Шкала выносливости замёрзла.
Замершее было сердце Ся Ихуэя наконец вернулось на место. Но как только напряжение отступило, легче не стало — напротив, липкий страх сжал грудь ещё сильнее.
Игра продолжалась, и главное было — не вывалиться из роли.
Сжав влажные от пота ладони, Ся Ихуэй заставил себя сделать шаг вперёд.
В нескольких шагах Юаньань вцепилась в руку Инь Вэй с такой яростью, будто вознамерилась впиться ей в горло. Рядом пытался вмешаться Чжан Чжоу, а двое стажёров с обеих сторон мёртвой хваткой удерживали нападавшую.
Инь Вэй и Чжан Чжоу не меньше прочих боялись вылететь из игры; их выносливость трещала по швам. И всё же оба держали лицо, худо-бедно сохраняя видимость спокойствия.
Как ведёт себя гламурный мажор, сталкиваясь с бывшей своего покровителя?
Разумеется, вступает в отчаянную грызню!
Ся Ихуэй прокрутил в голове сценку и сделал пару шагов вперёд. Но не успел он и рта открыть, как Юаньань резко обернулась и рявкнула:
— Ся Ихуэй, не суй нос не в своё дело! У меня на тебя есть компромат, так что проваливай, пока цел!
Ся Ихуэй лишился дара речи.
Он ведь даже звука не издал... Что за бред?
— Оттащите от меня эту сумасшедшую фанатку! Она же мне все волосы вырвет! — сдерживая слёзы и морщась от боли, заверещала Инь Вэй, вцепившись в собственные корни волос.
Коридор потонул в хаосе. Крик сплёлся со шквалом разноголосого шума; из дальнего конца коридора уже выныривали любопытные, а кто-то и вовсе бежал посмотреть на скандал.
Только совместными усилиями две девушки-стажёра смогли оттащить Юаньань.
Инь Вэй тяжело дышала, прижимая ладонь к вздымающейся груди. Волосы её превратились в спутанное гнездо, а под глазами потекли тушевые потёки.
Оказавшись на расстоянии, Юаньань немного остыла. Наконец сообразив, что перед ней трое полицейских, она убавила пыл.
— Кто её сюда проштамповал? — лицо Чжан Чжоу потемнело.
Церемония «Сто цветов» привлекала слишком много внимания, поэтому на входе действовал строжайший контроль. Помимо полиции, приглашённых звёзд, прессы и репортёров, пройти могли лишь те, кого офицеры проводили лично.
Чжан Чжоу согласия не давал — значит, девушка проникла сюда с чьей-то чужой подачи.
Девушка с хвостиком с досады топнула ногой и после долгих колебаний вышагнула вперёд, виновато опустив голову:
— Простите, наставник... Это я её впустила.
Чжан Чжоу дар речи потерял.
— Наставник, я правда не хотела! — чуть не плача, залепетала она. — Она уверяла, что просто хочет взглянуть на Ма Ляньшаня, она ведь его фанатка. На вид такая тихая, смирная... Я и подумать не могла, что она устроит подобное...
Тут девушка осеклась.
Очевидно, именно эта «смирная» и устроила грандиозный дебош.
Сплетение связей в этом инстансе оказалось настолько запутанным, что Ся Ихуэю потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, кто такой Ма Ляньшань.
Ах да, тоже артист. И по совместительству — сын Цзяо Лань. Неудивительно, что эта Юаньань слетела с катушек: публика подозревала Инь Вэй в косвенной причастности к гибели Цзяо Лань, а Юаньань, будучи фанаткой Ма Ляньшаня, рьяно защищала своего кумира.
— Я же предупреждал! — сдержанно, но грозно рявкнул Чжан Чжоу. — В эти дни фанаты места себе не находят. Они пойдут на всё, лишь бы просочиться в здание!
Он тяжело задышал, закипая от ярости.
— Ваша задача элементарна — не впускать посторонних! На раскрытие дела я даже не рассчитываю, но неужели вы не способны справиться даже с такой мелочью?!
Обе девушки-стажёра побледнели. Их старший наставник славился бескомпромиссным нравом и жёсткостью, не прощающей ни единой промашки.
Учитывая дикое давление прессы, они попали под горячую руку в самый неудачный момент.
НПС дрожали от страха, однако Ся Ихуэй и Инь Вэй прекрасно всё понимали.
Вся жизнь — театр, и всё упирается в актёрское мастерство. Чжан Чжоу едва ли свирепствовал на самом деле; скорее всего, он просто отыгрывал роль, спасаясь от оттока выносливости.
