— Брат Ся, возьми меня в пару! — только-только переступив порог и убрав грелку-ежика в инвентарь, выпалил Цзинь Юань.
Не успел он договорить, как ощутимый пинок под зад заставил его пошатнуться и сделать пару вынужденных шагов вперёд.
Синь Чжу убрал ногу и с глубочайшим презрением окинул паренька взглядом:
— Раскатал губу. Мечтать не вредно. Будешь в паре с Чжан Цинюем.
Цзинь Юань порывался возразить, но, натолкнувшись на мрачный, обещающий скорую расправу взор Синь Чжу, мгновенно сдулся. Сжавшись в тёмном углу, он лишь несчастно поглядывал на Ся Ихуэя, не решаясь больше подать голос.
Убедившись, что соперник заткнулся, Синь Чжу просиял. Смерив Цзинь Юаня победоносным взглядом, он с внезапной нежностью повернулся к Ся Ихуэю:
— Я буду тебя защищать.
С этими словами он шагнул вперёд, протягивая руку.
Однако Чжан Цинюй сделал едва заметное движение и бесшумно встал ровно между ними. Он не произнёс ни слова, но сама его осанка не оставляла сомнений: дальше Синь Чжу не пройдёт.
— Чжан Цинюй, — сквозь зубы процедил Синь Чжу, — ты опять за своё? Чего тебе надо?
— Тебе нельзя с ним в пару, — ровно отозвался тот.
— Это ещё почему?! — вспыхнул Синь Чжу.
Чжан Цинюй ничего не ответил. Он остался стоять на месте — прямой как струна, непреклонный, надёжно укрывая Ся Ихуэя за своей спиной.
У Синь Чжу желваки ходили ходуном, а на виске от злости вздулась синеватая жилка.
Наблюдая за назревающей стычкой, Цзинь Юань незаметно сжал в кармане куртки обрывок фотографии. Ему кровь из носу нужно было остаться с Ся Ихуэем наедине и расспросить про Цзинь Бао. Пользуясь тем, что гиганты отвлеклись друг на друга, паренёк семенящим шагом обогнул Чжан Цинюя, прилип сзади к спине Ся Ихуэя и жалобно зашептал:
— Брат Ся, ну пожалуйста! Возьми меня с собой!
Оба соперника одновременно повернули головы. Чжан Цинюй чуть нахмурился, и его обычно равнодушный взгляд заметно похолодел. Синь Чжу оскалился куда откровеннее: уставившись на дерзкую мелюзгу налитыми тьмой глазами, он медленно провёл большим пальцем по горлу, обнажив в хищной усмешке острые клыки.
Цзинь Юань замер.
«Мамочки... До чего же они жуткие!»
Три пары глаз уставились на Ся Ихуэя. Судьба группы оказалась целиком в его руках, и все ждали вердикта.
— И чего вы все ко мне прицепились? — Ся Ихуэй потёр лоб и с тяжёлым вздохом указал пальцем в окно: — Когда я шёл сюда от берега, где-то в двух километрах отсюда заметил потрясающе красивый синий ирис.
— Сперва я просто залюбовался, но теперь понимаю: дело нечисто. Ирисы цветут в мае. А здесь даже до наступления аномального холода майским теплом и не пахло.
— К тому же на всём пути мне попался ровно один-единственный цветок. Дикость какая-то. В общем так: кто первым найдёт этот ирис и принесёт его мне, с тем я и пойду в пару.
Цзинь Юань, ничего не заподозрив, тут же припустил изо всех сил на своих коротких ножках в указанную сторону. Синь Чжу сорвался следом, подхваченный порывом ветра, и его голос донёсся уже издалека:
— Я обязательно найду этот цветок! Ты будешь со мной!
Глядя вслед стремительно удаляющимся фигурам, Ся Ихуэй качнул головой. Вот уж кто умеет сохранять хладнокровие, так это Чжан Цинюй. Пока те двое очертя голову неслись неизвестно куда, великий бог стоял на месте как вкопанный, не проявляя ни малейшего азарта.
