Чжан Цинюй дрожал мелкой дрожью. Он сжал кулаки так, что побелели костяшки, а лицо застыло каменной маской. Он даже не оглянулся.
В небо взмыли фейерверки, рассыпаясь ослепительными вспышками.
Завораживающее зрелище повторилось вновь, но на этот раз Ся Ихуэй находился в другом месте, и картина предстала совсем иной.
Раньше ему казалось, что это просто яркий, пёстрый салют, радующий глаз.
Но теперь он лежал прямо под этим огненным куполом. Потолок над ним превратился в тёмно-синий небосвод с высоко подвешенными луной и звёздами, сквозь которые пробивались всполохи фейерверков, создавая иллюзию сказочного сна.
А вслед за этим накатила оглушительная тоска.
Как ни бескрайна вселенная, как ни прекрасен салют — ему до этого не было никакого дела.
Перед лицом этого величия человек кажется лишь щепкой, затерянной в сияющем космосе, беспомощно дрейфующей без цели и причала.
Кто-то мягко коснулся его руки. Ся Ихуэй поднял взгляд, и сердце его болезненно сжалось.
Чжан Цинюй сидел рядом с ним на корточках. Лицо его побледнело, а губы были плотно сжаты.
За его спиной простиралось кровавое море.
Красный ковёр пропитался кровью до тёмно-алого оттенка. Ворс слипся в ужасную, липкую жижу — казалось, шагнёшь туда, и ступни увязнут в алых нитях.
НПС забыли про выпивку и веселье. В ужасе визжа, они отбежали как можно дальше и теперь со страхом перешептывались, переводя взгляды то на одного, то на другого.
Чжан Цинюй был в бешенстве.
Эта мысль пронеслась в голове у каждого.
Никто не мог предсказать, на что способен человек в порыве крайнего гнева. Чат трансляции взорвался от страха: зрители одновременно переживали и за раны Ся Ихуэя, и за то, что Чжан Цинюй в слепой ярости заденет его самого.
«А-а-а-а, кажется, всё окончательно вышло из-под контроля, как же страшно...»
«Что с великим богом Чжаном? Он внезапно напал, я аж подпрыгнул! Раньше я просто думал, что он силен, но то, что он сделал только что, вообще не укладывается в голове! Он же взмахом пальцев стёр других игроков! В этом инстансе вообще остался кто-нибудь, кто сможет дать ему отпор?»
«Чёрт, Ся-Ся так сильно харкает кровью! Ему что, внутренности отбило во время драки?»
«А-а-а-а, отзовитесь кто-нибудь из топов чата! Проанализируйте, насколько всё плохо с Ся-Ся? Мне кажется, или он уже одной ногой в могиле, ы-ы-ы...»
«Призрачные карты — это вам не обычный инстанс! В инстансе после завершения есть время перевести дух и подлечиться, а тут из одной карты сразу бросают в другую! Мать твою, да как тут выживать?!»
«А великий бог Чжан не прибьёт Ся-Ся за компанию? Боже, у него такой жуткий взгляд, ы-ы-ы...»
Среди всеобщей паники лишь одна группа зрителей сохраняла поразительное хладнокровие:
«Не сцыте, страх — понятие относительное! Великому богу Чжану просто больно за него, 100%!»
Подобных комментариев было немного, поэтому они быстро потонули в общем потоке. Зрители продолжали переживать за своих любимчиков, не сводя глаз со стрима.
Ся Ихуэй замешкался, а затем, опираясь на руку Чжан Цинюя, шатко поднялся. Стерев с губ оставшуюся кровь, он процедил сквозь зубы:
— Я в порядке.
— По-твоему, это называется «в порядке»? — спросил Чжан Цинюй.
Ся Ихуэй горько усмехнулся:
— Не волнуйся, не сдохну. Считать выплеснутый глоток крови смертельной раной — роскошь для того, кто столько времени цепляется за жизнь.
Чжан Цинюй, казалось, разъярился окончательно. Он одарил Ся Ихуэя пристальным, тяжёлым взглядом и повернулся, намереваясь направиться к женщине-судье.
Та всё это время боялась подойти ближе. Увидев, что парни разговаривают, она уже было перевела дух, но, заприметив, что Чжан Цинюй не намерен спутывать нити мщения, перепугалась до полусмерти и без лишних раздумий бросилась к лестнице.
Ся Ихуэй спешно схватил Чжан Цинюя за руку:
— Постой!
Зрители на трансляции, глядя на это, решили, что Ся Ихуэй решил проявить милосердие, и уже приготовились отговаривать его. Однако Ся Ихуэй с невозмутимым видом выдал:
— Придержи мне локоть.
