте. — Просто кое-кто слишком много о себе возомнил. Хитрый выскочка расстроил серьёзных людей, вот меня и попросили вправить тебе мозги.
Из кабинки раздался озадаченный голосок Сяо Наньгуа:
— Папа?..
Тихо успокоив ребёнка несколькими мягкими словами, Шэнь Сы снова повернулся к непрошеным гостям:
— Мы не знакомы. И я понятия не имею, о чём вы говорите.
Подобные дворовые «стенка на стенку» остались для него далеко в подростковом прошлом. Шэнь Сы не думал, что встретит такое средневековье снова, да ещё и в пятизвёздочном отеле. Главной задачей было не допустить испуга и опасности для сына за спиной.
Узнав от Чэн Кэ, что Шэнь Сы занозил Дядюшку Бая, а тот пробросил фразу о «наглом актёришке, пытающемся выехать за чужой счёт», Сыту И решил проучить заносчивого провинциала, чтобы выслужить авторитет перед старейшиной. В шоу-бизнесе каждый второй торгует телом ради ролей, но этот уже женатый раздолбай дерзнул подбираться к репутации Бая! Если бы дядюшка не велел просто слегка проучить без мокрухи, Сыту И с удовольствием сам бы позабавился с такой выразительной мордашкой.
Сыту И пошло усмехнулся, оценивающе скользя взглядом по точёному лицу актёра:
— И надо же... С таким ебалом тебе бы просто мордочкой торговать — и уже бы взлетел. Так нет же, обязательно надо было лезть в чужие постели!
Услышав это, Шэнь Сы даже немного расслабился:
— Вы явно меня с кем-то путаете. Я никогда не занимался подобными вещами.
— Бляди тоже божатся, что они не шалавы, — Сыту И подошёл вплотную и нагло похлопал Шэнь Сы по щеке. — Совершал ты или нет — не тебе решать. Просто жри, чё дают, и сиди тихо. А то я и твоего щенка из кабинки вытащу да об стену приложу!
Пока речь шла о нём самом, Шэнь Сы держал себя в руках. Но стоило только какой-то мрази упомянуть его сына — тугой канат хладнокровия в голове лопнул со звонким гулом.
— Тронешь моего сына?!
Шэнь Сы перехватил запястье Сыту И и со всей силы крутанул сустав. Раздался отвратительный хруст, визитёр взвизгнул от невыносимой боли, но Шэнь Сы не оставил ему шанса: развернувшись на пятке, он с размаху впечатал тяжелый армейский ботинок прямо в грудь мажора!
Сыту И снарядом отлетел назад, сшибая своих же парней.
— Завалите этого сучьего потроха! — взвыл он с пола, задыхаясь от боли.
Ударная группа в мгновение ока хлынула вперёд.
Шэнь Сы прижался спиной к двери кабинки, закрывая вход своим телом. Внутри Сяо Наньгуа, успевший натянуть штанишки, услышал грохот, дикий вопль и попытался толкнуть дверцу, чтобы выбежать к папе, но Шэнь Сы всей массой блокировал проход.
Среди градуса ударов, глухих шлепков и треска ломающихся костей до ушей малыша долетел болезненный стон отца. Сяо Наньгуа заходился в отчаянном рыдании, кулачками колотя в деревянную панель:
— Папа! Папа-а-а! Не бейте моего папу!
* * *
На парковке бюджетного отеля Фу Чунсюй встретил лишь микроавтобус съёмочной группы. Не обнаружив среди выходящих ни супруга, ни сына, он набрал номер Шэнь Сы, но в ответ услышал лишь длинные глухие гудки.
Насторожившись, Фу Чунсюй открыл на смартфоне закрытый модуль удалённого контроля, привязанный к детским смарт-часам Сяо Наньгуа.
В ту же секунду из динамика вырвались визг, глухие удары, звон разбитого стекла и надрывный детский плач. Экраны контроля метались, показывая замкнутое пространство и хаос.
Лицо Фу Чунсюя моментально потемнело. Он переключил вкладку приложения, активировав скрытый маячок геопозиционирования.
Водитель, напуганный ледяным тоном босса и доносившимися из телефона звуками бойни, мгновенно вдавил педаль газа в пол, выжимая из многотонного лимузина всё возможное.