Пронзительный свисток заставил всех мгновенно прийти в себя. На этот раз он прозвучал куда надрывнее прежнего — словно предсмертный клёкот одинокой птицы над руинами, тоскливый и полный лютой ярости.
Игроки подтянулись и синхронно обернулись к зоне деревянных помостов.
Вздыбившаяся волна с грохотом обрушилась на доски. Люди зашатались, удерживая равновесие из последних сил, — многих едва не сбило за борт.
На этот раз женщина-судья не подавала никаких команд, но каждому было понятно: катастрофа уже началась. С близкого расстояния персонажам на помостах происходящее было видно куда чётче.
Тёмные твари подступили вплотную. Их выпученные глаза жутко блестели в морской пучине. Они не нападали — лишь зловеще гипнотизировали добычу мёртвым взглядом.
От этой картины у людей мурашки пошли по коже. Смерть затаилась плечом к плечу с ними. Монстры нападут — через секунду, через минуту или чуть позже, — но нападут неизбежно. Выстоять в воде против разбушевавшихся морских тварей у людей нет ни единого шанса, и этот час станет для них последним.
Опасность подстерегала совсем близко, но минуты ожидания тянулись мучительно долго. Мука, паника, бессильная злоба — тяжёлый комок чувств давил на грудь. В зоне деревянных помостов послышались всхлипы: девушки-простолюдинки не выдерживали пытки неизвестностью и доходили до грани нервного срыва.
Всплески эмоций над водой словно привели море в движение — тьма на глубине зашевелилась быстрее. Рыдания девиц подействовали на тварей как катализатор: морские монстры впали в неистовство, жаждая рвать плоть и въедаться в кости.
Среди прочих на соседних досках, в паре метров друг от друга, стояли сёстры-близнецы. Семья их жила в бедности, поэтому девочки рано повзрослели и отличались выдержкой. Но даже они не могли скрыть ужаса, сжимаясь под диким взглядом морских гадов.
— Сестрица, у меня ноги подкашиваются, — с горечью выдохнула младшая, совсем ещё низенькая девушка.
Старшая сестра, пересилив подступающую тоску, попыталась её успокоить:
— Не бойся. Когда придётся бежать, зажмурься и не смотри на этих тварей.
— Ладно, я тоже думаю... А-а-а-а-а!!!
Не успела она договорить, как морские твари будто получили приказ и хором кинулись в атаку.
Одни вцепились младшей сестре в горло, другие — в лицо. Солёная вода въедалась во вскрытые раны, причиняя адскую боль, будто в плоть вонзались сотни раскалённых игл. Девушка отчаянно забилась на настиле, пытаясь сбить с себя монстров, но челюсти тварей сжимались с мёртвой хваткой. Зайдясь в безумном крике, она потеряла равновесие и рухнула в воду, увлекая за собой десятки облепивших её морских гадов.
Старшая сестра застыла. Застыла и нежная улыбка, только что адресованная младшей. Лишь когда вода поглотила тело сестры, к ней вернулось сознание, и слёзы градом полоснули по щекам.
— А-а-а-а-а-а-а!!!
Из её груди вырвался дикий, полный ненависти крик. Нежно-миловидное лицо исказилось яростью. Словно подстегнутые этой истерикой, морские монстры взмыли над водой, целясь в неё.
Но старшая не намерена была сдаваться без боя. За секунду до нападения она крепче сжала топор, стянутый перед отплытием их отцом из угольного отсека, и принялась слепо крушить наступающих гадов. Лезвие было затупленным, а шкуры монстров — толстыми, но в порыве безумного отчаяния ей удалось забить насмерть нескольких тварей, включая одного крупного монстра.
Однако силы иссякли. Облепленная хладнокровными гадами, она опустилась на одно колено. В отличие от младшей сестры, бросившейся в пучину, старшая боролась до последнего. Стекленеющим взглядом она посмотрела вверх, на верхнюю палубу круизного лайнера.
Там, у самого ограждения, толпились пассажиры: аристократы, участвующие в викторине, и просто зеваки. Ся Ихуэй стоял среди них, поджав губы.