«Неужели я его своими заигрываниями так до смерти напугал?» — мысленно усмехнулся Ся Ихуэй.
В воздухе проплыло сообщение из чата трансляции:
«Ся-Ся, ты так доиграешься, честное слово! (≧ω≦)/»
Ся Ихуэй скользнул взглядом по бегущей строке, и у него внутри ёкнуло. Чжан Цинюй ведь из тех людей, кто способен годами спасать каждого встречного лишь потому, что однажды давным-давно кому-то что-то пообещал. Такие ортодоксы к любой мелочи относятся со звериной серьёзностью. Если он принял флирт за чистую монету... дело дрянь. Этот невинный гений будет помнить о строптивом флирте всю оставшуюся жизнь!
Ся Ихуэю совсем не улыбалось становиться чьей-то пожизненной травмой. Поспешно всплеснув руками, он неловко улыбнулся:
— Ты уж извини, Великий бог Чжан. У меня привычка дурацкая: как только стресс зашкаливает, начинаю приставать ко всем подряд и несу всякую чушь. Не бери в голову, ладно?
Чжан Цинюй смерил его коротким взглядом и молча отвернулся:
— Я знаю.
— Что «знаешь»? — не понял Ся Ихуэй.
Чжан Цинюй уклонился от ответа. Вместо этого он разжал ладонь, доставая кое-что из пространственного инвентаря.
На его узкой, изящной ладони покоился сочный синий ирис. Длинные пальцы бережно поддерживали бутон, а на лепестках всё ещё дрожали прозрачные капли утренней росы. Картина выходила удивительно поэтичная.
Ся Ихуэй сначала решил, что у него галлюцинации. Но стебелёк был самым настоящим.
— Откуда у тебя этот цветок?! — изумлённо вытаращился он.
Какого черта?! Зачем он тогда отправил тех двоих на поиски?!
— Ты долго смотрел на него, — спокойно произнёс Чжан Цинюй. — Я решил, что он тебе понравился.
Ся Ихуэй не сразу переварил услышанное. Наконец до него дошло: по пути к дому он действительно засмотрелся на одинокий бутон, а Чжан Цинюй, заметив это, просто сорвал его для него.
— Цветок у меня, — добавил Чжан Цинюй. — Значит, мы в одной команде?
— Да... Теперь мы в паре, — Ся Ихуэй принял ирис и убрал его в свой инвентарь.
В груди всё ещё копошилось неясное ощущение подвоха, но сформулировать претензию не получалось.
— Так если он был у тебя, надо было сразу показать! — поджав губы, упрекнул он. — Теперь придётся терять время и ждать этих двоих.
Чжан Цинюй слегка повернул голову, избегая его взгляда, и невозмутимо усомнился:
— А зачем их ждать?
Ся Ихуэй застыл:
— Чего?
* * *
Тем временем на другом конце побережья два путника отмахали честные два километра, но никакого синего ириса так и не обнаружили. Посчитав, что Ся Ихуэю незачем их обманывать, они упрямо прошагали ещё столько же.
— Есть! — радостно заверещал Цзинь Юань, восторженно вздымая над головой найденное растение. — Я нашёл!
— Отдай сюда, — бесцеремонно вырвал цветок Синь Чжу. Не обращая внимания на хныканье обобранного спутника, он развернулся и припустил во весь дух обратно. Сердце колотилось от безумного желания скорее увидеть Ся Ихуэя.
«Брат Ся, всё, что ты захочешь, я достану из-под земли... Только не бросай меня больше. Пожалуйста...»
Четыре километра пути, на которые ушло двадцать минут по дороге туда, на обратном пути Синь Чжу преодолел за пятнадцать.
— Ха-ха-ха! Я первым добыл этот цветок! И вы больше не смеете...
Он с размаху распахнул дверь. От бешеного бега завязка спала, и белоснежные волосы растрепались по плечам.
В ответ ему отозвалась лишь мёртвая тишина. Радостный азарт в глазах Синь Чжу медленно сменился растерянностью.