После паузы Девушка с хвостиком, дрожа всем телом, пробормотала:
— Наставник Чжан... Провести-то её было легко, а вот вывести... Снаружи толпа, мы просто не сможем незаметно её выставить.
Юаньань тоже осознала масштаб беды и сидела тихо, сжавшись за спиной заступницы.
Чжан Чжоу погрузился в раздумья:
— Выгнать её сейчас — значит сделать только хуже.
— Может... пусть пока останется? — нерешительно подала голос Девушка с пучком, оглядывая плотнеющее кольцо глазеющих.
Чжан Чжоу тяжёлым взглядом просверлил Юаньань и с тяжёлым вздохом качнул головой:
— Ничего не поделаешь. Выделите ей комнату. И чтобы в ближайшие дни ни шагу на улицу.
Девушки-стажёры перевели дух.
На лице Юаньань мелькнула радость. Она проникла сюда ради Ма Ляньшаня, но наткнулась на Инь Вэй, и быть вышвырнутой прямо сейчас было бы сущим разочарованием.
Конфликт казался улаженным. Девушка с хвостиком собралась было увести нарушительницу, как вдруг Ся Ихуэй шагнул вперёд и перекрыл им дорогу.
— А я считаю, так дело не пойдёт, — уголки губ Ся Ихуэя изогнулись в насмешливой ухмылке. — На «Сто цветов» нельзя впускать кого попало. Офицер Чжан, ваши подчинённые явно не справляются с обязанностями.
— Ах ты!.. — Девушка с хвостиком с ненавистью уставилась на него, но, чувствуя за собой вину, спорить не решилась.
Чжан Чжоу насупился, не понимая замысла заносчивого игрока. Зачем раздувать пламя, когда всё улеглось? Неужели Ся Ихуэю мало уже потерянных очков выносливости?
На самом деле Ся Ихуэй и сам был бы рад слиться с мебелью, но затылком отчётливо ощущал ледяное дыхание опасности.
Интуиция вопила: если позволить Юаньань уйти, осквернив характер его персонажа, шкала выносливости рухнет на дно.
У Инь Вэй и Чжан Чжоу максимальный запас составлял 100 единиц, у Ся Ихуэя — 200. Но прямо только что у него махом списали почти сотню! Ещё парочка таких сбоев — и ему конец.
К тому же его до скрежета зубов интриговал «компромат», о котором заикнулась Юаньань. Если это очередная смертоносная ловушка сюжета, лучше выяснить всё на месте.
А для этого придётся влезть в самую гущу.
Ся Ихуэй сделал два шага вперёд, отрезав сухо и безапелляционно:
— В здании и без того творится хаос, посторонним здесь не место. Кто знает, что у неё на уме? А если она заберётся ко мне в номер, начнёт выслеживать, украдёт что-нибудь или всерьёз навредит?
— Что за чушь ты несёшь?! — Юаньань аж подскочила от возмущения. — Я тебе не маньячка какая-то, на кой чёрт мне за тобой подглядывать!
— Допустим, чушь, — Ся Ихуэй скрестил руки на груди. — А если на моём месте окажется Ма Ляньшань? Неужели ты не попытаешься прокрасться к нему или подкараулить у дверей?
Этот вопрос застал девушку врасплох. Ей хотелось громко и уверенно выкрикнуть «нет!», но, видит бог, выпади ей хоть один шанс увидеть своего кумира, она забыла бы о морали и помчалась не задумываясь.
Её замешательство выглядело чистейшим признанием вины. Девушка с хвостиком с позеленевшим лицом трясла подругу за рукав, умоляя подать голос.
Но Юаньань лишь кусала губы, молча упёршись как упрямый осел.
Чжан Чжоу стиснул зубы. Ся Ихуэй отлично знал, что у него выносливость на исходе, и всё равно подливал масла в огонь! Чистой воды подстава.
Что ж, пусть не обижается, если удар придётся по нему самому!
Чжан Чжоу резко развернулся и сделал шаг к Ся Ихуэю. Толпа зевак слегка подалась назад, продолжая с любопытством наблюдать.
Ся Ихуэй на миг удивился, но виду не подал — напротив, напустил на себя самый высокомерный и наглый вид.
— Раз ты считаешь, что она угрожает твоей безопасности, — ровным тоном произнёс Чжан Чжоу, — то как, по-твоему, с ней поступить?