Все обомлели, заинтригованные его намерением.
Чжан Цинюй мгновенно понял замысел. Отступив на полшага, он левой рукой подпёр Ся Ихуэя, помогая тому удержать равновесие, а правой подхватил его запястье, выстраивая ровную, жёсткую линию.
Они стояли почти вплотную, но ни у кого и мысли не возникло о двусмысленности этого жеста. По той простой причине, что в руках у них был пистолет.
Кровь окрасила губы Ся Ихуэя в алый цвет. Сейчас он напоминал свирепого демона, восставшего из глубин преисподней.
Демон хищно усмехнулся и тихо прошептал:
— Ну уж нет... Мне куда больше хочется прикончить её самому.
Бах!
Пуля метнулась сквозь толпу, огибая препятствия, и в тот самый миг, когда женщина-судья уже собиралась сбежать по лестничному пролёту, сокрушительно пробила ей череп.
Её ноги ещё продолжали бежать по инерции, но тело уже завалилось вперёд. В тот же миг вокруг неё рассыпался целый сноп красных кристаллов.
Тощий игрок, устроивший засаду, ещё недавно наблюдая, как Ся с Чжаном запускают фейерверк, уже потерял всякую надежду. Но теперь, узрев кучу красных кристаллов, на секунду опешил, а затем с диким воплем кинулся подбирать добычу.
Его! Всё это теперь его!
Все эти кристаллы принадлежат ему!
Все прочие игроки были перебиты Чжан Цинюем, а четвёрка Ли Бая и Мэй Юцяня давно собрала необходимую норму и ничуть не заботилась о сокровищах. Что же до НПС, те сидели тихо как мыши, не смея даже шелохнуться.
Если не грабить сейчас, то когда?!
Тощий игрок ликовал: эта внезапная смена стороны оправдала себя сполна! Пожалуй, это было самое выгодное решение за всё время его участия в игре «Бесконечный побег»!
Чат трансляции ликовал вместе с ним.
Хоть женщина-судья и обладала эффектной внешностью, в глазах зрителей она давно превратилась в омерзительную стерву. Натерпевшись от неё за весь день, увидеть, как её уложили — да ещё и собственными руками Ся-Ся — было ни с чем не сравнимым удовольствием.
«Так её! Наконец-то прихлопнули эту тварь! Она меня весь день бесила!»
«Еле дождался! Если бы её не прикончили, я бы сегодня ночью уснуть не смог!»
«Вижу мёртвую судью — и на душе сразу спокойно».
«Ой, а время-то к полуночи подбирается!»
Как и заметили зрители, раздался механический голос системы:
[Фейерверк подходит к концу. Через полминуты игроки покинут призрачную карту «Бал кукол».]
[До завершения первого раунда игры осталось тридцать секунд. Просим игроков приготовиться.]
Отсчёт медленно пошёл на убыль.
Чжан Цинюй не разжимал руки, а Ся Ихуэй не пытался отстраниться.
К этому моменту его раны дали о себе знать в полную силу: внутренние повреждения отозвались дикой болью и слабостью во всём теле. Не будь рядом опоры в лице Чжан Цинюя, Ся Ихуэй гарантированно растянулся бы на полу в картинном поклоне.
[До выхода из инстанса осталось 20 секунд.]
[До полуночи осталось 20 секунд.]
— Мы встретимся на следующей призрачной карте? — спросил Ся Ихуэй, отпустив руку Чжан Цинюя. Его взгляд отчего-то впервые вильнул в сторону.
Между ними оставалось слишком много несказанного и неопределённого. Если они расстанутся сейчас и окажутся по разные стороны баррикад...
Говоря откровенно, испытания становились всё сложнее. Кто знает, какая чертовщина ждёт их дальше? Если думать о худшем, он может просто не дожить до момента, когда выплывет вся правда.
[10... 9... 8...]
Пока мысли Ся Ихуэя метались в сомнениях, над самым ухом прозвучал спокойный голос:
— Встретимся.
Они не встречались взглядами, и Ся Ихуэй не мог понять, с какими чувствами Чжан Цинюй произнёс эти слова.
Ему оставалось лишь гадать по этим двум коротким словам.
Голос звучал всё так же чисто и твёрдо — не как утешение, а как неоспоримый факт. Что касается эмоций... Ся Ихуэй не любил копаться в чужой душе, но, как он уже решил для себя ранее, ради Чжан Цинюя он был готов сделать исключение.
[7... 6... 5...]
Ся Ихуэй поднял голову и серьёзно посмотрел на него:
— Призрачные карты распределяются случайно. То, что мы пересеклись один раз — уже невероятная удача. Почему ты так уверен, что мы встретимся снова?