В ветхой хижине никого не было. Унылый пронизывающий ветер гулял по пустому помещению, да с грохотом колотил сорванной с петли деревянной дверью о стену, заставляя стынуть кровь в жилах.
Пальцы разжались. Синий ирис беспомощно упал в пыль.
— Хы-ы-ы... Хы-ы-ы... — тяжело отдуваясь, к дому подоспел совершенно выдохшийся Цзинь Юань. Заметив выроненный стебель, он осторожно поднял его и обиженно пробормотал: — Я же первым его нашёл...
Но, заглянув внутрь и оценив обстановку, Цзинь Юань мгновенно приткнулся. На Синь Чжу было страшно смотреть. Тот стоял, опустив голову; густая белая челка скрывала глаза, но волна леденящего, удушающего гнева, исходившая от него, ощущалась почти физически.
Цзинь Юань судорожно сглотнул. Его забила крупная дрожь, и он не дерзнул издать больше ни звука.
* * *
Тем временем вдоль самой кромки воды быстрой поступью шагали двое.
Один держался подчеркнуто прямо и ступал по идеальной прямой, выверяя каждый шаг с аптекарской точностью. Второй же велел себе не скучать: его траектория напоминала безумный зигзаг. Он то и дело сворачивал в сторону, приглядываясь к каждой мелочи, и непринужденно притопывал на месте, спасаясь от пронизывающего холода.
— Синие ирисы попадаются ровно через каждые два километра. И что бы всё это значило?
Сколько они ни искали гидроэлектростанцию или хотя бы намек на генераторы, берег был пуст. Зато одинокие синие цветы вырастали словно из ниоткуда с завидным постоянством. Ся Ихуэй на автомате подходил к каждому, заботливо выкапывал и отправлял в пространственное хранилище — оттого-то его маршрут и получался таким извилистым.
Чжан Цинюй молча следовал за ним шаг в шаг. Ся Ихуэя это ничуть не смущало: ещё во время пробного экзамена он успел досконально изучить молчаливую натуру своего спутника.
Впереди показался очередной бутон. Это был уже пятый синий ирис на их пути.
Ся Ихуэй присел на корточки и привычным движением импровизированного колышка стал осторожно разрыхлять влажный грунт вокруг стебля. Когда земля достаточно отмякла, он мягко обхватил стебель и начал аккуратно вытягивать корень наружу.
До его ноздрей донёсся странный, отталкивающий запах — смеси сырой рыбы, тины и чего-то едкого.
«Снизошла ли эта вонь от корней?» — с сомнением подумал Ся Ихуэй. Он поднёс выкопанный ирис к лицу, принюхался и тут же сморщился.
— Что там? — Чжан Цинюй подошёл ближе.
— Понюхай-ка, — Ся Ихуэй протянул ему растение. — Мне кажется или от корня пахнет чем-то не тем?
Чжан Цинюй нагнулся к его руке, сделал парный вдох и нахмурился:
— Сера.
— Вот и мне так показалось, да уверенности не было. Сейчас проверю остальные.
Достав из пространственного багажа ранее выкопанные цветы, Ся Ихуэй поочерёдно обнюхал каждый и разочарованно качнул головой:
— Нет, от тех пахнет обыкновенной сырой землёй. Странный запах только у этого последнего.
— Возможно, под ним что-то зарыто? — предположил Чжан Цинюй.
— Не исключено, — согласился Ся Ихуэй.
Спрятав ирисы обратно, он отбросил деревянную палочку и принялся разгребать землю голыми руками.
Чжан Цинюй отступил на пару шагов, намереваясь осмотреть окрестности. Но не успел он пройти и десятка метров, как за спиной раздался короткий вскрик Ся Ихуэя.
Чжан Цинюй мгновенно развернулся и бросился назад.
— Замри! — пресекая его порыв, отчаянно рявкнул Ся Ихуэй.
Чжан Цинюй застыл как вкопанный, вопросительно уставившись на товарища.
Ся Ихуэй медленно, по миллиметру, повернул к нему мертвенно-бледное лицо. Его губы мелковато дрожали:
— Ни единого движения... Вся земля под нами... забита взрывчаткой.