Ся Ихуэй насупился. Толки в толпе зазвучали громче. Чат трансляции затопила волна смайликов с тошнотой — зрители не скрывали своего отвращения к этой подлости.
Ловушка с подвохом. Капризная и нарциссичная звёздная паскуда, каковым являлся персонаж Ся Ихуэя, никогда бы не терпимо относилась к подобной девице.
Оставить её — гарантированный срыв роли и выход из образа.
Очки выносливости и так просели, второй такой удар мог оказаться смертельным.
Единственный «верный» выбор — выставить Юаньань за дверь.
Но если она уйдёт обиженной и разболтает тот самый компромат... Ся Ихуэю несдобровать.
Именно на это Чжан Чжоу и рассчитывал.
Стоит Ся Ихуэю оказаться в центре скандала, внимание общественности тут же переключится, а Инь Вэй, Яо Сянбао и сам Чжан Чжоу получат долгожданную отдушину от давления прессы.
Как же поступит легендарный Ся Ихуэй — один из сильнейших игроков арены? Рискнёт остатками выносливости ради сохранения роли или загонит себя в тупик?
Эти мысли пронеслись в головах всех присутствующих игроков. Некоторые от волнения начали утрачивать контроль над мимикой, вызывая микроскопические списания выносливости.
Но им было не до того — все взоры приковались к лицу Ся Ихуэя.
Нервозность?
Страх?
Ярость?
Отчаяние?
Нет. Ничего из этого.
Ся Ихуэй улыбался.
Да, на его губах играла улыбка.
Уголки его глаз приподнялись, в иссиня-чёрных зрачках блеснула утренняя леность. Неспешной, вальяжной походкой он подошёл к Юаньань.
Обняв девушку за плечо, другой рукой он невесомо коснулся её шеи и с искушающей полуулыбкой шепнул:
— Хочешь остаться?
Вокруг воцарилась звонкая тишина. От такой выходки обомлели и НПС, и игроки.
Ся Ихуэй, как-никак, был восходящей звездой на пике популярности, обладателем шикарных контрактов.
Здешние обитатели шоу-бизнеса видели всякое, и распущенность среди знаменитостей никого не удивляла, но чтобы вести себя настолько развязно на публике — с таким столкнулись впервые.
Игроки же видели куда дальше обывателей.
Чжан Чжоу переложил проблему на Ся Ихуэя, поставив того перед смертельной дилеммой, но Ся Ихуэй просто отверг предложенные рамки.
Он нашёл третий путь.
Прочие игроки вынуждены были признать: даже если бы они додумались до подобного, у них не хватило бы духу войти в столь опасный телесный контакт с НПС.
Юаньань застыла с пылающими щеками, заикаясь:
— Ч-что ты сказал?..
— Я говорю, — на лице Ся Ихуэя мелькнула хищная, фальшивая улыбка, точь-и-точь как у серого волка, заманивающего Красную Шапочку, — хочешь ли ты остаться... возле меня?
Злые искры в его глазах заметили многие. Но если у кого-то другого подобный вид вызвал бы лишь отвращение, Ся Ихуэю он невероятно шёл.
«Он ведь просто взбалмошный, неповзрослевший мальчишка. Пошутить решил, ничего плохого не имел в виду», — пронеслось в головах НПС.
«Да нет же! Всё совсем не так!!!» — Юаньань готова была зарыдать.
Со стороны казалось, будто юноша флиртует и шутит. Но сама Юаньань каждой клеточкой кожи ощущала: сквозь эту улыбку проглядывает чистая угроза. И ладонь у неё на горле...
Прикосновения были нежными, без нажима, но пальцы лёгко покоились аккурат на сонной артерии.
Кровь в жилах застывала, по коже бежали мурашки, а затылок обдавало ледяным холодом.
Неужели это и есть настоящая жажда крови?
Как у какого-то начинающего артиста, толком не закрепившегося в индустрии, может быть такой давящий, жуткий взгляд?!
Кто он вообще такой?!
Скованная ужасом Юаньань не смела шелохнуться. Ей оставалось лишь закивать:
— Я... кхм... правда хочу остаться...
Изогнутые бровки, манящий взгляд — Ся Ихуэй буквально гипнотизировал.
— Хочешь остаться? Тогда придётся расплатиться, — сочным полушепотом проронил он.
— Ч-чем расплатиться?.. — обомлела девушка.
Его пальцы чуть заметно сжались на её шее, а улыбка стала ещё ярче:
— Своим... телом.
Телом?!
На этот раз ахнула не только Юаньань — вся толпа замерла в шоке. Заявление прозвучало настолько дико и нагло, что присутствующие лишились дара речи.