Рука девушки — истерзанная, окровавленная, где сквозь рваное мясо белели кости — медленно поднялась к небу. Превозмогая дикую боль, она сжала пальцы в кулак и целенаправленно... выставила средний палец прямо в сторону верхней палубы.
Ся Ихуэй потерял дар речи.
Дело было не только в сочувствии. Главное — ситуация окончательно вышла из-под контроля. Все накопившиеся обиды и унижения ждали лишь искры. И этот жест стал идеальным детонатором.
«Я ведь просто хотел спокойно сыграть, забрать красный кристалл и пройти инстанс... На кой черт нужно было устраивать всю эту чертовщину?!»
Как и предполагал Ся Ихуэй, среди дворян начался переполох. Знатные дамы прикрыли веерами бледные лица, возмущенно запричитав о дерзости нищенки и требовании наказать её семью.
Эти открытые проклятия стали последней каплей для простолюдинов, стоящих рядом. В их глазах вспыхнуло пламя. Когда гнёт доходит до предела, у людей остаётся лишь один путь сопротивления.
— Бей их! — взревел кто-то из толпы.
Этот клич мгновенно подхватили. В ход пошли стулья, скамьи, любые попавшиеся под руку предметы. Опала пала на холёных аристократов: павлиньи наряды рвались, прически сбивались, лица покрывались сожженной косметикой и грязью. Высшее общество безжалостно сдернуло с пьедестала.
— Защитите меня! Где солдаты?! Быстро сюда!
— Спасите! Бунт!
— Ах ты дрянь старая, я тебя годами терпел!
Мечущиеся между двух огней игроки и зрители трансляции застыли в шоке. Игроки внешнего круга едва не плакали: их наряды четко определяли статус, так что они поневоле оказались втянуты в чужую революцию.
Ся Ихуэй находился в относительно безопасной зоне ответов на вопросы — туда посторонних персонажей не пускали, да и у окружающих игроков-аристократов не было поводов для драки.
В то же время внизу, на помостах, хаос лишь усиливался. Разъяренные морские твари — в том числе многочисленные гибриды русалок — набросились на всех оставшихся игроков. Увидев знакомых морских чудовищ-русалок, Ся Ихуэй мрачнел на глазах. Одной такой твари раньше хватало для головной боли, а теперь их тут целая орава. Как вообще выстоять в этой бойне?
Опершись на перила, Ся Ихуэй крикнул вниз:
— Чжан Цинюй, берегись!..
Но на полуслове осекся и молча закрыл рот.
Среди всеобщей кровавой вакханалии лишь вокруг Чжан Цинюя царило полное умиротворение. Любое чудовище, пытавшееся напасть на него, с грохотом отлетало прочь, сбитое кинетической силой. В то время как соседи проходили через филиал ада, Чжан Цинюй продвигался вперед так спокойно, будто совершал променады после обеда.
Но на четвёртом метре наказания он внезапно изменил траекторию.
Сделав разворот, он вытянул длинную ногу и мощным пинком отправил в полёт человекообразное чудовище. Тварь отлетела на несколько метров и сокрушительно рухнула на настил. Удар был настолько лютым, что у любого наблюдателя не осталось сомнений: у монстра отбиты все внутренности, а от ещё одного такого удара он просто испустит дух.
Приглядевшись, Ся Ихуэй обомлел.
Это же была та самая русалка из режима «Личное присутствие»!
Чжан Цинюй не спеша подошёл к раненому монстру, невозмутимо извлёк пистолет и наставил ствол ему в голову.
— Бесполезно, — прохрипело чудовище, в чьих глазах плескался ужас. — Ты же сам видел, пули меня не берут.
Чжан Цинюй ничего не ответил. Лишь плотнее сжал губы и слегка приподнял левую руку.
В следующее мгновение лицо русалки исказилось от нечеловеческой муки. На глазах у изумлённой публики его рыбный хвост стал медленно и с треском отрываться от человеческого торса. Черная, вонючая кровь залила деревянный помост.
Ся Ихуэй не отводил взгляда, пока монстр не испустил последний вдох от потери крови. Чувство липкого страха, преследовавшее его со времён встречи с этой тварью, наконец рассеялось.
«Так он... отомстил за меня?»
Сердце Ся Ихуэя отчаянно заколотилось, а в груди поднялась волна тёплого, неописуемого чувства.