Машину ощутимо подбросило на колдобине серпантина. Шэнь Сы, дремавший на пассажирском сиденье, вздрогнул и открыл глаза.
— Подъезжаем?
Фу Чунсюй мазнул взглядом по навигатору в телефоне:
— Почти. Хочешь ещё подремать?
— Не могу, — Шэнь Сы устало качнул головой. — Всё равно толком не усну.
За эти десять минут зыбкого сна перед глазами вереницей неслись картины из прошлой жизни. В основном — кошмары о будущем мужа и сына. В том прошлом он видел Фу-Фу уже взрослым, стоящим у надгробия, но во сне тот почему-то представал глубоким стариком, в одиночестве читающим книгу на балконе.
Тёмную горную дорогу освещал лишь скудный свет фар. Тьма за пределами луча казалась бездонной, скрывающей тысячи угроз, но стоит машине проехать чуть дальше — и вокруг оказывались всё те же унылые скалы да деревья.
— Наша группа уже на месте, — произнёс полицейский за рулём, касаясь гарнитуры. — Когда приедем, прошу вас сохранять спокойствие и строго следовать нашим указаниям.
— Разумеется, — откликнулся Шэнь Сы. — Главное — безопасность детей. Если похитители выдвинут условия, мы согласны на всё.
— Если им нужны только деньги, соглашайтесь на любую сумму, — добавил Фу Чунсюй. — Держите их на крючке, пока мальчики не окажутся в безопасности.
Ещё до выезда полиция подробно изложила им план операции. Судя по координатам и снимкам, отправленным телохранителями, к нужному месту вела всего одна дорога.
Чтобы не выдать себя, им предстояло заранее бросить машину и подобраться к логову пешком. Идеальный вариант — вызволить детей тихо, пока торговцы людьми ничего не заподозрили. Если же поднимется тревога, в дело вступит полиция и начнёт переговоры под давлением.
Шэнь Сы прекрасно понимал задумку силовиков, но всё равно не удержался от повторной просьбы. Единственное, что его волновало — целые и невредимые дети.
— Не волнуйтесь, мы будем действовать с предельной осторожностью, — заверил офицер.
* * *
В это же время телохранители семьи Фу, встретившиеся с подоспевшим спецназом, в деталях описывали обстановку:
—... Мы засекли только Чжан Мина. Сяо Наньгуа рядом не было, так что неизвестно, сумел ли он сбежать.
Поймали ли Чжан Мина снова, они не знали. Появись охранники на виду, их тут же сделали бы мишенью. Даже если бы они с легкостью раскидали эту шелупонь, риск оставался огромным: похитители могли перепрятать Сяо Наньгуа или привлечь сообщников, затаившихся в тени.
— Главное, что парень отвлёк их на себя и рванул в противоположную сторону, — продолжал телохранитель. — Между нами и мальчиком выросла целая орава этих гадов, пробиться не было никакой возможности.
А когда охранники обогнули бандитов, след ребёнка уже простыл.
Оперативники переглянулись. В глазах каждого читалось нескрываемое изумление: семилетний пацан умудрился вырваться из рук целой банды работорговцев?
Как бы то ни было, расслабляться никто не собирался. Пока ситуация не прояснится, излишняя предосторожность не помешает.
Затаившиеся в заброшенном доме похитители даже не подозревали, что здание уже взято в кольцо. А Дедушка Бай тем временем заходился в глухом бешенстве:
— Какого чёрта от вас толку!? Двух сопляков уберечь не смогли! Мечтали о сытой жизни? Дерьма вам на лопате! Под самым носом дети ушли, у вас глаза вообще на каком месте растут?!
Остальные бандиты, очередной раз перерывшие весь дом в поисках беглецов, стояли ни живы ни мертвы, не смея даже пискнуть.
Покупатель уже прибыл в Пекин и на рассвете должен забрать «товар», а они упустили обоих мальчишек! Дело было даже не в неустойке — человек, способный выложить сто миллионов долларов, обладал жутким влиянием. Выбраться сухими из воды после того, как испортишь сделку такому дельцу — задачка не из лёгких.
Сам факт того, что покупатель лично прилетел через океан за детьми, говорил о многом. Без серьёзной крыши вывезти из страны двух ребятишек без документов попросту невозможно.
— Дедушка Бай, снаружи что-то не так! — неожиданно подал голос караульный у двери. — Кажется, я видел чью-то тень.