Ходили слухи, будто Ся Ихуэй ведёт распутную жизнь и прислуживает молодому господину Чжану в качестве содержанки. Но глядя на него сейчас, никто бы не назвал его послушной игрушкой — перед ними стоял настоящий тиран и садист!
Ся Ихуэй смерил Юаньань оценивающим взглядом, манящим и опасным.
Девушка с хвостиком тут же выскочила вперёд и вцепилась ему в воротник:
— Ты вообще мужчина?! Как ты смеешь так унижать человеческое достоинство?!
— А я её не принуждаю, — Ся Ихуэй равнодушно пожал плечами. — Лишь предлагаю вариант, решение за ней. Хочешь увидеть Ма Ляньшаня — изволь платить по счетам.
Девушка с хвостиком сжала зубы от злости и повернулась к подруге:
— Юаньань, не бойся его, просто откажись!
Шли секунды, а Юаньань молчала. Лицо заступницы потемнело.
Виновница скандала залилась краской, явно витая где-то в облаках. Тёплая ладонь на шее грела кожу словно раскалённый шёлк.
«А если подумать... с Ся Ихуэем всё не так уж и плохо?»
Ся Ихуэй и Ма Ляньшань были внешне похожи, да и образ у них совпадал — утончённый, соблазнительный фаворит.
И если уж начистоту, даже Юаньань, рьяная фанатка Ма Ляньшаня, вынуждена была признать: Ся Ихуэй красивее.
Но почему тогда она боготворила Ма Ляньшаня и презирала Ся Ихуэя?
В памяти всплыли подробности.
Во-первых, Ма Ляньшань — единственный сын Цзяо Лань, а обожая мать, она автоматически переносила любовь на её дитя.
А во-вторых... из-за Чжан Цинюя.
Да, молодой господин Чжан не принадлежал к шоу-бизнесу, но его нити тянулись ко многим звёздам, и о его существовании знал каждый.
Всем было известно, что у Чжан Цинюя и Ма Ляньшаня когда-то был роман.
А почему они расстались?
Из-за Ся Ихуэя.
Шептались, будто молодым людям суждено было быть вместе, но Ся Ихуэй вбил между ними клин, заставив Чжан Цинюя поверить в измену любимого.
Движимый отчаянием, Чжан Цинюй обручился с Инь Вэй. А затем Ся Ихуэй прибрал его к рукам, и всё пришло к нынешнему раскладу.
Клевета на невиновного, разрыв чужих отношений, роль разлучника — разве мог столь расчётливый и коварный тип вызывать симпатию?
Так что, несмотря на всю его красоту, Юаньань вовсе не собиралась так просто сдаваться!
Ся Ихуэй наклонился ближе, обдав её щёку тёплым дыханием, и прошептал:
— Пойдёшь со мной?
Густые изогнутые ресницы, бездонный гипнотический взгляд, ключица, выглядывающая из расстёгнутого ворота... Толпа сгорала от зависти, мечтая оказаться на месте Юаньань.
Пусть порочен, пусть жесток — одной лишь этой внешности достаточно, чтобы лишить разума.
— Пойду! — выдохнула Юаньань с видом мученицы.
Слово вырвалось прежде, чем она успела подумать. Ей тут же захотелось отвесить себе пару оплеух.
Однако следом включилась самозащита.
Ну в самом деле! Она ведь обычная девчонка, и интриги шоу-бизнеса её никак не касались.
Сколько людей в стране мечтают переспать с Ся Ихуэем? И раз уж такой шанс сам плывёт в руки, зачем отказываться?
К тому же Ся Ихуэй похож на Ма Ляньшаня, только ещё шикарнее. Раз уж не судьба добраться до оригинала, разве «премиум-версия» — не отличная альтернатива?
Окончательно убедив себя, Юаньань не стала забирать слова обратно, лишь смущённо уставилась на юношу, ожидая его решения.
Ся Ихуэй замер. Внутри закипел смех: сюжет совершил крайне неожиданный поворот.
Он уж точно не рассчитывал, что НПС переметнётся на его сторону. Впрочем, его настоящей целью с самого начала была вовсе не Юаньань.
Кто-то дёрнул его за рукав. В глазах Ся Ихуэя мелькнуло понимание, он тут же скрыл лишние эмоции и повернулся.
Девушка с хвостиком, изменившись в лице, процедила:
— Скотина!
Наживка сработала, рыба на крючке.