Вопрос прозвучал довольно резко. Чжан Цинюй на мгновение замолк.
Время неумолимо утекало, вокруг царила тишина.
[4... 3... 2...]
Когда Ся Ихуэй уже решил, что так и не дождётся ответа, он почувствовал, как его пальцы медленно сжала чужая ладонь.
Тепло просочилось сквозь подушечки пальцев, проникло глубоко под кожу и по венкам устремилось прямо к сердцу.
Стало щекотно и сладко.
[...1]
Секундой раньше, чем отсчёт подошёл к концу, запоздавший ответ всё же прозвучал.
— Функциональная карта «Исполнение желаний», — Чжан Цинюй отвёл взгляд, перескакивая им с предмета на предмет, лишь бы не встречаться с Ся Ихуэем глазами. Он понизил голос и скороговоркой выпалил: — Я попросил, чтобы ты был со мной.
Ся Ихуэй опешил. Но прежде чем он успел осмыслить сказанное, таймер обнулился.
Под пронзительный свисток всё вокруг потонуло в небытии, а тепло чужих пальцев растаяло.
[Наступила полночь. Первый раунд игры окончен.]
[В общей сложности в призрачные карты загрузилось 41,46 миллиона игроков. Из них 13,8 миллиона успешно зажгли свои карты. Остальные, не сумевшие зажечь карты, выбывают.]
[Первое испытание казино призрачных карт завершено. Начинается второй раунд.]
[На данный момент у всех игроков на руках имеется призрачная карта «22 декабря». Условие второго испытания: выберите эту карту. Первые 300 человек, выполнившие задание, успешно пройдут инстанс.]
[Как только лимит в 300 человек будет исчерпан, остальные игроки, не выбравшие эту карту, автоматически пройдут дальше при условии, что у них зажжены пять карт. Игроки, у которых зажжено менее пяти карт, выбывают.]
Ся Ихуэй долго приходил в себя, опираясь руками о стол.
Слова, произнесённые Чжан Цинюем... Он ведь правильно понял их смысл?
«Чтобы ты был со мной».
Ся Ихуэй мысленно смаковал эти слова, и на душе у него становилось всё теплее.
За время их знакомства Ся Ихуэй успел хорошо изучить характер Чжан Цинюя. Тот был хорош во всём, но привык действовать молча и сдержанно. Если Чжан Цинюй решал заботиться о ком-то, он делал это без лишних слов — просто отдавал всего себя без остатка.
И теперь Ся Ихуэю посчастливилось стать «тем самым» человеком, которого Чжан Цинюй бережно хранил в самом сердце.
Ощущение было непривычным, но невероятно приятным. Настолько приятным, что Ся Ихуэй, глядя в непроглядную тьму, не смог сдержать улыбки.
Окружение по-прежнему напоминало казино: суконный зелёный стол блестел чистотой, на нём лежало лишь несколько разрозненных карт.
Призрачная карта «Бал кукол» парила в воздухе, источая мягкое сияние. Вспыхивающие искорки резвились над ней, словно живые.
Когда свет угас, «Бал кукол» слился со «Школьной картой». Крупье раздал новые карты, и перед Ся Ихуэем оказалась ещё одна.
«Страх глубин».
От одного взгляда на эту карту локации веяло тяжёлым, давящим холодом. Казалось, будто тебя швырнули на самое дно океана, где толща воды сжимает череп, не давая сделать даже вдох.
Именно эта ледяная тяжесть окончательно привела Ся Ихуэя в чувства, заставив осознать, что первый раунд бесповоротно завершён.
Прикинув в уме количество выбывших, он мысленно ахнул.
Всего за один день первый раунд смахнул с доски две трети игроков!
А дальше бойня обещала стать лишь жестче.
Каждый понимал, насколько тяжело зажечь карту. Из двух зол выбирают меньшее, а значит, можно не сомневаться: миллионы игроков ринутся на карту «22 декабря»!
Когда закончится второй раунд, выживших останется...
— Меньше тысячи, — пробормотал Ся Ихуэй.
Он смутно чувствовал, что стоит на распутье, где нужно сделать судьбоносный выбор.
Пойдёшь налево — придётся зажечь ещё три карты, чтобы собрать полный комплект из пяти штук до того, как триста человек завершат задание. Придётся столкнуться с полчищами монстров и нечисти, и о смертельной опасности этого пути не стоит и говорить.
А если пойти направо... Там его дожидаются почти десять миллионов разъярённых конкурентов!
—... Вот уж действительно ставка ва-банк.
Ся Ихуэй почувствовал, как перехватило дыхание.
Отчего же ему кажется, что куда ни поверни — повсюду верная смерть?!