Зимний ночной ветер гудел в ветвях. В лунном свете тени деревьев плясали и корчились, напоминая силуэты людей. Не найдя детей, охранник боялся проглядеть реальную угрозу.
У Дедушки Бая нервно задергался глаз:
— Взрослый или ребёнок? Сколько их?
Караульный попятился: кто, чёрт возьми, разглядит по тени, ребёнок там или взрослый? Он же не ищейка из уголовного розыска!
— Не разобрать. Только тень мелькнула, и всё.
По-хорошему, в такую темь спутать качающуюся ветку с человеком — пара пустяков. К тому же после выезда из Пекина они сменили машину, полиция никак не могла напасть на след. Все концы были спрятаны в воду, и даже если Шэнь Чжэн догадался, чьих это рук дело, найти убежище в глухих горах ему не под силу.
И всё же сердце Дедушки Бая заколотилось как бешеное.
Помедлив мгновение, он принял решение:
— Выходите все. Прочесать всё вокруг! Если заметите хоть что-то подозрительное — валим немедленно!
Деньги деньгами, а шкура дороже. Господин Корчин — человек разумный, поймёт, что они спасали «доноров» от легавых.
Получив приказ, бандиты разбились попарно и, подобравшись, стали просачиваться наружу через боковой выход, сжимая в руках заточки и обрезки труб.
В полутёмном зале Дедушка Бай поднялся в комнату на втором этаже, выдвинул ящик письменного стола и привычным движением спрятал в рукав длинный нож.
— Всё, сматываемся, — бросил он личной охране.
Его подручные даже не удивились. При малейшем шухере Дедушка Бай предпочитал перебдеть и уносил ноги первым. Благодаря этой перестраховке они не раз уходили из-под самого носа у полиции и до сих пор оставались на свободе.
Впрочем, был среди них человек, ценивший свою жизнь ещё сильнее Дедушки Бая — Лысый Бородач.
Он работал на Бая впервые. Раньше тот не проявлял активности в столице, промышляя по провинциям. Бородач же, давно обжившийся в Пекине, обладал звериным чутьём. Стоило караульному заикнуться о тени, как у Бородача зачесались пятки. Едва Дедушка Бай отправил людей на разведку, как тот, не раздумывая, вильнул за угол и прибавил ходу к заднему двору.
Свой грузовик он припарковал аккурат за зданием — и от глаз подальше, и товар погрузить удобно, и дёргать отсюда в случае чего сподручнее.
А в кузове этого самого грузовика, уютно устроившись среди коробок, двое мальчишек уплетали за обе щеки краденые снеки. Проглотив острую сушёную рыбку, Чжан Мин даже облизал измазанные в специях пальцы:
— Ну и вкуснотища!
Сяо Наньгуа, обнимавший пачку картофельных чипсов со вкусом зиры, закивал с самым серьёзным видом. Недаром папа запрещал им есть всякую дрянь — взрослая еда оказалась невероятно вкусной!
Чжан Мин вытер руки о лежавшую рядом куртку, после чего озабоченно покрутил головой: от острой рыбки в горле пересохло, срочно требовалось молоко.
Он как раз потянулся к пакету, когда в щели между сиденьем и стенкой кабины мелькнул силуэт приближающегося к машине человека.
Мальчик мгновенно напрягся. Сгреб Сяо Наньгуа за шкирку, цапнул пакет с добычей и съехал с сиденья прямо на пол, забившись в узкую щель под креслами.
Бородач ввалился в кабину и тут же брезгливо сморщился:
— Сука, какой ублюдок жрал тут чипсы?! Вонь на весь салон!
Мужики из артели любили смолить втихаря, прячась во время дежурства за грузовиком. Кое-кто даже прикладывался к чекушке, если бригадир закрывал на это глаза. Но чтобы кто-то залез в его кабину и трескал там сухари — такое Бородач видел впервые.
Впрочем, размышлять было некогда. Липкий страх, охвативший его ещё при вести о подозрительных тенях, сжал внутренности. Бородач повернул ключ в замке зажигания.
Выходя во двор, он своими глазами видел, как Дедушка Бай со своей шестёркой прыгнул в легковушку у боковых ворот. Раз уж босс даёт дёру, то ему и подавно стыдиться нечего!
Мотор заурчал, на приборной панели зажглись индикаторы. Топливный бак был полон — дороги от Пекина до этого захолустья ушло всего ничего. Бородач рассчитывал рвануть по старой горной тропе, про которую ему обмолвился местный селянин. Этого просёлка не было ни на одной карте.