Улыбка Ся Ихуэя стала ещё ядовитее:
— Именно. Я мерзавец, и что ты мне сделаешь?
Наклонившись ближе к Девушке с хвостиком, он понизил голос до едва различимого шёпота:
— Вы ведь наверняка изучили телефон Цзяо Лань вдоль и поперёк. Я просто не хотел отвечать на её звонки, а она, бедненькая, так безумно любила меня, что взяла и сунула голову в петлю. До чего же наивная дурочка.
— Заткнись, нарцисс хренов! — в панике выпалила Девушка с хвостиком. — Она покончила с собой вовсе не из-за твоих сброшенных вызовов, а из-за того, что ты путался с Ли Биэром!..
Осознав, что ляпнула лишнего, она резко осеклась. Лицо её мгновенно побледнело.
Взглянув на Чжан Чжоу и встретив его ледяной, уничтожающий взор, она виновато опустила голову.
Всё. Пропала.
До закрытия дела вся информация считалась строжайшей тайной. Как она могла так оплошать?!
Если бы этот дьявол не вытянул из неё сведения, она бы никогда не оступилась! Сжигаемая ненавистью, она снова воззрилась на Ся Ихуэя.
Лицо юноши светилось торжеством, отчего девушка закипала ещё сильнее.
Что ж, коль официальные материалы разглашать нельзя, сгодится и компрометирующий компромат!
Девушка с хвостиком выпрямилась и звонко крикнула:
— Юаньань вчера сняла тебя с молодым господином Чжаном в гримёрке № 3! Если продолжишь давить, завтра эти снимки окажутся во всех газетах!
Зеваки, уже успевшие упиться сплетнями, вновь встрепенулись.
Боги праведные!
Молодой господин Чжан, гримёрка, откровенные снимки...
По отдельности слова звучат безобидно, но вместе образуют гремучую смесь.
Откровенным фото Чжан Цинюя и Ся Ихуэя цены бы не было.
Появись они в печати на фоне кровавой драмы вокруг «Ста цветов», разразился бы грандиозный скандал.
Ся Ихуэй и сам оробел. Он рассчитывал разговорить стажёрку и выведать, чем именно ему угрожает Юаньань.
Пусть лучше слухи расходятся среди своих, чем рванут бомбой в интернете.
Но кто же мог подумать, что компроматом окажется ТАКОЕ?!
Быстро взвесив риски, Ся Ихуэй тихо спросил:
— И как же она смогла снять?
Девушка с хвостиком вспыхнула от смущения, но желание отплатить за подругу и за себя перевесило стыд.
— Она сидела в раздевалке и наблюдала за вашей интрижкой от начала до конца! И вышла только когда вы убрались!
При мысли о том, что в самый пикантный момент за ними кто-то наблюдал из темноты, по спине Ся Ихуэя пробежал мороз.
Неудивительно, что эти девицы так его ненавидели — они искренне считали его продажной шлюхой, торгующей телом ради карьеры.
— Юаньань, доставай снимки! — поторопила подругу Девушка с хвостиком.
Юаньань нерешительно переводила взгляд с Ся Ихуэя на подругу.
Вдали от Инь Вэй она снова превращалась в робкую тихую девушку. В ней не было упрямства стажёрки, и перед лицом рокового обольстителя вроде Ся Ихуэя она колебалась, словно травинка на ветру.
Девушка с хвостиком мгновенно раскусила её сомнения и досадно выпалила:
— Если не отдашь сейчас, пожалеешь, когда дело раскроют!
— Ты о чём? — нахмурилась Юаньань.
Разглашать тайну переписки стажёрка не могла, поэтому лишь упрямо натопорщилась:
— Просто поверь мне! Я работаю в полиции и знаю: Ся Ихуэй увяз в истории с Цзяо Лань по уши. Прижми его этими снимками прямо сейчас — потом ещё спасибо скажешь!
— Да я всего одну сфотографировала... — после долгих колебаний Юаньань переслала кадр подруге.
Девушка с хвостиком открыла изображение и, высоко подняв телефон, медленно повернулась, демонстрируя его собравшимся.
Окружающие вытягивали шеи, пытаясь разглядеть экран.
Ся Ихуэй не вмешивался, спокойно наблюдая за происходящим.
Наконец стажёрка поднесла экран к самому лицу Ся Ихуэя.
— На, полюбуйся! — злорадно усмехнулась она. — Завтра этот кадр украсит все первые полосы, и твоей репутации конец!
Ся Ихуэй с невозмутимым видом пригляделся к снимку... и едва удержался от хохота.