У Чжан Мина сердце едва не выскочило из груди. Что происходит? Куда этот дядька собрался ехать посреди ночи?!
Сяо Наньгуа лежал рядом, боясь даже вздохнуть. Глаза его были полны искренней печали: когда они сползали вниз, пачка с чипсами смялась, и половина хрустящих ломтиков высыпалась прямо на пыльный пол.
Аромат зиры дразнил ноздри, заставляя рот наполняться слюной.
Выбросить такую вкуснятину Сяо Наньгуа не мог. Вытянув пухлую ручонку, он осторожно подгреб упавшие на куртку чипсины, отправляя их в рот по одной и смакуя пряный вкус.
В кабине стоял стойкий дух специй. Бородач развернул грузовик и приоткрыл окно, чтобы выгнать запах, после чего без оглядки рванул в непроглядную ночную тьму.
Накатанная колея оказалась отвратительной. Машину швыряло из стороны в сторону, так что Бородач вынужден был сбросить скорость и ползти буквально на ощупь.
Мальчишки лежали под сиденьем, прижавшись друг к другу. На каждой ухабине Чжан Мин задевал забитый снеками пакет, а Сяо Наньгуа случайно раздавив зубами очередную чипсину.
Старший умирал от ужаса, младший — набивал брюхо.
А за рулём сидел Бородач, всматривался в мутный свет фар и прислушивался к странным шумам, приносимым ветром.
Он рос в глухой деревне, где до сих пор верили в лесных духов и нечисть. Каждое первое и пятнадцатое число месяца бабка курила фимиам и молилась богам. Неучи вроде него, ступившие на скользкую дорожку, обычно вымаливали у неба удачу в своём тёмном бизнесе. Помогали ли боги отъявленному мерзавцу — вопрос открытый, но до сих пор Бородач ни разу не попался.
И вот теперь, пробираясь в одиночку по тёмному горному кряжу, где связь пропадала каждые пять минут, он почувствовал, как по спине струится ледяной пот.
Ззз... Ззз...
Телефон на панели задрожал. Экран навигатора сменился чёрным окном входящего вызова. В тёмном стекле Бородач на мгновение увидел собственное бледное отражение.
Звонил один из подельников, ушедших в прочёсывание.
Бородач ударил по тормозам и наглухо задраил окно. В полной темноте ему казалось, что из кустов вот-вот выскочит какая-нибудь тварь и вцепится ему в глотку.
— Алло? Вы чего там? — сипло спросил он.
В этот самый момент звонивший — тощий бандит — лежал лицом в грязи под тяжестью дюжего омоновца. Вокруг него спеленатые по рукам и ногам корчились остальные члены банды.
Даже Дедушку Бая, рванувшего на легковушке, перехватил патруль в километре от базы.
Чувствуя, как сапог полицейского прижимает шею к земле, тощий судорожно сглотнул:
— Всё нормально... Детей нашли. Дуй обратно, Дедушка Бай собирает всех на перекличку.
— Нашли? — изумился Бородач. Они же только что весь дом перевернули! — И чего Бай говорит? Ждём покупателя завтра или сажаемся на коней и везём сами?
Слыша, как эти твари обсуждают его сына словно мешок с картошкой, Шэнь Сы до хруста сжал кулаки.
Тощий почувствовал, как атмосфера вокруг накаляется, и затараторил, выплёскивая весь накопившийся ужас:
— А я почём знаю, что у Бая на уме?! Возвращайся живей, старшой ищет, кто мальчишек упустил! Не приедешь — Сунь Эр все грехи на тебя свалит!
Из-за плохой связи голос в динамике казался потусторонним и искаженным.
У Бородача всё внутри похолодело. Он хотел расспросить подробнее, но на том конце провода раздалось сочное ругательство, и связь оборвалась.
Шэнь Сы смотрел на задержанных жгучим, полным ненависти взглядом.
Фу Чунсюй мягко положил руку ему на плечо:
— Спокойно. Он мог ничего не заподозрить.
Захват прошёл идеально. Детей в здании действительно не оказалось, так что силовикам не пришлось рисковать жизнями заложников — они просто повязали всех бандитов. Но главный вопрос оставался открытым: куда делись мальчики?
В ходе экспресс-допроса выяснилось, что среди задержанных нет водителя, отвечавшего за транспортировку. Место, где стоял его грузовик, пустовало.
Пальцы Шэнь Сы мелкой дрожью впились в ладонь:
— Они говорят, Чжан Мин побежал в горы... Но где тогда Сяо Наньгуа?